Одна дома и Фанфикшн

13 Ноября 2019, 07:48:54
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Не получили письмо с кодом активации?
Loginza

Одна дома и Фанфикшн » Фанфикшн » Фанфики по миру Гарри Поттера » Гет (Модератор: naira) » [R] [Макси] Зеркало Времен, ГП/ГГ,ДП/ЛП,СБ,РЛ,РУ, Action/AU/Romance/ 17 гл. 01.08.14

АвторТема: [R] [Макси] Зеркало Времен, ГП/ГГ,ДП/ЛП,СБ,РЛ,РУ, Action/AU/Romance/ 17 гл. 01.08.14  (Прочитано 4931 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Название: Зеркало Времен
Автор: Black Midnight
Пэйринг: Гарри Поттер/Гермиона Грейнджер, Джеймс Поттер/Лили Поттер, Сириус Блэк, Ремус Люпин, Рон Уизли
Рейтинг: R
Жанр: Action/AU/Romance/Adventure
Размер: Макси
Статус: В процессе
Саммари: История о том, как Лили, Джеймс, Сириус и Ремус попадают в Зеркало Времён и переносятся в будущее, в Хогвартс...
Предуп-ние: Учитываются 1-5 книги, игнор 6 и 7. Наблюдается ООС и AU. Основной акцент делается на Гарри и Джеймса.
От автора: Мой первый фик. Приветствую объективную и конструктивную критику, а различных троллей и прочих неадекватных личностей прошу не беспокоить.
Благодар-ти: Благодарю свою подругу и замечательного автора Джо Блэк (Шаркис Одэйра) за тапки и поддержку, свою бету Laroche за помощь и автора Danielle Collinerouge, после чьих произведений я полюбила фанфикшн и начала писать. Ну и конечно же, благодарю королеву Джо, за то, что подарила нам удивительный и незабываемый мир.
Разрешение на размещение: есть

Обсуждение

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания

Глава 1. Странное зеркало

 Сентябрь 1976 года.
Было уже за полночь, но Лили Эванс не спала. Она сидела в тёмной гостиной Гриффиндора, в глубоком удобном кресле у камина, которое днем было вечно кем-то занято, и поджидала мародёров. Вчера вечером она совершенно случайно услышала, как Джеймс договаривался со своими дружками об очередной ночной вылазке. Нашли где договариваться — у девчачьего туалета! Естественно, Лили все слышала в подробностях.
Девушка переживала за Джеймса, этого неугомонного фантазера, который умудрялся влипать во всякие истории даже там, где, казалось бы, их не должно быть и вовсе. И что-то ей подсказывало, что и сегодняшняя ночь не станет исключением. Поэтому она и поджидала всех четверых здесь. "Они обязательно попадутся! — накручивала она себя. — И с Гриффиндора снимут сотню баллов — не меньше! А этот дурачок опять будет мыть полы в зале с наградами."
Мрачные мысли витали в голове девушки, не давая ей заснуть, она сидела, поджав под себя ноги. В гостиной становилось прохладно — камин давно погас, даже угли уже не светились.
Наконец, она услышала, как дверь в спальни мальчиков открылась, выпуская три еле видимых силуэта.
— Трус! — прошипел один из них, и Лили тут же узнала голос Сириуса.
— Тише ты, — шепотом одернул его Джеймс. — Нас могут услышать.
— Не говори ерунды, все спят как сурки! — отмахнулся Сириус.
Девушка поднялась навстречу спустившимся Мародерам.
— И куда это мы собрались? — девушка укоризненно смотрела на друзей. — Хотим, чтобы родной факультет ушел в минус?
— А ты почему не спишь, милая? — попытался подлизаться Джеймс, но девушка окатила его холодным взглядом.
— Я жду вас, — произнесла она, царапая ногтями обивку кресла. Она знала, что Ремус ненавидит этот звук. — Я хочу знать куда вы собрались?
— У нас дела, солнышко, — попытался отмазаться Джеймс, отводя морщившегося Ремуса в сторону. — Это дело всего на десять минут, мы тут же вернемся!
— Ну уж нет! Вы немедленно вернетесь в свою спальню и ляжете спать, — железным голосом отчеканила она, поочередно тыкая пальцем каждого из них в грудь.
Джеймс лукаво улыбнулся и произнес:
— Ну, если ты не отпустишь нас, то можешь пойти с нами, и убедиться, что дело тут совсем пустяковое, и нисколько не опасное! — он скользнул ближе, взял ее за руку, заглянул в глаза. — Я ведь знаю, что ты хочешь пойти с нами. Со мной...
Он, конечно, знал, куда давить.
— Ты шантажист!
— Ты ведь знаешь, что мы все равно пойдем, с тобой или без тебя, — парень усмехнулся, незаметно подмигнув друзьям. — Обещаю тебе, что мы не попадемся.
— Ну и характер у тебя, — произнес Сириус, потирая место на груди, куда ткнула его Лили. Хорошо, что просто пальцем. А ведь могла бы и палочкой.
— Какой есть, — огрызнулась Лили. — Вы так и не сказали, куда идете.
— Мы случайно узнали об одной тайной комнате за портретом чокнутого рыцаря, сэра Кэдогана. Вот туда и идём, — ответил Сириус.— И вообще в этом замке морганова уйма всяких тайников.
— А Питер оказался умнее вас и не пошел на эту вылазку? — спросила девушка, споткнувшись на ровном месте, ухватившись в поисках поддержки за рукав Джеймса. Тот поддержал ее за талию и улыбнулся озорно.
— Трус он, — отмахнулся Сириус. — Под ноги смотри, опять споткнешься.
— Ты видишь — все спят, можно запросто ходить, никто и не заметит, — сказал Сириус. — Толку, что ты с нами пошла.
— Портреты не спят, — тихо произнес Ремус, молчавший все это время. Кажется, затея ему тоже не очень нравилась.
В полутемных галереях и переходах были слышны только их шаги и дыхание, иногда поскрипывали не смазанные рыцарские доспехи, потрескивал огонь в факелах, да где-то раздавался хохот чокнутого полтергейста Пивза.
— Вот она! — возвестил Джеймс, остановившись у очередной большой картины. — Сэр Кэдоган, отважный рыцарь.
Спавший на картине низенький рыцарь в доспехах мгновенно подскочил и выхватил из земли свой меч.
— К барьеру, жалкие трусы! — вопил он, размахивая мечом.
— Тише ты, люди спят, — Ремус что-то сделал с картиной, и перед ними возникла дверь, которая немедленно открылась без всякого скрипа.
Внутри небольшой комнаты не было ничего, кроме большого предмета, накрытого белым чехлом.
— Ну и чего мы сюда пришли-то? — Лили оглянулась на Джеймса, стоявшего сзади.
А Сириус даже выглянул в окно, со стуком раскрыв ставни.
— Вот блин! — воскликнул Сириус. — Я-то думал, что мы найдем здесь хоть что-то интересное. А оказывается, кроме этой штуки и кучи паутины здесь ничего нет.
— Интересно, что это? — произнес Джеймс и сорвал чехол.
Перед ними предстало высокое, футов шесть, зеркало в черной затейливой раме, по верху которой были вырезаны слова: "Πάρτε ένα βήμα προς την άβυσσο".
Девушка подошла к нему поближе — она никогда не видела зеркал с серебряной поверхностью, которое ничего не отражало — только дымчатые расплывающиеся фигуры. Лили прикоснулась к ледяной поверхности, гладкой, как отполированный металл.
— Странно, — произнесла она. — Интересно, как оно сюда попало?
— Здесь нет ничего интересного, — произнес Сириус из-за зеркала. — Какие-то каракули, которые я не понимаю. И на руны вроде не похоже.
— Потрогай, Джеймс, — сказала Лили, гладя ладонью поверхность. — Оно ледяное. В этот момент девушка ощутила, что зеркало поддалось под рукой, как будто оно внезапно стало жидким и вязким, как расплавленный металл, только холодный.
— Ой! — она испуганно дернулась, увидев, что пальцы ее медленно погрузились в серебристое нечто, но ничего не вышло — ловушка держала крепко.
— Джеймс! — так отчаянно вскрикнула она, что мальчики немедленно подскочили к ней. Они попытались ее оттащить, но серебристая субстанция начала обволакивать и их. Все они медленно и неотвратимо погружались в зеркало. Джеймс отчего-то не испугался, хотя видел панический ужас в глазах любимой девушки.
— Все будет хорошо, — успел шепнуть он...
Больше всего это было похоже на бассейн с холодным желе. Не было ни верха, ни низа, ничего, кроме холодной, обволакивающей массы, которая почему-то не давала задохнуться. Все четверо слышали только биение своих сердец, и чувствовали тепло рук друг друга. Даже страх куда-то пропал.
Их выкинуло в ту же самую комнату, в которой всё началось, только зеркала здесь уже не было. Да и комната показалась им какой-то не такой.
— Не понимаю... — от удивления у Сириуса расширились глаза. Он с растерянной миной оглянулся на таких же ошарашенных друзей.
— А где зеркало? — пролепетала Лили, все еще не отошедшая от шока.
— Что-то тут не так, — Джеймс повертел головой, всё ещё в надежде обнаружить зеркало.
— Давайте уйдем отсюда, — предложил Ремус, который ежился, как будто ему все еще было холодно.
— Смотрите, утро уже. Неужели нас так долго носило Мерлин знает где?
Они почти бегом вылетели из комнаты, и побежали обратно в свою башню. Отдышались они только у портрета Полной Дамы. Та, несмотря на то, что наступило утро, всё ещё мирно дремала, прислонив голову к картинной раме.
Джеймс откашлялся и произнёс:
— Золотой дракон.
Полная дама проснулась, и изумленно вытаращилась на них.
— Пароль неверный, и что вы делаете в школе во время каникул?
— Как во время каникул?! — хором воскликнули ребята.
— Но этого не может быть, — пробормотала Лили
— Очень даже может, милочка! Вы какие-то странные… Лучше найдите директора, он с вами разберется, — произнесла она и исчезла с портрета — не иначе побежала сплетничать.
— Нам действительно нужно к директору, — Лили сорвалась с места так, как будто за ней гналась очень голодная мантикора.
Мародёры побежали за ней. Дойдя до каменной горгульи, Джеймс произнес пароль:
— Сахарные гроздья.
Горгулья не сдвинулась с места.
— Странно... — пробормотал Джеймс. — Я же ходил к директору вчера, и пароль был "сахарные гроздья"!
— Я уже ничего не понимаю, — Лили устало прислонилась к стене. Ее щеки раскраснелись от бега, и она все еще тяжело дышала.
— Может, он поменял пароль? — предположил Ремус, резко бледнея.
— Наверно, — неуверенно произнес Джеймс.
— Тогда идемте к профессору МакГонагал, — предложила девушка.

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 2. Разговор с профессорами

 Все четверо отправились к своему декану. Как только они подошли к кабинету учителя, Сириус как никогда робко постучал в дверь, вместо того, чтобы как обычно лихо пнуть её ногой.
— Войдите! — послышался знакомый суровый голос. Джеймс, оттеснив Блэка от двери, зашел первым.
Профессор окинула его удивленным взглядом и, чуть нахмурившись, потянулась за очками, которые до этого положила на стол.
— Поттер, что вы здесь… — внезапно взгляд МакГонагал упал на смущенную Лили, а затем на Люпина и Сириуса. Профессор запнулась и больше не могла ничего сказать. Несколько минут в комнате стояла полная тишина.
Решив взять инициативу в свои руки Джеймс привычным движением провел пятерней по и без того растрепанной шевелюре и улыбнулся во все тридцать два зуба. Эта полудетская улыбка почему то всегда умиляла большинство профессоров, и это не раз выручало молодого Мародера от серьезных взысканий.
— Видите ли, профессор. Вот как все было… — начал Поттер, но запнулся под всё ещё шокированным взглядом МакГонагал.
— Но… — с трудом выговорила она. — Но… что вы тут делаете?
— Эээ… профессор, с вами все в порядке? — обеспокоенно спросила Лили, подходя ближе к столу.
— Со мной? — МакГонагал, закусив губу, посмотрела на девушку. Нет, ошибки быть не могло. Но ведь это…
— Поттер, Блэк, Эванс, Люпин… Я так понимаю, это вы? — в конце концов решила уточнить она.
— Разумеется, — проговорил бледный Ремус. Что-то ему подсказывало, что в этот раз дело гораздо серьёзнее, чем простое взыскание за нарушение школьных правил.
Послышался глубокий вздох.
— Хорошо… — чуть дрожащая женщина вышла из-за стола. — И как вы здесь очутились?
Ребята недоуменно переглянулись.
— Ну… по лестницам на четвертый этаж, потом по коридору… — начал было говорить Сириус, но его остановили властным движением руки:
— Я не об этом, — почему то дрожь в руках и не думала исчезать. — Что с вами произошло до того, как вы пришли ко мне?
Мародеры переглянулись, и Джеймс мгновенно начал продумывать все возможные варианты оправданий.
— Видите ли… — начал было он вдохновенно врать, как его перебила Лили:
— Мы провалились в странное зеркало.
— Лили! — шикнул на неё Поттер, но Эванс лишь окинула его испепеляющим взглядом.
— В какое зеркало? — внезапно у МакГонагал мелькнула догадка. Не может же быть, чтобы они нашли…
Лили начала описывать зеркало, и с каждым произнесенным словом Минерва мрачнела все больше.
— Все ясно, — наконец скала она. — Мне самой в это не верится… Но вы, судя по всему, умудрились провалиться в "Зеркало Времен".
Услышав это Лили тихо ахнула, но остальные, судя по их вытянувшимся лицам, просто ничего не поняли:
— Прощу прощения, что это за зеркало? — наконец спросил Сириус.
— "Зеркало Времен", — МакГонагал сосредоточенно вглядывалась в изумленные лица ребят, — это зеркало, с помощью которого можно путешествовать во времени.
— А? — непроизвольно вырвалось у Сириуса. — Это типа путешествие в прошлое?
— Не обязательно, — послышался глухой голос Лили. Все резко обернулись к ней. — Ведь это зеркало… оно и в будущее может отправлять, не так ли?
— Именно так, мисс Эванс, — кивнула профессор МакГонагал. — Как, например, в этом случае.
— То есть как? — захлопал глазами Джеймс. — Вы хотите сказать, что мы сейчас в будущем?
Миневра тихо кивнула:
— Именно так. Сейчас 1996 год.
На несколько минут вновь воцарилась полная тишина. Только на это раз в шоковом состоянии прибывали уже Мародеры. Ребята никак не могли осознать, что они сейчас не в своем времени. Но принять это оказалось сложнее, чем можно было предположить. Только сейчас они заметили, что седых прядей на голове и морщин на лице у МакГонагал стало гораздо больше.
— Кхм, — кашлянула профессор. — Думаю, будет лучше, если мы немедленно отправимся к профессору Дамблдору.
Не дождавшись ответа, МакГонагал прошла мимо них к выходу. Мародеры последовали за ней.
— Ничего страшного, мы только на пять минут. Это пустяковое дело. — язвительно пропела Лили и зло посмотрела на Мародеров. — Ну что, довольны?
Но мальчики были настолько ошарашены и выбиты из колеи, что предпочли промолчать.
И вновь они оказались у кабинета директора.
— Лимонные дольки, — произнесла МакГонагал.
Горгулья сдвинулась, открывая вход.
К счастью, профессор Дамблдор был на месте. Увидев МакГонагал, он приветливо улыбнулся:
— Добрый день, Миневра. Что-то слу…
Мародерам посчастливилось впервые за всю историю Хогвартса лицезреть шок и изумление на лице Альбуса Дамблдора.Впрочем, директор быстро пришел в себя.
— Ммм… я так понимаю, вы что-то хотите мне сказать?
Миневра вместе с Лили вкратце обрисовали ситуацию.
— Понятно, — задумчиво сказал Дамблдор. — Значит, вы залезли в "Зеркало Времен".
— Профессор Дамблдор, — робко обратилась к директору Лили. — Вы можете вернуть нас обратно?
— Обратно? — Альбус покачал головой. — Боюсь, что нет, дитя моё. Зеркало было унесено из Хогвартса шесть лет назад.
— Унесено? Но почему? — в отчаянии воскликнула Эванс.
Дамблдор неожиданно тепло улыбнулся.
— Я побоялся, что один шустрый мальчишка отыщет его, как и вы, и поэтому решил убрать его от греха подальше, чтобы он не добрался до него, как в свое время до «Еиналеж». Хотя, сейчас я думаю, — взгляд директора посуровел, — что это надо было сделать на пару десятилетий раньше.
Ребята виновато потупились, все, кроме Сириуса.
— И что теперь? — чуть резче, чем хотелось бы, спросил он. — Я имею в виду, чем мы будем заниматься, пока вы будете искать зеркало?
— Я не вижу причины препятствовать вашему образованию, — лукавый взгляд голубых глаз мелькнул поверх очков-половинок. — Я думаю, вам будет достаточно изменить свою внешность и придумать новые имена. Вы ведь уже прошли трансфигурацию человека?
В ответ ребята покивали.
— Ну, что же, начинайте! Используйте свою фантазию.
Лили стала голубоглазой блондинкой с волосами до плеч. Сириус изменил нос, волосы, губы и цвет глаз. Теперь вместо него стоял зеленоглазый брюнет с коротко стрижеными волосами. Джеймс тоже изменил нос, укоротил волосы и сделал свои глаза голубыми. Вместо Ремуса стоял сероглазый блондин.
Дамблдор и МакГонагал внимательно рассмотрели ребят, когда преображение наконец-то закончилось. Даже они бы их сейчас не узнали.
— Отлично! — улыбнулся директор.— Только, Джеймс, сними очки, я на время подправлю твоё зрение.
Поттер послушно снял очки и подошёл к Альбусу. Тот приставил палочку к его виску и прошептал заклинание.
— Готово, — сказал Дамблдор, и Джеймс поспешил встать рядом с друзьями.
— Очень хорошо, — вынесла свой вердикт МакГонагал, гордая за то, что ребята так хорошо усвоили её предмет.
— А теперь слушайте меня очень внимательно и не перебивайте, — начал директор. — Сириус, твоё имя Роберт Алон. Джеймс, а тебя будут звать Джейсон Алон. Вы с Сириусом — родные братья-двойняшки. Ваши родители по моей просьбе уехали по делам Ордена, и вы приехали сюда из Америки. Это будет ваша история. Лили, твоё имя — Роуз Холиуэлл, а Ремус — твой брат, и его имя Эммет. Вы тоже приехали из Америки, потому что ваши родители уехали по делам Ордена. Это вы и должны говорить всем без исключения. Вы поступите на 6 курс. В Хогвартсе, да и в Ордене вы узнаете много того, что может вас удивить и даже шокировать. Также вы встретите много своих знакомых, но в этом времени они уже взрослые люди. Так что я вас очень прошу, что бы вы не увидели и не услышали, не давайте людям повода понять, кто вы на самом деле. Делайте вид, что вы впервые об этом слышите. Я знаю, это будет нелегко, но вам придется постараться.
— Профессор! — обратился к нему Ремус. — А что такое “Орден Феникса”?
— Это организация, созданная для борьбы с Волан-де-Мортом.
Услышав это имя, ребята почувствовали, что по их спинам прошел холодок.
— Как! — воскликнул Джеймс. — Вы хотите сказать, что война до сих пор продолжается?
— Это уже вторая война, дитя моё, — грустно улыбнулся Дамблдор. — Первая была окончена 15 лет назад благодаря одному человеку.
— Кому?
— Вы узнаете об этом позже. — Дамблдор встал из-за стола и подошел к своему шкафу.
— Почему не сейчас? — не отступала Лили.
— Есть причина. Такая же, почему вы будете учиться на 6 курсе.
— Но мы же почти закончили седьмой, и…
Лили, видимо, собиралась спорить с профессором, однако растерялась под прицелом его насмешливых глаз.
— Ну, как говорится, повторение — мать учения. Да, и запомните, штаб-квартира находится на площади Гриммо 12.
Директор вновь повернулся к своему шкафу и начал усиленно что-то искать.
— Ну что же, думаю, это подойдет. — Дамблдор повернулся к ним, держа в руке расческу. — Никто не будет против, если мы воспользуемся порталом?
Не получив никаких возражений, Альбус направил палочку на расческу и тихо пробормотал заклинание.
— Держитесь! Конечная станция — штаб-квартира Ордена Феникса!
С громким хлопком кабинет опустел.

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 3. Дом № 12 на площади Гриммо

 Через мгновение они оказались на кухне дома № 12 на площади Гриммо. Здесь никого не было, и Дамблдор тихо произнёс:
— Ребята, ведите себя осторожно, не показывайте своих чувств и не ляпните чего-нибудь лишнего.
Подростки кивнули.
Вскоре в коридоре послышались голоса, и в кухню вошли Люпин, Тонкс и Кингсли.
— Добрый день, профессор, — улыбнулась Тонкс.
— Добрый, — ответил Дамблдор. — Я хотел бы познакомить вас кое с кем. Их родители уехали по моему заданию, и они теперь будут жить здесь, а 1-го сентября поступят в Хогвартс.
— Это Джейсон Алон, его брат Роберт, Эммет и Роуз Холиуэллы. — Дамблдор по очереди указал на каждого из ребят.
— Привет, — поздоровалась девушка с фиолетовыми волосами. — Меня зовут Тонкс, а это Ремус Люпин.
Девушка указала на молодого мужчину, с каштановыми волосами и в потрёпанной мантии. Вид у того был уставший и больной.
— А это Кингсли Бруствер, — она указала на темнокожего мужчину с серьгой в ухе.
Дети стояли как громом поражённые и смотрели на Люпина. Дамблдор заметив это, как бы невзначай кашлянул, и ребята, опомнившись, поздоровались со взрослыми.
— Они немного стесняются, сами понимаете, новое место и все такое... — пояснил директор.
— Ну, это мы быстро исправим, — улыбнулась Тонкс.
— Что же, — сказал Дамблдор. — Мне пора. Думаю, дальше вы справитесь без меня.
— Не беспокойтесь, профессор, — ответила девушка. — Мы быстро сойдемся.
Дамблдор аппарировал, а оставшиеся сели за стол.
— Ладно, — произнес Люпин, — я собирался написать Гарри письмо ещё вчера, но закрутился и не смог этого сделать. Так что пойду, напишу, пока не забыл. А то он, наверно, беспокоится.
— Передавай ему от нас привет, — сказала Тонкс. — Напиши, что я по нему очень соскучилась.
— Обязательно, — произнёс Люпин и вышел в коридор.
Мародеры с любопытством смотрели на взрослых.
— А что это за дом? — спросила Лили, когда они сели за стол.
— Это дом моего дяди, Сириуса Блэка, — ответила Тонкс.
Ребята переглянулись.
— А где он? — спросил Джеймс.
Тонкс побледнела:
— Он погиб несколько месяцев назад.
И снова тишина.
Сириус, да и другие ребята были в шоке от услышанного, но, вспомнив наказ Дамблдора, взяли себя в руки.
— К… как? — выдохнул Сириус, побледневший от шока.
— В июне у нас произошла стычка с Пожирателями смерти, — ответил Кингсли. — И один, точнее одна, из Пожирателей застала его врасплох и произнесла заклятие смерти.
Услышать такое было тяжело. Все молчали, каждый думая о своём.
— Ладно, хватит киснуть, — сказала Тонкс через некоторое время. — Сириус не хотел бы, чтобы мы были в постоянном трауре.
— Люпин заснул там что ли? — произнёс Кингсли, пытаясь перевести разговор на другую тему. — Или он собрался писать Гарри всё, начиная от сотворения мира?
— Оставь его, — сказала Тонкс, облокачиваясь на спинку стула. — Напишет и придёт. Он пытается сделать всё, чтобы Гарри не чувствовал себя одиноко. Мальчик только что потерял крёстного отца и ему очень тяжело.
— Да, в последнее время Ремуса просто не узнать, — пробормотал Кингсли, ухмыляясь. — Похоже у Молли появился серьезный конкурент, в борьбе за обихаживанием Гарри. Так и вижу, как они наперегонки бегут к бедному парню, чтобы посмотреть все ли с ним в порядке.
Тонкс весело расхохоталась, тем самым обстановка разрядилась окончательно.
— Да ну тебя, тоже мне, скажешь.
Мародеры с любопытством продолжали слушать взрослых. Они никого не перебивали, жадно вслушиваясь в каждое слово.
Вскоре пришёл и Люпин.
— Ну что, написал? — поинтересовалась Тонкс.
— Да, написал, — ответил Ремус, садясь рядом с нею.
— Всё пересказал? — улыбнулся Кингсли.
— Да нет, кое-что оставил до его приезда.
— Ладно, — сказал Кингсли через некоторое время. — С вами хорошо, но у меня есть ещё кое-какая работёнка. До встречи.
И с этими словами он аппарировал.
— Вы, наверно, устали? — обеспокоено спросил Люпин. — Завтра приедут Уизли, и станет намного веселее. А сейчас давайте я провожу вас в ваши комнаты.
Они поднялись на 3 этаж, и Ремус, указав на одну из дверей, произнёс:
— Роуз, здесь будете спать вы. Вскоре к вам присоединятся две девочки, — Гермиона и Джинни, — и вам не будет одиноко.
Он открыл дверь, и Лили прошла в комнату.
— А вы, — он обратился к Мародёрам, — будете спать в комнате напротив.
Ремус указал на дверь и пошёл к лестнице.
Мародёры вошли в свою комнату и расселись по кроватям.
— Хватит киснуть, Бродяга, — сказал Джеймс, пытаясь подбодрить друга. — Ты, конечно, расстроен, но ты ведь умер в битве, как герой. Разве не этого ты хотел?
— Я не расстраиваюсь, — глухо произнёс Сириус, хотя весь его вид говорил об обратном. — Просто не ожидал этого.
— Да ладно, Бродяга, не надо делать из себя героя, — сказал Ремус. — Любой бы на твоём месте расстроился. И вообще...
В этот момент в комнату вошла Лили, и Люпин не стал продолжать свою фразу. Эванс подошла к своему парню и села рядом с ним. Вид у неё был расстроенный. Джеймс, заметив это, слегка обнял возлюбленную.
— Интересно, а какие мы? — через некоторое время спросила Лили.
— Не знаю, — ответил Джеймс. — Честно говоря, я себя совершенно не представляю в этом времени.
Ребята хорошо повеселились, представляя Джеймса, Лили и Питера в будущем.
— Эх, жаль, Пит с нами не пошёл, — сказал Джеймс, улыбаясь. — Такое веселье пропустил.
Тут их позвала Тонкс, и они спустились в кухню.
— Я прошлась по магазинам и купила еды, — весело сказала девушка. — К сожалению, я не готовлю так вкусно, как Молли. Так что нам придётся ограничиться этим…
Она достала из пакета гамбургеры.
— Полагаю, вы в Америке их уже объелись, но ничего более съедобного я в маггловских магазинах не нашла, — произнесла Тонкс, раздавая еду. — Лучше уж это, чем ничего.
— А в Косом переулке ничего не было? — спросила Лили.
— В темное время суток туда лучше не соваться, — серьезным тоном ответила Нимфадора.
Ели все молча, пока Сириус не осмелился задать вопрос:
— А раз хозяин этого дома умер, тогда почему вы здесь? То есть, я хотел спросить, кому он теперь принадлежит?
— Дом принадлежит крестнику Блэка — Гарри Поттеру, — ответила Тонкс. Джеймс, услышав это, поперхнулся гамбургером.
— После смерти Сириуса, — продолжила девушка, — дом, как и всё его состояние, досталось крестнику. И Гарри пожелал, чтобы здесь, как и до смерти Сириуса, располагалась штаб-квартира ордена Феникса.
— Наверно, Сириус очень любил своего крестника, раз оставил ему всё, — спросила Лили. Она догадывалась, что Гарри сын Джеймса. Но от неё ли? Девушка очень хотела точно это узнать, но ведь нельзя раскрывать себя, а взрослые говорили с неохотой. Видимо, боль от потери Блэка ещё не прошла.
— Да, — ответил Ремус. — Сириус безумно любил Гарри. Он заменил ему отца. Всё, что он делал, он делал только для него, для Гарри.
Все замолчали. Каждый снова ушел в свои мысли.
Ремус не мог понять, что он, в будущем, чувствует к сыну Джеймса. (В том, что Гарри был сыном Поттера, Рем был абсолютно уверен). К тому же взрослый Ремус говорил о нём с такой любовью, которая была ему не свойственна.
Сириус же не мог поверить, что существовал человек, которого он полюбил больше, чем себя, и оставил ему всё. В том, что Гарри сын Джеймса он тоже был уверен. Также он не мог понять почему дом принадлежит мальчику, который не является Блэком. Неужели больше не осталось его кровных родственников? Что же случилось с Джеймсом, раз он заменил Гарри отца? Но Блэк решил оставить все эти вопросы на потом.
Джеймс же совсем не верил в то, что у него есть сын. Он просто не мог себя представить в роли папы. Да и что-то здесь было не так, раз Сириус заменил Гарри отца.
Лили по-прежнему гадала, её ли это сын.
Они довольно долго так просидели, думая каждый о своём, пока Ремус не произнёс:
— Что же, давайте спать.
Ребята пошли наверх, и Лили сразу ушла в свою комнату.
— Вы что-нибудь поняли? — спросил Джеймс, закрывая за собой дверь. — Лично я — ничего.
— Я тоже, — ответил Сириус.
— Это потому что мы еще ничего не знаем, — устало произнёс Люпин. — Джеймс, а что ты чувствуешь?
— В смысле, что я чувствую?
— Ты что, не понял, что у тебя есть сын?
— Честно говоря, я не знаю, — ответил Джеймс. — Я просто не верю, в то, что у меня есть сын.
— А вот я верю, — сказал Сириус. — Ведь только твоего сына я мог полюбить как своего и оставить ему всё наследство.
— Всё равно, пока я не выясню это и не буду уверен в том, что он мой сын — я не поверю.
— Так давайте выясним! — улыбнулся Сириус, и Джеймс с Ремусом поняли, что их друг ни перед чем не остановится, пока не докопается до правды.
— С радостью, — ответил Джеймс, зевая. — Но только завтра. На сегодня с меня хватит потрясений.

