Одна дома и Фанфикшн

13 Ноября 2019, 07:57:16
Добро пожаловать, Гость. Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Не получили письмо с кодом активации?
Loginza

Одна дома и Фанфикшн » Фанфикшн » Фанфики по миру Гарри Поттера » Гет (Модератор: naira) » [NC-17] [макси] ГП и Сестры Блэк.Альтернатива. ГП/гарем, AU, Драма, +30 глава 27.02.14

АвторТема: [NC-17] [макси] ГП и Сестры Блэк.Альтернатива. ГП/гарем, AU, Драма, +30 глава 27.02.14  (Прочитано 23503 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Линоха

  • Редактор
  • *
  • Сообщений: 88
  • Карма: +8/-0
  • Пол: Женский
Глава двадцатая.

 Министр Магии Корнелиус Фадж сидел в своем кабинете и перебирал бумаги. Настроение у него было неплохим, хотя последнее нападение Пожирателей Смерти и сумело его основательно подпортить. Сторонники Темного Лорда атаковали лабораторию по производству зелий на окраине Манчестера, нападение удалось отбить, но производству нанесен значительный урон, и кое-что было похищено... а на следующий день в Пророке, пером опять же этого Ричарда Баша, с которым пока непонятно как обращаться, появилась статья явно подрывного характера...
 Но подготовка к удару по Роштару была уже завершена. Сведения, полученные от дам Поттера, особенно Беллатрисы, в прошлом Лестрайндж, были просто бессценны. С их помощью были составлены подробные планы укреплений замка, более-менее точная схема подземных сооружений, а главное - теперь они имеют четкое представление, какие сюрпризы могут преподнести им слуги Темного Лорда. А коли так, это уже не будет сюрпризами... Приказы подготовлены, войска его союзников так же готовы быть переброшенными. Сама атака запланирована на 9 октября, осталось четыре дня... За сутки до этого дня он уже назначил встречу с Дамблдором... А с Гарри Поттером ему наконец удалось помириться... все должно получиться.
 Министр закрыл глаза вновь представляя себе, как это будет: крупный, нет, крупнейший разгром сил Того-Кого-Нельзя-Называть. Газеты раструбят об этом на весь мир, и число желающих поступить ему на службу должно будет резко упасть... Гарри Поттер, своими откровениями по поводу происхождения Темного Лорда и его обхождением с подчиненными, уже пытался этого достигнуть, но без особого результата. Тут все будет иначе, это будет удар по самому главному достоянию самопровозглашенного Лорда – мифу о его непобедимости. И он ему не позволит оправиться... И...
 Фадж представил, как он возмется за тех, к чьим советам прислушивался... плохим советам. Почти наверняка среди них есть и те, которые, когда не одаривают его звонкой монетой и сладкими речами вперемежку с вежливыми указаниями, стоят на коленях перед фигурой в черной мантии и именуют ее «хозяин». И пока он ничего не может с ними поделать, ибо им известно слишком многое о том, что он сделал (часто опять же следуя их советам), и они, если что, утянут его за собой. Но это изменится... кто будет слушать пособников Лорда Тьмы, если они вдруг начнут обвинять Министра-Который-Нанес-Сокрушительный-Удар-Темному-Лорду...
 Но тут радужные мысли Министра Магии были резко прерваны... все это время он продолжал просматривать всевозможные бумаги. И вот, выудив из общей кучи очередной пеграмент он начал его бегло проглядывать... он резко выпрямился, выражение удовлетворияния стекло с его лица, и он начал перечитывать послание, теперь уже вглядываясь в каждое слово...
 - Проклятье... – теперь лицо Фаджа выражало крайнее раздражение и досаду. – И главное как невовремя... Хотя с другой стороны... – Министр задумался, рассеяно шаря взглядом по кабинету. – Вам же хуже!
 Он ткнул в кнопку вызова на своем столе, не прошло и полминуты, как его помошник Перси Уизли осторожно заглянул в кабинет.
 - Господин Министр?
 - Уизли, срочно свяжитесь с Дамблдором, передайте ему, что нам нужно немедленно встретиться!