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 4. Фотографии

 На следующий день приехали Уизли. Мародёрам и Лили они очень понравились. Это было большое, шумное и весёлое семейство. С их приходом мрачный дом Блэков как будто стал светлее и приветливее.
Спустя некоторое время миссис Уизли приготовила замечательный обед, и все сели за стол.
После того, как с трапезой было покончено, миссис Уизли произнесла:
— Итак, сегодня мы должны убрать дом. Так как Гарри разрешил нам делать с ним всё, что хотим, то мы сделаем здесь небольшой ремонт.
— Отлично, — проворчал Рон. — Опять до конца лета будем пахать, как домашние эльфы.
— Рональд Уизли! — гневно воскликнула женщина. — До приезда Гарри мы должны хотя бы немного навести здесь порядок. Здесь всё напоминает о Сириусе, и мы должны сделать всё, чтобы ему, Гарри, было легче здесь находиться. Ведь ты не хуже меня знаешь, как он переживает смерть крёстного. Или твои лентяйские желания значат для тебя больше, чем чувства твоего друга, который потерял самого близкого человека?
— Хорошо мам, я всё сделаю, — пристыжено пробормотал парень.
— Надеюсь, — холодно произнесла женщина.
Мародёры и Лили были сбиты с толку. Почему Сириус стал самым близким для Гарри человеком? Что случилось с родителями мальчика? Но ответа на этот вопрос они так и не получили.
После обеда миссис Уизли принялась объяснять присутствующим их обязанности.
— Роуз, — обратился Люпин к Лили. — Не могла бы ты сходить в мою комнату и принести оттуда зелье, пожалуйста.
— Конечно, — ответила Лили. — А где она находится?
— Моя комната находится на втором этаже, третья дверь справа, а зелье стоит на прикроватной тумбочке, в зелёном флаконе.
Вскоре Лили была в комнате Люпина. Это была небольшое помещение, с двуспальной кроватью, двумя прикроватными тумбочками, комодом и книжной полкой. На стены были наклеены старые тёмно-зелёные обои, со временем местами отклеившиеся.
Лили подошла к тумбочке и взяла зелье. Она собиралась уходить, как вдруг её внимание привлекли три фотографии, которые стояли на комоде.
На первой из них были изображены четыре мальчика. На вид им было 16-17 лет. Первый был худой, высокий, с усталым лицом (наверно, приближалось полнолуние), каштановыми волосами и карими глазами — это был Ремус. Второй — высокий, худой, с тёмными волосами, голливудской улыбкой и тоже с карими глазами — Сириус. Третий — высокий, худой, с растрёпанными чёрными волосами, светло-карими глазами, в круглых очках — Джеймс. И четвёртый — невысокого роста, плотненький, с маленькими серыми глазками, круглым лицом и черными волосами — это был Питер.
Лили минуту смотрела на эту фотографию, после чего взяла вторую. Она взглянула на неё и ахнула. На ней были изображена сама Лили, Джеймс, Ремус и Сириус. На вид им было около 22-х. Эванс была в пышном подвенечном платье. За руку её держал Джеймс, и оба лучились счастьем, а рядом с ними стояли Ремус и Сириус, которые радостно улыбались. Лили чуть не расплакалась, увидев эту фотографию. Она одновременно чувствовала столько эмоций, что они все перемешались и Лили сама бы в точности не смогла определить, что именно она сейчас чувствует.
Девушка кое-как оторвала глаза от фотографии и взяла третью. Когда она взглянула на нее, то чуть не выронила из рук. На ней были изображены пятеро человек: Лили, Джеймс, Ремус, Сириус и маленький мальчик. Посередине стояли Джеймс и Лили. На руках они держали ребёнка. Он был копией Джеймса, за исключением глаз — глаза у него были точно такие же, как у Лили. Рядом с Джеймсом стоял Сириус, а рядом с Лили — Ремус. Они все улыбались, а новоиспеченные родители буквально сияли от счастья.
Лили ещё долго бы любовалась этой фотографией, но в комнату вошёл Ремус.
— Роуз, ты тут не уснула? — дружелюбно спросил Люпин.
— Нет-нет, — замялась Лили. — Извините, просто я засмотрелась на фотографии.
Ремус подошёл к ней и тоже взглянул на фотографию, она всё ещё находилась в руках Лили.
— Они такие счастливые, — сказала Лили, надеясь завести разговор и узнать больше информации.
— Да, — произнёс Ремус, с грустной улыбкой. — Жаль только, что они не смогли провести друг с другом больше времени.
— Почему? — спросила Лили, боясь услышать ответ.
— Джеймс и Лили погибли, когда мальчику был всего один год. Очень жаль, что Гарри так и не познакомился со своими родителями, не смог с ними поговорить, узнать какие они люди. Я так много времени пробыл с ними, а Гарри так мало… Это несправедливо. Судьба очень жестоко поступила с их семьёй.
— А что с ними случилось? — спросила Лили. Она еле сдерживалась, чтобы не расплакаться. То, что она узнала, очень расстроило её. Но она должна была узнать все.
— Давай не будем о прошлом, — сказал Ремус. Ему трудно было вспоминать гибель друзей, и он поспешил поменять тему. — Да и к тому же нас ждут внизу. Надо помочь остальным.
— Конечно, — глухо ответила Лили.
Они оба вышли из комнаты, и Лили, сославшись на то, что ей нужно в свою комнату, убежала. Ремус обеспокоено посмотрел ей вслед, но не решился последовать за ней и спустился вниз.
А Лили, добравшись до своей комнаты, разрыдалась. Она не знала, сколько времени плакала, но ей казалось, что много. Через некоторое время девушка взяла себя в руки, вытерла слёзы и спустилась вниз.
Мародёры и Рон выносили из гостиной мебель, а Джинни убирала веником паутину.
— Ты где была? — спросила девушка, пытаясь стряхнуть со своей одежды пыль. — Я уже собиралась идти за тобой.
— Извини, — ответила Лили. — Я просто плохо себя почувствовала и пошла прилечь.
— А как ты сейчас?
— Ничего, всё нормально.
— Ну, тогда давай убирать, — произнесла Джинни, махая веником. — А то если мама увидит, что мы ещё не закончили, то точно прибьёт.
До самого вечера ребята убирались в доме, переходя из одной комнаты в другую.
Наконец, закончив с уборкой, все пошли в спальню Рона. Это была небольшая комната с двумя кроватями, и журнальным столиком. На стене висели старые обои, местами оборванные. Около двери красовалась пустая картинная рама, видимо, изображённый на ней человек ушёл прогуляться в другую свою раму.
— Неплохо ты здесь устроился, — произнёс Джеймс, повалившись на одну из кроватей. — Спишь один, а мы втроем живём в одной комнате, как цыганская семья.
— Рано радуешься, — ответил Рон, садясь на свою кровать. Рядом с ним устроились Ремус и Джинни, а рядом с Джеймсом присели Сириус и Лили. — Ты лежишь на кровати Гарри, а он скоро приедет, и я тоже буду в компании.
— А когда он приедет? — спросил Ремус.
— Через несколько дней, — ответил Рон.
— А что случилось с его родителями? — наконец Джеймс задал вопрос, который так его мучил. — Почему его воспитывал крёстный?
— А вы что, не знаете? — брат с сестрой уставились на них, как на ненормальных.
— Ну, во-первых, наши родители держали нас подальше от всяких войн, — сказала Лили. — И, во-вторых, мне интересно узнать, кто он такой. Ведь все только о нём и говорят.
— Что тоже интересуешься нашим Гарри? — улыбнулась Джинни. — Становись в очередь, им интересуется много девушек.
— И эта очередь начинается с тебя, — съязвил Рон.
Джинни ударила его подушкой.
— Нет-нет, — поспешно ответила Лили. — Я вообще-то девушка Джейсона.
— Серьёзно! — одновременно воскликнули Уизли.
— А как ты к этому относишься? — спросил Рон у Ремуса.
— К чему?
— Ну, к тому, что твоя сестра встречается с твоим другом, — произнёс Рон. — Лично я бы убил своего за это.
— Нет, не убил бы, — ехидно вставила Джинни.
— Это почему же?!
— Потому, что на Гарри у тебя силёнок не хватит.
— Это почему не хватит?! — вышел из себя Рон.
— Да потому, что! Неужели ты считаешь, что сможешь убить человека, которого не смог убить даже Сам-Знаешь-Кто? А ведь он не раз пытался прикончить Поттера, даже всю его семью убил, а Гарри выжил.
У Мародёров и Лили челюсти отвисли от услышанного. Они этого ни как не ожидали.
— К… как? — выдавила из себя Лили. Мародёры с беспокойством посмотрели на неё, потому, что она стала очень бледной.
— Это тёмная история, — ответила Джинни. — Где-то четырнадцать лет назад Вы-Знаете-Кто пришёл в дом Поттеров. Он убил родителей Гарри и его пытался убить. Но заклятие смерти отрикошетило от Гарри и ударило в Сами-Знаете-Кого. А Гарри лишь отделался шрамом на лбу. Так закончилась первая война. А Поттер стал знаменит как «Мальчик-который-выжил».
— Но как такое могло произойти? — произнёс Ремус, не веря собственным ушам. — Ведь это невозможно.
— Никто, кроме Гарри и Вы-Знаете-Кого, точно не знают того, что случилось той ночью. И ни один из них ничего не говорит, — сказал Рон.
— А как этот шрам выглядит? — спросил Сириус.
— Он напоминает зигзаг молнии, — ответил Рон. — Когда Гарри приедет, то вы сами увидите.
Вскоре их позвали ужинать и все спустились вниз. За ужином Мародёры с тревогой смотрели на Лили, но ничего не осмеливались сказать, так как в кухне их могли услышать.
После ужина Мародеры, сославшись на то, что хотят спать, пошли в свою комнату. Через некоторое время к ним присоединилась и Лили. Никто ничего не говорил и Джеймс произнёс:
— Лили, хватит расстраиваться. Ей Богу, ты такая чувствительная, что тебя нельзя с собой никуда брать. Из-за малейшей ерунды начинаешь плакать.
Джеймс понимал, что говорит грубо, но по-другому не мог.
— Как ты не понимаешь... — тихо произнесла Лили, не на шутку перепугав Мародёров. Они ещё ни разу не видели, что бы она себя так вела.
— Ты ничего не понимаешь… — продолжила Лили и вид у нее был, как-будто она сейчас расплачется. — Это ведь мы с тобой погибли четырнадцать лет назад. Это мы родители Гарри.
— С чего ты взяла? — спросил Джеймс.
— Я видела фотографии в комнате Ремуса, — ответила Лили. — Одна из них была с нашей свадьбы, а на другой мы держали на руках своего маленького сына. Он твоя точная копия, за исключением глаз, глаза у него мои. И Ремус подтвердил, что это наш с тобой сын.
Сказав это, Лили выбежала из комнаты и Мародёры остались одни. Всем было совершенно не по себе.
И не сказав ни слова, мальчики легли спать.

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 5. Стычка Снейпа и Люпина

 Через два дня приехала Гермиона. Они сразу же подружились с Лили. А Мародеры чуть не расплакались, оттого, что на их голову свалилась ещё одна Эванс.
Теперь все ждали Гарри, а он должен был приехать послезавтра. В особенности встретиться с Гарри хотели Мародёры во главе с Лили и Джеймсом.
Следующим вечером все удобно устроились на кухне. Миссис Уизли обсуждала с мужем и Ремусом ремонт, который они сегодня наконец-то закончили. Лили и Гермиона горячо спорили о сочинении по зельеварению. Близнецы, Ремус, Сириус, Джеймс, Рон, Джинни, Кингсли и Тонкс обсуждали квиддич.
— Надеюсь, Гарри восстановят в команде по квиддичу, — произнесла Джинни. — Тогда он вновь будет играть ловцом, а я стану охотником.
— А почему он не играет в квиддич? — тут же спросил Джеймс.
— Вообще-то играет… — сказал Рон. — Гарри с первого курса играет в квиддич. Он самый лучший ловец школы. Таких ловцов как Гарри за последние сто лет было только двое: Джеймс Поттер и Чарли Уизли.
Мародеры не очень удивились. Следовало ожидать, что талант Джеймса передастся сыну.
— Да, — подтвердила Джинни. — Видимо Гарри унаследовал талант своего отца. Ведь Джеймс Поттер является папой Гарри.
— А Чарли является его другом, — добавил Рон, — и нашим старшим братом. Кстати, вы скоро и с ним познакомитесь.
— А из-за чего его удалили-то? — спросил Джеймс. Он уже почти поверил, что Гарри его сын, ведь всё говорило об этом. Но всё равно он не мог до конца признать факт наличия у него почти взрослого сына.
— Это долгая история, — сказала Джинни, поморщившись и посмотрев на свою левую руку, на которой, как и у остальных, остался след от пыток Амбридж.
— И всё же? — не унимался Сохатый.
— Ну, в общем, — произнёс Рон, — в прошлом году Министр магии, Корнелиус Фадж, снял Дамблдора с поста директора школы Хогвартс и поставил на его место одну жуткую жабу. Эта жаба, — её звали Амбридж, — сразу же невзлюбила Гарри. Они постоянно ругались, и она делала всё, чтобы исключить его и испортить ему жизнь, но старуха не на того нарвалась, и в итоге с поста директора сняли её, а Дамблдора восстановили.
— А причём тут квиддич? — не понял Сириус, который, как и Джеймс, с интересом слушал Рона.
— Амбридж дисквалифицировала Гарри, — объяснила Джинни. — Она запретила ему играть в квиддич.
Джеймс хотел продолжить допрос дальше, но его перебила миссис Уизли:
— Дети идите наверх, сейчас начнётся собрание, и вам тут делать нечего.
— Ну мам… — заныли Уизли. — Почему нам нельзя присутствовать на собрании? Мы ведь тоже боремся против Волан-де-Морта.
— Господи! — воскликнула разгневанная женщина. — Ну сколько раз мне говорить, что вы маленькие? Вам ещё нельзя!
— Но мы-то совершеннолетние! — возмущались близнецы, подскочив со своих мест.
— Так! — не выдержала миссис Уизли. — А ну, быстро всем в свои постели!
Близнецов такой расклад событий явно не устраивал, но увидев выражение лица матери они не стали продолжать заранее проигранный спор, и, ворча, удалились в свою комнату. Остальные тоже поднялись наверх. Но мародеры не спешили, они медленно, не торопясь, шли к лестнице.
Не успели они подняться и на первую ступеньку, как в коридоре появился человек. Мародёры мигом узнали этого бледного мужчину с сальными волосами и в чёрной мантии. Юноши стояли как вкопанные и смотрели на Снейпа. Тот, заметив такой интерес к своей персоне, тоже взглянул на них.
— Чего уставились? — рявкнул профессор, переводя взгляд с Сириуса на Джеймса.
— Мы ничего… — пробормотал Люпин и потащил своих друзей наверх.
Снейп тоже развернулся и уже собирался идти в кухню, как наверху раздалось:
— Этот сальноволосый придурок когда-нибудь помоет голову?
Северус остолбенел. Но это было ещё не все:
— А ты думаешь, он знает, что это за штука такая — шампунь, — раздался второй голос.
И, весело рассмеявшись, ребята двинулись наверх.
Снейп же стоял как молнией поражённый и переваривал то, что только что дошло до его ушей. Он просто обалдел от того, что услышал — по-другому это и не назовёшь. Всё ещё под впечатлением от услышанного он поплелся на собрание.
Когда собрание закончилось, Северус подошёл к Дамблдору. Всё собрание он думал о ребятах, ему казалось, что он уже слышал голоса мальчишек. Поэтому зельевар решил узнать о том, кто эти молодые люди.
— Господин директор, — обратился он к Дамблдору, садясь на стул, — скажите, а что за мальчишки поселились в штаб-квартире?
— Это твои новые ученики, Северус.
— Что?! — Снейп не поверил своим ушам.
— Да, мой мальчик, — кивнул старик, — с сентября они начнут учёбу в Хогвартсе.
— Ради Бога, Альбус! — взмолился Снейп и вскочил со стула. — Разве мне Поттера не достаточно?! Скажите, что я вам сделал, раз вы так меня наказываете? За что?!
— Ни за что я тебя не наказываю. — Дамблдор был очень удивлён его реакцией, да и не только он… Тонкс, Кингсли и Ремус смотрели на Снейпа с открытыми ртами, но зельевар этого не замечал.
Тут до директора дошло, в чём дело и он спросил:
— Что они тебе сказали?
Снейп медлил, не решаясь сказать об услышанном, ведь получалось, что он пожалуется. А Снейп никогда не жаловался, разве что, в детстве. Но сам не зная почему он всё-таки решил сделать это.
— Ради Бога, Северус! — поторопил его старик.
— В общем… — промямлил профессор зельеварения, чувствуя себя не в своей тарелке, — В общем... Видимо молодым людям очень не нравятся сальноволосые придурки, как они меня и назвали...
Кингсли, Тонкс и Люпин, не выдержав, прыснули, даже директор еле сдержал улыбку.
— Я с ними обязательно поговорю, — заверил его старец и вышел в коридор. — А вы не обращайте на них внимания.
Вскоре Дамблдор поднялся в спальню Мародёров, попросил Рона оставить их, и, смотря на ребят с укором, произнёс:
— Я же просил вас быть осторожными!
— Мы вели себя осторожно, — ответили ребята, состроив самые невинные рожицы.
— Тогда скажите мне, пожалуйста, почему вы обозвали профессора Снейпа сальноволосым придурком?
— А разве это не так? — вырвалось у Джеймса.
— Тихо ты, — шикнул на него Ремус.
— Господи! — воскликнул Альбус. — Пожалуйста, я ещё раз вас прошу, будьте осторожны. Я не буду вас просить не говорить о нём гадости, так как вы всё равно не сдержите обещания, но хотя бы не говорите этого при нём. Он и так постоянно жалуется на Гарри, а ещё и вас не хватало в его чёрном списке. И к тому же он ваш учитель, так что проявите к нему хотя бы немного уважения.
— Хорошо, — пробормотали Мародёры соглашаясь, хотя весь их вид говорил об обратном.
— Ну, и на этом спасибо, — произнёс Дамблдор, хотя знал, что так просто Мародеры не оставят в покое Северуса, а тот, соответственно, его. — И ещё, с первого сентября вы все вчетвером начнете заниматься окклюменцией. Нельзя, чтобы кто-то забрался в ваши мысли и узнал правду.
— Хорошо, — ответили мальчики.
— Тогда до свидания, — произнёс директор и вышел из комнаты.
Через несколько минут в их спальню ворвалась Лили.
— Что вы натворили?! — без предисловий начала она.
— Ничего, — хором ответили мародёры, состроив самые невинные лица, на которые были способны.
— Тогда почему к вам приходил директор? — продолжала допрос Эванс.
— Он сказал, что мы с первого сентября начнём заниматься окклюменцией, — ответил Джеймс. Но девушка продолжала сверлить их недоверчивым взглядом.
— Честное слово, — поддержал друга Сириус, — не веришь, спроси у Дамблдора.
Но Лили не успела ничего сказать, как снизу донёсся шум — шла ссора. Мародёры и Эванс побежали вниз. На лестничной площадке они столкнулись с четверкой Уизли и Гермионой.
— Что случилось? — спросил Джеймс.
— Снейп ругается с Люпином, — ответили близнецы.
Все напрягли слух, прислушиваясь.
— Оставь Гарри в покое! — кричал Ремус. — Ему и без тебя тяжело. Хватит его терроризировать.
— Как ты знаешь, — холодно произнёс Снейп, — мальчик — копия своего отца. И, что бы я не делал, ничего на него не действует. Он такой же, как и его отец: надменный, высокомерный и наглый.
— Господи! — воскликнул Люпин, хватаясь за голову. — Ты так ненавидишь Джеймса, что даже спустя 15 лет со дня его смерти не можешь оставить в покое? Ну и ненавидь его, но причем тут Гарри? Он же не виноват в том, что произошло между нами. Зачем ты его трогаешь?
— Он такой же, как и его отец, — со злостью рявкнул Северус. — А что, малыш тебе нажаловался?
— Не говори ерунды, — устало отмахнулся Люпин. — Ты не хуже меня знаешь, что Гарри никогда ни на что не жалуется. Если ты так ненавидишь Джеймса, то вымещай свою злость на мне. Это ведь мы должны расплачиваться за свои грехи. Зачем трогать сироту, у которого никого нет? Он и так прожил очень тяжёлую жизнь, и только твоих придирок и наказаний ему не хватало...
— Всё, хватит! — послышался голос Дамблдора. Северус и Ремус быстро умолкли.
— Вы как маленькие дети! — произнёс директор. — Даже через столько лет не можете забыть школьные обиды. Пойдёмте со мной, нас ждёт очень долгий разговор.
Трое мужчин удалились, а остальные разбрелись по своим комнатам и легли в постели. Лили тихонько плакала, уткнувшись лицом в подушку, а Джинни обеспокоено на неё поглядывала, не решаясь что-нибудь сказать. Эванс была очень расстроена из-за своего сына, ей было очень тяжело смириться с тем, что они с Джеймсом погибли, а их сын растёт сиротой. И тот факт, что Гарри живет не самой радужной жизнью расстраивал ее еще больше.
Джеймс кипел от злости из-за того, что Снейп не даёт спокойно жить его ребёнку. Вид у него был, как у человека, готового совершить убийство. Вдобавок ко всему, он чувствовал вину перед сыном, ведь из-за его поступков расплачивается Гарри. К тому же в нем просыпались новые чувства, чего он до этого не испытывал и чего не мог понять. Джеймс совсем запутался в своих эмоциях. Но что-то ему подсказывало, что когда он познакомится с сыном, то разберётся в себе.
А Ремус и Сириус беспокоились за Джеймса, как бы тот и вправду не убил Снейпа. Рем тоже чувствовал вину перед Гарри, а Бродяге, похоже, было все равно.
Вскоре все уснули в предвкушении следующего дня, когда они, наконец, познакомятся с Гарри Поттером.

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 6. Долгожданная встреча

 Вот и наступил долгожданный день приезда Гарри.
Лили всю ночь ворочалась с боку на бок, пытаясь заснуть, но так и не смогла. Она так ждала этой встречи, что всю ночь не сомкнула глаз. Девушка волновалась и нервничала, её мучило любопытство. Она просто невыносимо хотела увидеть сына, посмотреть какой он. Всю ночь она думала только о нём. Впервые в жизни мысли Лили занимал ещё какой-то парень кроме Джеймса. Девушка заметила, что с тех пор как она узнала о своём материнстве, Гарри занимает в её мыслях первое место, а потом уже идёт Джеймс и все остальные.
«Может, во мне проснулся материнский инстинкт?» — подумала Эванс.
Она ещё некоторое время полежала в постели, слушая тиканье часов, но вскоре не выдержала и встала. Часы показывали 5 часов утра, и девушка от нечего делать пошла в библиотеку Блэков. Лили всегда читала книги, когда ей нужно было отвлечься, скоротать время.
Как и ожидала Эванс, в библиотеке было темно, и она на ощупь подошла к столу и зажгла свечу. За последние дни они с Гермионой столько времени здесь провели, что девушка с закрытыми глазами могла показать, что и где находится.
— Что, тоже не спится? — послышалось из кресла, которое стояло в углу.
Эванс подошла вместе со свечой к креслу, и только тогда она увидела Джеймса, сидящего в нем.
— Джеймс, в мире случился апокалипсис? — спросила девушка.
— Нет, с чего ты взяла?
— Просто Джеймс Поттер в библиотеке… — улыбнулась девушка. — Обычно я и силой не могу тебя туда загнать. А тут ты сам пришёл в библиотеку. Определённо, что-то в мире произошло. Когда я расскажу Сириусу о том, где тебя видела, то у него точно челюсть от удивления отвалится.
— Ха-ха, очень смешно, — произнёс Джеймс. — Мне не спится, вот и пришёл сюда.
— Как видишь, не ты один, — ответила девушка.
— Что случилось, милый? — спросила Лили, после минутного молчания. — Почему ты такой задумчивый и... и грустный?
— А мне нельзя быть задумчивым? — как-то резко произнёс Поттер.
Эванс не обижалась на своего парня за резкость, потому что знала, что Джеймс бывает резким, когда злится или выбит из колеи. В данном случае девушка понимала, что парню не по себе. Да и кто будет нормально себя чувствовать, когда попадёт в будущее и узнает много того, чего предпочитал бы не знать. Она и сама чувствовала себя примерно также.
Лили положила свечу на журнальный столик, который находился возле кресла, и села на колени своего парня. Тот обнял её.
— Обычно твой оптимизм ничего не омрачает, а сейчас ты мрачнее тучи — это для тебя совершенно неестественно.
Джеймс ничего не ответил.
— Это всё из-за Гарри? — тихо спросила девушка.
Джеймс опять промолчал.
— Точно, всё из-за него, — констатировала Эванс.
— Лили, я всё время думаю только о нём, даже о тебе я столько не думаю… — произнёс через некоторое время Поттер. — С тех пор как я узнал о сыне, о нашей смерти и смерти Сириуса, я просто не знаю, что делать, как себя вести, и от этого мне не по себе. Вдобавок ко всему, я чувствую, что что-то во мне меняется, но я не понимаю что… Во мне бушует целый ураган эмоций, и половину из них я не могу ни понять, ни принять… Просто всё так неожиданно свалилось нам на голову, и теперь я не могу во всем разобраться, и это меня угнетает.
— Не переживай, любимый. Ты просто не попадал в такую ситуацию раньше и от этого находишься в замешательстве. Да и кто, кроме нас, мог бы так влипнуть? Но я уверена, что со временем ты во всём разберёшься, и я тебе, если что, помогу. Мы вместе со всем справимся.
— Спасибо, — прошептал Джеймс и крепко обнял свою девушку.
Они до самого приезда Гарри сидели и говорили, даже завтракать не пошли.
И вот ближе к обеду в доме разнесся радостный возглас миссис Уизли: «Гарри, дорогой, как я рада тебя видеть!».
Внизу все зашумели. Но Джеймс и Лили не спешили туда. Поттер и Эванс очень хотели его увидеть, но когда он наконец приехал, их сковал страх. Нет, они не его боялись, их пугала неизвестность, то, что будет после того, как они увидят своего сына. Девушка и парень стояли и молча смотрели друг на друга. Простояли они недолго, так как в комнату влетели Сириус и Ремус.
— Вы чего не спускаетесь? — спросил Ремус.
— Уже идём, — ответил Джеймс. — А вы его видели?
— Да, — в один голос сказали ребята.
— И какой он? — спросил Поттер. Он очень нервничал перед встречей с сыном.
— Ну, что я могу сказать? — улыбнулся Сириус. — Он определённо твой сын.
— Да, — поддержал Ремус. — Пошли, сами увидите…
Набравшись смелости, Эванс и Поттер спустились вниз.
Первой в кухню вошла Лили, за ней поплелся Джеймс и остальные Мародёры.
— Куда вы пропали? — спросила миссис Уизли.
Но Лили и Джеймс не обратили внимания на неё, они оба смотрели на черноволосого юношу, который стоял к ним спиной и разговаривал с мистером Уизли.
Но вот парень повернулся, и Лили ахнула — он был очень похож на Джеймса, но глаза ему достались от неё.
Гарри подошёл к ней и протянул руку со словами:
— Привет, я Гарри... Гарри Поттер.
— Привет, Роуз Холиуэлл. — поздоровалась девушка.
Затем он поздоровался с Джеймсом, вид у того был одновременно и удивленный, и испуганный.
Лили смотрела на этого парня, и у неё внутри словно взорвался вулкан, выбрасывая на поверхность одновременно и горе, и радость. Радость — оттого, что у неё есть сын, а горе — оттого, что у него была такая тяжёлая жизнь, и её не было с ним рядом. Но ничего, она исправит это…
Джеймс же, когда увидел Гарри, потерял дар речи. Он быстро опомнился и поздоровался с мальчишкой, но шок так и не прошёл. Внутри него бушевали эмоции, и Джеймс из последних сил себя контролировал, он боялся, что его ребра треснут от такого переизбытка чувств. Поттер одновременно чувствовал радость и испуг, удивление и облегчение и ещё столько всего, что все смешалось и сводило его с ума.
— С тобой все в порядке? — спросила стоящая рядом с Гарри Гермиона.
— Да-да, — поспешно ответил Джеймс.
Гермиона поглядела на него с беспокойством, но ничего не успела сказать, так как миссис Уизли позвала её, Джинни и Лили.
— Следи за собой, — прошептала Эванс Джеймсу на ухо, и пошла за Гермионой. Мальчики же поднялись в гостиную.
— С тобой точно всё в порядке? — спросил Гарри, внимательно смотря на Сохатого.
— Да, со мной всё хорошо, — пробормотал Джеймс. — Просто не выспался.
Как только все вошли в гостиную и удобно устроились, Гарри спросил:
— Что нового? Как там поживает наш Красноглазик?
Все уставились на него.
— Чего? — невозмутимо спросил Гарри. — Раз уж прикончить его нельзя, дайте хотя бы от всей души обозвать. Я всё лето, от нечего делать, ему клички придумывал.
Близнецы расхохотались, следом и остальные.
Джеймс, уже более-менее отошедший от шока, начал внимательно рассматривать сына.
«Господи, — подумал Поттер, — как же он похож на меня. Мы прямо как братья близнецы, хотя различия есть... Глаза у парня явно от Лили, и они делают его черты лица более мягкими, чем мои. И этот шрам… В остальном же он похож на меня, даже ростом мы примерно одинаковые».
— Да мы и сами не знаем, — тем временем продолжал Рон. — Орден нам ничего не рассказывает, а собрания подслушать не удаётся. Единственное, что мы знаем — он затаился и пока не спешит нападать.
— Понятно… — пробормотал Гарри. — Как всегда, ноль информации.
— Ну, а ты что делал летом? — спросил Джордж. — Странно… Это первое лето, которое ты провёл без приключений.
— Какие тут могут быть приключения? — произнёс парень. — Я всё лето безвылазно просидел у своих родственничков. Даже на улицу выходить не разрешали. В общем, скукотища смертная. Я уже думал, не подраться ли для разнообразия со своим кузеном.
— А чего же не подрался? — спросил Фред.
— Подрался бы, — ответил Гарри, — да только этого олуха дома никогда не бывало. Я с ним виделся только за завтраком и ужином, а драться на глазах у тёти с дядей — не самый лучший вариант. Вечно, когда он мне нужен, его никогда нет.
Вскоре их позвали обедать.А после обеда близнецы вместе с отцом ушли, девочки с миссис Уизли устроились на кухне, а мальчики вновь поднялись в гостиную и взялись за шахматы.
И вот наступило время ужина, за разговорами и шахматами никто не заметил, как быстро пролетело время. Когда Сириус потерпел очередной сокрушительный мат от Рона, все спустились на ужин.
На кухне, помимо мистера и миссис Уизли, были ещё Тонкс, Кингсли, Люпин и Флетчер.
— Гарри! — воскликнул Ремус и бросился обнимать юношу.
Впервые за эти несколько дней Мародёры и Лили увидели Ремуса улыбающимся. Тот просто расцвёл при виде Гарри. И это очень удивило ребят, и в частности юного Рема.
После ужина миссис Уизли сказала, что очень скоро они отправятся в Косой переулок, что очень всех обрадовало.
— Наконец то мы сможем увидеть магазин близнецов! — воскликнул Рон.
— А что за магазин? — в один голос спросили Мародёры.
— Близнецы выпускают всякие шуточные безделушки, — ответил Гарри.
— Кстати, надо будет обзавестись забастовочными завтраками, — сказал Рон Гарри.
— А что это такое? — заинтересовались Мародёры.
Гарри и Рон начали рассказывать о забастовочных завтраках, гиперъязычках, канареечных помадках и прочих изобретениях близнецов. Мародёры слушали их с интересом, особенно, когда рассказывал Гарри.
Мальчики разговаривали до полуночи, пока их не разогнала по спальням миссис Уизли.
Когда Мародёры устроились в своей комнате, к ним зашла Лили.
— Ну что? Как провели время? — спросила девушка.
— Отлично, — ответил Ремус, — вот пообщались с Гарри.
— И как вам он?
— Он очень весёлый человек, — сказал Сириус. — И очень похож на Джеймса.
— Да, но всё равно у него очень грустные глаза, — произнёс Ремус. — Он как-то натянуто общался. Видимо он ещё не до конца оправился от смерти крёстного. Да и вообще, у него взгляд взрослого человека, который многое повидал.
— То есть, такой, как у тебя, — улыбнулся Сириус.
— А он что-нибудь говорил о нас? — спросила Лили.
— Нет, — ответил Джеймс. — Он ничего не сказал, да мы и не спрашивали.
— Мы подумали, что не стоит в первый день его прихода напоминать ему об этом, — произнёс Люпин.
— Понятно… — пробормотала Лили. — Ладно, я пошла, а то девочки начнут задавать вопросы о том, где я так долго была, а мне сегодня ни с кем не хочется больше разговаривать. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — хором ответили мальчики.
— Ладно, давайте спать, — сказал Джеймс. — Я сегодня переутомился, постоянно контролируя себя. Поговорим завтра.
Мародёры не стали с ним спорить, потому что знали, какой у Джеймса был трудный день, да и не только у него.
Все уснули, только Лили все не могла перестать думать о сыне. Она половину ночи провела, размышляя о прошедшем дне, который был очень насыщенным для неё. Но вскоре девушка незаметно впала в глубокий сон.

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 7. Ночной кошмар

 С приезда Поттера-младшего прошло три недели. Большую часть своего времени Мародёры проводили вместе с Гарри и Гермионой.
Больше всех из них с Гарри подружился Джеймс. За это короткое время они стали друзьями не разлей вода. Эти двое могли часами сидеть и разговаривать, при этом ни на кого не обращая внимания. И это очень не устраивало Рона. Он привык, что Гарри постоянно с ним, и из-за этого начал ревновать своего друга к Джеймсу. Естественно, отношения между Роном и Сохатым стали со временем ухудшаться.
Уизли постоянно ссорился и с Гарри, и с Джеймсом, но безрезультатно. Джеймс по большей части не обращал на Рона внимания, так как знал, что ничто в мире не заставит его поссориться с Гарри.
Поттер всё своё время уделял сыну, он хотел узнать о нём всё, вплоть до мельчайших подробностей. Но пока не очень в этом преуспел, так как Гарри был очень скрытным и не любил о себе рассказывать. Джеймс понимал, что юноша не доверяет ему, но Поттер был решительно настроен на то, что бы завоевать доверие сына. Да и Сохатый не был глупым, он понимал, что для этого нужно время, что за один день не станешь лучшим другом. Но он так же понимал, что времени у него не так уж и много.
Гарри очень понравились его новые друзья, особенно Джейсон. С ним он подружился больше всех, ведь они понимали друг друга с полуслова. Он ещё не встречал человека, который так понимает его, такого близкого по характеру. Да и было в нём что-то такое, что притягивало Гарри. Поттер сам не понимал, почему за такое короткое время он привязался к этому человеку. А ведь к Рону он так не привязался даже после пяти лет дружбы.
Зато Гарри очень удивило отношение Уизли к их с Джейсоном дружбе. Он постоянно ссорился с Гарри, подговаривал его против нового друга, в общем, всеми силами пытался сделать так, чтобы Поттер не общался с Джейсоном. Эту черту характера друга он раньше не замечал, да и что-то отдаляло их в последнее время. Гарри понимал, что если Рон и дальше будет вести себя как ревнивая жена, то их дружбе придет конец. Но Уизли этого упорно не понимал и обвинял Поттера в том, что тот променял лучшего друга на какого-то незнакомого человека.
Рон не знал, что Гарри и Джеймса ничто не разлучит, и упорно настраивал их, как он думал, друг против друга. Но на самом деле он настраивал обоих Поттеров против себя и не только их. Будущая миссис Поттер тоже невзлюбила Рона, да и Джинни её почему-то настораживала. Мародёрам тоже не нравилось, что Уизли постоянно пытаются встать между Поттерами. Единственной, кто был рад дружбе Джеймса и Гарри, была Гермиона.
Вечером Миссис Уизли объявила, что завтра все пойдут в Косой переулок и передала всем письма из Хогвартса, которые пришли сегодня, а так же и результаты СОВ. Ребята очень обрадовались, даже Рон и Джеймс по этому случаю объявили перемирие. Ведь за всё лето это был их первый выход из дома.
Джеймса очень обрадовало, что Гарри сдал почти все экзамены. А на счёт истории магии и прорицания он не парился, так как считал, что эти предметы не пригодятся его сыну. Зато Лили не очень обрадовали результаты экзамена, ей очень хотелось, чтобы её сын был отличником, да и вообще лучшим во всём. Но что поделаешь, он ведь сын Джеймса Поттера, следовательно и отношение к урокам у него такое же как и у отца, то есть никакое. Удивительно, как Джеймс вообще может быть отличником, с таким-то пофигистским отношением.
Близнецы последнюю неделю жили в своей квартире в Косом переулке, так как перед новым учебным годом посетителей было много и их помощники уже сами не справлялись. Но в доме на площади Гриммо скучно не было, так как Фред и Джордж передали эстафету Мародерам во главе с Сириусом, и те не давали остальным киснуть.
Этим же вечером появился Дамблдор и передал каждому из ребят по мешочку с деньгами, сказав, что это их родители передали. Но Мародеры знали, что эти деньги из Хогвартского фонда, помогающего бедным студентам приобрести товары к учёбе.
И вот школьники оставили взрослых на кухне, а сами пошли в гостиную. Сириус, Джинни, Ремус и Рон уселись на диван и обсуждали будущий поход в Косую аллею. Гарри и Гермиона сели в кресла, около стены. Грейнджер ругалась с Поттером и, жестикулируя руками, доказывала свою правоту. Джеймс и Лили сидели в углу на маленьком диванчике и наблюдали за своим сыном.
— Могу поспорить, что Гермиона отчитывает Гарри за не сделанное домашнее задание, — произнес Джеймс.
— Откуда ты знаешь? — спросила Лили.
— Оттуда, что ты точно также себя ведёшь, когда отчитываешь меня, — ответил Сохатый. — Гарри повезло, что она, в отличие от тебя, не бьёт его.
— И когда же он собирался его делать? — спросила Лили, пропустив последнюю реплику Джеймса мимо ушей. Но при этом вид у той был решительный и грозный.
— Не переживай, он всё сделает, — забеспокоился Сохатый, увидев выражение лица Эванс. Обычно такое выражение у неё было, когда она собиралась устроить очередную взбучку своему парню.
Но Лили пропустила всё мимо ушей.
— Ради Бога Лил, не надо! — воскликнул Джеймс, пытаясь удержать свою девушку.
Но Лили опять пропустила всё мимо ушей и двинулась в сторону Гарри.
Ремус и Сириус увидев лицо Лили поспешили присоединиться к Джеймсу. Рон, не поняв такое поведение Мародёров, тоже подошёл к Поттеру.
— Что случилось? — спросил Уизли.
— Сейчас увидишь, — пискнул Джеймс.
— Эх, как я не завидую Гарри, — наполовину прошептал, наполовину пропищал Сириус.
— Наша Роуз нашла себе жертву, — объяснил Ремус ничего не понимающему Рону. — Обычно такое выражение лица у неё бывает, когда она собирается задать перца своему парню, да и нам заодно. Теперь это ждёт Гарри. Надеюсь, что обойдётся без синяков.
Рон, наконец-то поняв, о чём идёт речь, взглянул на Лили и испугался. Вид у той и вправду был устрашающий.
Бедный Гарри! Какую же промывку мозгов ему устроили девушки. Рон, не на шутку испугавшись, спрятался за кресло, а Джинни за шкаф, взрослые не решились выходить из кухни, а Кикимер забился в свою каморку на чердаке, даже картина миссис Блэк от зависти позеленела и замолчала. Впервые нашлись люди, которые смогли её перекричать. Мародёры от испуга спрятались за диван, и лишь когда Гермиона и Лили переводили дыхание, чтобы дальше продолжить свою гневную тираду на тему «Если не будешь делать уроки, то ничему не научишься», только тогда они решались выглянуть из-за дивана.
Вначале Гарри молча слушал девушек, боясь выйти из себя и ляпнуть чего лишнего, но затем он потихоньку начал сердиться. Поттер уже хотел выдать свою гневную тираду, как увидел выражения лиц Мародёров. Его злость мигом улетучилась, уступив место веселью. Он уже не знал смеяться ему или ругаться с девушками. Но ещё раз взглянув на Мародёров и Уизли, Гарри не выдержал и расхохотался.
— Тебе смешно?! — взвизгнула Гермиона, уязвленная и удивлённая его реакцией. Она полчаса тут пыталась вразумить парня, а он только расхохотался. — Я что, похожа на клоуна? Больше не буду помогать, отныне все задания ты делаешь сам.
И обидевшись на Поттера, Грейнджер убежала в свою комнату. Лили же лишь махнула на него рукой, она понимала, что Джеймсовское упрямство перешло парню по наследству, и с этим ничего не поделаешь. И решила подключить к воспитательному процессу Поттера-старшего, уж это упрямое существо заставит сына взяться за ум. Она села рядом с сыном и произнесла:
— Зачем ты над ней посмеялся?
— Я не над ней смеялся, — угрюмо произнёс Гарри. Всё веселье мигом улетучилось. — Я смеялся над парнями.
Лили, посмотрев на Мародёров и Уизли, чуть не расхохоталась. Она поняла, что Гарри и вправду не над Гермионой смеялся, он просто не выдержал, увидев выражения лиц ребят. Эванс грозно посмотрела в сторону Мародёров, которые наконец-то решили выбраться из-за своего укрытия, затем вновь повернулась к сыну:
— Ты должен пойти, извиниться и объяснить Гермионе, что ты не над ней смеялся.
— Я никуда не пойду, и тем более я не собираюсь извиняться. Я ни в чём не виноват, — твердо произнёс Поттер и вышел из комнаты.
«Проклятое Поттеровское упрямство…» — подумала Лили, глядя в спину уходящего Гарри.
Вскоре все разошлись по своим комнатам, но Лили пошла в библиотеку и села в одно из кресел. Сразу за ней вошёл Джеймс.
— Мог бы помочь, — со злостью сказала девушка, — а не прятаться за диваном.
— И что ты предлагаешь мне делать? — в тон ей произнес Джеймс.
— Мог бы сказать ему, что нужно делать домашнее задание.
— Лили, он это и без тебя знает. А этой мозгопромывкой вы всё только ухудшили. Ты разве ещё не поняла, что он не маленький мальчик? Он — взрослая, самостоятельная личность. И из общения с ним, я понял, что Гарри терпеть не может, когда кто-то пытается навязать ему свою точку зрения, что вы с Гермионой только что проделали.
— А что мы сделали? — спросила Лили. — Мы всего лишь сказали ему, что если он не будет делать уроки, то ничему не научится.
— Нет, Лили, — произнёс Поттер. — Вы не просто говорили, вы навязывали ему это. А Гарри, например, считает по-другому. Он всему учится на практике, а не в учебниках. В этом он пошёл в меня.
— Он вообще, ты №2, твоя точная копия, что внешне, что по характеру.
— Но он же мой сын! — воскликнул Джеймс. — На кого ему ещё быть похожим?
Некоторое время они не разговаривали, каждый погрузившись в свои мысли, затем Лили произнесла:
— Нужно помирить Гарри и Гермиону.
— Помирятся, — уверенно проговорил Поттер.
— С чего это ты так уверен? — спросила Эванс.
— А с того, что они напоминают мне нас, — ответил Джеймс. — Ты разве не заметила, что характеры у вас с Гермионой похожи? А Гарри похож на меня. Не удивлюсь, если в ближайшее будущее они будут вместе не как друзья, а как возлюбленные. Так вот, мы же с тобой быстро миримся, и они так же быстро помирятся.
Но Лили была не согласна с Джеймсом и решила поговорить с Гермионой. Объяснить ей всё. Потому, что она знала, что Гарри не подойдёт первым.
Что касается её сына, то она поняла, что он упрямый как отец, следовательно, спорить с ним бесполезно. И к нему нужно применить ту же политику, что и к Джеймсу — хитрость.
Вскоре пожелав своему парню спокойной ночи, Эванс пошла в свою комнату.
Джинни уже спала, зато Гермиона, закутавшись в одеяло, сидела и плакала. Лили подошла к ней и села рядом.
— Герми, — нежно проговорила девушка, — не расстраивайся. Он не над тобой смеялся.
— А над кем же? — всхлипнула Гермиона.
— Он не выдержал выражения лиц Джеймса…
— Кого? — перебила Грейнджер.
Лили поняла, что проговорилась:
— Джейсона. Джейсона, Эммета и Роба. Он рассмеялся, когда увидел, как те боязливо выглядывают из-за дивана. Это и вправду очень смешно. Просто ты стояла к ним спиной и не видела. У них всегда такое выражение лиц, когда я ругаюсь.
Гермиона недоверчиво поглядела на Лили.
— Я честно говорю, — улыбнулась девушка.
— Спасибо, — произнесла Гермиона и обняла Эванс.
— Ну, давай спать, завтра у нас тяжёлый день.
— Давай, — согласилась Грейнджер.
И девушки легли спать.
Зато Мародёрам не спалось, и они решили сходить к Гарри и Рону.
Когда они вошли в комнату, Рон и Гарри сидели на кровати и что-то обсуждали. Увидев Мародёров, они мигом умолкли.
— Вы чего это не спите? — спросил Рон.
— Как-то не хочется, — ответил Ремус.
— Ну, тогда присоединяйтесь к нам, — улыбнулся Гарри.
— Кстати, поздравляем тебя, — улыбнулся Сириус.
— С чем? — не понял Гарри.
— А с тем, что в живых остался, — произнёс Сириус.
— Обычно, когда она накидывается на нас, то без синяков не обходится, — продолжил Джеймс. — И как всегда больше всех попадает мне.
— Да, воинственная у тебя девушка, — улыбнулся Гарри. — Теперь понятно, почему вы были такими перепуганными.
— Надеюсь, ты на неё не обиделся за всё это? Она хотела тебе добра, — с беспокойством сказал Сохатый. — Роуз хочет тебе добра, она вообще всем хочет добра, но иногда перебарщивает и бывает слишком резкой.
— Нет, — ответил Гарри. — Она права, и я совершенно на неё не обижаюсь.
Когда Джеймс услышал это, ему стало намного легче, как будто гора с плеч свалилась.
Поттер боялся, что эта глупая ссора испортит отношения между Лили и Гарри.
Он знал, что Лили любит своего сына и хочет быть с ним рядом. Она хочет заниматься его воспитанием, но она не понимает, пока ещё не осознает, что он уже не нуждается в их заботе, что то время, когда ему нужны были родители, они из-за Волан-де-Морта упустили. Гарри уже взрослый, но и он, и Лили не могли смириться с тем фактом, что не смогли воспитать своего сына, будь Тёмный Лорд трижды проклят за то, что лишил их этого.
Поттер почти не слушал о чём разговаривают Гарри и остальные, он был в раздумьях. И через некоторое время он, пожелав всем спокойной ночи, пошёл в свою комнату. Сириус хотел пойти следом за Джеймсом, но Рем его остановил, сказав, что ему надо побыть одному.
Вернувшись в свою комнату, Джеймс лёг в постель всё ещё в раздумьях.
Прошло так мало времени с тех пор, как они познакомились с Гарри, но этого хватило, чтобы и он, и Лили изменились. Ещё месяц назад Джеймс не мог представить себя в роли отца, а сейчас… сейчас он не мог представить себя без Гарри. Сейчас центром его жизни был сын…
Джеймс лежал на земле. Вокруг был сплошной туман, всё было белым. Он услышал, как раздался взрыв, а дальше послышались крики.
«Что происходит? — лихорадочно думал он. — Где я?»
Он сел, потрогал свой висок и ощутил что-то влажное и липкое, видимо, кровь. Голова кружилась.
Вдруг раздался второй взрыв. И среди голосов, донёсшихся откуда-то слева, он услышал крики Лили, Гарри и Сириуса. Он ещё ни разу не слышал их такими испуганными. Тут его охватил страх. Лили… Гарри…
Джеймс поднялся на ноги, голова ещё сильнее заболела и закружилась, но он, проигнорировав боль, побежал в то место, откуда доносились звуки.
Он бежал, но никого не видел. Он спотыкался, падал, но опять вставал и бежал. Джеймс так и не нашёл никого. Сколько бы он не бежал, голоса и их обладателей не становились ближе.
Джеймс не знал, сколько так бежал: час, два, день, неделю… Он не мог найти свою семью. Его охватило отчаяние.
Он ещё раз услышал душераздирающие крики Гарри и Лили, а затем всё стихло.
Джеймс кричал, звал их, но никто не откликался. Отчаяние и страх хватили его ещё сильнее. Поттер совершенно растерялся от бессилия. Он кричал, из глаз слезы. Но ничего, всё такая же тишина.
И через некоторое время раздался жуткий, холодный голос. От него мурашки по спине побежали:
— Один раз ты уже не смог сберечь их, не сможешь и во второй…
И тут туман расступился. Джеймс увидел их, они лежали перед ним, мёртвые.
Вначале тишина, ступор, а потом ему показалось, что мир разрушился. Боль, невыносимая боль разрывала его на части. Слёзы текли ручьём.
— Лили… Гарри… — Джеймс сел рядом с ними.
Двое самых дорогих ему людей лежали рядом. Он посмотрел по сторонам и увидел другие тела. Ремус… Сириус… Все они были мертвы.
Джеймс ещё раз взглянул на сына. Его глаза были закрытыми, лицо спокойное. Казалось, что он спит.
Поттер увидел, что недалеко от тела Гарри лежит небольшой кинжал. Он понятия не имел, откуда он здесь взялся, но знал, что с ним сделает…
Джеймс взял кинжал.
— Если вы умерли, то и мне здесь делать нечего… — и с этими словами он вонзил его в своё сердце…
Тут он проснулся. Его лицо было мокрым от слёз, а волосы и спина от холодного пота. Несколько минут он не мог понять, где находится. Поттер тяжело дышал, оглядываясь по сторонам. На соседних кроватях спали Сириус и Ремус. Наконец, придя в себя, Джеймс встал и надел халат.
Он минуту постоял, а потом вышел из комнаты.
«Я должен знать, что с ними всё в порядке…»
Поттер тихонько открыл дверь в комнату Лили и вошёл. Та мирно посапывала на своей кровати. Облегчённо вздохнув он вышел из комнаты и пошёл в спальню Гарри. Тот тоже спал в своей постели. Простояв минуту, Джеймс вышел из комнаты, но не вернулся к себе, а пошёл на кухню.
Налив себе тыквенного сока, он сел на стул. Неприятные ощущения от кошмара ещё не прошли. Джеймс сидел и гадал, к чему этот сон.
Завтра, точнее сегодня, они должны были идти в Косой переулок. Неужели во время похода что-то случится? Нужно будет не упускать Гарри и Лили из виду…
Он просидел в задумчивости некоторое время, а потом, залпом выпив свой тыквенный сок, пошёл спать. Но сна ни в одном глазу не было, и всё оставшееся время он только проворочался с боку на бок.

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 8. Косой переулок

 Джеймс до самого утра не сомкнул глаз. Этот кошмар просто не выходил из головы. Всю ночь он думал, как защитить свою семью. Вспоминал заклинания, которые помогли бы ему в случае нападения. Пытался вспомнить инструкции по самозащите при нападении Пожирателей, с которыми их знакомил профессор Флитвик. Какой же он кретин, надо было слушать, а не спать на уроке!
Так юноша и лежал, пока миссис Уизли не пришла будить ребят.
Дети спустились в кухню. За столом сидел мистер Уизли и разговаривал с каким-то парнем.
— Билл! — хором воскликнули Джинни, Гарри, Рон и Гермиона, уставившись на него. — Как ты тут оказался?
— Я приехал минут двадцать назад, — ответил он.
Мародеры с любопытством его рассматривали: рыжие волосы, собранные в конский хвост, серьга с клыком на правом ухе. Одет он был в черные кожаные штаны и наглухо застегнутую куртку из похожего материала.
Вскоре Рон познакомил Мародеров с Биллом. Оказалось, что он старший сын Уизли.
— Давайте быстрее рассаживайтесь, — проворковала миссис Уизли, неся в руках кастрюлю. — Нам надо поторопиться, так как остальные придут с минуты на минуту.
Ребята без лишних слов расселись по местам и приступили к завтраку.
— Итак, дети, — произнес мистер Уизли, когда с трапезой было покончено. — Сегодня мы пойдем в Косой переулок. Вы будете разделены на две группы. Гарри, Джейсон, Роуз и Гермиона будут в первой группе, а все остальные, следовательно, во второй. Охранять первую будут Кингсли, Тонкс, Аластор и Ремус, вторую — Я, Флетчер, Молли и Билл. Пожалуйста, держитесь вместе, ни в коем случае не отходите от взрослых. И будьте очень внимательны и осторожны.
— А как мы туда доберёмся? — спросил Рон.
— С помощью портала, — ответил Артур.
Через несколько минут пришли члены ордена Феникса. Мародеры были знакомы практически со всеми, да и обстановка стала уже привычной. Они наивно полагали, что их теперь ничем не удивить. Но, это было не так… У них глаза на лоб полезли от благоговейного удивления, когда они увидели мужчину, с порванным носом, дико вращавшимся волшебным глазом и всего исполосованного шрамами.
— Кто это такой? — спросил Джеймс у Гарри, с опаской посматривая на незнакомца.
— Это Аластор Грюм или, как его называют, «Грозный глаз» Грюм.
— А кто он такой?
— Он аврор. Причём самый лучший. Половина заключенных Азкабана сидят там его стараниями.
— Теперь понятно, почему он весь в шрамах, — сказал Джеймс, украдкой рассматривая его лицо.
— Могу представить, сколько людей спит и видит, как бы его прикончить, — пробормотал
Сириус.
— Как я вижу, вы уже в сборе, — произнес Аластор, деловито оглядывая ребят. — Полагаю, Артур вам все уже объяснил?
Все закивали в ответ.
— Отлично! Тогда чего мы ждем, разделяйтесь и беритесь каждый за свой портал.
Школьники и их охранники разделились на две группы. Грюм вытащил из кармана мантии старую железную кружку и жестом подманил “своих” ребят. Джеймс и раньше путешествовал с помощью портала, поэтому не боялся, зато Лили посматривала на кружку с опаской.
— Не бойся, — прошептал он. — Просто делай все как я.
Эванс улыбнулась ему, и, кончиками пальцев коснувшись портала, взяла Джеймса за руку.
Грюм оглядел всех, затем посмотрел на часы и начал обратный отсчет:
— Три, два, один…
Джеймс ощутил знакомый рывок в области живота, и затем все начало сливаться перед его глазами.
Через некоторое время он почувствовал, как его ноги врезались в землю. На него налетел Гарри, и оба, не удержав равновесия, упали.
Джеймс поднял голову: взрослые стояли на ногах, взъерошенные от сильного ветра. Все остальные валялись на земле, как они с Гарри.
— Чего разлеглись? — послышался голос Грюма. — У нас еще куча дел.
Ребята кое-как поднялись на ноги и, пошатываясь, побрели за Аластором и Ремусом. Сзади шли Кингсли и Тонкс.
— Ненавижу порталы, — произнес Гарри, отряхивая одежду.
— Я тоже, — ответил Джеймс и стал оглядываться по сторонам. Оказалось, они приземлились прямо возле магазина волшебных палочек Оливандера. Народу было мало, так что, к счастью, “раздавленных жертв” не было.
 
 
 
* * *

Все прошло довольно тихо, без происшествий. Они быстро купили перья, чернила и прочие школьные принадлежности.
В магазине «Флориш и Блоттс» ребята увидели вторую группу. После того как вся компания обзавелась учебниками, они пошли в магазин близнецов.
Гарри заметил, что все время пока они ходили по Косому переулку, Джеймс с опаской оглядывался по сторонам.
— Что-то случилось? — спросил он.
— Нет, — отмахнулся тот.
— Ну я же вижу — ты смотришь по сторонам так, как будто ждешь, что сейчас на нас нападут Пожиратели.
Гарри пристально посмотрел в лицо своего друга.
— Ладно, — нехотя произнес Джеймс, он прекрасно знал этот взгляд зеленных глаз, от которых ничего не скроешь. Гарри унаследовал его от матери. — У меня плохое предчувствие. Вот я и нервни…
Не успел Джеймс закончить свое предложение, как сзади раздался взрыв. Здание в конце улицы окутал дым. На улице мигом началась паника: всюду слышались крики боли и страха. Кто-то пытался спрятаться, многие аппарировали.
Взрослые сразу вооружились палочками и окружили детей. Через некоторое время к ним подбежал высокий худой мужчина с черными короткими волосами и с палочкой в руке. Мантия его была порвана и местами подпалилась. На виске была кровь и губа была разбита. Увидев Грюма, незнакомец облегченно вздохнул:
— Вы тут… Пожиратели напали на магазин антиквариата. Продавец и все, кто был в магазине, погибли. Также пострадали люди, которые были рядом. Между Пожирателями и аврорами, которые охраняли Переулок, началась стычка. Их вдвое больше, и нам необходима ваша помощь. Остальные авроры скоро прибудут.
— Все немедленно отправляйтесь туда. Кроме Молли и Ремуса — мы присоединимся к ним, когда отправим детей домой. Выполнять! — не терпящим возражений тоном скомандовал Грюм.
Тонкс, Билл, Кингсли, Артур и Флетчер побежали за мужчиной.
Грюм поднял с земли шляпу и, наставив на нее волшебную палочку, что-то прошептал. Когда он закончил свои манипуляции с палочкой, и шляпу окутало синее свечение, Аластор дал ее миссис Уизли и произнес:
— Портал сработает спустя несколько минут. Молли, ты и дети перенесетесь в штаб-квартиру. Если там будут кто-то из наших — срочно пошлешь их к нам.
— А как же вы?
— Мы останемся здесь. Нет времени на разговоры, хватайтесь за портал.
— Но…
— Молли! — рявкнул Грюм, и миссис Уизли больше не протестовала, хотя такой расклад вещей её явно не устраивал.
Все схватились за портал. Грюм и Ремус с палочками наготове стояли по обе стороны от сгрудившейся возле шляпы компании.
Джеймс еще не видел такого: вся улица была серой от дыма, повсюду были слышны крики и стоны, на земле валялись пакеты и свертки с покупками, а в конце улицы постоянно мелькали разноцветные вспышки, в основном красные и зеленые.
Вдруг прямо перед ними появилась женщина в черной мантии. Ее некогда прекрасное лицо обрамляли чёрные волнистые пряди длинных волос. Чёрные глаза как всегда горели сумасшедшим огнем.
Внезапно Сириус узнал её. За эти годы его злобная кузина Белла очень изменилась: взрослое обветренное лицо… дикий взгляд… жестокая, полубезумная улыбка… Сейчас он ненавидел её куда больше.
Мародеры услышали, как Гарри прошипел:
— Беллатриса…
Люпин встал около Гарри, Джеймс схватил его свободной рукой.
Сейчас Поттер был на грани паники, но больше всего он испугался, когда увидел лицо своего сына: оно было перекошено от ненависти и отвращения, а глаза горели огнем ярости.
— О, малыш Поттер, вижу, ты жив. А я так надеялась, что ты последуешь вслед за крестным, — с издевкой произнесла она.
Люпин выпустил в нее оглушающее заклятие, но она увернулась. Он не хотел, чтобы Лестрейндж начала обстреливать их, и поэтому старался тянуть время, пока портал не заработает. А потом, они с ней разберутся!
— Что, мальчишка, боишься? — все так же продолжала Белла. — Спрятался за спиной последнего дружка своего отца. Скажи, а что ты будешь делать, когда и наш Лунатик подохнет? За чьей спиной будешь прятаться тогда? Больше ведь никто не любит тебя настолько, чтобы кинуться на заклятие смерти, спасая твою никчемную жизнь.
Гарри просто трясло от негодования.
— Не поддавайся на провокации, — шептала Гермиона. — Сейчас портал сработает.
Но Белла пустила в Ремуса Авада Кедаврой, и тот еле увернулся. В этот момент Гарри поддался ярости. Поттер отпустил портал и побежал в сторону Беллы. Джеймс не смог его удержать и последовал за сыном.
Тут портал сработал, и все остальные исчезли.
— Гарри!!! — Ремус побежал за ними и все четверо скрылись в дыме. Грюм поковылял следом, бурча себе под нос:
— Ну что за несносные дети. Как только поймаю, обоим дам ремня.
 
 
 
* * *

Едва они скрылись в дыме, Белла свернула в какой-то закоулок и остановилась. Гарри тоже. Они стояли друг напротив друга, и, казалось, каждый пытался взглядом если и не убить противника, то покалечить основательно. Здесь не было такого количества дыма, и скрыться было негде, только мусорные баки стояли вдоль стены. Тут прибежал и Джеймс.
— Ты что тут делаешь? — прошептал Гарри, не выпуская из поля зрения Беллу.
— Но ты же не думаешь, что я оставлю тебя одного с этой ненормальной?
— Возвращайся к порталу, — прошипел Гарри.
— Ни за что! — отрезал Джеймс. — Да и портал уже наверняка сработал.
— Ну что, мальчишка так и будешь на меня пялиться? — перебила их Белла, ее глаза загорелись еще сильнее. — Или уже сделаешь что-нибудь?
Гарри собрался, глубоко вдохнул, чтобы успокоиться и стал лихорадочно думать, как бы выпутаться из этой ситуации. Парень боялся, что если он сейчас начнет сражаться с Беллой, то одно из их заклятий может попасть в Джеймса. Насколько он понял, Джеймс вообще не попадал в такие ситуации и вряд ли сможет вовремя среагировать и увернуться. Это не квиддич, тут все намного опаснее... Да и сам он не обладал такой силой и арсеналом заклинаний, как Белла. Поттер решил, что нужно ее разозлить, чтобы она, будучи в бешенстве, потеряла самообладание и сделала ошибки, которые дадут ему преимущество. Тут он решился на то, чего боялись сделать многие взрослые волшебники...
— Стой рядом и будь начеку. Попытайся не нарваться на заклинание, и не предпринимай ничего, пока я не скажу. У меня есть план, — прошептал Гарри Джеймсу.
Тот кивнул и посмотрел на Гарри, его глаза сияли не менее сумасшедшим блеском, чем у черноволосой ведьмы.
— Ну что же, поиграем Белла, — улыбнулся он.
Белла не спускала с него глаз и улыбалась, ожидая того, что будет дальше.
— Давно хотел тебя спросить… — произнес Гарри, строя невинные глазки.
— Ну, спроси, — ответила Белла, будучи немного в замешательстве. Но ее, кажется, все это забавляло.
Джеймс же был абсолютно сбит с толку. Что же пришло в голову его сыну?
— Ты такая злобная, потому что это красноглазое чудовище тебя отшило? — дерзко спросил Гарри. — Ты же вроде от него фанатеешь? Лично я бы на твоем месте ни за что не лег с ним в одну постель, и тебе не советую. Еще подхватишь что-нибудь.
Джеймс опешил от услышанного. Похоже, его сын обладает склонностью к суициду.
Ухмылка на лице Беллы мигом сменилась злобной гримасой. Похоже, Поттер добился своего.
— Да как ты сме…
Но Гарри перебил ее:
— О, похоже, я надавил на твоё больное место. Белла, можешь и не надеяться соблазнить эту ходячую мумию. Старику наверно под 70. Он вряд ли на что способен... В интимном плане.
Лицо Беллы покрыли фиолетовые пятна, а кожа вокруг глаз стала белее. Она пустила в Гарри оглушающим заклинанием. Тот увернулся, но несколько царапин все же получил, так как стена, куда попало заклинание, взорвалась.
— Серьезно, скажи, чем он так тебя привлекает? Своей змеиной мордашкой или красными глазками? Он вообще глазки строить умеет?
Лицо Беллы полностью стало густо-фиолетовым, затем красным, а потом зеленым, причем сменялись цвета быстрее, чем на светофоре. Она опять послала в Гарри заклинание, только на этот раз Круциатус. А Джеймс с ужасом ожидал, что на этот раз выдаст его сын.
— Я где-то читал, что неудовлетворенные женщины становятся злобными. Ты когда последний раз этим занималась? Лет 20 назад? Или тебя в Азкабане дементоры того…
Белла начала обстреливать Гарри смертоносными заклинаниями, а тот уворачивался, в перерывах между обстрелами выдавая убойные реплики.
Когда при очередном обстреле они прятались за мусорными баками, он прошептал Джеймсу:
— Я буду отвлекать ее, а ты постарайся подойти к ней со спины и вырубить оглушающим заклятием.
Джеймс кивнул, и мальчики разделились. Белла так увлеклась Гарри, что не обращала внимание на Джеймса. Теперь-то он понял, почему Гарри так ее доводил.
Пока Джеймс крался, Гарри исполнял все акробатические трюки, которые только мог, уворачиваясь от заклинаний Беллы.
Поттер был на полпути, когда Белла его заметила:
— Ах вы, грязнокровные щенки! Обхитрить меня решили?!
Она подняла палочку… и повалилась на землю. А сзади показались Ремус и Грюм, Видок у Грозного Глаза был на удивление веселый.
— Вы как раз вовремя… — с облегчением выдохнули мальчики.
— Знаете, что… — весело произнес Грюм. — Я хотел вас прибить ремнем за то, что сбежали. Но, Поттер, ты здорово меня повеселил, выводя из себя Беллатрису, что я решил отменить наказание. Давно я так не веселился.
— Вы... вы все слышали? — с ужасом спросил Гарри. Ему стало не удобно перед Грюмом и Ремусом.
Те кивнули:
— Мы были тут с тех пор, как ты решил поиграть с нашей милой, неудовлетворенной Беллой. Но чтобы проучить вас, мы решили подождать, пока вам не надерут уши. И вмешаться только в крайнем случае. И не смотри на меня так, не стану я тебя наказывать за то, что ты наговорил Белле.
Странно было смотреть на веселого Грюма, а тот улыбался во всю, своей кривой улыбкой.
— Скажи, пожалуйста, где ты всего этого нахватался, — с беспокойством спросил Ремус.
— Рем, в магловском мире и не такое узнаешь, — произнес Гарри, улыбаясь.
Грюм расхохотался, а Ремус подумал, что нужно будет серьезно поговорить с мальчиком на эту тему.
— А что с остальными? Все живы?
— Думаю да, как раз когда мы побежали за вами, прибыли другие авроры, — произнес Грюм, связывая Беллу антиаппариционным заклинанием. — Сейчас мы все узнаем и заодно отнесем аврорам этот подарочек. Они ее давно ждали.
— Может они ее удовлетворят, — прошептал Джеймс Гарри на ухо, когда они направились к антикварному магазину. Тот захихикал.
Вскоре они дошли до места схватки. Человек 10 тушили пожар — антикварный магазин всё ещё горел. Дым и пыль до сих пор стояли столбом и было трудно разглядеть раненых. Между ними туда-сюда курсировали целители. Гарри узнал их по одежде.
— Ну, что тут у нас? — спросил Грюм, обращаясь к подошедшему Кингсли.
— Погибли продавец и двое покупателей, которые в это время находились в магазине, а также двое Пожирателей. Четверо Пожирателей схвачены, их сейчас допрашивают...
— Пятеро, — перебил его Грюм и указал на Беллу. — Вот вам еще один экземпляр.
— Но как?! — у Кингсли глаза на лоб полезли. — Мы столько пытались ее поймать…
— А вот так, — ответил Грюм и указал на Поттеров.
— Мальчики, а вы что тут делаете? — похоже, он только что увидел Гарри и Джеймса.
— Это долгая история, — произнес Грюм. — Узнаете все в штаб-квартире.
Тут Белла пришла в себя.
— Ты мне еще за это ответишь, щенок! — со злостью прошипела она, дергаясь в своих путах.
— Буду ждать, — дерзко ответил Гарри.
— Темный Лорд явится за мной.
— Белла, сколько тебе говорить? Воланчик — импотент, ты ему нафиг не нужна!
Белла зашипела от злости, а Грюм снова расхохотался. Кингсли был в шоке. Рем же уже не знал, смеяться ему или плакать.
Через некоторое время по приказу Грюма Беллу увели авроры, а Гарри произнес улыбаясь:
— Никакого чувства юмора у этих Пожирателей.
— А чего ты от них хочешь? Если Темный Лорд держит их в постоянном страхе, какое тут может быть чувство юмора, — ответил Аластор.
Затем Грюм вытащил из кармана старую кружку и начал над ней колдовать. Гарри только сейчас понял, как он устал, постоянно бегая и прыгая, уворачиваясь от Беллатрисы.
— Сейчас вы перенесетесь в штаб, — произнес Грюм, протягивая Гарри кружку.
Тот взял его, Джеймс одной рукой прикоснулся к порталу, а другой схватил Гарри за руку.
— Ты чего? — произнес тот.
— Чтобы ты не вздумал опять сбежать, — ответил Джеймс. И тут оба почувствовали знакомый рывок в области живота.

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 9. Достойный своего сына

 Посадку никак нельзя было назвать мягкой. Джеймс и Гарри, очутившись в гостиной, умудрились спикировать прямо на стол. Со страшным грохотом гора посуды и аккуратно сложенные стопки вещей свалились на землю.
— Что тут происхо… — миссис Уизли, вошедшая в комнату первой, замерла на пороге, увидев Поттеров, слезающих со стола и потирающих ушибленные места.
— Слава Мерлину, с вами все в порядке! — воскликнула женщина, заключая обоих в свои объятия.
Пока мальчики безуспешно пытались высвободиться из стальной хватки миссис Уизли, в комнате собрались остальные обитатели дома.
— Ну вот, опять нам все убирать, — печально заметил Рон, глядя на устроенный Поттерами погром.
— Рональд Уизли, твои друзья чуть не погибли, а ты думаешь об уборке?! — Гермиона была вне себя. — Ты самое отвратительное существо, с которым я имела несчастье познакомиться!
И, усмирив парня испепеляющим взглядом, направилась к Джеймсу и Гарри, которые кое-как высвободились из объятий рыжеволосой женщины.
— Вы в порядке? — обеспокоенно спросила девушка.
— Все отлично, — ответил Джеймс за обоих и перевел взгляд с Гермионы на Лили. Та буквально прожигала Поттера яростным взглядом. Ох, что его сегодня ждет!
— Мальчики, вы столько пережили... Вам совершенно необходим горячий обед и небольшая доза успокоительного зелья, — произнесла миссис Уизли, осматривая Поттеров со всех сторон в поисках каких либо ранений. Порой её чрезмерная заботливость начинала немного раздражать Гарри, особенно сейчас, после «милой беседы» с Беллатрисой.
Но ни ему, ни Джеймсу не хотелось идти на кухню. Тщательный допрос с пристрастием им был сейчас нужен в последнюю очередь. Обоим хотелось побыть в тишине и хорошенько обдумать все произошедшее. После десятиминутных споров с миссис Уизли, Поттеры все же разошлись по своим комнатам, а остальные отправились на кухню.
 