 Гарри слушал Нарциссу, которая сегодня почему-то завела речь о Восстаниях гоблинов, видимо из чувства солидарности с Бинсом, непонятно только откуда взявшегося. Чоу справа исправно все записывала, сам же Гарри довольствовался небольшим количеством заметок, предпочитая внимательно слушать. Чай китаянка точно не будет возражать, пожелай он посмотреть ее конспект, да и сама преподавательница поможет, если что. Гермиона, сидящая за партой левее время от времени кидала на эту идиллию взгляд, полный упрека.
 Нарцисса, описывающая сражение при Баннокберне, где гоблины нанесли тяжелое поражение дейстовавшим на редкость несогласовано волшебникам, осеклась на полуслове. У нее на столе в яркой вспышке объявилось огненно-красное перо с запиской. Преподавательница быстро его проглядела...
 - Хо... мистер Поттер, - едва сдержав любимое слово, обратилась она к нему. За спиной Гарри кто-то приглушенно, но явственно хихикнул. – Директор хочет немедленно встретиться с вами и мисс Чанг, вы оба можете идти, пароль «Молочный шоколад с арахисом».
 Гарри и Чоу споро собрали свои вещи и вышли. Гарри был уверен, что приглашали только его, а Нарцисса просто не хотела, чтобы он шел без охраны...
 Специфическое шоколадное блюдо пришлось горгулье по нраву, и она открыла им дорогу. В кабинете все было как обычно, Фоукс дремал на спинке одного из кресел, а сам директор мирно сидел за столом.
 - Здравствуй, Гарри, - приветствовал он ученика, потом понимающе кивнул, глянув на Чоу. – Мисс Чанг, прошу, присаживайтесь. Извините, что так бесцеремонно оторвал вас от занятий, но десять минут назад со мной связался Корнелиус и сказал, что ему нужно срочно что-то обсудить с нами обоими. Ты случайно не знаешь, о чем может идти речь? – кинул он заинтересованый взгляд на собеседников.
 -Умм... – потянул Гарри, - пожалуй, нет. – Единственное, что приходило в голову, это будущая атака, но тогда не совсем понятна эта экстренность. И даже если все действительно так, рассказать он ничего не сможет – Клятва есть Клятва.
 - Ну, тогда нам остается лишь дождаться господина Министра, - с легким оттенком фатализма заключил директор и взмахом палочки накрыл чай.
 Ждать пришлось недолго, минут через семь камин полыхнул и в кабинет ступил Корнелиус Фадж, один. Гарри мимоходом пожалел, что, похоже, ему не суждено научиться нормально перемещаться через Каминную Сеть. От сестренок, Тонкс и остальных он перенял многое, как то: аппарация, но вот камины ему не даются.
 Отбросив в сторону эти мысли, Гарри сосредоточился на госте; Фадж находился, несомненно, в крайней степени раздражения и даже не пытался это скрыть. Даже не ответив на приветсвие Дамблдора, Министр сел в первое попавшееся кресло, он молчал с полминуты, как обычно вращая в руках свой неизменный котелок. А потом вдруг выдал:
 - Дементор бы поцеловал этих Попечителей! – Гарри недоуменно приподнял брови, но вот директора удивить было потруднее.
 - Что вы имеете ввиду? – его тон вдруг живо напомнил Гарри прошлогодние события, когда накрыли ОД.
 - Им подбросили идею, что в связи с новыми преподавателями необходимо пристальнее следить за событиями в Хогвартсе. И они назначили своего инспектора... – Фадж на мгновение смолк и первый раз посмотрел на Гарри. – Они решили послать ту, у кого уже есть необходимый опыт...
 - Амбридж?! – не то выкрикнул, не то просто взвизгнул Гарри.
 - Корнелиус, признаюсь, я не ожидал от вас такого, - все так же вежливо и спокойно заметил Дамблдор.