 
 
* * *

Гарри вошел в свою комнату и лег на кровать. Тело просто молило своего хозяина о сне, но мозг был категорически против подобных поползновений. Всё, произошедшее сегодня, требовало осмысления.
Джейсон его удивил. Гарри никак не ожидал, что тот пойдет ради него на такой риск, ведь они дружат всего ничего! И он не понимал, почему Джейсон так поступил, вместо того, чтобы аппарировать с другими. И что еще более странно — он пытался его защитить.
Гарри так увлёкся своими размышлениями, что не заметил стука в дверь.
— Как ты? — обеспокоенно спросила Гермиона, нерешительно переминаясь с ноги на ногу.
— А?! — Гарри от неожиданности аж подскочил, но, увидев Гермиону, стоящую на пороге, успокоился и сел обратно на кровать. — Все в порядке.
Гермиона вошла в комнату и, закрыв за собой дверь, опустилась рядом с ним:
— Ты уверен?
— Конечно, абсолютно.
— Не хочешь поговорить о... сегодняшнем?
— Не очень, — покачал головой Гарри.
Гермиона не собиралась сдаваться так быстро:
— А может, все же расскажешь?..
— А ты, я смотрю, жаждешь подробностей... — эти слова прозвучали чуть резче, чем хотелось бы.
— Ну, ты в последнее время только с Джейсоном Алоном общаешься. Совсем про меня забыл, — обиженно проговорила девушка. — А вот я о тебе не забыла. И все еще являюсь твоим другом, всегда готовым выслушать и помочь.
— Ладно, не обижайся, — улыбнулся парень. — Если с кем я сейчас и хотел бы поговорить, то только с тобой.
— Ну, тогда я слушаю, — мигом растаяла девушка.
Гарри рассказал ей все, что сегодня произошло, и поделился своими размышлениями на счет Джейсона. Гарри знал, что Гермионе можно рассказать все.
— Странные они, эти новенькие... — после минутного молчания проговорила Грейнджер.
— В смысле?
— Они очень необычно себя ведут. — Гермиона бессознательно коснулась руки Гарри и начала задумчиво выводить на нем замысловатые узоры. — Холиуэлы слишком тихие. Такое ощущение, что они наблюдают за нами, присматриваются. А когда ты рядом они просто пожирают тебя глазами, особенно Джейсон. Эммет и Роуз меня иногда немного пугают своими каменными лицами. Они порой немного напоминают Снейпа. Против Роберта я ничего не имею, он кажется мне славным парнем, хотя и со своими тараканами. Но Джейсон... Он просто глаз с тебя не спускает, следит за каждым твоим движением. И когда он на тебя смотрит, то в его глазах появляется какой-то странный блеск, да и еще у него такое выражение лица… Этот взгляд я могу сравнить только с родительским. Так смотрит отец на своего ребенка... Ой!
Заметив изумленное выражение лица Гарри она пожалела, что вообще завела этот разговор.
— Прости, Гарри... Не знаю, почему я так сказала. Ведь у Джейсона не может быть детей! Особенно таких больших как ты, — девушка попыталась перевести всё в шутку.
— Я и не замечал, — ошарашенно проговорил Поттер после минутного молчания.
— Вероятно, мне всего лишь показалось. А сейчас прости, но миссис Уизли просила мне помочь ей на кухне, — Гермиона, сильно смущенная этим разговором, отпустила руку парня и выбежала из комнаты.
Гарри не стал останавливать подругу. Единственное, чего он хотел сейчас — это подумать. Слова Гермионы озадачили его. Он никогда не замечал повышенного интереса к своей персоне от новичков.
Спустя некоторое время, переваривая всю информацию, свалившуюся на него сегодня, Поттер сам не заметил, как уснул.
 
 
 
* * *

Джеймс даже сесть не успел, как в комнату влетела Лили. Лицо ее было красным от злости, волосы растрепались, а в глазах плясали бесенята. Сейчас она походила на Медузу Горгону, только рыжую — того и гляди, ее волосы превратятся в змей:
— Джеймс Поттер, ты полный кретин!
— Спасибо, любимая! Таких подробностей я о себе не знал.
— И ты еще шутишь?! Я тут чуть с ума не сошла от беспокойства!
— Ну, со мной же все в порядке. И успокойся, пожалуйста, без тебя тошно, — устало проговорил Джеймс, бессильно падая кровать.
— А ты подумал, каково было мне?!
Джеймс не стал отвечать, считая, что игнорирование — это самый быстрый способ ее угомонить.
— Ты и он, вы, вы просто… — Лили от злости не находила слов. — Мерлин, до чего же вы похожи!
— Так ребята, брейк, — произнес вошедший в комнату Сириус. Сзади него маячил Люпин. Но если и существовал день, когда Лили Эванс послушалась бы Сириуса Блэка, то это явно был не он.
— Ты что, хочешь, чтобы сюда сейчас все сбежались? — пришел на подмогу Ремус.
Бросив на ребят злой взгляд, Лили села на кровать Джеймса, самым наглым образом спихнув его на край.
Сириус устроился на своей, и Джеймс поспешил присоединиться к нему.
— Вы меня спасли, ребята, — прошептал он, садясь рядом с другом. — А то не приди вы, от Джеймса Поттера осталась бы лишь светлая память.
— Всегда рад помочь, — усмехнулся Сириус.
Рем же, опасливо косясь на Лили, присел рядом с нею.
— Ну что-с, господин Сохатый, мы ждем-с подробностей, — с плохо скрытым нетерпением в голосе дурашливо произнес Сириус.
Джеймс рассказал им все, стараясь не упустить ни одной детали.
— Блин, такое веселье пропустил! — с сожалением воскликнул Бродяга, после того, как Поттер закончил свой рассказ.
— Ничего в этом веселого нету, — хмуро произнесла Лили.
Ремус согласно закивал:
— Это уже не просто детские шалости. Сражаться с Пожирателем смерти, особенно такой, как твоя сестрица...
— Вы что, ребята, да я бы свою метлу отдал, только бы посмотреть, как Гарри доводит мою психичку-кузину до белого каления! — искренне воскликнул Блэк.
Джеймс же сидел на удивление тихо, не поддакивал Сириусу, не шутил, не веселился, не смеялся. Напротив, он был очень расстроен, даже подавлен.
— Вы ничего не понимаете, — пробормотал он, затем запустил руку в волосы и несколько минут просидел, опустив голову. Ребята, беспокойно переглянувшись, терпеливо ждали.
Наконец, Джеймс поднял голову и посмотрел на своих друзей. Вид у него был настолько несчастный, что Лили пожалела о своей несдержанности.
— Вы ничего не понимаете, — с горечью повторил он. — Я не знал, что делать. Я совершенно растерялся. И если бы не Гарри, то боюсь представить, что с нами было бы. А он... Он еще подросток, а сражался как взрослый волшебник! И не просто как волшебник, а как настоящий боец, который многое повидал! Вместо того, чтобы защищать его, я сам нуждался в его помощи! А ведь это моя обязанность! Я, я должен его оберегать! Ведь я его отец! А я ничего не смог сделать. Я никчемный придурок.
Высказавшись, Поттер вновь уткнулся лицом в колени. Джеймсу было стыдно, он испытывал к себе лишь презрение и отвращение. До сих пор по спине бегали мурашки, такого страха он в жизни не испытывал. Но боялся Джеймс не за себя, он испугался за сына. Только испытав все эти эмоции, он в полной мере осознал свои чувства, понял, какое значение для него имеет сын и как сильно он его любит. Он даже представить себе боялся, что было бы, если бы Ремус и Грозный Глаз не пришли.
Пока Поттер занимался самобичеванием, его друзья переваривали услышанное.
Сириус не понимал, что происходит с Джеймсом, но честно пытался понять, и через пару минут пришел к логичному выводу, что у его друга едет крыша.
Лили ощутила легкий укол ревности, хотя понимала, что это глупо. Ведь это и её сын тоже! Да, она тоже что-то испытывала к Гарри, но не могла разобраться в своих чувствах. С ней такого еще не было, и она была выбита этим из колеи.
Рем же думал, что Джеймс изменился в лучшую сторону благодаря Гарри. Он считал, что Гарри очень сильно повлияет на них на всех и понимал, что испытывает к мальчику симпатию. Не удивительно, что в будущем он полюбил его как родного сына.
— Знаешь, Джеймс, — произнес Ремус через некоторое время. — Ты ни в чем не виноват. Ты такой же подросток, как и Гарри. Просто на тебя очень много всего свалилось...
— На него свалилось не меньше, — сдавленно проборматал Джеймс.
— Не спорю, — согласился Ремус. — Но он был по-другому воспитан. Гарри более стойкий, чем ты. Думаю, у тебя еще есть шанс все исправить. Ты обязательно станешь тем отцом, которым он будет гордиться, только если возьмешься за ум.
Джеймс с благодарностью посмотрел на друга. Да, так он и поступит. Оттого, что он будет корить себя, ничего не изменится. Он не сможет защитить сына, если не станет сильнее. Он станет учиться, наберется опыта.
— Да, Рем, ты абсолютно прав! — воскликнул Джеймс. В этот момент он как никогда был похож на Гарри. — Я стану достойным отцом своего сына. Больше я его не подведу.
Поделиться…

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 10. И снова... Хогвартс

 * В главе использован отрывок из шестой книги.
Вот и настало 1 сентября.
У Мародеров было такое ощущение, что дурдом переселился на площадь Гриммо 12. Все носились по дому, как термоядерные ракеты, сбивая друг друга и крича на того несчастного, который попадется под ноги. За утро Рон с сестрой дважды подрались, Гарри чуть не пришиб Гермиону чемоданом, а миссис Уизли уже охрипла, крича на всех. Все мельтешили туда-сюда, в спешке пакуя вещи, а Грейнджер и Гарри гонялись за своими домашними любимцами, которые, в свою очередь, никак не хотели садиться в клетки. В процессе погони за Живоглотом Гермиона нечаянно столкнула Джинни с лестницы, но та успела ухватиться за рукав подруги, и они обе покатились кубарем, сбив бедолагу Поттера, который только что поймал свою сову и нес ее наверх. В итоге все втроем полетели с лестницы, чуть не задев миссис Уизли, которая стояла у ее подножья (благо, она вовремя отошла), и кучей рухнули у ее ног. Бедный Гарри оказался прижат к полу двумя девушками, которым он обеспечил мягкую посадку. К счастью, дело обошлось синяками, парой царапин и сломанными очками.
— Как хорошо, что Лили заставила нас собрать вещи вчера вечером, — произнес Джеймс, наблюдая за всем этим сумасшедшим домом.
— Ну, нам и собирать-то было нечего, — ответил Ремус. — Учебники, да пара мантий.
Сириус и Гарри вновь гонялись за обезумевшей совой. Наконец, поймав ее и запихав в клетку, парни спустились вниз.
Поттер положил клетку с птицей на свой чемодан, где рядом, с видом покорности судьбе, сидел Живоглот.
Когда все собрались, миссис Уизли решила пересчитать присутствующих, и только дважды повторив это действие и убедившись, что все присутствуют, она выпустила ребят из дома. На улице стояли две министерские машины и четверо авроров.
— У меня такое ощущение, как будто я особо опасный преступник, которого под конвоем перевозят в тюрьму, — недовольно пробормотал Гарри, садясь в одну из машин.
В 10:30 они уже были на вокзале Кингс-Кросс. Все без проблем прошли через заколдованный барьер. И вот они на платформе 9 ¾.
— А тут совершенно ничего не изменилось! — воскликнул Сириус, озираясь по сторонам. Мародеры и Лили шли позади всех, только младшая Уизли осталась сзади, завязывая шнурок.
— А ты чего ждал? Что в Хогвартс нас понесет василиск? — ухмыльнулся Джеймс, толкая свою тележку.
— Не, о таком я мечтать не смею… — проговорил Бродяга.
— И не мечтай! — сказала подошедшая Джинни, которая услышала реплику Джеймса. — Гарри прикончил его, когда учился на втором курсе.
— Что?! — у Мародеров глаза стали размером с блюдца.
— А вы что, думали наш Гарри так прост? — и улыбнувшись им, девушка покатила свою тележку к Гермионе.
— Ни фига себе, — пробормотал Сириус. — Знаешь, Сохатый... А твой пацан крут.
Остальные даже не нашли, что сказать.
Попрощавшись со взрослыми, ребята сели в Хогвартс-Экспресс. Миссис Уизли махала им рукой, второй вытирая глаза, а мистер Уизли стоял, приобняв ее, и улыбался детям, хотя в глазах была легкая грусть.
И вот паровоз тронулся с места, неся их навстречу новым приключениям.
Только когда платформа пропала из виду, ребята прошли в свое купе.
— Наконец-то! Такое ощущение, что мы едем домой, — радостно воскликнул Гарри, садясь на сиденье.
Вскоре к ним присоединились Невилл и Полумна.
Гермиона познакомила их с Мародерами. Джеймс с интересом наблюдал за друзьями сына и за тем, как они общаются. Поттер-старший и Блэк не понимали, чем они так понравились Гарри. Парень был растяпой, а девушка и вовсе чудачкой. Мародеры не стали бы с ними дружить, разве что Люпин. Хотя с Питом-то они дружили. Но Пит — это отдельная история…
За дверью купе послышалась какая-то возня, несколько девочек хихикали и перешептывались, заглядывая в стекло.
— Спроси его!
— Нет, ты спроси!
— Я пойду!
Самая смелая из девочек, с темными глазами, выступающим подбородком и длинными черными волосами, открыла дверь и вошла.
— Привет, Гарри, я Ромильда. Ромильда Вейн, — сказала она громко и уверено. — Хочешь, переходи в наше купе. Совсем необязательно сидеть тебе с этими, — прибавила она театральным шепотом, указывая на Полумну, Невилла и остальных присутствующих.
— Это мои друзья, — холодно сказал Гарри.
— О! — воскликнула девочка, страшно удивившись. Мародеры удивились не меньше, лично Джеймс и Сириус с радостью потащили бы его туда, но, услышав тон Гарри, передумали. — Ну, ладно.
Она удалилась, плотно закрыв за собой дверь.
— Люди считают, что у тебя должны быть крутые друзья, не такие, как мы, — сказала Полумна, продемонстрировав свою убийственную честность.
— Для меня вы самые крутые, — коротко ответил Гарри. — Их не было со мной тогда, в Министерстве. Они не бились с Пожирателями рядом со мной, плечом к плечу. А вы готовы были пожертвовать ради меня жизнью.
— Это ты хорошо сказал, — улыбнулась Полумна и стала читать «Придиру».*
Джеймсу стало стыдно за то, что он так подумал о друзьях сына. Если Гарри подружился с ними стоял за них горой, значит в них и вправду что-то было. То, чего Джеймс не смог сразу уловить.
— Луна, Невилл, а вы знаете, что Гарри стал капитаном команды Грффиндора? — поспешила Джинни разрядить обстановку.
— Серьезно?! — искренне обрадовались они.
— По-другому и не могло быть! — воскликнула Полумна.
— Я так и знал! Ты действительно заслужил это! — сказал Невилл, улыбаясь.
Гарри ничего не успел ответить, как дверь в купе отворилась.
— Что, Поттер? Этого сброда тебе было мало, и ты решил найти себе еще поклонников? — произнес Малфой, как всегда манерно растягивая слова. Рядом с ним стояли его верные дружки, похожие на двух горилл.
Все парни в купе вскочили, готовясь к драке, но Гарри был спокоен. Хотя это была только видимость, в глазах же у него полыхали молнии.
— Познакомьтесь, ребята, это мой самый верный поклонник. За все время моего обучения не было ни одной поездки в Хогвартс, чтобы он и его верные подпевалы не навестили меня, — сказал Гарри, обращаясь к ребятам. Затем сладким елейным голосом он обратился к слизеринцу. — Малфой, дорогой мой, а я тебя так заждался. Уже думал, совсем меня забыл.
— Да как ты… — лицо Малфоя пошло красными пятнами, он хотел схватиться за палочку, но Гарри его опередил.
— Это ты как смеешь, Драко, — холодно прошипел Гарри, приставив палочку к шее Малфоя, как шпагу.
— После всего, что произошло в Министерстве, ты вообще должен в тряпочку молчать.
Малфой от злости уже позеленел. Но сделать ничего не мог и, в поисках помощи, посмотрел на своих дружков, но те лишь стояли как истуканы. Поняв, что преимущество не на его стороне, Малфой засунул палочку в мантию и поспешил ретироваться.
— Ты мне еще заплатишь за отца, — сквозь зубы проговорил он. — Я тебе еще такое устрою…
— Жду не дождусь, Малфой, — более спокойно произнес Гарри, убирая палочку. — А сейчас вали отсюда, пока я добрый.
— Кто это такой? — спросил Сириус со злостью, когда дверь за слизеренцами захлонулась.
— Драко Малфой, — ответил Гарри.
— Если, он еще раз сунется, то я не знаю, что с ним сделаю, — прорычал Джеймс.
— Не сунется, — успокоил его Гарри. — Кишка тонка, может, сделает исподтишка какую-нибудь подлянку, но не более того.
Джеймса очень удивило, что Гарри так спокойно отреагировал на угрозы, но ничего не сказал. Нужно будет смотреть в оба.
До Хогвартса они доехали без приключений.
И снова они здесь… Замок совершенно не изменился: те же стены и лестницы, те же столы и скамейки, тот же небесный потолок и свечи, тот же полтергейст и призраки. Единственное, что изменилось — это люди, населяющие замок: новые учителя и ученики. Некоторых Мародеры знали, о других догадывались, третьи же были для них совершенно не знакомыми. Вот, все факультеты расселись по своим местам. Мародеры сели с гриффиндорцами.
— А разве вас определили на факультеты? — спросила Гермиона.
— Еще в тот день, когда мы тут появились, — ответила Лили.
Вскоре в зал вошли первоклашки, и Джеймс вспомнил свой первый день в Хогвартсе. Как бы он хотел увидеть, как Гарри прошел впервые между этими столами к распределяющей шляпе. Но, увы, этого никогда не случится.
Джеймс так задумался, что пропустил всю церемонию распределения, очнулся он только тогда, когда профессор МакГонагалл призвала присутствующих к тишине, и Дамблдор встал, приветствуя учеников:
— Я рад видеть вас всех целыми и невредимыми. Не буду отнимать у вас много времени, скажу только самое важное. Сейчас для всех нас настали трудные времена. И я прошу вас быть особенно осторожными, так как зло не спит и пытается проникнуть в эти стены. Хогвартс будет тщательно охраняться, и я прошу вас не усложнять работу аврорам.
В этот момент взгляд директора прошелся по столу Гриффиндора, и, на секунду задержавшись на каждом из Мародеров и Гарри, он продолжил:
— Я так же рад сообщить вам, что по моей просьбе, профессор Люпин вновь занял должность преподавателя «Защиты от темных искусств».
Гриффиндорский, пуффендуйский и когтевранский столы взорвались аплодисментами. Люпин неуклюже встал и, смущенно улыбаясь, поклонился присутствующим.
— Вот Люпин, вот жук, — одновременно и с обидой, и с радостью произнес Гарри. — Хоть бы словом обмолвился.
— Рем, да ты знаменитость, — улыбнулся Джеймс, толкая друга. Люпин же сидел, как громом пораженный. Он не мог поверить, что в будущем станет преподавателем, притом с такой болезнью как у него. Это и вправду было неожиданно.
Когда зал утих, Дамблдор продолжил:
— Всем напоминаю, что ходить в Запретный лес строго-настрого запрещено, и наш смотритель, мистер Филч, попросил напомнить, что колдовать в коридорах тоже запрещено. Ну, а сейчас… Да начнется пир!
На столах появилось множество блюд на любой вкус. Ученики тут же принялись за трапезу. Когда ужин подошел к концу, Дамблдор вновь поднялся:
— А сейчас, мои дорогие, вас ждут ваши уютные постели. Желаю всем доброй ночи.
Ученики поспешили в свои спальни. Рон и Гермиона ушли вместе с первокурсниками, А Гарри пошел с Мародерами и Лили.
Никому не хотелось сейчас разговаривать, и все без слов разлеглись по своим кроватям. Теперь в спальне мальчиков их было восемь.
Джеймс всю ночь ворочался и никак не мог уснуть. Слева от него спал Гарри, а справа находилась кровать Сириуса. Полежав еще с полчаса, Поттер сел на кровати и стал смотреть на сына. Сейчас он казался таким беззащитным, таким уязвимым, что Сохатый готов был всю ночь его караулить. И как оказалось, не зря…
Через некоторое время Гарри начал беспокойно ворочаться во сне, Джеймс насторожился, но пока что ничего не предпринимал.
— Нет… нет… нет… — простонал он, ворочаясь еще сильнее. Поттер-старший вскочил, но не решался что-нибудь предпринимать, лишь стоял и тупо смотрел на сына. Тем временем Гарри стал ворочаться еще сильнее, было такое ощущение, что еще чуть-чуть, и он начнется биться в конвульсиях.
— Не трогайте… Не трогайте… Папа… Папа, спаси меня…
Эти слова отрезвили Джеймса, он подскочил к сыну и стал расталкивать мальчика, но тот не просыпался. Тогда Сохатый изо всех сил начал его трясти. Наконец, Гарри открыл глаза и резко сел на своей постели. Часто и тяжело дыша, он начал с диким видом озираться по сторонам. Джеймс схватил его за плечи и потряс его:
— Спокойно, Гарри, это сон, это всего лишь сон…
Тот немного успокоился. Гарри был весь мокрый. Джеймсу было так жалко сына, он так переживал и так перепугался, что, даже не успев подумать, что делает, обнял его.
— Это всего лишь сон, это всего лишь сон. Все хорошо, я рядом, — как заводной повторял он.
Гарри же, не говоря ни слова, положил голову ему на плечо. Сердце сына так сильно колотилось, что Джеймс ясно слышал его бешеный стук..
— Прости, что разбудил, — через некоторое время прошептал Гарри.
— Ничего, я не спал, — ответил Поттер, сильнее прижимая к себе сына.
Так Гарри и уснул на руках Джеймса.

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 11. Глаз Морганы

 Джеймс всю ночь просидел рядом с кроватью Гарри, не сомкнув глаз.
Теперь у него была возможность хорошенько разглядеть своего ребенка, не привлекая к себе лишнего внимания. И Поттер не стал упускать свой шанс. Он смотрел на Гарри и не мог поверить, что за такое короткое время так полюбил его, что так сильно изменился. Стал более спокойным и сдержанным. Сейчас для него не важен был его авторитет в школе или розыгрыши, и даже его друзья. Единственное, что имело значение — это юноша, который мирно спал на кровати.
Джеймс посмотрел на часы, было уже почти семь. Он решил лечь на свою кровать, хотя так не хотелось расставаться с сыном.
Но Поттер не хотел привлекать к себе и Гарри лишнего внимания.
Полежав еще немного, он встал и, собравшись, пошел вниз. Через некоторое время к нему присоединились однокурсники, и все спустились в Большой зал.
За завтраком Джеймс украдкой посматривал на Гарри, но ничего не говорил, он не знал, что сказать. Но затем, не выдержав, спросил:
— Как ты себя чувствуешь?
— Нормально, — устало ответил тот. — А что?
— Просто я беспокоился. Тебя вчера кошмары мучили. Я разбудил тебя, но ты опять уснул.
— Надо же, я этого не помню, — произнес Гарри не то смущенно, не то удивленно. — Мне кошмары постоянно снятся, и я уже привык к этому. Так что не нужно за меня беспокоиться.
— А ты не пробовал избавиться от них? — удивленно спросил Джеймс.
— Я не тот, кто ищет легких путей, — улыбнулся он, а затем став серьезней продолжил. — Вообще-то пытался, но Дамблдор сказал, что мои кошмары — последствия моего прошлого. И что никакие зелья не помогут мне. Сказал, что когда я буду готов, они пройдут.
— Вечно Дамблдор несет какой-то бред, — проворчал Джеймс. — Нет, чтобы помочь человеку.
Гарри, которого окликнули, не услышал Джеймса. А Сохатый стал думать, чем бы помочь сыну. Пусть Гарри и смирился со своей участью, но Джеймс не собирался просто так сдаваться. И в ближайшее время он планировал проштудировать все книги в Хогвартсе, включая и Запретную секцию, только бы найти какое-нибудь лекарство.
После завтрака Гриффиндорцы пошли на урок защиты от темных искусств.
— Как жалко, что Люпинов не будет, — произнес Сириус, прислоняясь к каменной стене возле двери кабинета.
— Как не будет? — спросил Джеймс в недоумении.
— А ты что забыл? Сегодня же полнолуние.
— Точно, — произнес Сохатый, шлепнув себя по лбу ладонью. — Как я мог забыть?
— Да ты в последнее время вообще склероз ходячий, — улыбнулся Сириус, хлопнув друга по плечу.
Вскоре к ним подошли Гарри, Рон и Лили с Гермионой.
— Что это вы такие веселые? — спросил Джеймс, переводя взгляд со злорадно ухмыляющегося Гарри на гаденько хихикающего Рона и обратно.
— Ну, мы совершенно случайно проходили рядом со Снейповскими подземельями, — начал Рон, — и услышали, как Снейп ругался с Дамблдором.
— Неужели прямо так случайно, — съязвила Лили, но парни лишь отмахнулись от нее.
— Так вот, — продолжил Рон, — Снейп негодовал из-за того, что вместо него замещать Люпина будет профессор МакГонагалл.
— А что он негодует? — не поняли Мародеры.
— Вы же не знаете! — воскликнул Рон. — Так вот, Снейп всегда хотел вести защиту от темных искусств, но Дамблдор не доверяет ему эту должность. Поэтому, тому приходится довольствоваться постом учителя по зельеварению.
— К тому же, — продолжил Гарри, — это еще одна возможность снять с Гриффиндора штрафные баллы.
— Ну, и испортить настроение Гарри, — произнес Рон. — Представляете, насколько Снейп разочарован. Вместо этого ему придется варить еще одну дозу волчьего зелья. Правда мы так и не поняли, кому предназначена дополнительная доза. Неужто наш Люпин совсем озверел.
Мародеры улыбнулись, представляя себе выражение Снейпа, если бы тот узнал, что Люпинов два.
Тут появилась декан Гриффиндора и загнала всех в кабинет.
 
 
 
* * *

Первый урок у них был как классный час, затем к ним присоединились Слизеринцы.
— Итак, сегодня мы изучим весьма интересную вещь, — начала МакГонагалл, вытаскивая из ящика своего письменного стола небольшую деревянную шкатулку, обтянутую синим бархатом. Она открыла ее и вытащила из него синий камень, размером с теннисный мячик. На нем были высечены странные черные руны, а в центре красовался глаз, также высеченный чем-то черным.
— Кто мне скажет, что это? — спросила профессор, демонстрируя камень классу.
Руки Гермионы и Лили сразу же полетели вверх, а остальные недоуменно уставились на артефакт в руках учителя.
— Давайте спросим новенькую, — произнесла МакГонагалл, жестом веля ей говорить.
— Этот камень называется Взглядом Морганы или Глазом Морганы, — протараторила Эванс. — Это очень мощный волшебный артефакт. До сих пор не известны все способы его применения, но точно установлено, что с помощью Глаза Морганы можно заглянуть в душу человека и узнать о нем практически все, также его можно использовать, чтобы управлять людьми. Он полностью подавляет волю человека, и можно делать с ним все что угодно.
— Отлично мисс Эв… простите, мисс Холлиуэлл. Десять очков Гриффиндору.
Гриффиндорцы радостно зашумели, но быстро умолкли под взглядом профессора МакГонагалл.
— Похоже, у нас появилась еще одна Грейнджер, — со злостью произнес Драко, за что получил в глаз плюй-шариком, который Джеймс таскал в кармане. Тот взорвался и покрыл слизеринца вонючей жижей.
— Минус пять баллов Гриффиндору и Слизерину, — произнесла МакГонагалл. — Мистер Малфой, приведите себя в порядок.
Грифиндорцы дружно захохотали, но увидев выражения лица МакГонагал, так же дружно умолкли.
— Мисс Грейнджер, скажите, пожалуйста, чем отличатся Глаз Морганы от заклинания Империус?
Гермиона радостно вскочила и затараторила не хуже, чем Лили.
— Глаз Морганы отличается тем, что для его использования не нужна волшебная палочка. А еще заклятие Империус можно подавить, если у человека достаточно сильная воля, а вот Взгляд Морганы невозможно.
— Отлично, еще пять очков Гриффиндору.
МакГонагалл положила камень в футляр и продолжила:
— В мире всего существует два камня — один находится в Министерстве Магии, второй в Хогвартсе. Так что вам повезло увидеть его воочию.
 
 
 
* * *

Джеймс поднялся в спальню мальчиков, недовольно что-то бормоча себе под нос.
— Бродяга, тебе что, нужно особое приглашение на ужин?
— Не кипятись, Сохатый, я уже иду. — произнес тот, довольно улыбаясь.
Джеймс заметил, что Сириус что-то усиленно прятал.
— Что ты там пытаешься скрыть? — Поттер заинтересовано глянул через плечо друга.
— Ничего, — невинно произнес Сириус.
— Да ладно, Бродяга, ты что, всерьез думаешь, что проведешь меня?
Блэк неуверенно посмотрел на друга, затем все же достал то, что прятал.
— Я одолжил на время у МакГонагалл кое-какой сувенирчик.
— Сириус! — воскликнул Поттер в ужасе, не веря собственным глазам. — Ты что, спер Глаз Морганы?! У самой МакГонагалл?! Где твои мозги?! У тебя что, совсем крыша съехала?!
— Ну не принимай все так близко к сердцу, — примирительно произнес Бродяга. — Завтра я положу его на место.
— Ну уж нет! — проревел Джеймс. — Ты отнесешь его обратно! Сейчас же!
— Когда ты стал таким ханжой?
— А когда ты стал таким придурком? Не, это же надо додуматься, спереть один из опаснейших артефактов, да еще и у МакГонагалл. У тебя, конечно, и раньше были дурацкие затеи, но эта — самая идиотская из всех.
— Дай его сюда! — И вырвав артефакт из рук друга, Джеймс направился к выходу из спальни. Сириус пошел за ним.
Но как только Сохатый подошел к двери, в нее влетел Гарри. Оба столкнулись лоб в лоб и отошли друг от друга держась за головы. Вдруг Глаз Морганы засветился и оказался на уровни груди мальчишек. Камень парил в воздухе, излучая голубое сияние.
Одна сторона (на котором был изображен глаз) была направлена на Гарри, вторая (на котором был изображена руна в виде треугольника) была направлена на Джеймса. Парни зачарованно уставились на светящийся камень. Как вдруг в грудь Джеймса ударил синий луч, а в грудь Гарри — серебристый. Оба луча притянули мальчиков к камню, и они рухнули на землю.
Сириус в панике подбежал к друзьям и попытался взять камень, но тот как будто приклеил к себе их. Теперь камень горел золотом, а руны сияли красным светом.
 
 
 
* * *

Джеймс проснулся на своей кровати с жуткой головной болью.
Рядом с ним сидел обеспокоенный Сириус, а Гарри лежал на соседней кровати. Как только он привстал, Бродяга бросился на него с объятиями, и Поттер, не удержавшись, рухнул на кровать.
— Прости меня, друг, — прошептал тот, чуть ли не плача. — Я так виноват. Я думал, вы уже никогда не очнетесь.
— Все нормально, Бродяга, — произнес Джеймс, с трудом выговаривая слова. — А что произошло?
Сириус все рассказал.
— А где камень?
— Я положил его обратно. Когда он перестал гореть, я взял его, потом перетащил вас на кровати, а затем отнес камень на место.
— Никто не заметил его пропажи?
— Нет, по крайней мере я ничего об этом не слышал.
— Ну и хорошо. А сколько сейчас времени?
— Уже полшестого утра.
— Ты что, не спал всю ночь?
— Вообще-то, да.
— Тогда иди, поспи.
— А как же ты?
— Со мной ничего не случится.
— Ну, тогда хорошо.
 
 
 
* * *

Где-то через час проснулся и Гарри.
— Ты как? — первым делом спросил Джеймс, который сидел на своей кровати и листал "Квиддич сквозь века".
— Нормально.
Джеймс рассказал Гарри все то, что случилось. Тот, как ни странно, отреагировал спокойно.
— Хорошо, что все прошло без последствий, — произнес Гарри через некоторое время.
— Это точно, — ответил Джеймс и встал с кровати.
Поттер подошел к окну, взял стакан и налил себе воды из кувшина. Гарри же сидел на кровати и вытирал свои очки.
Возвращаясь на свое место, он споткнулся о чемодан Рона, который лежал на полу и упал. Стакан разбился, и Джеймс порезал осколками свою правую руку.
Сохатый встал, проклиная весь белый свет, и подошел к своей кровати. И только тут он заметил Гарри, который ошарашено смотрел на руку Джеймса.
— Похоже, мы рано поспешили со своими выводами, говоря, что все обошлось без последствий, — произнес он и показал свою правую руку.
Джеймс от удивления потерял дар речи: на руке Гарри был точно такой же порез как на его собственной.

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 12. Последствия

 Джеймс сидел в общей гостиной Гриффиндора и корпел над наискучнейшим сочинением по трансфигурации. Но в голову ничего не лезло, все, о чем он мог думать — это свидание с Лили, которое должно было состояться сегодня ночью. И у Джеймса были очень большие планы на эту ночь...
Прошло несколько дней, как они попали под воздействие чар Глаза Морганы. Но больше ничего странного не произошло, и поэтому, Поттеры решили никому ничего не говорить. Сириус был с ними в этом согласен.
Джеймс посмотрел на часы, было уже полдвенадцатого. Он скатал пергамент с не законченным сочинением в трубочку и сунул его в портфель, решив, что завтра допишет, так как сейчас о трансфигурации он думал меньше всего.
 
 
 
* * *

— Джеймс, куда ты меня ведешь? — спросила Лили, когда они спрятались за рыцарскими доспехами, так как в дальнем конце коридора маячил школьный смотритель.
— Это сюрприз, дорогая, — протянул парень, осторожно выглядывая из-за доспехов, чтобы посмотреть не ушел ли Филч.
— Черт, как мне сейчас не хватает моей мантии невидимки. Так мы тут полночи проторчим.
— Джеймс, ну хотя бы намекни, — Эванс не собиралась так легко сдаваться.
— Тихо ты, он, кажется, идет сюда.
Наконец-то избавившись от Филча, они пошли дальше и оказались у Выручай-Комнаты. Джеймс трижды прошел туда-сюда, на чем-то усиленно сфокусировавшись, и перед ними возникла огромная черная дверь. Лили открыла ее, и они вошли в комнату.
У обоих рты открылись от увиденного. Вся комната была обставлена свечами. Казалось, их тут было больше тысячи. А посередине комнаты красовалась огромная кровать с пологом. На ней было постельное белье из красного шелка. К кровати вела дорожка из лепестков красных и белых роз.
— Джеймс, как тут прекрасно, — с восхищением прошептала Лили.
— Да, — согласился Поттер, он и сам не ожидал такого великолепия. — Смотри, какая огромная кровать, для нас двоих…
 
 
 
* * *

Джеймс вернулся в спальню мальчиков под утро — довольный, как кот, объевшийся сметаны. Парень еще не знал, что его ждет…
Когда он вошел, все еще спали, кроме Гарри, который лежал в обнимку с подушкой, согнувшись пополам, и как-то странно сопел.
— Джейсон Алон, — со злостью наполовину прошипел, наполовину простонал Поттер, увидев Джеймса, и вскочил с кровати. — Ну ты и козлина!
— Что произошло? — произнес Сохатый, абсолютно сбитый с толку поведением своего сына.
— Я тебе сейчас расскажу, что произошло! — и с этими словами он потащил Джеймса в общую гостиную.
— Как только они оказались в гостиной, и было произнесено заклятие «оглохни», Гарри буквально накинулся на Джеймса:
— Мог хотя бы предупредить, что собираешься поиметь свою подружку!
— Вообще-то, я не должен отчитываться тебе в чем-либо, — начал выходить из себя Джеймс, но когда до него дошел смысл слов, сказанных Гарри, добавил:
— Подожди, а ты откуда знаешь?
— А оттуда, что я все прочувствовал на собственной шкуре! — прошипел Гарри.
— Подожди, как это прочувствовал? — Джеймсу было крайне не по себе.
— А вот так, я ощущал, все, что ощущаешь ты.
— О Господи, — Сохатый был красный как помидор, притом такой насыщенности мог позавидовать даже самый спелый томат. — Ты прямо все-все прочувствовал?
— Все, — более спокойно произнес Гарри, он уже не походил на разозленную кобру, — от начала до конца.
Джеймс, глубоко шокированный, сел на диван:
— Прости, я... Я понятия не имел. Если бы я знал, то ни за что бы этого не сделал, даже если бы умирал от желания.
— Я знаю, — Гарри сел рядом. — И ты меня прости, я вышел из себя. Просто я этого никак не ожидал. Представь себе, проснуться посреди ночи с эрекцией и не понимать, откуда она взялась.
— Да, это наверно было скверно… — произнес Джеймс убитым голосом.
— Ты даже не представляешь насколько.
— А как ты понял, что это из-за меня?
— Просто догадался.
— Кажется, мы столкнулись с еще одним последствием… Как ты думаешь, еще будут?
— Я не знаю, — устало ответил Гарри, облокотившись на спинку дивана. Вид у него был замученный.
— Давай спать, об этом можно подумать и попозже.
 
 
 
* * *

— Джеймс — ты такое недоразумение! — Сириус буквально сотрясался от хохота. Они с Сохатым сидели в пустой спальне, и Поттер только что рассказал другу о том, что случилось. — Такое могло произойти только с тобой.
— Ну спасибо, Бродяга. — с сарказмом произнес Джеймс. — Ты меня, ну очень, поддержал.
— Извини, друг. Но я просто не знаю, что на это сказать.
— Мог бы просто посочувствовать. Хотя, кому я это говорю… Господи, я полный придурок, — сокрушенно произнес Джеймс.
— Не вини себя, ты же не знал, что так выйдет.
— Тебе легко говорить. Твой сын не испытывает того, что ты испытываешь в постели со своей девушкой.
Сириус опять расхохотался.
— Да кончай ты уже ржать!
— Прости Джеймс, — смеясь проговорил Бродяга. И залился новым приступом смеха.
— Господи! — простонал Джеймс. — Это неправильно. Это совсем не правильно. Мой сын не должен был чувствовать этого…
— Что здесь происходит? — спросил вошедший в комнату Люпин.
— Ничего, — произнес Поттер. — Твой друг просто сошел с ума.
И с этими словами он указал на Сириуса, который лежал на кровати схватившись за живот и дико ржал, по-другому это не назовешь.
— А что это он такой веселый?
— Видать медовухи перепил, — ответил Джеймс, — пошли обедать.
— Подожди, а где он медовуху-то взял? Вы что, вылезали за пределы школы?
— Пошли обедать!
 
 
 
* * *

Джеймс был безумно рад, что настал выходной. И после обеда он думал слинять куда-нибудь и побыть в одиночестве.
Поттер сел рядом с Гарри, а Сириус с Ремом — напротив.
Увидев то, в каком напряжении сидят Поттеры, Блэк вновь стал хихикать. Джеймс кинул в него яблоком, но это мало помогло.
Лили и Гермионы не было, чему Поттеры были очень рады. Как выяснилось, они с утра ушли в библиотеку.
— Гарри, мне тут очень интересно узнать, что тебе снилось сегодня ночью? — спросил Симус Финниган с самым невиннным голосом, на который был способен.
— А что? — Поттер напрягся.
— Ну, ты просто так сопел… и стонал… Колись, что тебе снилось?
— Ты, Симус, — произнес Гарри.
Сидевшие рядом Гриффиндорцы, расхохотались. Сириус уже был на грани истерики.
— Да ну тебя, извращенец, — произнес Симус и отвернулся.
Оба Поттера были в крайне плохом расположении духа. После обеда они разошлись и весь день провели поодиночке. Джеймс сидел в Визжащей Хижине, а Гарри на Астрономической Башне, благо день выдался на редкость теплый, и им не пришлось мерзнуть.
Поттеры еще не знали, что очень скоро настанут темные времена. И их дар, который они считают проклятьем, возможно, станет для них единственной надеждой…

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 13. Тучи сгущаются

 Джеймс проснулся очень рано, хотя был выходной день. Он еще полчаса провалялся в кровати, надеясь хоть часок подремать, но сон как рукой сняло, и, наконец, парень встал. Джеймс оглядел спальню: никто еще не проснулся. Поттер чувствовал себя на редкость умиротворенно. Сейчас он ощущал только свои эмоции. Но ему недолго оставалось наслаждаться покоем, ведь как только просыпался Гарри, заклятие, наложенное Глазом Морганы, сразу начинало действовать, и Джеймс снова чувствовал за двоих.
Сегодня был Хэллоуин, и Поттер радовался тому, что праздник совпал с выходным. Джеймс даже подумывал, не подшутить ли над своим сыном и не порезать ли свою руку, чтобы тот проснулся от боли, но осознав, что не хочет проходить весь праздник с перевязанной рукой, передумал. В заклятии был один нюанс: когда один спал, другой не ощущал его эмоций и наоборот, но это не касалось ощущений, вызванных другими факторами, как, например, боль от пореза.
От нечего делать Джеймс оделся и пошел в гостиную. На лестнице он услышал голоса Гермионы и Лили, они тихо переговаривались. Поттер подумал, что они опять обсуждают занятия и хотел было к ним выйти, пока не услышал обрывок из разговора:
— ...он совершенно меня игнорирует, может я сделала что-то не так?
— Не забивай свою голову всякими глупостями, Роуз. Твой парень тебя безумно любит.
— Но…
— Никаких «но», — произнесла Гермиона тоном, не терпящим возражений. — Он наверно устал, да и не успевает попросту. Нас совершенно завалили занятиями, а Джейсон еще и записался в команду по квиддичу. Ты представь, какая эта нагрузка.
— Да, наверно, ты права, — согласилась Эванс, хотя по голосу было слышно, что она сомневается.
— Вот увидишь, когда он войдет в темп, то все у вас наладится. Так что выбрось всю эту чушь из головы и пойдем прогуляемся. Сегодня чудесное утро, а свежий воздух тебе как раз не помешает.
Как только девушки ушли, Джеймс спустился в гостиную. Он чувствовал себя виноватым из-за того, что игнорирует свою девушку, но по-другому не мог. Поттер ни за что не позволит этому случится вновь, по крайней мере до тех пор, пока они не придумают, как снять чары камня. Джеймс считал абсолютно аморальным то, что его сын испытывает то же, что и он. Нельзя ребенку чувствовать то, что делают его родители в постели.
За завтраком Мародеры, да и все остальные, были на удивление веселыми. Даже Снейп этим утром не казался таким противным как обычно. Во многом все это бурное веселье было вызвано предвкушением Хэллоуина, и то, что сегодня не было занятий, только увеличивало праздничное настроение. Но, увы, радоваться пришлось не долго…
Когда Джеймс и Гарри покончили с овсянкой и взялись за тосты, в Большой зал влетели совы.
Джеймс по привычке посмотрел вверх, ища свою сову, но потом, вспомнив, что он не в своем времени, вновь принялся намазывать тост клубничным джемом.
Гермиона мигом взялась за чтение «Ежедневного Пророка», и с каждой прочитанной строчкой ее лицо становилось все мрачнее и мрачнее.
— Что пишут? — спросил Гарри, наклоняясь к Гермионе, чтобы заглянуть в газету. Та без лишних слов подвинула ее ближе к Поттеру. И опять с каждым прочитанным словом Гарри становился все более хмурым.
— Они не могут… — пробормотал он, не веря тому, что только что прочитал. — Гермиона, они же ведь не могут?..
— Видимо, могут, — произнесла девушка, с мрачным выражением лица.
— Что случилось? — обеспокоенно спросил Рон, переводя взгляд с Гермионы на Гарри и обратно. Они выглядели мрачнее тучи. Джеймс вопросительно посмотрел на сына, он чувствовал, что случилось что-то плохое. Затем Поттер посмотрел на других ребят, каждый, кто прочитал «Пророк», сидел с не менее мрачными лицами, чем у Гарри и Гермионы. Праздничного настроения как не бывало.
— Хогвартс снова будут инспектировать, — наконец произнесла Гермиона.
— Как?! — воскликнул Рон. — Фадж что, с ума сошел?! Ему нужно с Вы-знаете-Кем воевать, а он инспекции проводит!
— Пойди это ему скажи, — мрачно ответил Гарри.
— А кто будет инспектировать? — спросила Джинни, которая за все утро не произнесла ни слова. Мародеры только заметили ее. — Надеюсь не Жаба?
— Об этом ничего не сказано.
— Ну Фадж же не полный дурак? — с надеждой спросила Джинни. — Он же не станет вновь назначать ее инспектором? После всего, что случилось...
— Джинни, Фадж висит на волоске. Он понимает, что ему недолго осталась сидеть в кресле Министра Магии. И он всеми силами пытается сохранить свое место. Хотя инспекция не самый лучший вариант, чтобы вернуть доверие волшебников, — печально произнесла Гермиона.
— Что касается меня, то я попрошу родителей забрать меня домой, — сказал Рон, потирая шрам на руке — подарок Амбридж, которого удостоились все участники ОД. — Все равно Амбридж не даст нам учиться по-человечески. Да и к тому же, я не выдержу ее кровожадное перо.
— Люди, вы, конечно, извините, что прерываем вашу дискуссию, — сказал Сириус. — Но можно узнать, что за инспекция? Не забывайте, мы тут первый год учимся.
Рон, Гермиона и Джинни вкратце обрисовали Мародерам ситуацию и ввели их в курс дела. И только тогда они поняли, почему все так помрачнели.
— Знаете что, — произнес Гарри через некоторое время, и выражение его лица напугало Мародеров, такого стального блеска в его глазах они еще не видели. — Пусть только Амбридж попробует вернуться. Мы устроим ей незабываемое возвращение.
— О, я в этом участвую, — сказал Рон в предвкушении новых приключений.
— И я, — вставила Джинни. — Да и думаю, Фред с Джорджем будут рады помочь нам, учитывая, как они ее «любят».
— Хоть, я это и не одобряю, — пробормотала Гермиона, — но я согласна. Надо задать ей жару.
— Похоже, ОД вновь начнет свою деятельность! — радостно воскликнули Симус, Дин и Невилл, которые тоже слушали разговор ребят. — Да, и мы тоже с вами.
Мародеры растерялись. Они не знали, что делать, что говорить. Но все же, все они дали согласие на участие в бунте против Амбридж. Джеймс понял, что вместе с сыном пойдет даже в ад. Лили же согласилась из-за Гермионы, потому что знала, что только что-то серьезное могло толкнуть ее на это. Сириус ни за что бы не отказался от новых приключений, а Ремусу просто не оставалось другого выхода, как не последовать за своими друзьями. Бедные Мародеры даже наполовину не понимали, на что они только что подписались.
— Отлично, — воскликнула Гермиона, а затем чуть тише добавила, — Предупредите всех остальных участников ОД, чтобы время от времени поглядывали на свои галлеоны. Возможно, скоро мы назначим место и время первой встречи.
Ребята радостно закивали и как ни в чем не бывало вернулись к своим делам.
 
 
 
* * *

— Гарри, ты идешь на ужин? — спросил Джеймс, войдя в спальню.
Мальчик сидел на окне, и настроение у него было не самое лучшее.
— С тобой все в порядке? — обеспокоенно спросил Джеймс. Он чувствовал всю ту бурю негативных эмоций, которые бушевали в душе его сына: начиная от грусти и тоски, кончая злостью и болью.
— Со мной все нормально.
— Ты врешь, — констатировал Джеймс, подходя ближе. — Я же вижу, что что-то коробит тебя.
Гарри промолчал. Он не знал, говорить или нет. Но он чувствовал, что Джейсон искренне за него беспокоится, и в этом чувстве нет ни капли фальши. Поттер удивлялся своему другу, все чувства, которые тот испытал к нему, были искренние. Он желал Гарри только добра, что порой сбивало его с толку. Он уже и не верил, что на свете существуют такие люди как Джейсон. И временами был даже рад, что чувствует его. Бедный Гарри, он не имел ни малейшего подозрения, ни малейшего понятия, что Джейсон — это Джеймс. А его отец отдал бы все, чтобы сказать сыну правду, и только слово данное Дамблдору удерживало его.
Джеймс уже хотел было оставить Гарри одного, как тот произнес:
— Сегодня годовщина их смерти…
— Что? — тупо произнес Поттер.
— Сегодня годовщина смерти моих родителей, — повторил Гарри, и столько грусти, столько тоски было слышно в его голосе, что у Джеймса невольно слезы на глаза навернулись, хотя и то, что он ощущал эмоции сына, тоже способствовали этому.
Подумать только, сам Джеймс Поттер готов сейчас расплакаться. А ведь он всю жизнь смеялся над парнями, которые из-за чего-то плакали. Он считал слезы слабостью, а мужчины не должны быть слабыми. Какой же он был кретин! Ведь в мире существует такая боль, которую не выдержал бы никто. Ведь есть боль, намного сильнее физической. Боль, которая разрывает душу. Боль, которая пронизывает человека до мозга костей и которая калечит его похуже круциатуса. Как боль ребенка потерявшего родителей… Да что он вообще мог знать о жизни, если учесть тот факт, что у него было все. Он никогда не испытывал нужду, он никого не терял. И он еще смел над кем-то смеяться! Смел считать кого-то жалким, а ведь жалок он сам…
Сейчас он смотрел на сына и испытывал такую боль, от которой все его нутро разрывало на части. И с этой болью не сравнился бы никакой круциатус. Эта боль была настолько сильной, настолько всепоглощающей, что дыхание перехватывало, а слезы на глазах обжигали сильнее раскаленного железа, и горло сжималось так сильно, что ты не мог даже пискнуть.
Джеймс сполна прочувствовал все то, что испытывал Гарри. Никогда еще их связь не была сильнее, чем в эту минуту, когда соприкоснулись их души. И Поттер невольно начал уважать своего сына.
Ведь он чуть не сошел с ума, когда испытал это ужасающее чувство, и продолжалось это какое-то мгновение, а Гарри жил с этой болью всю свою жизнь. Джеймс удивлялся, как его сын вырос, выстоял и не сломался. А ведь рос он в ужасной обстановке. Ох, будь сейчас рядом Дурсли, они бы испытали на себе все непростительные заклятия разом, до того Джеймс ненавидел их в эту минуту.
— Прошло уже 15 лет… — пробормотал Гарри. — А я все наивно надеюсь, что увижу их. Надеюсь, что они вернутся ко мне. Придут, заберут от Дурслей. Но их нет. Они никогда не вернутся. Их нет! Они лежат, закопанные под землей и больше ничего не чувствуют. Им все равно, что их сын живой… Скажи Джейсон, почему жизнь так жестока? Почему у одних есть все, а у других ничего? Где, где, черт возьми, справедливость? Мне не нужны были ни деньги, ни слава. Ничего. Только мама и папа.
Джеймс сел рядом с сыном. Он ничего не говорил, а только слушал. А тот говорил и говорил без умолку. Как будто что-то прорвалось в его душе… Как будто словами он хотел выплеснуть всю ту боль, которую он держал в себе столько лет.
Они забыли про ужин, в это мгновенье они забыли про весь остальной мир. Существовали только Гарри и Джеймс.
Как же он хотел утешить своего сына, как же он хотел рассказать ему правду. Сказать что его мама и папа рядом. Но Джеймс не мог — проклятое слово данное Дамблдору! Сейчас он проклинал весь мир и только слезы от бессилия и боли катились по его щекам. Все, что он мог сделать — это обнять своего сына, обнять с такой силой, что у него руки судорогой сводило, а у Гарри ребра трещали. Но они не чувствовали физической боли, так как их души болели намного сильнее.
— Прости, — глухо пробормотал Гарри.
— За что?
— За то, что ты увидел меня таким. Я не должен был показывать свою слабость, — Гарри попытался вырваться из стальной хватки Джеймса, но тот удержал его
— Это не изменит моего отношения к тебе. И никто никогда об этом не узнает. Даю тебе слово.
— Спасибо, — пробормотал Гарри и уткнулся носом в плечо Джеймса.
— Не за что... Просто дай выход своим эмоциям и тебе станет легче. А я… я буду рядом.
Поттер чувствовал, как его рубашка мокнет от слез сына, но молчал и только сильнее обнимал его и укачивал в своих объятиях.

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 14. Жаба

 — Вы желали видеть меня, профессор? — произнесла МакГонагалл, войдя в кабинет директора.
— Да, Минерва, — ответил Дамблдор, сидевший за своим столом. — Я хочу обсудить с вами одну тему, пока не пришли остальные преподаватели.
— Я вас слушаю.
— Грядут очень тяжелые времена, — начал Дамблдор.
— Вы имеете в виду инспекцию?
— Не совсем, хотя инспекция тоже не подарок. У меня к вам есть одно поручение, даже не поручение, а настоятельная просьба.
— Все, что угодно, профессор, — ответила МакГонагалл.
— Я хочу, чтобы вы присмотрели за Эванс, Люпином, Блэком и двумя Поттерами. И сделали все, что в ваших силах, чтобы с ними ничего не случилось. Особенно с Поттерами и Эванс. Вы прекрасно знаете, насколько важны эти дети.
— Но простите, Альбус, разве им угрожает какая-то опасность? — в недоумении произнесла МакГонагалл.
— Ох, Минерва. Вы даже не представляете, какие события грядут... И инспекция — это далеко не самое худшее, с чем нам придется столкнуться. И я очень вас прошу, дорогая Минерва, защищать этих детей всеми силами.
— Но… — МакГонагалл была в полном замешательстве. — Неужели все так плохо?
— Пока еще нет, — улыбнулся Дамблдор. — Но не нужно расслабляться. Так вы даете мне слово?
— Да, профессор. Я сделаю все, чтобы с ними ничего не случилось.
— Спасибо, Минерва. Я на вас очень рассчитываю.
Вскоре пришли и остальные профессора.
— Что случилось, Альбус, зачем такая срочность? — спросила профессор Стебль, как только учителя заняли свои места. Кроме нее в кабинете находились Снейп, Люпин, Флитвик, Хагрид и Кингсли, который пару минут назад прибыл с помощью летучего пороха.
— У меня для вас не самые лучшие новости, — начал Дамблдор. — Итак, первая наша проблема — это инспекция. Эту инспекцию организовали не для того, чтобы проверить Хогвартс, а для того, чтобы контролировать меня. И вероятно, что мне снова придется покинуть школу.
— Что?! — хором воскликнули преподаватели.
— Этот Фадж что, с ума сошел? — проревел Хагрид.
— Они же не могут вас уволить? — пропищал Флитвик. — Особенно сейчас, когда Вы-Знаете-Кто снова вернулся.
— Эх, друзья мои, у меня для вас очередная плохая новость, — вздохнул директор. — Министерство начало переходить в руки Волан-де-Морта, если уже не перешло. Фадж там ничего не контролирует. Он на посту министра только потому, что это выгодно Темному Лорду.
— Но господин Директор, разве мы не можем как-то повлиять на это? — спросил Снейп.
— Вы прекрасно знаете Северус, что нет.
— Но неужели никого из наших людей не осталось в Министерстве? — произнесла МакГонагалл убитым голосом.
— Многих наших уволили, и их места заняли Пожиратели. Членов Ордена осталось совсем мало, только я, Артур и еще пара человек, — с мрачным видом ответил Кингсли. — И наше увольнение — это вопрос времени. Так как всех, кого подозревают в связи с Орденом Феникса, так или иначе, увольняют. И это хорошо, что просто увольняют, а не подвергают пыткам, как в старые времена.
— А с чего это Волан-де-Морт так раздобрел? — в недоумении спросил Люпин.
— Думаю, пока он решил не привлекать к себе лишнего внимания, — произнес Кингсли. — Пока. Но я думаю, что это затишье перед бурей.
— В этом, я абсолютно согласен с Кингсли. Скоро вторая война начнет набирать обороты, — тихо проговорил Дамблдор.
— В данный момент прогноз будущего нам ничего не даст, — раздраженно буркнул Снейп. — Давайте разбираться с более насущными проблемами, как, например, инспекция.
Все согласно кивнули.
— А кто на этот раз будет инспектировать Хогвартс? — спросила Стебль, нервно теребя свою перепачканную землей шляпу.
— Боюсь, все та же Долорес Амбридж.
— Что?! — вскрикнула МакГонагалл, вскочив со своего стула. — Эта жаба вернется в Хогвартс?
Учителя недовольно зашумели.
— Как ты мог позволить ей вернуться сюда, Альбус?! — гневно воскликнула женщина, сверля Дамблдора яростным взглядом.
— Боюсь, что я ничего не мог сделать, Минерва. Не забывай, какое у нас сейчас положение в Министерстве.
— Знайте, профессор, я убью эту женщину, если она хоть пальцем притронется к моим ученикам, — яростно прошипела МакГонагалл. Она с такой силой сжала свои губы, что они побелели. И это еще больше придавало ей сходства со взбешенной гремучей змеей.
— И я, — вставила Стебль.
— Я тоже не позволю обижать моих ребят, — добавил Флитвик.
— А вы лучше приглядывайте за своими учениками, профессор МакГонагалл, — ехидно вставил Снейп. — Особенно за одним черноволосым дьяволом.
— Следи за языком, Снейп! — взревел Хагрид. — Гарри — не дьявол.
— Заткнись, Северус, — рявкнула женщина. — Ты лучше за своими присматривай, а со своими я сама как-нибудь разберусь.
— Так, перестаньте, — устало вздохнул Дамблдор. — Вы как дети маленькие, ей Богу.
МакГонагалл и Снейп смирили друг друга убийственными взглядами, но на этом утихли.
— Вот так лучше, — удовлетворенно произнес Дамблдор. — Вам всем придется объединиться в борьбе с Амбридж. И для вас же лучше не ссориться друг с другом.
— О, поверьте, профессор, если это поможет выставить эту жабоподбную отсюда, то я готова даже жить в подземельях вместе с Северусом, — произнесла МакГонагалл с железным блеском в глазах.
— Надеюсь, до этого не дойдет, — пробормотал Снейп. Подобная перспектива его явно не радовала.
— Мы устроим этой жабе незабываемую встречу, — улыбнулся Люпин, и его глаза загорелись недобрым огнем. Сейчас он опять походил на Лунатика, не на уставшего и замученного Люпина, а именно на веселого, озорного Мародера, каким он был в юности.
Все учителя согласно закивали, обрадованные, что им представится хороший шанс, чтобы расквитаться с жабой. Даже Снейп, после недолгих уговоров, согласился участвовать в их авантюре.
— Мы ее так достанем, профессор, что у старой карги просто времени не останется следить за вами и вставлять вам палки в колеса, — произнесла профессор Стебль и ее глаза также озорно заблестели. — Думаю, и остальные преподаватели согласятся нам помочь.
— Что же, это замечательно, — улыбнулся Дамблдор. Его профессора сейчас походили на маленьких детей, которые решили провернуть большую шалость. — У бедной Амбридж будет незабываемый год. Думаю, некоторые ученики уже тоже вовсю готовятся дать отпор инспектору.
— Гарри? — без лишних слов спросил Люпин.
— Он самый. И думаю, не стоит ему мешать, — лукаво подмигнул Дамблдор.
 
 
 
* * *

В Большом зале как всегда стоял шум и гам. Это место никогда не утихало, если не считать тех минут, когда директор выходил с какой-либо речью или объявлением. А в остальное же время он напоминал растревоженный улей. Вот и сейчас все ученики сидели за своими столами, как и преподаватели. Между ними туда-сюда проплывали приведения. Везде слышалась радостная болтовня.
— Как хорошо, что Пивзу сюда нельзя, — произнесла Гермиона, оглядывая зал.
— Почему? — спросил Гарри, жуя тост, намазанный клубничным джемом. Он даже особо не вникал в слова Гермионы, обдумывая что-то свое, и спросил на автомате.
— Как почему? Представляешь, что он бы здесь устроил? Какой бы хаос здесь воцарился.
До Гарри только сейчас дошло то, что сказала Гермиона. Он и вправду за все свое обучение в Хогвартсе ни разу не видел, чтобы школьный полтергейст носился по Большому залу.
— А что его сдерживает? — уже с большим интересом спросил он.
— Дамблдор заколдовал зал так, чтобы Пивз не мог сюда войти.
Гермиона заметила, что он что-то усиленно обдумывает и, судя по бесенятам, которые в этот момент плясали в его глазах, ничем хорошим его идея не пахла.
Значит вот как! Пивз не может сюда войти. Тогда нужно кое-что сделать… В общем, бедный инспектор...
Гарри так задумался, что упустил тот момент, когда Дамблдор встал, собираясь что-то сообщить. Весь зал мигом утих.
— Итак, вы, конечно, знаете, что в этом году Хогвартс снова будут инспектировать, — без лишних вступлений начал директор. — И инспекция начнется с завтрашнего дня. А сейчас встречайте нашего инспектора, уже известную нам — Профессор Долорес Амбридж.
Из двери, которая стояла недалеко от учительского стола, появилась маленькая полная женщина в ярко-розовом костюме и с черным бантиком на голове. За тот год, пока Гарри не видел Амбридж, она ни капли не изменилась: все тот же отвратительный костюм, бабочка и неизменная жабья улыбка.
— Да вы, блин, издеваетесь! — воскликнул Гарри, позабыв о том, что находится в большом зале.
Все мигом повернулись лицом к нему. Но Гарри даже глазом не повел, он лишь с нескрываемой ненавистью взирал на Амбридж. Если взглядом можно было бы убить, то Долорес уже давно лежала бы на полу мертвая. Гарри сейчас как никогда жалел о том, что прикончил василиска. Он бы с радостью скормил ее змее. Впрочем, Амбридж в долгу не осталась, окинув Поттера взглядом в котором читалось пожелание если не скорой кончины, то хотя бы мучительной болезни. Она невозмутимо прошла и встала перед учительским столом.
— Всем доброго дня, — начала женщина. — Итак, я вновь вернулась в школу в качестве инспектора. Но на этот раз, я буду только инспектором, все преподаватели останутся на своих местах.
Министерство решило досконально проверить деятельность школы. Образование должно быть качественным, особенно сейчас, когда настали темные времена, нам нужны умные молодые люди и высококвалифицированные специалисты. В целом, мои обязанности будут теми же, что и в прошлом году. И я очень надеюсь, что вы поможете мне. Также хочу заметить, что с завтрашнего дня Инспекционная дружина снова начнет свою деятельность. Те, кто состоял в ней в прошлый раз, автоматически восстанавливаются на своих местах, если есть еще желающие, то прошу вас подойти завтра ко мне.
— Вот, блин, пиздец, — вырвалось у Гарри. Все опять повернулись к нему. Но он даже глазом не моргнул, только сказал, что ему нужно сделать какое-то дело и мигом умчался.
— Когда он начал так сквернословить? — удивленно спросила Джинни.
— С тех пор как узнал об инспекции, — ответила Гермиона. Она не винила его, зная, что он сейчас выбит из колеи. Но все же, девушка твердо решила не дать парню привыкнуть к сквернословию. Чем раньше она его от этого отучит, тем лучше.
 
 
 
* * *

— Подъем! Подъем! — прокричал Гарри, войдя в спальню мальчиков. — Поднимайте свои ленивые задницы!
— Ты чего? — пробормотал Джеймс, приподнимаясь на локтях. — Сейчас два часа ночи!
— Вставайте, хватит дрыхнуть. Так все на свете проспите! — Гарри стал поочередно скидывать одеяла со своих однокурсников. В итоге бедные ребята вынуждены были подняться с кроватей.
— Гарри, ты что, сошел с ума? — поинтересовался Симус, закутываясь в свой халат.
— Ты хоть смотрел на часы? — спросил Дин, все еще наивно надеясь вернуться в свою кровать.
Рон, Сириус и Ремус с Невиллом лишь молча потирали глаза. Похоже, они еще не до конца проснулись.
— Я прекрасно знаю который сейчас час, поэтому перестаньте ворчать, как восьмидесятилетние старушки.
— Так чего ты нас разбудил-то? — подал голос Сириус.
— У нас есть работенка. И давайте пошевеливайтесь, нам придется облазить ползамка.
— Зачем? — удивился Рон.
— Узнаешь, — таинственно ответил Гарри.
— Приключения будут? — улыбнулся Сириус.
— Не сомневайся.
— Я только за! — воскликнул Джеймс и стал одеваться.
— Ночка будет интересной, — произнес Симус, последовав примеру Поттера.
— А обязательно это все делать в два часа ночи? — пробормотал Невилл, нерешительно переминаясь с ноги на ногу.
— Дубина, какой тогда смысл в приключениях, если это будет делаться днем? Как-то не интересно, — сказал Сириус, надевая штаны.
— Ну, это не совсем приключения, — вмешался Гарри. — Это скорее подготовка к бунту.
— К бунту? — в недоумении произнес Дин.
— Ага. В общем, заткнитесь и одевайтесь! А то так мы тут полночи проторчим.
 
 
 
* * *

Ночь выдалась весьма прохладной, хотя на удивление тихой: ни ветра, ни привычных сквозняков не наблюдалось. Но от такой неестественной тишины замок выглядел еще более зловеще, чем обычно.
Группа ребят во главе с Гарри, который время от времени поглядывал в какой-то свиток, в котором Мародеры мигом узнали свою карту, осторожно передвигалась по коридорам.
— Гарри, ты можешь сказать куда мы идем? — произнес Рон, ежась от холода.
— В Визжащую Хижину.
— Куда? — хором воскликнули Джеймс и Ремус.
Сзади послышался шум — это Невилл врезался в рыцарские доспехи.
— Тише ты, — прошипел Гарри, нервно оглядываясь по сторонам. — Хочешь, чтобы нас Филч поймал?
— Извините, — виновато произнес Долгопупс, пытаясь сосредоточится.
— Зачем нам туда? — спросил Дин.
— Это сюрприз, — ответил Гарри. Его терпение подходило к концу. Еще один вопрос, и он точно кого-нибудь убьет.
— Господи, Гарри, ты меня с ума сведешь! Когда ты стал таким скрытным? Ты можешь нормально сказать, куда и зачем мы идем? — не выдержал Рон.
— Вы меня уже задолбали. Сказано узнаете, значит узнаете! — вконец взорвался Гарри. Рон замолчал, так как понимал, что если он еще что-нибудь скажет, то точно получит в глаз. Весь остаток пути они прошли молча.
— И как мы доберемся до Визжащей Хижины? — решился спросить Симус, когда они выбрались из замка, но мигом умолк под свирепым взглядом Гарри.
— Это Гремучая Ива? — недоуменно произнес Дин, когда они оказались около большого дерева. Но как ни странно, дерево не спешило с ними драться: то ли в темноте оно не видело непрошеных гостей, то ли ребята находились вне ее досягаемости.
— Ага, — ответил Рон, пока Гарри искал подходящую палку. — Под деревом находится секретный ход, который ведет прямо в хижину.
— А как мы туда пролезем? — спросил Симус. — Пока мы доберемся до коры, ива из нас отбивные сделает.
Рон начал объяснять про секретный сучок, который отключает иву, если на нее нажать. В это время Гарри нашел подходящую палку и отключил дерево.
Ребята забрались в туннель и молча стали пробираться к хижине. Примерно через полчаса они выбрались из него и оказались на первом этаже.
— Ну и зачем мы сюда приперлись? — произнес Рон, оглядывая помещение. Ему всё ещё не нравилась скрытность друга.
— Сейчас узнаете, — сказал Гарри и жестом велел идти всем за ним.
Ребята поднялись по лестнице и вошли в небольшую комнату. В помещении было темно.
— Итак… — послышался голос Гарри.
— Сюрприз! — воскликнули два голоса, и комната озарилась светом. Подростки от неожиданности чуть не подпрыгнули, за исключением, конечно, Гарри.
— Ну как? Рады видеть нас? — хором произнесли близнецы Уизли.
— Фред? Джордж? Что вы здесь делаете? — удивленно спросил Рон. Он совсем не ожидал увидеть здесь братьев.
— Пришли помогать вам с бунтом, тупица. — улыбнулся Джордж.
— Мы слышали, что старая жаба вновь оккупировала Хогвартс, — произнес Фред. — А вы ведь помните, какие сильные чувства мы к ней питаем?
— Ага, что их можно выразить только топором, — подхватил Джордж.
— Ну или на крайний случай молотком, — продолжил Фред.
— В общем, мы не могли остаться в стороне, — произнес Джордж. — Поэтому мы будем официальными спонсорами бунта.
Уизли указали на кучу коробок стоявших в комнате. Ребята только сейчас их заметили.
— Забастовочные завтраки, гиперъязычки, канареечные помадки, гнойные леденцы и много чего другого, — улыбнулись близнецы.
— А как вы узнали? — недоуменно спросил Рон.
— Я им написал, — сказал Гарри, — сегодня после обеда и они мне сразу же ответили, назначили время и место встречи.
— А в чем заключается наша работа? — спросил Сириус.
— А наша работа заключается в том, что мы должны всю эту контрабанду пронести в замок и спрятать.
— Сегодня? — произнес Симус.
— Нет, завтра, — раздраженно ответил Гарри.
— Так, как мы весь этот контрабандный товар пронесем? — поинтересовался Джеймс.
— Браво, — произнес Гарри, — хоть один дельный вопрос за всю ночь. Все просто, мы должны пронести коробки в замок и при этом не спалиться. Думаю, спрячем их в нашей спальне, пока не найдем более подходящего места.
— Да уж, проще некуда, — съязвил Рон. — А сколько коробок?
— Их здесь 15, — ответил Фред. — Каждый возьмет по две коробки. Кроме Гарри, ему достанется одна, так как он будет часовым.
Все согласно закивали.
— Ну так пошевеливайтесь! — воскликнул Гарри. — Время-то не резиновое! Уже 4 часа утра, а нам все это добро нужно еще отнести в замок.
— Гарри, можно тебя на минуточку, — произнесли близнецы, пока все остальные занялись коробками. И они отошли в дальний конец комнаты.
— Что случилось? — обеспокоенно спросил Поттер.
— У нас для тебя специальное задание, — сказал Фред и вынул из кармана небольшую конфету, в желтой обертке.
— Решил угостить меня конфеткой? — улыбнулся Гарри. — Надеюсь, свидание назначать не будешь?
— Пожалуй, не сегодня. На свидание приглашу в более интимной обстановке и без свидетелей, — рассмеялся Фред и подмигнул Гарри. — И конфетка не для тебя.
— Я обиделся, все, развод и девичья фамилия.
— Не обижайся, дорогой, — наигранно-заботливым тоном ответил Уизли. — Я тебе другую дам. А эта предназначается Малфою.
— Хочешь сказать, что Малфоя ты любишь больше, чем меня? — шутливо произнес Гарри.
— Как я могу любить Малфоя больше чем тебя? Он с тобой не сравнится, — все в том же духе ответил Фред.
— Ладно, так уж и быть, я тебя прощаю, — улыбнулся Гарри и забрал конфету.
— Мне нужно о чем-то беспокоиться? — спросил Джордж, наблюдая за своим другом и братом. — Что-то вы странно спелись.
— О, нет-нет, я ни за что не отобью у тебя Фреда.
— Его вполне устраивает роль любовницы, — шутливо произнес Фред и вновь подмигнул Гарри.
— Да ну вас, придурки, — рассмеялся Джордж.
— Так что там с конфетой? — спросил Гарри уже серьезно.
— Да, конфета, — спохватился Фред. — У нас к тебе просьба, скорми эту вещь Малфою, чего бы тебе это не стоило.
— Вы решили его отравить? — улыбнулся Гарри.
— Нет, — ответил Фред. — Его жизни ничего не грозит.
— Ну не скажи, — пробормотал Джордж. Фред отчего-то расхохотался.
— А, понятно, вы просто решили его покалечить, — заключил Гарри.
— Да нет же, жить будет, — ответил Фред, все еще посмеиваясь. — Мы опробовали эту штуку на себе. Поверь, это стоит всех стараний.
— Вообще-то испытать ее пришлось мне, — недовольно пробурчал Джордж. — И мы еще не до конца придумали, как снять действие конфеты.
— Не обращай внимания на него, — заговорщицки улыбнулся Фред. — Просто мы ее не доработали. А он недоволен из-за того, что остались некоторые последствия. Обещаю, к тому времени, как ты скормишь ее Малфою, мы придумаем что-нибудь.
Близнецы, как обычно, были оптимистами.
— А что с ним будет? — спросил Гарри.
— А это сюрприз, — ответил Фред.
— Еще какой, — вставил Джордж. Фред опять начал ржать.
— Да заткнись ты уже. Он всю неделю ржет как лошадь.
— Ну согласись, это было смешно, — ответил брат.
— Только не для меня, — прорычал Джордж и, повернувшись к Гарри, добавил:
— Только не вздумай сам ее съесть.
— Я и не собирался, — ответил Гарри, уж слишком хорошо он знал близнецов.
— Мне, конечно, очень не хочется перебивать вашу милую болтовню, — произнес Рон, — но время поджимает.
Ребята попрощались с близнецами и взялись за свои коробки.
— Обязательно напишешь, как прошло, — шепнул Фред Гарри. И близнецы аппарировали.
Мальчики подняли коробки и гуськом двинулись по туннелю. Это заняло немного больше времени, чем планировал Гарри, так как пробираться с коробками по узкому проходу было очень тяжело.
— Нашли место, куда принести коробки, — ворчал Рон. — Не могли что-нибудь более удачное найти?
— Ну, в следующий раз сам будешь все организовывать, — пропыхтел Гарри, неся сразу три коробки, так как Невилл, оправдывая свою репутацию, упал и разбил нос, и поэтому был временно недееспособным, так как из его носа шла кровь.
Выбравшись из туннеля, ребята отошли от ивы на безопасное расстояние и все кучей повалились на землю.
— Черт, неужели мы вылезли оттуда? — с облегчением пробормотал Сириус, растянувшись на траве.
— Я уже думал, что мы никогда до ивы не доберемся, — вздохнул Дин, вытирая со лба пот.
— Ладно, — произнес Гарри, — пять минут отдыхаем, потом в замок.
— Пять минут? — пропищал Рон. — Всего?
— Ты — монстр, — простонал Симус.
— Ну, можете валяться сколько угодно, и тогда вам и Филч компанию составит, а, может быть, даже сам Снейп накроет вас своим черным крылышком.
— Он прав, — произнес Джеймс. — Нужно успеть все перенести до рассвета.
— Не до рассвета, а до шести часов утра, — поправил Гарри. — В шесть учителя уже не спят.
— И чего им это не спится, — устало пробурчал Рон.
— Невилл, ты как? — спросил Гарри, садясь рядом с другом.
— Жить буду, — ответил тот.
— Кровь вроде перестала идти.
— Ага.
— Сможешь нести коробки?
— Ага.
— Точно?
— Ага.
— Ты что больше слов других не знаешь? — раздраженно спросил Дин.
Через несколько минут Гарри все же заставил недовольных и ворчащих ребят встать и продолжить путь.
— Так, разделяемся на две группы. Если пойдем все вместе, то будем слишком заметны. Поэтому подойдем к входу с двух сторон.
— Да кто нас увидит? — произнес Рон. — Все давным-давно спят.
— Этого мы наверняка не знаем.
До дверей замка они дошли без сюрпризов. Теперь предстояло самое трудное — добраться до башни Гриффиндора. И Гарри чувствовал, что они натолкнутся на какие-нибудь неприятности. Уж слишком легко они провернули первую часть своего рискованного плана.
— Ни звука, — одними губами проговорил Гарри, открывая дверь.
Они осторожно друг за другом ступали по темным извилистым коридорам замка. Впереди Гарри с картой Мародеров, дальше Невилл и остальные мальчики, замыкал процессию Джеймс.
Перед очередным поворотом Гарри остановился, поминая всех чертей.
— Что случилось? — прошептал Рон.
— Миссис Норрис. И откуда только эта плешивая котяра взялась тут? Ее ведь не было!
— Ой, — пробормотал Рон. — Кажется, я сейчас чихну.
— Не вздумай! — яростно прошипел Гарри. — Она нас услышит.
— Не могу, — простонал Рон, и уже начал было чихать, как Сириус схватил его за нос.
— Вроде все? — пробормотал Блэк.
Ребята облегченно вздохнули, как:
— Апчхи!— Уизли всё таки не сдержался.
— Рон! — простонал Симус.
Миссис Норрис мигом прибежала к источнику звука. Увидев целую толпу нарушителей, она возмущенно замяукала.
— Все, нам крышка! — запаниковал Невилл.
— Бежим! Пока Филч не пришел!
Ребята бросились бежать по коридору. Миссис Норрис продолжала истошно мяукать, зовя своего хозяина. И судя по скрежету, который донесся сзади, Филч вылезал из потайного выхода.
Но ребята не стали оглядываться. Они только прибавили шагу. Бегать с коробками оказалось очень тяжело, да и к тому же мальчики производили много шума, и ребята при первой же возможности юркнули в пустую классную комнату.
— Черт, мы такими темпами весь Хогвартс перебудим, — произнес Гарри, пытаясь отдышаться. Остальные молча стояли, яростно дыша.
— Так, я пойду, посмотрю, что там творится, — сказал Гарри отдышавшись. — А вы сидите тихо.
— Я пойду с тобой, — вызвался Джеймс.
— Нет, оставайся тут. Я сам пойду, если что не так, я смогу быстро вернуться обратно, зная большинство потайных ходов.
Джеймс уже собирался спорить, но во время спохватился, вспомнив, что здесь он Джейсон Алон, а не Джеймс Поттер.
— Хорошо. Только будь осторожней.
Гарри вышел в пустой коридор и только тут вспомнил, что у него с собой есть карта Мародеров. Он вытащил из кармана пергамент и стал лихорадочно искать точку с именем Филча. Он находился тремя этажами выше. Значит, у них есть пара минут форы. Гарри стал соображать, как вытащить друзей из этой переделки. И тут его взгляд наткнулся на маленькую точку с пометкой Пивз. Он находился к пустом классе недалеко отсюда. У Гарри сразу созрел план.
Ворвавшись в класс, словно маленький ураган, Поттер с ходу стал объяснять одноклассникам свою идею. Она заключалась в том, что Гарри и Джеймс отвлекут на себя внимание Филча, пока остальные будут смываться.
Поттеры отдали свои коробки друзьям и те побежали в западный коридор, а Джеймс с Гарри в восточный.
— Сначала нам нужно спустить завхоза на два этажа ниже, ты как бы случайно нарвешься на Филча и станешь убегать от него. Там есть картина с Мерлином, за ней потайной вход. Прикоснешься к ней палочной и прошепчешь «Опейндорус» и она сдвинется, открывая проход. Только для начала запустишь в ближайшие к картине рыцарские доспехи «Экспеллиармусом», чтобы я понял, что ты скрылся и мог начать действовать. Да, и еще, накрой голову капюшоном, чтобы Филч тебя не узнал.
Гарри юркнул в ближайший класс, а Джеймс побежал дальше.
— Стой! — раздалось из коридора через несколько секунд. Видимо, Филч увидел Джеймса и побежал за ним, так как шаги удалялись.
Через несколько минут внизу послышался страшный грохот. Гарри побежал в класс, где все еще находился школьный полтергейст.
Когда Поттер вбежал в него Пивз писал на доске нехорошие слова.
— О-о-о, — пропел полтергейст, как только Гарри появился в комнате. — Малыш Потти опять не в кровати. Как не хорошо. Мне наверно нужно вызвать школьного завхоза. Это ведь мой долг.
— Давай, зови. Я ведь не в своей постели. И Филч обязательно должен мня наказать, — в тон полтергейсту произнес Гарри.
Пивз замолчал, подозрительно смотря на Поттера:
— Что-то мне это не нравится...
— Ой, да ладно, все тебе нравится. Давай зови Филча или я сам позову, — настойчиво продолжал парень.
От реакции мальчика полтергейст даже дар речи потерял.
— Ну, хорошо, — произнес Гарри через несколько секунд. — Не хочешь звать, я сам позову.
Поттер пару раз взмахнул палочкой и все содержимое класса начало носиться туда-сюда, производя такой грохот, что мог бы с легкостью заглушить шум от двигателя самолета.
Спустя некоторое мгновение, Гарри опустил палочку, он был стопроцентно уверен, что Филч услышал этот грохот и на всех парусах несется сюда.
Пивз ошалело наблюдал за всем этим безобразием, не в силах что-либо сказать.
— И запомни, — сказал Гарри, направляясь к выходу, — это все устроил ты.
— Что?! — Пивз обалдел от такой наглости. Похоже, Поттер стал первым студентом за всю историю Хогвартса, который смог шокировать полтергейста.
— Запомни, что я тебе сказал! — медленно и с нажимом произнес мальчик.
Гарри вышел из класса и проскользнул в другой коридор.
— ПИВЗ!!! — раздалось сзади, Филч все же добрался до класса. — Мне же это целую вечность убирать! Ты, чертов полтергейст!
Гарри без приключений добрался до коридора, где находился вход в их гостиную, пока на него не налетело что-то.
— Черт, Джейсон! Какого хрена ты здесь торчишь?
— Я тебя ждал.
— Нельзя было за портретом подождать?
— Нет, нельзя… Я уже собирался идти за тобой…
— Ну ладно, — только и вымолвил Гарри. Хотя он бы рад, что друг ждал его. — Пошли, пока нас не поймали.
— Где вас черти носили? — накинулись мальчики, как только Поттеры вошли в гостиную. — Быстро в нашу спальню!
— Что слу… — начал было Гарри, но его беспощадно схватили за руку и поволокли в спальню.
На лестничной площадке колдовали Ремус и Сириус.
— Раздевайтесь! Быстро!— воскликнул Симус, как только они вошли в спальню.
— Что?! — тупо спросил Джеймс, совершенно сбитый с толку поведением своих друзей. Судя по взгляду Гарри, который смотрел на них, как на сумасшедших, он тоже ничего не понимал.
— Переодевайтесь. Мы вам все потом расскажем.
Гарри и Джеймс послушно побежали к своим койкам и стали поспешно натягивать пижамы.
— Все, — произнес Дин, выглядывая за дверь. Ремус и Сириус вбежали в комнату и стали лихорадочно переодеваться.
— Нужно измять ваши постели, как будто вы спали.
Поттеры опять послушно исполнили приказ Симуса.
— Так что произошло? — спросил Джеймс.
— Вы наделали много шума, — ответил Сириус. — Пошли в гостиную. Мы все потом расскажем.
Гарри послушно поплелся вслед за однокурсниками. В гостиной яблоку негде было упасть. Комната битком была набита гриффиндорцами.
— Это что, мы всех с постелей подняли? — ошарашено произнес Джеймс.
— Ага, — шепотом ответил Ремус. — И делайте удивленные лица. Типа мы ничего не знаем. А потом, спокойно поговорим. — И еще мы немного помудрили с замками. В общем, никто не мог выйти из своих спален до недавнего времени. — довольно добавил Сириус.— Учтите, мы тоже.
Джеймс и Гарри ничего не понимали, поэтому лишь молча следовали за друзьями.
— Рон! — подбежала к ним Гермиона. — Мы должны пойти к МакГонагалл и узнать, что произошло в школе.
— Я никуда не пойду, — зевнул Уизли. — А вдруг на школу Пожиратели напали. Нет уж дудки… Я и здесь посижу.
Гермиона смирила его уничтожающим взглядом и вернулась к Лили и Джинни.
Вся гостиная только и гудела про непонятный грохот. Какие только догадки не шли, начиная от террористического акта, устроенного Пожирателями, кончая битвой троллей.
Но никто даже и приблизительно не догадывался о том, что на самом деле произошло в школе, чему мальчики были несказанно рады.
Посидев полчаса в гостиной и не услышав ничего путного, мальчики пошли в свою спальню.
Как только дверь за Невиллом закрылась, Поттеры набросились на друзей с расспросами.
Оказывается, они произвели такой шум, что их слышали даже в башне Гриффиндора. Как только мальчики прибежали в гостиную, Сириус и Ремус наложили на дверь весьма хитроумное заклинание, чтобы никто не смог выйти из спален до возвращения Гарри и Джеймса. Обсудив произошедшее, все они пришли к выводу, что это было умопомрачительное приключение, но повторять его никто из них не желал.
— И последнее, — произнес Гарри зевая. — Все, что случилось сегодня должно остаться между нами. Никому, ни одной живой и неживой душе не должно быть известно о том, что произошло этой ночью.
Мальчики закивали, давая понять, что их рты на замке. И вскоре все легли в постели, надеясь поспать хотя бы полчасика.

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 15. Змея

 Гермиона и Лили обеспокоенно посматривали на часы. Уже близился завтрак, а мальчики все не спускались. Они вообще никого из мужского состава 6 курса не видели.
Подождав еще с полчаса, девочки пошли в спальню. Когда они вошли в комнату мальчиков, у них рты пооткрывались: все ребята крепко спали.
— Они что… Всем составом приняли сонного зелья? — спросила Лили, пока Гермиона по очереди подходила к парням и проверяла живы ли они.
— Не знаю, но они все спят. И причем крепко.
— Давай будить их.
— Гарри, вставай! — Гермиона стала расталкивать парня. — Просыпайся.
— Чего тебе?— сонно пробормотал парень.
— Уже время завтрака! Вам нужно спускаться в Большой зал.
— Гермиона, отстань. Я не голоден. — Гарри повернулся на другой бок и снова засопел.
— Ну, не хочешь, как хочешь! — Гермиона была явно уязвлена. — Вы только занятия не проспите.
Девочки попытались разбудить других однокурсников. Но реакция у всех была точно такой же, как у Гарри.
— Чем же они всю ночь занимались? — недоуменно спросила Лили.
— Не знаю. Но пусть только проснуться…
 
 
 
* * *

Когда мальчики проснулись, до занятий оставалось двадцать минут. Они все стали лихорадочно собираться. Но никто из них не выспался, и то и дело кто-то обо что-то стукался, кто-то надевал одежду задом наперед, а у Невилла вообще все из рук валилось.
— О, парни, смотрите! — воскликнул Гарри. — Завтрак!
На окне, возле графина с водой, лежали сандвичи, каждый из них был обернут в салфетку. Гарри догадывался, что это Гермиона принесла.
Парни набросились на еду, запили все водой и бросились в кабинет своего декана.
МакГонагалл была вне себя от возмущения, когда ее студенты заявились через десять минут после начала урока, притом еще все полусонные, помятые, растрепанные и неумытые.
После получасовой лекции МакГонагалл, где она через каждые две минуты повторяла, что за всю ее преподавательскую деятельность не видела более наглых и безответственных студентов, они наконец уселись на свои места. Гермиона и Лили только и делали, что через каждые пять минут кидали на них яростные взгляды. Но Поттерам, впрочем, как и всем остальным, было абсолютно не до них. Единственное, о чем они мечтали — это куда-нибудь забиться и поспать. И даже ожидаемая мозгопромывка их в этот момент не страшила.
Перед обедом Гермиона и Лили затолкали ничего не соображающих парней в пустой класс, чтобы хорошенько отругать, но через десять минут они сдались, так как мальчики попросту сложили лапки и задремали.
Решив все отложить на тот момент, когда парни будут в более-менее адекватном состоянии, девушки поволокли их в Большой зал и налили всем кофе, чтобы они хоть чуть-чуть пришли в себя.
Но Гриффиндорцы явно не собирались так быстро просыпаться. Они умудрялись задремать даже в шумном Большом зале. Голову Невилла уже дважды подымали из тарелки с овощным рагу. В конце концов, Гермиона отодвинула тарелку и положила под лицо однокурсника салфетку. Гарри спал, оперев подбородок на руку, и время от времени опасно покачивался, но, к счастью, вовремя просыпался. Ему, похоже, было наплевать на то, что его очки съехали на бок. Дин и Симус спали, положив головы на плечи Лаванды Браун, которая просто дар речи потеряла от такой наглости. Рон спал, положив голову на стол, Ремус же пристроился рядом, замыкали цепь Сириус и Джеймс.
Гриффиндорцы поглядывали на однокурсников с недоумением. Да не только они, взор всего Большого зала был устремлен на них.
Уже к концу завтрака, когда мальчиков худо-бедно подняли, подошел Драко в сопровождении своей неизменной компании.
— Вы сегодня какие-то не такие, — произнес Малфой, подозрительно разглядывая сокурсников. — У вас что, всей спальней групповушка была?
— А тебе завидно? — ответил Гарри, потирая глаза. Гриффиндорцы захихикали.
— Нет, не завидно. Я, в отличие от вас, нормальный.
— Тебя, в отличие от нас, никто не хочет, — произнес Сириус. — Кому нужна бледная поганка, в которую даже не присунешь.
Гриффиндорцы расхохотались, а Малфой, злобно сверкнув глазами, поспешил ретироваться, так как к ним шла МакГонагалл.
 
 
 
* * *

После уроков весь мужской состав шестого курса прямиком отправился в спальню, все кроме Мародеров.
Джеймс вытолкал своих недовольных друзей из спальни.
— Что за срочность? — недовольно произнес Сириус после того, как они вошли в пустой класс.
— Карта Мародеров, вот что за срочность! — в тон ему ответил Поттер.
— А что не так с Картой? — непонимающе пробормотал Ремус.
— Вот именно, что все так! — воскликнул Джеймс. — Ты знаешь, что на ней мы отображаемся своими именами, а карта у Гарри!
Мародеры замолчали, только сейчас до Люпина и Блэка дошло, что они под угрозой обнаружения.
— Лишь чудо спасло нас в эту ночь, — продолжил Джеймс. — Я молился всем существующим и несуществующим богам, только бы Гарри не заметил наши имена. И, на наше счастье, он настолько был озабочен Филчем и тем, как избежать неприятностей, что не обратил на нас внимания. Но дважды нам так не повезет.
— И что нам делать? — обеспокоено спросил Ремус.
— Пока не знаю, но надо как-то ее переколдовать и притом быстро, так как Гарри задумал еще одну ночную вылазку. Я на все сто процентов уверен, что он ей воспользуется.
— Тогда самый лучший момент — это сейчас, — произнес Сириус. — Гарри и все остальные должны крепко спать. Мы выкрадем карту, переколдуем и возвратим на место.
— А где он ее хранит? — спросил Ремус.
— В своем чемодане. Он все свои важные вещи хранит там.
— Подожди, ты хочешь сказать, что залезешь в его чемодан при всей спальне? Не думаешь, что это слишком рискованно? Как ты будешь объясняться с Гарри, если он или кто-нибудь другой поймает тебя на месте преступления?
— Надеюсь, что до этого не дойдет, но на крайний случай у меня в запасе есть одно усыпляющее заклинание, которое я недавно вычитал в какой-то книжке. Но я буду использовать его в крайнем случае, так как понятия не имею как им пользоваться и есть ли у него нежелательные последствия.
 
 
 
* * *

Мародеры осторожно вошли в комнату, как они и ожидали, все мирно спали. Джеймс аккуратно вытащил чемодан сына из-под кровати и открыл.
— Ну и бардак у него тут!
— Тихо ты! — шикнул Сириус. — Бери карту и пошли, у нас катастрофически мало времени.
— Сейчас.
Поттер осторожно стал копаться в чемодане, чтобы Гарри не заподозрил, что там кто-то лазил. Хотя в таком беспорядке он явно ничего бы не заметил. Наконец он отыскал желанную карту, но тут его взгляд наткнулся еще на кое-что интересное — альбом с фотографиями. Не задумываясь, Джеймс прихватил и его.
— Готово, — произнес он, закрыв и задвинув чемодан обратно под кровать.
Мародеры как можно бесшумнее выбежали из спальни и направились в ближайший пустой класс.
Малость переколдовав карту, Сириус и Люпин собирались уже выходить из комнаты, но Джеймс остановил их.
— Ты чего? — спросил Блэк, недоуменно оглядываясь на друга.
— Я нашел еще кое-что и очень хочу на это хотя бы одним глазком взглянуть... — с этими словами Поттер вытащил из кармана мантии небольшой альбом в кожаном переплете.
— Нашел время!
— Я быстро. Просто очень хочу хоть что-то узнать...
Сириус и Ремус сочувственно посмотрели на друга.
— Давай, только быстро.
Ребята открыли альбом и стали просматривать фото. С каждой новой фотографией Джеймса все больше и больше одновременно охватывала и радость, и грусть. Он был очень рад, что все его мечты сбылись в будущем, и одновременно был очень огорчен тем, что ему было дано так мало времени. Он даже начал примиряться с той мыслью, что погибнет через какие-то четыре, пять лет. Он был счастлив, что у него есть Гарри. Это стоило того. Он и сейчас бы тысячу раз отдал за сына жизнь.
Джеймс улыбался, глядя на то, с какой любовью он сам, более взрослый, смотрит на своего маленького сына, как он кружит его, кидает вверх и снова ловит, а Гарри хохочет и пытается стянуть с отца очки или ухватить за волосы.
Ремус и Сириус также умиленно просматривали вместе с другом фотографии. Они были искренне рады за Джемса. Хоть у кого-то из них будет счастливая жизнь, пусть и недолгая. Они бы сделали все, что угодно, только бы Гарри никогда не лишался отца. Но, к сожалению, жизнь жестокая штука и даже волшебники не могут с ней справиться.
 
 
 
* * *

За ужином гриффиндорцы наконец-то походили на людей, а не на подыхающих зомби. Весь вечер они уплетали все похлеще голодных гиппогрифов. Весь зал смотрел на них с открытым ртом.
— Люди, не могли бы вы есть помедленнее, — произнесла Гермиона, заметив всеобщий интерес. — Весь стол как будто на сцену выставили.
— Плефать, — произнес Рон с полным ртом картошки. — Мы подрафтающие органивмы и нам нужно ефть.
— Да, Рон, особенно тебе. Ты ни одной тарелки не пропустишь.
Объевшись от пуза, довольные мальчишки пошли в спальню, готовиться к новой вылазке. Проспав весь день, они готовы были горы свернуть.
Гарри вытащил карту и начал усиленно в ней что-то просматривать.
— Итак, кажется, я придумал, куда их спрятать, — произнес Поттер через некоторое время. — На пятом этаже есть полуразрушенный проход, о нем мне еще близнецы говорили. Думаю, это идеальное место.
— А Филч? — спросил Рон. — Он ведь все потайные ходы знает.
— Не все! — вырвалось у Сириуса
— А ты откуда знаешь? — подозрительно произнес Уизли.
— Эээ… Я? Мне твои братья сказали.
— Ааа, — протянул Рон.
Джеймс заметил, как Сириус облегченно вздохнул, но остальные, кажется, ничего не заметили.
— Решено, — произнес Гарри. — Спрячем их туда. В случае чего, опять же, перенесем.
— А чего мы их в спальне не оставим? — спросил Невилл, осматривая коробки.
— Ты что, с ума сошел? — воскликнул Симус. — Представляешь, что будет, если вдруг сюда Амбридж или еще кто-нибудь из наших недругов нагрянет? Мы же пропали!
— Да, я как-то об этом не подумал.
— В следующий раз будешь думать!
— Ладно, успокойся, что это ты такой раздраженный? — спросил Гарри.
— И это говорит мне человек, который вчера вовсю обливал всех грязью.
— Ну, я тогда немного нервничал.
— Вот и я нервничаю.
— Успокойся, все будет хорошо. Нам только и надо, что спуститься на пару этажей.
 
 
 
* * *

— Все, кажется, все перенесли, — произнес Гарри, убирая мокрые волосы со лба. — Теперь нужно идти в гостиную, а то уже полвторого.
— Вам не кажется, что мы слишком легко со всем справились, — произнес Ремус. Похоже, ему было крайне не по себе.
— Типун тебе на язык! — воскликнул Джеймс. — Ты радоваться должен. Или ты что, хочешь, чтобы мы в неприятности вляпались?
— Нет, ты что! Просто у меня плохое предчувствие...
— Держи свое плохое предчувствие при себе, — произнес Сириус. — Нам и вчерашнего хватило.
— Ладно, хватит вам уже, — примирительно произнес Гарри. — Давайте пойдем в гостиную. А то так мы точно кому-нибудь попадемся.
Ребята согласно закивали, и все двинулись в сторону восьмого этажа.
— Черт, я карту в потайном ходе забыл! — воскликнул Гарри, когда они были уже на восьмом этаже.
— Блин, Гарри, ну ты даешь! — произнес Рон. — Оставь ее уже. Завтра заберем.
— Нет, я ее там не оставлю.
— Тогда мы все пойдем с тобой.
— Вы что, совсем? Всем составом переться обратно из-за одной только карты? Нет, я сам пойду, а вы идите в гостиную. Не хватало нам всем факультетом попасться Филчу или еще хуже Жабе.
— Знаете что, я пойду с ним, — предложил Джеймс, — а вы идите в гостиную.
— Нет, ты тоже иди.
— Нет, я пойду с тобой. И не спорь!
После недолгого спора Гарри, Рон и Джеймс отправили друзей в спальню, а сами потопали обратно.
Спустившись на 6 этаж, Гарри остановился.
— Что случилось? — обеспокоенно спросили ребята.
— Похоже, кто-то идет. Так, быстро, давайте в пустой кабинет.
Как только мальчики зашли в кабинет и закрыли двери, в коридоре послышались голоса, судя по топоту, их было как минимум трое.
— Ты что, всерьез будешь всю ночь ошиваться на этаже гриффиндорцев? — послышалось из коридора. Голос принадлежал Теодору Нотту, их однокурснику со Слизерина.
— Ага, представляешь, что будет, если мы поймаем Поттера? — этот голос принадлежал Малфою. — Амбридж же нас просто на руках носить будет. А нам нужно, чтобы эта старая жаба была к нам благосклонно настроена. Дамблдора уберут отсюда при первом же удобном случае.
— Поттер, небось, сидит в своей спальне, как ты намереваешься его поймать?
— Он не из тех, кто будет просто так сидеть.
— А если он не появится, то ты так и будешь каждую ночь шататься возле их гостиной? У тебя прям Поттеромания какая-то. Серьезно, иногда мне кажется, что ты в него влюбился.
— Ты дебил, что ли?
— А ты себя со стороны видел? Ты же им бредишь.
— Нотт, у тебя явно поехала крыша. Я хочу больше никогда не видеть Поттера. Ты думаешь, почему я стараюсь, чтобы его отсюда выперли?
— Ой, хватит сказочки рассказывать. Ты буквально через неделю будешь выть, что тебе скучно и не с кем поцапаться.
— Да, Малфой, тебя бесит то, что он тебе отказал, — подхватил другой голос, уже женский, и принадлежал он Пэнси Паркинсон.
Джеймс и Рон просто офигели от услышанного и уставились на Гарри, у того самого челюсть отвисла. Насколько он помнил, Драко ему ничего не предлагал… или предлагал?
— Когда отказал? — недоуменно произнес Малфой.
— Еще тогда, на первом курсе.
Лица Джеймса и Рона вытянулись еще сильней, а у Гарри был такой вид, как будто его дубиной шарахнули.
— В каком смысле? — похоже, Малфой был сбит с толку еще больше, чем Поттер.
— Когда ты предложил ему дружбу, а он тебе отказал. Перед церемонией распределения.
— Ах, это… — облегченно выдохнул слизеринец…
— А что, было еще и не это? — ехидно вставил Нотт.
— Иди ты к черту!
— Нет, скажи, неужели ты влюбился? Да, точно, это все неразделенная любовь!
— Ты кретин!
Все еще продолжая спор, компания скрылась в другом коридоре.
Как только их голоса стихли, Гарри, который сдерживал смех, начал дико хохотать, остальные ребята тоже.
— Господи, а я уже было начал думать, что у меня начался старческий маразм, — сквозь смех выговорил Поттер. — Я аж вспотел, пытаясь что-нибудь эдакое припомнить.
Ребята по полу катались со смеху, но смеяться им оставалось недолго…
— О, маленькие гриффиндорчики опять не в своей спальне… — послышалось со стороны двери.
Мальчики мигом умолкли, так как в этот момент на них взирал Пивз, притом вид у того был настолько довольный, что сразу было ясно — будут неприятности, очень большие неприятности.
— Пивз, пожалуйста, тихо! — умоляюще протянул Рон.
— И как вам не стыдно, — произнес полтергейст голосом праведника, — ночью ходить по замку. Притом, вторую ночь подряд. Вы разве не знаете, что за это наказывают? Я должен сказать Филчу.
— Пивз, пожалуйста! — пробормотал Джеймс. — Ты ведь никому не скажешь?
— Нет, не скажу, — ответил тот, притом самым противным выражением лица, на который был способен. Сразу было понятно, что он совершенно не собирается молчать. — Хотя нет, я должен. Как раз тут неподалёку инспекционная дружина. Я скажу им.
— Нет, чертов полтергейст, говори хоть самому Дамблдору, но не им! — вырвалось у Рона. Зря, очень зря, так как Пивз разозлившись, истошно завопил:
— Гриффиндорцы!!! Гриффиндорцы здесь!!!
Рассвирепев, Рон запустил в него заклинанием, но тот увернулся. И тут в него полетело второе заклинание, от Джеймса. Полтергейст взвыл, как будто его ошпарили кипятком, и, вовсю матерясь, вылетел из класса.
— Бежим! — завопил Гарри.
Но не тут-то было, мальчики не успели и до двери дойти, как в класс влетели слизеринцы.
— О, кого я вижу! — радостно пропел Малфой. Крэбб и Гойл захихикали. — Ну, что я говорил вам? Ох, какой у нас сегодня улов, Амбридж, просто будет не в себе от восторга.
Гарри в отчаянии не знал что делать, в голову приходила только одна идея, ее-то он и поспешил реализовать.
Малфой все еще триумфально улыбался, как Гарри со всего размаха врезался в него и сбил с ног. Вначале никто ничего не понял, и все тупо пялились, на то, как Гарри и Драко катаются по полу. Но затем и те, и другие бросились помогать друзьям. Завязалась драка. Трое гриффиндорцев накинулись на четверых слизеринцев, образовав клубок из человеческих тел, откуда постоянно вылетали кулаки и раздавались вопли.
Пэнси тоже пыталась влезть в драку, но парни упорно ее игнорировали. Тогда она решила помочь друзьям и взяла указку, чтобы бить ей гриффиндорцев. Но сделать это было очень сложно, так как этот клубок катался по полу, то и дело сбивая стулья и отодвигая парты. И после того, как она дважды ударила им по голове Крэбба и чуть не выбила глаз Гойлу, разъяренный Гойл отобрал несчастную палку и швырнул ее в угол.
Тут в кабинет опять влетел Пивз и стал подначивать парней, одновременно кидаясь в них мелкими предметами. Видимо, действие заклинание прошло.
Драка продолжалась до тех пор, пока уже отчаявшаяся Пэнси Паркинсон не применила заклинание «агуаменти». Вода хлынула из палочки, как из пожарного шланга. Парней буквально унесло друг от друга потоком, только Малфой и Поттер пытались даже под этим жутким напором дать друг другу в глаз.
После такой волны парни немного остудили свой пыл. Все только тупо смотрели друг на друга и пытались понять, какой урон нанесли себе и своим соперникам.
Гарри ползал по земле пытаясь отыскать свои очки, точнее их половину. И из носа, и из губы шла кровь, также под левым глазом назревал фингал. Джеймсу досталось еще больше чем Гарри, мало того, что у него были подбиты правый глаз и губа, так еще и из брови кровь лилась рекой. Рон же в этой драке потерял зуб и разбил губу. У Гойла кровоточил лоб, которым он ударился об угол школьной парты и щека. Крэбб также потерял зуб и сидел с разбитой бровью. Но больше всех досталось Драко, он сидел с двумя подбитыми глазами, и сейчас его лицо было как у панды. Особенно этот эффект усиливал подбитый нос, он у него тоже был синим, как и глаза.
Парни сейчас явно были опустошены и морально, и физически. Кажется, адреналин стал сходить на нет, и к ним снова стало возвращаться восприятие боли.
Постанывая, кряхтя и даже свистя от боли, парни стали вставать с мокрого пола. Придя к молчаливому согласию, что на сегодня все закончено и поквитаются они в следующий раз, мальчики разошлись.
 
 
 
* * *

— Что с вами произошло? — хором воскликнули ребята, когда Гарри, Джеймс и Рон, пошатываясь, зашли в гостиную комнату.
— Встретились с инспекционной дружиной, — ответил Гарри и со стоном повалился на диван.
— Черт, ну почему я с вами не пошел?! — взвыл Сириус. — Такую драку пропустил.
— Ты бы нам пригодился, — произнес Рон. — Их было больше.
— И что я завтра скажу Ли… Роуз? — сокрушенно произнес Джеймс. — Блин, ни у кого нету какой-нибудь оздоравливающей мази или зелья? А то она же меня завтра окончательно добьет.
— У меня есть идейка, — ответил Рон. — давайте пошлем моего Сычика Фреду и Джорджу. У них много всяких мазей для быстрого заживления. Они же всю свою продукцию вначале на себе испытывают. Кто-нибудь напишите им, а? А то у меня пальцы еле шевелятся.
 
 
 
* * *

— Блин, когда же Сычик вернется? — Рон уже наверно в сотый раз повторил это предложение за утро. — Нам нужно идти на занятия, а мы как три куска отбивных. Особенно ты, Джейсон.
Из всей троицы драчунов Джеймс выглядел хуже всех: глаз опух, бровь все еще кровоточила, но уже не так сильно, и губа тоже опухла. Стараясь защитить Гарри, он совершенно не думал о себе, вот и получил сполна. Хоть младшему Поттеру тоже неплохо досталось, но выглядел он получше.
— Роб, Эммет, идите и отвлеките девочек, — произнес Джеймс, обращаясь к Сириусу и Ремусу. — А то, если они увидят нас в таком виде, то скандал будет грандиозный.
Мальчики поспешили в гостиную.
— И вы тоже идите, — произнес Гарри, обращаясь к остальным. — Чую, им понадобится тяжелая артиллерия. Сделайте все что угодно, главное, чтобы они не вошли сюда.
— Где же этот долбанный сыч!
 
 
 
* * *

— Ой, Сычик!!! Неужели ты прилетел? — проворковал Рон, увидев свою птичку.
Уизли немедленно отмотал небольшой сверток, прикрепленный к ноге крохотной совы. К свертку было прикреплено письмо.
"Дорогие наши драчуны.
Не будем утомлять вас длинным любовно-сопливым письмом, так что перейдем к делу.
В пакете две мази. Одна маскирующая, вторая лечащая. Вы можете использовать только одну мазь. Ни в коем случае не вздумайте их смешивать, а то вдобавок ко всему еще и фурункулами покроетесь размерами со снитч. Так что делайте свой свободный выбор.
P.S. Рон, не мог прислать птицу поменьше? Мог бы во дворе воробушка поймать.
P.P.S. Надеемся, вы хорошенько надрали слизеринцам задницы.
P.P.P.S. Гарри, не забудь про конфету!"
— И что нам делать? — спросил Рон.
— Сейчас самое главное — замаскироваться. Боль можно и потерпеть до конца занятий, — ответил Гарри. — А то если и нас, и слизеринцев увидят в таком виде, возникнет слишком много вопросов.
Наконец, мальчики спустились к завтраку, но до Большого зала им не суждено было добраться, так как по пути их перехватил Филч и потащил к Амбридж.
Когда они вошли в кабинет инспектора, все слизеринцы были уже в сборе. И вид у них был еще хуже, чем у них. Но чего только стоило выражение лиц недругов, когда они увидели, что гриффиндорцы вошли в кабинет без единой царапины, даже Амбридж раскрыла свой жабий рот от удивления.
Маскирующая мазь близнецов мастерски справилась со своей задачей. На них не было ни царапины. Парни даже замазали ей костяшки своих пальцев, которые после драки покраснели, местами ободрались и опухли. После мази совершенно ничего не было заметно.
— Но к… как? — недоуменно произнес Малфой. — Вы же вчера на куски мяса были похожи!
— О чем ты, Малфой? — произнес Гарри с самым невинным и удивленным выражением лица, на который был способен.
— Это какое-то колдовство! — воскликнула Паркинсон. — Профессор Амбридж, они вчера напали на нас!
— Итак, мистер Поттер, моя инспекционная дружина поведала мне об одной неприятной истории. А именно о том, что вы без разрешения ходили ночью по школе и напали на четверых учеников Слизерина. И как вы мне это объясните?
— Вранье! Это все вранье! — воскликнул Рон.
— Мистер Уизли, я, кажется, обращалась к мистеру Поттеру. И кстати, где ваш зуб, раз уж на то пошло.
— Упал.
— Упал, значит? Вы не находите, что это все слишком подозрительно.
— Простите, профессор, — вмешался Джеймс, — но посудите сами, если бы мы, как говорит Малфой, подрались бы с ними, то думаю, что одним выбитым зубом дело не ограничилось.
Амбридж буравила гриффиндорцев подозрительным взглядом.
— Если бы этого не было, то мистер Малфой не стал бы обращаться ко мне. Или вы хотите сказать, что он врет.
— А может у него галлюцинации? — вырвалось у Рона.
— Молчать, мистер Уизли. Насколько я знаю, мистер Малфой ничем подобным не страдает. — Амбридж явно была сбита с толку. Она всеми силами пыталась навесить на гриффиндорцев наказание, но они на удивление держались уверенно, спокойно и сплочённо.
— Вот именно, насколько вы знаете. А в мире еще много чего такого, чего вы не знаете.
Тут в кабинет влетели Снейп и МакГонагалл. После долгих споров, где оба декана усиленно защищали своих студентов, и дважды было применено заклинание, которое смывало чары, гриффиндорцы все же ушли безнаказанными, почти безнаказанными. Амбридж, не без стараний Снейпа, все же смогла придраться к Рону и его многострадальному зубу. В итоге бедному Уизли нужно было две недели отбывать наказание в больничном крыле. Но это оказалось очень кстати, так как Рон смог стащить некоторые лекарства, которые были мощнее оздоравливающей мази близнецов, чтобы поскорее их залатать.
Через неделю Гарри, Джеймс и Рон были как новенькие. Но это было ничто по сравнению с удовольствием от того, что они обломали Малфою все планы и, более того, выставили его в не самом лучшем свете. Драко готов был взорваться от злости. Всю неделю он только и делал, что кидался на окружающих и угрожал Гарри.
В один вечер, когда Рон, Гарри, Сириус и Джеймс шли в гостиную, слизеринцы подкараулили их на том же самом 6 этаже и затащили в пустой класс.
— Ну что, я же говорил, что ты мне заплатишь за все, Поттер. И это время настало, — произнес Малфой в предвкушении расправы, и со всей силой ударил кулаком своего вечного соперника по животу. У Гарри дыхание перехватило. Он ощутил на себе всю силу удара, так как не прикрыться, ни увернуться не мог — с обеих сторон его держали Крэбб и Гойл. Остальные слизеринцы по двое держали его друзей.
— Ну что, Поттер, больно? — довольно спросил Драко.
— Хиляк ты, Малфой! — выдавил из себя Гарри. — Ты бы для начала научился правильно ставить удар, а потом уже хвастался.
Малфой побагровел от злости и еще пару раз ударил Гарри в живот. От таких ударов ноги Поттера подкосились, но тот упорно продолжал издеваться над Драко, доводя его до белого каления.
— Пусти его, Малфой! — заорал Джеймс, пытаясь вырваться из железной хватки слизеринцев. Другие гриффиндорцы тоже боролись со своими противниками. Но перевес, к сожалению, был явно не на их стороне. — Клянусь, Малфой, тронешь его еще раз, и я тебя убью!
— О как? — произнес Малфой. — А я смотрю, вы быстро спелись… Что, Алон, защищаешь своего женишка?
— Я тебя предупредил, Малфой, потом пеняй на себя, — более сдержанно сказал Поттер. Драко хотел врезать своему обидчику еще раз, но, встретившись взглядом с Джеймсом, передумал. Потому что тот действительно готов был сейчас на все. Его глаза так и светились от ярости и злости.
— Паркинсон, иди и помоги Нотту с Забини держать Алона, а то этот кретин малость не в себе, — произнес Малфой, обращаясь к однокурснице, а затем, повернувшись к Гарри, продолжил:
— Ладно, Поттер, живи. Давай лучше посмотрим, нет ли у тебя любовных записочек от Алона, — с этими словами он стал ковыряться в его карманах. Гарри был несказанно рад, что не взял с собой карту Мародеров.
— О, я смотрю, вместо записок Алон дарит тебе конфеты, — проговорил тем временем Малфой.
Гарри в недоумении посмотрел на своего врага, и только тут он увидел конфету, ту самую конфету, которую дал ему Джордж.
— Не трогай ее, Малфой, — произнес Гарри. — Или тебе плохо, ой как плохо будет!
— Вы посмотрите, как он бережет подарки своего любовничка. Да у вас там конкретная любовь! — с этими словами Малфой развернул конфету и закинул в рот.
Гарри удовлетворенно выдохнул — именно этого он и добивался. Малфой хотя бы назло ему съел бы эту штуку. Теперь же он ждал того, что будет дальше.
Лицо слизеринца мигом переменилось.
— Что ты мне дал, Поттер? — испуганно произнес он.
— Я тебе ничего не давал. Ты сам ее взял.
— Что это? Черт! — пропищал Малфой, хватаясь за свое главное мужское достоинство. — Чееерт! Он у меня горит!!!
Слизеринцы, позабыв о своих пленниках, бросились к другу. Джеймс же мигом подбежал к Гарри и подхватил его, так как тот пошатывался. Только потом он обратил внимание на Малфоя, который вопил как ненормальный, и с ужасом заметил, что в его штанах что-то шевелилось. Его друзья крутились вокруг него, но ничего не делали, только тупо пялились.
Малфой уже было собрался стягивать штаны, но не успел он и ширинку расстегнуть, как оттуда вылезла настоящая, живая змея. Слизеринцы с воплем отпрыгнули, а Драко, похоже, готов был упасть в обморок. Он попытался вытащить змею, но как только Малфой ее дернул, то заорал не своим голосом. Бедный парень, уже позабыв о всяких рамках приличия, полностью расстегнул штаны и чуть не заплакал от увиденного.
— Уоу, — только и смог выговорить Гарри. Все присутствующие стояли глубоко шокированные, так как на том месте, где у Малфоя должен был находиться половой орган, торчала змея.
Бедный слизеринец уже не мог и слова произнести, он только со слезами на глазах осторожно пытался ее вырвать, но вскоре поняв, что эта штука приросла к его телу, остановился. Он только беспомощно смотрел на нее, не зная, что с ней сделать.
— Отведите его к мадам Помфри, — произнес Гарри, который первый пришел в себя от шока. Поттеру стало жалко однокурсника, даже несмотря на то, что он только что чуть не отбил ему желудок.
Опомнившись, слизеринцы повели несчастного в больничное крыло.
— Люди, это действительно был настоящий удав, вместо… вместо… Или у меня начались галлюцинации? — спросил Джеймс слабым голосом.
— Да, на этот раз Фред и Джордж превзошли себя, — пробормотал Рон.
— Зато какая у него эрекция! — воскликнул Сириус. — Я ему чисто по-мужски завидую…
— Ты псих, — рассмеялись ребята.
 
 
 
* * *

Весть о том, что Малфой обзавелся змеей, произвела в Хогвартсе изрядный фурор. Ученики толпами шли в больничное крыло, чтобы хоть одним глазком увидеть ее. Мадам Помфри даже пришлось закрыть его, так как студенты оккупировали все крыло. Самые отчаянные даже пили различные зелья и применяли заклинания для того, чтобы попасть к целительнице.
Единственным «счастливчиком», которому можно было туда заходить, был Рон, который все еще отрабатывал свое наказание. Он был в центре внимания. Каждый день, когда парень приходил с отработок, все гриффиндорцы собирались вокруг него и просили рассказать, как там поживает змея. А потом всей гостиной начинали дружно смеяться, так как малфоевская змея оказалась не такой уж простой…
— Захожу в больничное крыло, а там смотрю, его змея стала еще больше. Представляете, она с каждым днем все больше и больше…
— Сегодня застал Малфоя за тем, что он отбивался от собственной змеи бутылкой «Костероста». Та хотела обвиться вокруг его шеи.
— Мадам Помфри привязала его змею к ножке кровати, так как она ночью чуть не задушила Драко.
— Представляешь, какая это нелепая смерть, быть задушенным собственным… Ты понял чем, — прошептал Джеймс на ухо Гарри.
— Сегодня малфоевская змея залезла в какую-то банку мадам Помфри, — рассказывал Рон в один и тех вечеров, когда вернулся с отработки. Гриффиндорцы уже с нетерпением ждали своего однокурсника, чтобы получить новую информацию о знаменитой змее. — Так вот, в этой банке были какие-то травы, которые она использует как обезболивающее. Ну и что вы думаете? Змея нанюхалась их и, по ходу дела, вообразила себя коброй! Она все время пыталась встать в вертикальное положение на манере кобр, но получалось это у нее не слишком хорошо. Я впервые в своей жизни видел обкуренного удава. Бедный Малфой готов был удавиться.
— Представляете, он вырос до 5 метров! Мадам Помфри уже не знает что делать, так как змея пристаёт ко всем! Малфой чуть со стыда не сгорел, когда его безбашенная змеюка залезла под юбку Дафны Граннингс и обмоталась вокруг ее бедер. Но это еще ничего, по сравнение с тем, что было, когда та домогалась до Снейпа. Она вцепилась ему в нос! Зельевар чуть не придушил змею, пока пытался от себя оторвать.
— А сегодня змея пыталась изнасиловать собственного хозяина. Даже не спрашивайте, куда он пытался проникнуть, все равно не скажу.
— Мадам Помфри привязала ее к специальному шесту, так как от нее покоя нету! Вы представляете, сегодня она приставала ко мне. Извращенка какая-то!
— Сегодня Мадам Помфри решила позвать специалистов из больницы Святого Мунго. Так как она все перепробовала, и ничего не действует.
— Бедный Малфой теперь постоянно полусонный. Так как Мадам Помфри после того, как он согнул этот импровизированный шест, маггловским шприцем вкалывает в змею небольшую порцию снотворного, чтобы хоть чуть-чуть угомонить ее. Она уже совсем распоясалась.
— Сегодня приходили специалисты из больницы святого Мунго. Пришли и сбежали, пожелав всего хорошего. Малфой уже совсем отчаялся.
— Мадам Помфри прислали анонимный пакет, где было средство от змеи. Думаю, Фред и Джордж наконец откопали лекарство. Малфой просто нереально счастлив, его штука приобрела нормальный размер, правда на нем еще остались узоры, и он желто-лимонного цвета. Но по крайней мере, он не пытается его придушить.
 
 
 
* * *

— Подожди, Рон, я сейчас сдохну со смеху, — пробормотал Джордж, вытирая слезы на глазах. Фред же сидел рядом и потирал себе ребра. Парни приходили в себя после историй о малфоевской змее, которые только что рассказал их брат. Они сидели в Визжащей хижине, так как близнецы собственной персоной решили явиться в Хогвартс и услышать все из первых уст.
— Люди, скажите, мне одному интересно, как он писал-то со змеёй? — спросил Сириус, обращаясь к остальным.
— Лучше тебе не знать, — ответил Джордж.
— Ну скажи!
— Скажем так, когда ты хочешь в туалет, у змеи начинается несварение желудка.
— О Боже!
— Как вы вообще до этого додумались? — спросил Гарри.
— А мы и не додумывались, — ответил Фред. — Оно само вышло. Мы хотели сделать такую штуку, от которой вместо пальцев растут маленькие ужи, а в итоге вместо половых органов вырастили удава.
— Ага, у Малфоя он достиг 8 метров до того, как вы прислали лекарство.
— Сколько? — простонал Джордж.
— 8 метров!
Близнецы повалились на кровать со смеху, притом с таким диким ржачем, что они чуть ли не бились в конвульсиях.
— Господи, что он с ней делал? — простонал Джордж.
— Видать решил заняться онанированием, — еле выговорил Фред.
— У меня она максимум пол метра была, — ответил Джордж.
— В смысле? — не поняли ребята.
— Весь прикол был в том, — начал Фред, чуть успокоившись, — что каждый раз, когда к ней притрагиваешься, она вырастает на пару сантиметров.
Услышав это, ребята покатились со смеху.
— Это еще ладно, — проговорил Рон. — Теперь, когда кто-нибудь произносит слово «змея», Малфой сразу же хватается за свое достоинство.
Мальчики опять расхохотались.
Ребята еще долго веселились, не зная, что поводов для веселья скоро останется очень мало. И только сплоченность и оптимизм не позволят им потерять себя в грядущих темных событиях.

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 16. Единогласный бунт   
Весь округ был затянут густыми тучами, день уже клонился к вечеру, и небо из серого окрашивалось в темно-синий. Из-за такой унылой погоды замок на фоне пасмурного неба выглядел еще более темным и зловещим, чем обычно. А благодаря обилию вьющейся растительности свет вообще не проникал во внутренний дворик строения, где в этот момент высокая темноволосая женщина в кромешной тьме пробиралась к главному входу.
  Так как на замок были наложены чары, которые не пропускали никого, то приходилось аппарировать к главным воротам, а потом идти пешком, пройдя через десяток защитных заклинаний. Женщина была настолько рассержена, что даже забыла произнести заклинание «Люмос».
  — Что это такое?! Волшебница, а плетусь с ворот, как паршивый магл, — недовольно бурчала она. — Люциус — идиот, даже не может наложить нормальное заклинание! Надо все исправить до появления Хозяина, а то того и гляди, отхватим парочку смертоносных заклинаний.
  Волшебница вошла в замок и прямиком направилась в гостиную. Она столько раз была в этом доме, что знала его наизусть. Хотя, с чего бы нет? Это ведь, как-никак, дом ее сестры.
  Когда Беллатриса вошла в гостиную, там находилась только чета Малфоев, и женщина мигом набросилась на своего зятя, даже не удосужившись поздороваться:
  — Кретин! — гневно воскликнула она. — Ты идиот! Уже сын твой вырос, а ты до сих пор не научился ставить нормальное заклинание! Ты знаешь, что будет с Хозяином, если по твоей милости ему придется тащиться пешком по всему двору? Да он же мигом опробует на нас весь свой богатый арсенал пыточных заклинаний, или еще хуже — пустит на корм своей змее!
  — Но, но что мне еще оставалось делать? — попытался оправдаться Малфой. — А ты представь, что будет, если во время нашего заседания сюда вломится Орден Феникса?
  — Ой, не будь идиотом! — отмахнулась Белла. — Орден Феникса ни за что не сунется в поместье, кишащее Пожирателями. Так что убери свое дурацкое заклинание до прихода нашего Лорда.
  — Ээм, подожди, Белла, а разве ты не должна сейчас быть в тюрьме? — опомнившись, спросила Нарцисса. Ее сестра так неожиданно появилась и набросилась на них, что они на мгновение даже забыли об этом факте.
  — Да, должна быть, — нахмурившись, ответила Белла. — Но Хозяин пришел за мной! Он не оставил меня.
  — Хозяин отправился в Азкабан? — не веря своим ушам, переспросил Люциус.
  — Да, Хозяин пришел за мной в Азкабан, — с придыханием произнесла женщина. Сейчас она напоминала сумасшедшего фаната, которому удалось повидаться со своим кумиром. — Я знала, что рано или поздно он явится за мной. Теперь Азкабан не представляет для нас угрозы, так как дементоры перешли на нашу сторону.
  Малфои уставились на нее. Эти новости были и вправду ошеломляющими. Ведь если Темный Лорд захватил Азкабан, то скоро он начнет действовать более активно. А это значило, что Малфои больше не будут отсиживаться в своем доме, а отправятся на задания, что их совершенно не радовало.
  — А ты, немедленно сними свое заклинание, — жестко приказала женщина, обращаясь к своему зятю. — Он должен быть с минуты на минуту.
   
 
   
* * *
   
  Вскоре в поместье Малфоев собралось большая толпа народа. Пожиратели разбрелись по большой гостиной Нарциссы и Люциуса.
  В ожидании хозяина кто-то переговаривался, кто-то просто молча сидел. Некоторые радостно приветствовали своих собратьев, которых Темный Лорд вытащил из тюрьмы вместе с Беллой. Собрались почти все Пожиратели, только Снейпа не было видно.
  Наконец, появился и Темный Лорд. Вид у него был довольный, что бывало крайне редко. Поэтому его приспешники мигом расселись вдоль длинного столового стола, сделанного из темного дерева, и заинтересовано смотрели на своего Хозяина, как птенцы с открытыми клювиками смотрят на свою мать в ожидании заветного червячка.
  Темный Лорд без лишних слов и вступлений дал задания некоторым из своих последователей, и те двинулись выполнять приказы. Народа в доме поубавилось, остались только Белла, Малфои, Хвост и еще несколько человек.
  — Вы все, ну, или почти все, — в этот момент взгляд Лорда скользнул по Хвосту, — были моими верными соратниками, друзья. И поэтому я подготовил для вас особое задание, с которым, к моему немалому удивлению, помог мне Хвост.
  Сидевшие в комнате люди напряглись и все вопросительно уставились на своего хозяина.
  — Как вы знаете, малыш Гарри Поттер доставил мне немало хлопот, и я жажду его заполучить. Мой план — прост. Мы похитим его из Хогвартса.
  Пожиратели оживленно зашумели.
  — Но как мы его похитим, мой Лорд? — спросила Белла, удивленно взирая на своего господина. — Ведь замок очень хорошо защищается. Или нам поможет Снейп?
  — О нет, Снейп ни о чем не подозревает, и это задание останется исключительно между нами, если только я не решу привлечь к нему еще кого-то… Не будем ставить Северуса в неловкое положение перед Дамблдором, нам все еще нужен «крот». Наш дорогой Хвост, — Темный Лорд указал на маленького, низенького человечка с крохотными водянистыми глазками и острым носом, который нервно ерзал на своем стуле, — поделился со мной некоторыми тайнами Хогвартса, а именно тем, что на территории школы есть тайные лазейки, через которые можно пробраться в замок. Так что, начинайте работать над планом. И не вздумайте провалить задание, иначе Нагайну ждет воистину плотный ужин.
   
 
   
* * *
   
  Хогвартс жил своей жизнью, не смотря ни на что. Амбридж слонялась по кабинетам и коридорам, наказывая всех несчастных, которые попадались на ее пути. И особенно доставалось гриффиндорцам. Видать, она все еще не забыла историю с кентаврами.
  Тем временем, гриффиндорцы также не теряли времени и вовсю планировали беспорядки, в чем их учителя ничуть им не уступали.
  Пивз снова был преисполнен решимости превратить жизнь школьного инспектора в ад. Он был весь в своем репертуаре: откручивал лампочки от люстр, выкидывал конспекты учеников в окна, писал нехорошие слова на любой плоской поверхности, и везде преследовал женщину. В общем, покоя он ей не давал.
  А недавно, профессор Стебль напустила на Амбридж колючую монстеру, когда та инспектировала ее урок. Она отвлекала Амбридж, пока Дин и Сириус открывали замок клетки, в которой этот зловредный раскидистый куст был заточен. В итоге, это наипротивнейшее колючее растение обвилось вокруг ног инспектора и насадило около дюжины колючек, пока профессор извинялась и делала вид, что пытается загнать ее обратно в клетку, чтобы она не выползла. Рассвирепевшей Амбридж, пришлось прервать инспекцию и идти в больничное крыло. На что профессор Стебль, с улыбкой сказала, что теперь можно без проблем начинать урок и мигом загнала монстеру обратно в клетку. Но оказывается, что на этом мучения инспектора не закончились, так как Мадам Помфри с сожалением сказала, что все болеутоляющие настойки закончились, и она только заказала новую дозу. Поэтому или ей придется ждать до завтрашнего дня и терпеть, или вытаскивать колючки без дозы обезболивающего. В итоге, Амбридж, скрипя зубами, терпела и нюхала банку с травами (с теми, к которым приложилась малфоевская змея), которую ей дала мадам Помфри, чтобы как-то унять боль, пока целительница вытаскивала из нее шипы. Весь оставшийся день, инспектор щеголяла по Хогвартсу пьяной походкой и пыталась упорно вспомнить, что она хотела сделать, так как мысли в ее голове постоянно путались.
   
 
   
* * *
   
  Гарри и Джеймс разлили по всему замку около сотни пузырьков "Радужных луж" — новое бунтарское изобретение близнецов. Разноцветные чернила, разлитые по всем коридорам Хогвартса, становились невидимыми и перемещались по замку, и как только кто-то наступал на них, то этот человек "следил" где-то час. Потом они исчезали, и так, пока студент не наступал в новую лужу. Коридоры замка напоминали магловские стены, исписанные граффити. Бедный завхоз ни на минуту не расставался со своей шваброй, он постоянно ходил по коридорам, орал на учеников и пытался смыть следы, но вся проблема была в том, что их было слишком много.
  Как-то Мародеры увидели такую картину, от которой у них просто челюсти упали...
  Дело было вечером, когда они, проверив, как там поживают их коробки из "Всевозможных волшебных вредилок Уизли", шли обратно в башню Гриффинодора. Пройдя половину пути, они услышали шум и спрятались за доспехами рыцаря. Оказалось, что источником шума были Снейп и Люпин.
  — Господи, не могу поверить в то, что я стал чертовым Мародером! — сокрушался преподаватель зельеваренья.
  — Ну, не будь таким пессимистом, Северус. Быть Мародером довольно весело, — задорно отозвался Люпин.
  — Весело, говоришь? — с долей сарказма спросил Снейп. Он только одним взглядом давал понять все то, что он думает об этом.
  — Ну, соглашусь, что некоторые шутки Джеймса и Сириуса были чересчур, — ответил Люпин, заметив взгляд коллеги.
  — Чересчур — это мягко сказано, — отозвался тот. — А что, собственно, ты собрался делать, Люпин? И зачем тебе я? У меня и так дел по горло.
  — Помнишь то зелье, которое я попросил сварить тебя на прошлой неделе?
  — Ты про эту зловонную жижу? Я всю неделю не мог выветрить его вонь с подземелья. Уж поверь, запах Хагридова одеколона просто мечта по сравнению с этим. Кстати, поздравляю тебя, Люпин. Ты поставил в тупик даже меня. Я понятия не имею, для чего оно применяется. Где ты вообще нашел этот рецепт?
  — Придумал, — весело ответил Люпин.
  — Придумал? — брови Снейпа поползли вверх. — Хотя, почему-то я не удивлен.
  — Мы с Джеймсом и Сириусом придумали его еще в школе, хотели подшутить над однокурсницами. Но Джеймс напрочь отказался применять его на Лили, после того как увидел, на что оно способно.
  — А поконкретней нельзя? — перебил его Снейп.
  — В общем, от этого зелья пострадавший мигом обрастет шерстью, которая через несколько секунд бесследно исчезнет. К тому же, от принявшего это зелье человека будет нести похлеще, чем от горного тролля, но сам он не будет чувствовать то, что от него пахнет и даже не заметит свою шерсть. Адское зелье.
  — Люпин, ты знаешь, что она с этим запашком будет нас инспектировать? Ты хочешь, чтобы мы погибли? И вообще, как ты скормишь ей эту гадость?
  — Об это я позаботился, — улыбнулся Ремус и показал коллеге сверток, который держал до этого в руках.
  — Ты собрался нагреть это до газового состояния и дать Амбридж подышать? — недоуменно спросил зельевар, заглянув в сверток.
  — Нет, я просто подсоединю эту штуку к трубе, которая идет в ее покои, и зелье автоматически будет литься вместе с водой. Думаю, что хотя бы капельку она да проглотит. Только нужно будет время от времени его обновлять.
  Преподаватели пошли дальше, а Мародеры сидели абсолютно сбитые с толку.
  — Предатель! — воскликнул Сириус через некоторое время, посмотрев на Люпина.
   
 
   
* * *
   
  Урок заклинаний шел как всегда очень неспокойно — студенты вовсю галдели, везде слышался шум. Кабинет профессора Флитвика во время занятий напоминал маленькую версию Большого зала. Крохотный учитель никогда не мог перекричать своих студентов, и поэтому, вконец обнаглевшие ученики во всю разговаривали. Хотя, все они из уважения к демократичному отношению их профессора всегда старательно выполняли его задания.
  И вот в один из таких дней, когда гриффиндорцы сидели в кабинете заклинаний, к ним пришел инспектор. Чтобы не подставлять своего преподавателя, ребята все мигом умолкли и взялись за выполнение заданий. На этом уроке нужно было заставить лягушку перекатиться по столу.
  — Рон, ты убил свою лягушку? — спросила Гермиона, к чему-то принюхиваясь.
  — Нет, ты что!
  — А чем это тогда так воняет? — продолжила девушка, к ней уже присоединилась Лили, которая тоже была весьма озадаченна — с чего это так резко появился такой запах?
  — А может, лягушка осталась еще с прошлого занятия, — предположил Гарри, наблюдая за действиями девушек.
  — Нет, — ответила его сокурсница. — Если бы лягушка сдохла до этого, то мы бы почувствовали запах как только вошли в класс. А он появился когда...
  Девушка замолчала и уставилась на инспектора, в этот момент разговаривавшей с их преподавателем, который, как ни странно, в данный момент заикался похлеще профессора Квирелла. Затем девушка перевела взгляд на первую парту. Бедная Лаванда Браун сидела, закрыв свой нос воротником мантии. Она отвернулась от учительского стола, забыв даже о том, что мгновение назад перепутала заклинания. и теперь ее бедная лягушка летала вокруг ее головы, образуя своеобразный нимб. А Парвати Патил, судя по ее стремительно зеленеющему лицу, уже готова была упасть в обморок. Но, похоже, учителя совершенно не обращали на них внимания.
  — Амбридж решила отравить Хогвартс? — недоуменно спросил Джеймс.
  — По ходу дела, она решила таким образом выразить свое несогласие со школьными правилами, — произнес Гарри, скривившись от тошнотворного запаха.
  — Уж лучше бы голодовку устроила, — сказал Сириус. — Хоть польза какая-то была бы, может, будучи более худой, она хоть чуть похорошела бы...
  — Это настолько скверный случай, что ее не то что диета, даже последние супермодные косметические зелья не исправят, — ответил Рон.
  Гриффиндорцы, прыснув, уставились на свои парты.
  Через некоторое время, уже весь класс взирал на Амбридж, пытаясь понять, с чего это она завоняла похлеще тролля. Дети уже напрочь забыли о своем задании, разглядывая инспектора, которая все еще допрашивала бедного профессора, бледнеющего все больше и больше с каждым сказанным им словом. Но это оказался не единственный сюрприз, который устроила им Амбридж, так как в разгаре допроса, инспектор внезапно обросла рыжеватой шерстью. В данный момент, даже Хагрид со своей косматой головой нервно курил в сторонке.
  По классу разнеслись крики, кто вскочил, кто упал. Бедный профессор, явно не ожидавший, что инспектор превратиться в косматое чудовище, навернулся со стопки книг, на которых до этого стоял.
  Амбридж, явно сбитая с толку всеобщим поведением, стушевалась. А потом, видать, опомнившись, бросилась помогать маленькому профессору, который, судя по всему, потерял сознание. Но со стороны это выглядело так, как будто она собиралась его съесть.
  Студенты заорали пуще прежнего и разбежались кто куда. Парвати, которая до этого собиралась последовать примеру Флитвика, так ретиво вскочила на парту и понеслась к выходу, прыгая со стола на стол, что ей позавидовали бы даже самые лучшие спортсмены.
  — Не троньте его, — заорал Гарри, подбегая к учителям с палочкой наготове.
  — Да как вы смеете, — прошипела инспектор. Но ей было невдомек, что вместо слов ученики слышали только рычание.
  Гарри направил палочку на нее и более спокойно произнес:
  — Профессор Амбридж, вы меня слышите?
  — Конечно слышу, — издало это существо и мигом вернулось в человеческий облик. — Что вы делаете, мистер Поттер?
  Гарри тупо уставился на своего учителя, как и все находящиеся в кабинете.
  — Профессор, с вами все в порядке? — обеспокоенно спросила Гермиона.
  — Что-то должно быть со мной не в порядке? — ехидно ответила Амбридж.
  — Ну, просто вы воняли, как насмерть перепуганный скунс, а потом обросли волосами, — выдал ошарашенный Сириус.
  — Эм, простите, что?
  Студенты начали наперебой рассказывать Амбридж все, что случилось, но та никак не могла в это поверить. К тому моменту, как профессор Флитвик пришел в себя, прозвенел звонок. Класс мигом опустел. Ученики, во всю обсуждая произошедшее, отправились в большой зал, даже Амбридж поспешила ретироваться. Остались только Гарри, Рон, Гермиона, Лили и Мародеры.
  — Профессор, мне нужно с вами поговорить, — нерешительно произнес Гарри после того, как выгнал всех своих друзей, но увидев, что преподаватель все еще мертвенно бледный, добавил:
  — Вы точно хорошо себя чувствуете?
  — Да, да мой мальчик, — ответил тот. — Я вас внимательно слушаю.
  — Это касается одного очень сложного заклинания...
   
 
   
* * *
   
  С момента инцидента на уроке заклинаний прошло несколько недель. Близилось Рождество. Амбридж еще пару раз превращалась в волосатое существо, после чего ее отправили в больницу святого Мунго. Но, проведя обследования и так ничего и не выяснив, за пару дней до начала каникул целители выписали ее, и женщина сразу же вернулась к своим делам.
  Вечером начался ужин в честь возвращения инспектора. Хотя, судя по лицам преподавателей, они пожелали бы, чтобы Амбридж осталась в больнице еще на пару недель, а еще лучше — до конца своих дней.
  Перед тем, как приступить к трапезе, инспектор вышла с речью.
  — Меня очень трогает, что в честь моего возвращения устроили праздник, — произнесла Амбридж, глядя на кислые мины учеников, в которых читалась что угодно, но только не радость. — Я при первой же возможности вернулась к своим обязанностям, чтобы как можно быстрее помочь реформировать образование и сделать его лучше. И я хотела бы сказать, что...
  Но, договорить она не успела, так как над ней возник Пивз с распределяющей шляпой в руках. Он обсыпал ее конфетти, доставая их из шляпы, пока та орала не своим голосом и выдавала весь свой словарный запас не самых цензурных эпитетов, накопленный за тысячу лет.
  — С возвращением, старая жаба, — улыбнулся он, и, судя по его улыбке, ничего хорошего их не ожидало.
  Внезапно, все блюда с едой полетели со столов и начали врезаться в учеников и преподавателей. В мгновение ока все присутствующие в зале были вымазаны едой. Но это было еще не самое страшное, так как с пола откуда ни возьмись появились фонтаны и из них начала брызгать красная краска. В зале начался хаос, так как все пытались выбраться наружу, но двери закрылись. С потолка, как снег, посыпались перья. В зале стоял такой шум и гам, что, пока профессор Дамблдор не повысил голос, все красные и "пернатые", мельтешили по залу ни на минуту не замолкая.
  Студенты замолчали и разошлись по своим столам, пока директор останавливал красный дождь и снег из перьев. Амбридж все также стояла на своем месте и напоминала недоощипанную курицу, в принципе, как и все присутствующие.
  Двери большого зала открылись, но тут, откуда ни возьмись, со стороны учительского стола появился небольшой табун наколдованных серых кентавров, который поскакали к инспектору. Женщина заорала похлеще ведьмы банши и с такой скоростью двинулась к выходу, что ей могли бы позавидовать даже самые резвые арабские скакуны.
  Директор ничего не сказал и только устало вздохнув, велел детям разойтись по своим гостиным.
  Одна только распределяющая шляпа лежала в луже огневиски, неизвестно откуда взявшейся на том месте, где стояла инспектор, и пела похабные песенки.
   
 
   
* * *
   
  Джек Слоупер шел в гостиную Гриффиндора, наконец-то приведя себя в нормальный человеческий вид. Так как все ванны были заняты, пришлось ждать своей очереди, чтобы смыть с себя тонну краски.
  — Слава Богу, что этот чертов полтергейст не додумался использовать напольную краску, — ворчал мальчик.
  Так как время было очень позднее, студент шел как можно быстрее, чтобы ни напороться на кого-нибудь, особенно на школьного завхоза, так как тот, после инцидента в большом зале, был попросту не в себе.
  Он уже завернул в коридор, ведущий к портрету, как его окликнул женский голос.
  Юноша обернулся и увидел перед собой женщину с пышной копной кудрявых волос, большими черными глазами и очень худым лицом. Мгновение он соображал, когда у них завелся новый учитель, пока до него не дошло, где он видел это лицо...
  Слоупер попытался закричать, но из его горла так и не вырвалось ни звука. И последнее, что он услышал перед тем, как сознание покинуло его — слово "Империо", произнесенное мужским голосом...
  P.S. Когда писала об Амбридж, обросшей шерстью, представляла себе его... Да простят меня фанаты этой саги)
  http://risovach.ru/upload/2013/03/generator/chubaka_14570817_orig_.jpeg

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 17. Кинжал и последствия   
За сутки до хаоса в Большом зале.
  Было уже темно, и высокий черноволосый мужчина с вытянутым искривлённым лицом быстро шел по длинному коридору, боясь рассердить своего хозяина опозданием.
  Антонин Долохов в два шага преодолел лестничный пролет и, тихонько постучав, вошел в небольшую комнату, где на резном кресле из белого дуба сидел Темный Лорд.
  — Ты как раз вовремя, Долохов, — произнес маг, даже не посмотрев на своего приспешника.
  — Чем я могу быть вам полезен, хозяин? — без лишних вступлений произнес тот.
  — К тебе у меня особое задание. И не смей его провалить, иначе ты пожалеешь о том, что появился на этот свет!
  — Я сделаю все, что вы скажите, повелитель.
  — Я очень надеюсь на это, — уже мягче проговорил Волан-де-Морт, хотя его тон оставался все таким же холодным. — Что же, в Хогвартсе есть одна комната, которая доступна далеко не всем, и в этой комнате есть очень ценная для меня вещь... Но, к сожалению, она сломана. Тебе нужно будет пробраться в эту комнату, пока остальные будут выполнять свою часть задания, и починить ее. Благо, я знаю, как это нужно сделать, а после ты должен покинуть школу вместе с остальными. Все ясно?
  — Да, милорд, — ответил тот, почтительно склонив голову.
  — Хорошо, Долохов. Если ты выполнишь это задание, то тебя ждет щедрое вознаграждение. Ну, а теперь, непосредственно о том, что и как ты будишь чинить, — с этими словами Темный Лорд достал несколько очень старых с виду свитков пергамента и принялся объяснять Пожирателю его задачу.
   
 
   
* * *
   
  — Даже не верится, что я снова здесь... — пробормотала Белла, выйдя из подземного входа, находящегося под Гремучей Ивой.
  — Что, Лестрейндж, тебя ностальгия одолела? — усмехнулся вышедший после нее Сивый и сплюнул на землю.
  — Заткнись, грязный волчара, я не с тобой разговаривала, — ощетинилась волшебница, усмирив оборотня презрительным взглядом.
  — Давайте возьмемся за дело, — вставил Долохов, выйдя вперед и наложив на себя дезиллюминационное заклинание. Остальные Пожиратели, последовав его примеру, двинулись дальше.
  — Эм, куда это мы попали? — недоуменно произнесла Белла, когда они вошли в главный холл, освещаемый тусклым светом факелов. Но даже при таком освещении от Пожирателей не скрылся тот факт, что пол — разноцветный.
  — Во что этот сумасшедший старик превратил школу? — пробормотал Люциус, разглядывая пол под ногами. — Какой кошмар, куда только Министерство смотрит.
  — Заткнитесь и пошли, — сердито произнес Долохов. — Мне еще кучу дел нужно сделать, а вы тут как старые сплетницы начали обсуждать все. У нас нет на это времени. Так что будьте добры, помалкивайте и шевелитесь!
  На третьем этаже Долохов распрощался с командой, и остальные Пожиратели, во главе с Беллой, двинулись на седьмой этаж. Остановившись в одном из коридоров, начали поджидать запоздалых школьников.
  — И долго мы тут будем стоять? — нетерпеливо произнес Сивый, после нескольких минут ожидания. — А если вдруг никто не придет? Хорош план! Ничего сказать! Школьники и то лучше организовали бы похищение.
  — Заткнись, волчара! Если ты будешь так вопить на весь коридор, тогда точно никто не придет, или явится этот чертов завхоз со своей облезлой кошкой.
  — А ты боишься старикашки, который даже магией не владеет?
  — Нет, не боюсь, и ты прекрасно это знаешь. Не забывай, что сказал нам повелитель — никаких лишних трупов!
  Сивый хотел было что-то сказать, но Белла остановила его одним взмахом руки.
  — Слава Богу, что этот чертов полтергейст не додумался использовать напольную краску, — послышалось за углом.
  — А вот и наш билет в гостиную Гриффиндора! — весело произнесла женщина и направилась к источнику звука.
  Сняв с себя дезиллюминационное заклинание, Белла вышла в коридор, ведущий к большой картине с полной дамой в платье из розового шелка, которая спала, прислонившись к краю рамы.
  Она окликнула невысокого темноволосого мальчика, который направлялся в сторону картины. Он обернулся и с недоумением посмотрел на женщину. Судя по выражению лица, он усиленно пытался вспомнить ее, и вдруг, его глаза широко распахнулись от ужаса — юноша узнал ее. Он, было, хотел закричать, но тут Люциус произнес заклинание "Империо" и мальчик послушно закрыл рот и уставился перед собой невидящим взглядом.
  — Что же, полдела сделано, — произнес Люциус довольным тоном.
  Пока Белла снова накладывала на себя дезиллюминационное заклинание, Малфой велел мальчишке идти в сторону гостиной.
  Дойдя до конца коридора, он остановился перед картиной с дамой и громко произнес:
  — Прошу прощения, но впустите меня, пожалуйста.
  — Пароль? — сонно пробормотала женщина.
  — Рыжий гном.
  Картина съехала в сторону, открывая проход в стене, и мальчик без лишних слов вошел в него, вслед за ним направились и Пожиратели.
  — Какая безвкусица! — воскликнул Люциус, с презрением оглядывая большую круглую комнату, убранную в красно-золотой цветовой гамме. А затем, взглянув на мальчика, который стоял рядом с ним и глядел перед собой ничего не выражающим взглядом, произнес:
  — Веди нас в спальню Гарри Поттера.
  Мальчик молча поплелся к лестнице находящейся с левой стороны гостиной.
  Они поднялись по лестнице, и юноша остановился возле небольшой двери.
  — Ты готова, Белла? — спросил Малфой, хватаясь за дверную ручку.
  Женщина кивнула, надевая на руки кожаные перчатки, достала из внутреннего кармана небольшой мешочек и развязала узел, которым он был стянут.
  — Он точно подействует? — с сомнением прошептал мужчина, глядя на предмет в руках своей напарницы.
  — Точно! — яростно прошипела та. — Это самый мощный сонный порошок, который можно найти. Хозяин сам лично его изготовил для нашей миссии.
  Больше не говоря ни слова, Малфой отворил дверь и вошел в спальню, стараясь не шуметь.
  Белла переходила от одной кровати к другой, высыпая на лица мальчиков сонный порошок. Действие его заключалось в том, что когда он касался кожи, человек впадал в глубокий беспробудный сон.
  Практически все мальчики были усыплены, оставались только Гарри и Рон, как вдруг…
  — Пауки! Пауки! — заорал младший из Уизли и вскочил с кровати. Пожиратели так и подпрыгнули от неожиданности. Белла, которая пришла в себя от испуга первой, кинула горсть порошка в юноша, из-за чего он со словами "бегают в халатах по дому" свалился вперед лицом. Но Рон напугал не только Пожирателей, но еще и Гарри, который вскочил от вопля своего друга и уже успел схватиться за палочку и надеть очки, и сейчас непонимающе вглядывался в расплывчатые фигуры у кровати Рона, пока до него не дошло, что это дезиллюминационное заклинание.
  — Экс... — начал, было, он, но на него накинулся Сивый и повалил на кровать, чья ножка треснула и обломилась. Волшебная палочка вывалилась из рук юноши, и, не имея никакой защиты, единственное, что он смог сделать — это попытаться отбиться от оборотня. Но вся загвоздка была в том, что он бил наугад, так как из-за заклинания не мог понять, где какая часть тела Сивого находится. Началась рукопашная потасовка.
  — Помогите мне, — прохрипел оборотень, пытаясь удержать отбивающегося от него парня. — Белла!
  Женщина, которая до этого ошарашено наблюдала за дракой, опомнившись, подбежала к оборотню. Но Гарри отбивался так отчаянно, что она не могла кинуть горсть порошка, так как боялась, что усыпит и Сивого.
  — Быстрее! — рявкнул оборотень.
  И подумав, "была — не была", она кинула горсть порошка в то место, где находилась голова Гарри. Мальчик мигом поник и отпустил руки, а следом на него упало тело мужчины, который также крепко уснул.
  — Черт бы тебя побрал, Белла! — воскликнул Люциус. — А эту свирепую тушу как нам тащить-то?
  — Ну и помог бы, а не торчал за моей спиной, — ощетинилась женщина, пытаясь оттащить тело оборотня от мальчика, а то того и глядишь он задохнется от тяжести мужчины.
  — Надо уходить, — прошептал Люциус, наклоняясь за палочкой Поттера.
  Женщина создала волшебной палочкой носилки, куда (также с помощью магии) уложила вначале тело оборотня, а сверху юношу, после чего произнесла заклинание левитации. Носилки поплыли перед ней, будто катились на невидимых колесах, и они направились к выходу. Так как было очень поздно, в гостиной никого не было, кроме гриффиндорца, который так и стоял, смотря перед собой невидящим взглядом.
  — Заберем его с собой, — бросила женщина, оборачиваясь к зятю. — Если вдруг кто появится, мы отвлечем его на мальчика.
   
 
   
* * *
   
  Замок Пожиратели покинули без препятствий, удачно выполнив все задания Темного Лорда, кроме последнего...
  — Забирайте их и покидайте территорию школы, — произнесла Белла, когда они достигли дверей замка. Долохов и Малфой послушно ушли, забрав с собой Гарри и Сивого. И когда по подсчетам женщины Пожиратели уже должны были быть на территории Хогсмида, она повернулась к мальчику, который стоял, словно кукла — без всяких эмоций на лице.
  — Что же, дорогуша, — сказала колдунья, обращаясь к нему, и направляя на него волшебную палочку. — Мне очень не хочется этого делать, но нужно. Авада Кедавра!
   
 
   
* * *
   
  Было раннее утро, на улице еще было темно. Старая женщина в теплом клетчатом халате бежала по коридорам замка, она даже не обратила внимания на то, что была босиком, а волосы, обычно собранные в тугой узел, сейчас были лохматыми и торчали в разные стороны. Но тем не менее, профессор МакГонагалл бежала как можно быстрее, стараясь не отвлекаться на сильную боль в правом боку.
  Задыхаясь, она кое-как произнесла пароль горгулье и поднялась наверх.
  — Профессор, профессор Дамблдор! Просыпайтесь скорее! — прокричала женщина, ввалившись в кабинет без стука. Портреты на стенах неодобрительно зашумели, но ей было не до них.
  — Ради всего святого, что случилось, Минерва? — произнес старик, выходя из своей спальни и накидывая халат поверх ночной рубашки.
  — Черная Метка! — воскликнула женщина в ужасе. — Черная Метка висит над школой!
  — Что? Как?! — изумился директор.
  — Я не знаю, профессор. Я проснулась ночью и заметила, что что-то сверкает за окном. Думала, что кто-то из ребят пустил фейерверки Уизли, но потом, приглядевшись, я поняла, что это Черная Метка.
  — Фенеас, разбудите всех учителей, скажите, чтобы они собрались в Большом Зале, — произнес директор, обращаясь к портрету. — Нам нужно собрать людей и обыскать замок. Минерва, разбудите старост и велите им не выпускать учеников из гостиных, пусть заколдуют выходы, чтобы никто не выбрался. Я же уберу Метку. Будем надеяться, что это чья-то выходка, а не то о чем я думаю...
  Профессора мигом вылетели из кабинета, каждый направляясь по своим делам. Когда Дамблдор достиг холла на первом этаже, там стояли, уже подоспевшие, профессор Люпин и Филч, тихо перешептываясь между собой. Дверь была настежь распахнута, а на пороге лежало бездыханное тело мальчика. Это был Джек Слоупер.
   
 
   
* * *
   
  В гостиной Гриффиндора было необычайно шумно. Все ученики толпились у двери и уже в сотый раз переспрашивали у Гермионы, что случилось, но не знавшая ровным счетом ничего, девушка отмахивалась от расспросов одноклассников. Она стояла возле проема, чтобы не дать проскочить неугомонным ученикам к портрету. В конце концов, устав от всего, она заколдовала проход и направилась будить Рона, да и остальных мальчиков, так как никто из них так и не соизволил спуститься. В этой суматохе она совсем забыла о них. Лили, обеспокоенная отсутствием мальчишек, пошла вместе с ней.
  Когда они вошли в комнату, то просто потеряли дар речи, от открывшейся их глазам картине: мальчики лежали на кроватях, неподвижные и неестественно бледные. Рон валялся на полу лицом вниз, а рядом с ним были видны странные красные пятна, подозрительно похожие на кровь. Возле кроватей Рона и Гарри была разбросана одежда, учебники и прочие вещи, а кровать Поттера была накренена в одну сторону, его же самого вообще не было.
  Гриффиндорки подбежали к телу Рона и перевернули его. Парень дышал еле-еле через рот, а судя по посиневшему и опухшему носу можно было предположить, что он сломал его при ударе о землю. Девушки, как только не трясли своих однокурсников, но они никак не хотели просыпаться, что начало их серьезно беспокоить. Да еще и Гарри неизвестно куда подевался.
   
 
   
* * *
   
  К полудню уже вся школа гудела о произошедших событиях. Гарри так и не нашелся, и все — от мала до велика — обходили каждый уголок школы в поиске неизвестно куда девавшегося гриффиндорца, а его однокурсников переместили в больничное крыло, так как мальчишки так и не проснулись. Мадам Помфри усиленно хлопотала над ними, пытаясь выяснить причину их внезапного сна.
  — Есть какие-нибудь новости? — спросил директор, подойдя к кровати одного из своих учеников.
  — У меня есть одна идея, — ответила женщина, — но мне нужна помощь профессора Снейпа. Я так думаю, что это зелье из одного очень редкого корня, который произрастает в горах Чили. Но только он может сказать наверняка. Если это так, то будет очень сложно достать еще один такой корень, чтобы сварить противоядие от этого зелья.
   
 
   
* * *
   
  Вечером в кабинете директора собрались все преподаватели и некоторые члены Ордена Феникса. Все были озадачены исчезновением Гарри, которого так и не нашли, хотя по нескольку раз обшарили каждый уголок замка.
  — Итак, что мы имеем? — спросил Дамблдор, обращаясь к своим подчиненным.
  — Я так думаю, профессор, что Гарри похитили, — произнес Ремус.
  — Ну, это мы и без тебя поняли, Люпин, — съязвил декан Слизерина.
  Но тот даже не обратил внимания, на выпад своего старого одноклассника и, как ни в чем не бывало, продолжил:
  — Полагаю, что они проникли через вход в Гремучей Иве. Сегодня утром, когда мы искали Гарри, я нашел следы, ведущие к ней. Возможно, они попали на территорию замка именно оттуда, а затем воспользовались мантией-невидимкой или каким-нибудь заклинанием, возможно, дезиллюминационным.
  — Скорее, вторым, — произнес Кингсли, который стоял рядом с мистером Уизли. — Потому что с мантиями им будет крайне неудобно похищать кого-то.
  — Да, но как они проникли в гостиную? — пропищал малютка Флитвик. — Ведь без пароля их никто не впустил бы туда.
  — Мальчик, — всхлипнула МакГонагалл. — Слоупер. Думаю, что они поймали его, когда он шел туда. Ведь вчера все ученики допоздна приводили себя в порядок после погрома, устроенного Пивзом.
  — Не надо было мне потакать мальчишкам и помогать снять заклинание с Большого Зала. Тогда ничего не случилось бы.
  — Вы не виноваты, Филиус. Никто не знал, что так случится, — произнесла декан Гриффиндора, похлопав коллегу по плечу.
  — А что с мальчишками? — перебил их Дамблдор.
  — Мадам Помфри оказалась права — это корень чилийской настурции. Но дело осложняется тем, что их не напоили, а использовали что-то вроде порошка, сдобренного мощным заклинанием. Поэтому вернуть их к жизни будет намного сложнее, — ответил Снейп. — Но к счастью, мы смогли быстро достать нужные компоненты и изготовить противоядие. Думаю, что завтра они очнутся и возможно, смогут рассказать, что же случилось. Сейчас мадам Помфри с помощью миссис Уизли все готовят, а после собрания я присоединюсь к ним.
  — Нет, Северус, пусть им поможет МакГонагалл, — произнес директор. — Вы должны отправиться к Темному Лорду и узнать, у него ли Гарри. Полагаю, что основная ваша работа сделана, с остальным они справятся сами.
  — Если такова ваша воля, господин директор...
  — А что нам делать с Амбридж и Фаджем? — озадачено произнес Люпин.
  — С ними я разберусь сам, — ответил Альбус, устало вдохнув. — А вы тщательно проверьте территорию замка, чтобы этого больше не повторилось. Я недооценил Темного Лорда и его сторонников, не думал, что они отважатся напасть на школу и что Петтегрю отважится рассказать ему об Иве, а раз он рассказал о ней, то, скорее всего, поведал и об остальных ходах. Нужно их всех запечатать. На сегодня все, отправляйтесь по своим делам и держите меня в курсе всего. Что же, а мне нужно еще встретиться с родителями погибшего мальчика, которые должны вот-вот прибыть.
   
 
   
* * *
   
  Гарри очнулся в полном замешательстве, на холодном каменном полу. Руки, ноги, рот, да и  все туловище у него были связанны, а очки съехали на бок. Он как мог, пытался разровнять их, но судя по всему, одна дужка сломалась, и все его попытки были тщетными.
  Через некоторое время он услышал шаги, а затем скрип открываемой двери. Вошедший подошел к нему, снял очки и починил их, а затем надел обратно на мальчика. Когда Гарри снова смог нормально видеть, он обнаружил, что это был Хвост, который в данный момент надевал на его ноги железные кандалы и снимал веревку. В груди юноши, как лава из вулкана, стало подниматься тяжелое чувство гнева. Поттер издал звук, похожий на рык и хотел было пнуть своего злейшего врага, но он был крепко связан. Парень задергался и попытался отползти, но ничего толком не получилось. Тем временем, Петтегрю рывком поставил Гарри в положение стоя и толкнул вперед, веля ему двигаться.
  Пройдя несколько больших комнат, они оказались в огромном зале, чьи стену в котором находился длинный стол, сделанный из эбенового дерева со множеством таких же стульев, неподалеку находилось резное падуковое кресло, который больше походило на трон. В дальнем конце комнаты стояла металлическая рама, с верхней части которой свисали цепи с кандалами, внизу были прикреплены такие же, только для ног.
  — Тебе нравится моя рама? — спросил Темный Лорд, который сидел на кресле, его пафосному выражению лица мог бы позавидовать любой король из средневековых сказаний. — Она сделана специально для тебя.
  Гарри дернулся, но Хвост держал его крепко, да и веревки делали свое дело.
  По велению Темного Лорда, Пожиратель приковал юношу к этой клетке и содрал с него футболку. Поттер повис на цепях с голым торсом и с ненавистью переводил взгляд с одного волшебника на другого.
  — Я смотрю, говорить ты не хочешь, но моя милая Белла развяжет тебе язык, а потом мы с тобой, как говорится, поговорим по душам, — произнес красноглазый волшебник с отвратительной ухмылкой. Он повернулся и кивнул Лестрейндж, которая вошла в комнату, когда Поттера приковывали к раме. В руках она держала маленький серебряный кинжал, рукоять его была сделана из человеческой кости и обвязана веревкой со странными узлами, а на лезвии красовались слова, написанные непонятными рунами.
  — Этот маленький кинжал заколдован, Поттер, — сказал Лорд, поймав взгляд юноши. — Боль от его пореза увеличивается в сто, а то и в тысячу раз. Я посчитал, что Круциатус будет слишком милосердным для тебя, притом, что я слышал, ты его неплохо переносишь. О нет, малыш, ты заплатишь мне за каждое свое вмешательство в мои дела, и когда ты расскажешь мне все, что мне нужно, и будешь умолять о смерти, тогда я, возможно, сжалюсь и подарю ее тебе. А пока я буду упиваться твоей болью, так что наслаждайся, теперь ты в моих руках.
  Темный Лорд еще раз кивнул Белле, и та подошла к Гарри почти вплотную. Женщина смотрела на него с плотоядной улыбкой, а в глазах плескалось безумие. Она радостно рассмеялась и резко провела лезвием по левой щеке юноши и ему показалась, что его голову проткнули десятки раскаленных игл.
   
 
   
* * *
   
  На следующий день мальчики пришли в себя, но никто ничего толкового сказать не смог. Рон даже не мог вспомнить, как сломал нос. Но к счастью, профессору Снейпу удалось узнать некоторые детали похищения. Все были глубоко подавленны и не находили себе места от беспокойства.
  В палате, коме больных был еще Дамблдор, Люпин, Гермиона с Лили и чета Уизли. Гриффиндорки только что поведали однокурсникам о событиях последних часов, как вдруг…
  — Черт! — раздалось с того места, где находилась кровать Джеймса.
  — Что случилось? — хором воскликнули присутствующие.
  — Щека... — Поттер провел пальцами по левой щеке, где он почувствовал жгучую боль, и заметил на своих пальцах кровь.
  — Боже, милый, что ты с ней сделал? — спросила миссис Уизли, прикладывая к порезу свой носовой платок, пока Гермиона отправилась за мадам Помфри.
  — Я... я не знаю, — пробормотал юноша, его била дрожь, а разум начал затуманивать неизвестно откуда взявшееся чувство страха.
  Он заорал не своим голосом, а его рубашка на груди стала пропитываться кровью. Все нешуточно перепугались, даже Дамблдор, но он, впрочем, быстро взял себя в руки, подбежал к нему и распахнул рубашку мальчика, на его груди красовался длинный порез.
  Джеймс кричал снова и снова, а на его теле появлялись все новые и новые порезы, и с каждым разом они были все глубже и глубже.
  Мадам Помфри выгнала всех из больничного крыла и велела немедленно позвать Снейпа. Остались только она и Дамблдор с Джеймсом. День обещал быть длинным и очень тяжелым.
   
 
   
* * *
   
  К вечеру порезы на теле Джеймса перестали появляться, но он походил на кусок отбивного мяса. Снейп, Дамблдор и Мадам Помфри не отходили от него не на минуту. Им пришлось использовать целый арсенал заклинаний, зелий, мазей и различных лекарственных снадобий, чтобы спасти юношу. Все его тело, от пояса до шеи, было покрыто толстым слоем множества лекарственных средств и крепко забинтовано. Он еле дышал. На лице также было множество бинтов, так как порезы были и на щеках, и на подбородке, и на лбу, нетронутым остался только нос.
  Как только Джеймсу стало чуть лучше, Дамблдор вновь отправил Снейпа на разведку, а сам полностью закрыл больничное крыло и велел мадам Помфри никого не впускать, а пациентов принимать в другом помещении. Он снял заклинание преображения внешности, так как боялся, что оно может дать реакцию с другими заклинаниями и все усложнить еще больше, ведь сейчас на кровати лежал настоящий Джеймс, пусть и неузнаваемый в бинтах. Но теперь риск был слишком велик, поэтому нужно было принимать серьезные решения, а затем найти это чертово зеркало, ибо для Мародеров это время было слишком опасно. Да еще и это похищение, убийство и Пожиратели в замке...
  К счастью, Дамблдору удалось представить это дело как несчастный случай и убедить в этом как семью мальчика, так и Фаджа, а Амбридж пришлось изменить память и стереть некоторые воспоминания. Хоть он очень не хотел этого делать, но при крайних обстоятельствах требовалось предпринять крайние меры, чтобы не вызвать панику и хаос. И теперь ему оставалось решить еще один вопрос — что делать с учениками, которые были свидетелями событий? Сейчас все были заперты в своих гостиных и не могли их покинуть, но он не мог держать их там постоянно. События набирали обороты и требовали решений, которых пока не было...
  Пока директор пребывал в размышлениях, в дверь постучались. Дамблдор снял заклинание и велел незваному гостю заходить. Это был Сириус Блэк.
  — Я же ясно сказал не выходить из своих гостиных, мистер Блэк, — строго произнес старик.
  — Я знаю, профессор, но у меня есть важная информация для вас... О Гарри и Джеймсе...
   
 
   
* * *
   
  Было уже за полночь, а в гостиной Гриффиндора стоял шум и гам. Все переговаривались, строили теории, рассказывали друг другу все, что смогли узнать. И так как учителям сейчас было не до них и никого контроля не было, то, соответственно, никто не думал идти в постель.
  Лили, крайне усталая, раздраженная и обеспокоенная, направилась в свою спальню, так как уже не могла выносить того безумия, что творилось в гостиной. У нее совершенно не было настроения участвовать в этом или с кем-либо разговаривать, она была в одном шаге от отчаяния и держалась из последних сил, чтобы не окунуться во все свои негативные эмоции с головой и не раскиснуть совсем, не забиться в истерике.
  Когда она вошла в комнату, то там находилась только Гермиона, которая сидела и плакала. Она весь день плакала, что еще больше раздражало Эванс.
  — Хватит, Гермиона! — прорычала Лили, уже не в силах сдерживаться. — Просто заткнись, пожалуйста!
  — Ты ничего не понимаешь! — воскликнула девушка сквозь слезы. — Твои близких не похищали. Посмотрела бы я на тебя, окажись ты в моей ситуации...
  — Что?! — Лили не на шутку рассердилась, хотя и знала, что подруга сильно расстроена, но гнев все же одолел ее. — Да как ты смеешь! Ты думаешь, только тебе важен Гарри? Ты думаешь, только ты его любишь? Ты думаешь, мне он не важен? Или Джейсону? Так вот, ты даже представить не можешь, как сильно я люблю Гарри! Ты даже вообразить не можешь, что он для меня значит! Я готова хоть сейчас пойти и встать перед Темным Лордом, и умолять его пытать меня. Я готова жизнь за Гарри отдать! И у меня нет ни времени, ни желания слушать твои сопли! Я пытаюсь хоть что-то придумать, чтобы выбраться из этой ситуации, пока ты сидишь и жалеешь себя. Я бы тоже могла биться в истерике и пускать сопли. Ты думаешь, мне легко, когда мой любимый весь израненный лежит в больничном крыле, а Гарри... Гарри...
  Тут голос девушки сорвался и она заплакала, впервые за все это время, и все ее сдерживаемые эмоции начали вырываться наружу.
  — Так значит, ты, ты тоже влюблена в Гарри? А как же твой парень, у тебя же есть парень! — произнесла Гермиона, ошарашенная словами подруги и смотря на нее каким-то "не-гермионским" взглядом.
  — Влюбилась?! Что значит "влюбилась", глупая ты курица?! Ты хоть слово поняла из того, что я сказала?! — воскликнула Лили со злостью, яростно вытирая слезы на глазах. — Меня зовут Лили Эванс!

 


SMF 2.0 | SMF © 2011, Simple Machines
Manuscript © Blocweb .