 - Я об этом узнал только сейчас. Вы же знаете, они не подчиняются мне. Как во время той истории с Василиском. И как не крутите, им есть к чему прицепиться: история с бывшей особо опасной преступницей, ставшей учительницей. Еще можно добавить и то, что по идее в школе сексуальные отношения запрещены! А тут официально, почти в открытую, между учеником и преподавательским составом... Это все, конечно, отговорки, - продолжил Министр, не дав никому слово вставить, - но для среднего обывателя они в самый раз! На деле-то за всем стоит Чанг, которому ты, Гарри, все-таки очень некстати по мозоли прошелся! Ну и Темный Лорд, понятное дело, не упустил свой шанс...
 - Но неужели ничего нельзя сделать? – насупившийся директор оценивающе разглядывал Фаджа.
 - Теперь уже поздно, решение принято, а я Долорес выгнал из своего окружения после прошлогодних событий, теперь надавить на нее нечем! Все ее тогдашние дела уже аукнулись...
 - Как это? – вновь не удержал себя в руках Гарри. – Она же, она...
 - Боюсь что это так, Гарри, - печально заметил Дамблдор, - мы с Министром это уже обсуждали, она превысила свои полномочия... но не настолько, чтобы... даже Кровавое перо, остался старинный закон, допускающий его использование...
 - Но, но... – Гарри никак не мог понять, как оно возможно, чтобы никто не вспомнил о самом главном. – Она же меня убить пыталась! Она дементоров на меня наслала!!
 - Гарри, о чем ты? – теперь в голосе директора проступила озабоченность о душевном состоянии его ученика.
 - Ведь все уже сошлись во мнении, что дементоров подослал Темный Лорд... – закончил его мысль Министр.
 Последовала немая сцена, где участники смотрели друг на друга, гадая, кто и когда сошел с ума... А потом Гарри вдруг начал понимать, что в конце прошлого года, раздавленый гибелью Сириуса он просто-напросто забыл... Ни он сам, ни его друзья никому ничего не говорили про то, что услышали от тогдашней директорисы, когда она держала их в своей власти...
 Двое мужчин не на шутку перепугались, когда с лица их юного собеседника стремительно сбежала вся краска. Молчавшая все это время Чоу чуть было не бросилась ему на помощь, но Гарри взял себя в руки и заговорил.
 Министр почернел лицом, а крепко сжатые губы Дамблдора побелели, отчего старый волшебник неожиданно стал похож на разъяренную главу факультета Гриффиндор. Гарри мимоходом подумал, не жалеет ли директор, что вызволил ее из-под копыт кентавров.
 - Не может быть! – Фадж вскочил из кресла, отбросил куда-то в сторону котелок и заходил по кабинету. – Она никак не могла знать, что ты, Гарри, владеешь заклятием Заступника! А значит, она послала их тебя убить! Но это какой-то бред!
 - Мистер Фадж, - начал было Гарри, но тот от него лишь отмахнулся.
 - Нет, я готов признать, что она может быть на такое способна... – тихо продолжил он, и тут же повысил голос. – НО! Человек, павший жертвой поцелуя дементора, это как минимум знак того, что дементоры покинули Азкабан! Лишь они одни дают такой эффект, это не спустишь на тормозах при всем желании! Натравить на тебя дементоров, Гарри, это было все равно что раструбить на весь мир, что все не так! Не отбейся ты тогда – был бы огромный скандал, особенно, если вспомнить, как тебя часто тогда поминали, было бы расследование, и девять шансов из десяти – правда бы всплыла! Не могу поверить, чтобы она действовала настолько... грубо.
 Этот пылкий монолог был встречен молчанием, слышалось шумное дыхание вдруг засопевшей Чоу. Глянув ей в лицо Гарри вдруг очень четко представил себе подземный каземат, грузную тушу прикованную к стене, только вместо дегенеративной хари Вальпона, у нее было немногим более привлекательное личико бывшей инспекторши...
 - Так этого оставить нельзя, - теперь уже совершенно спокойным голосом снова заговорил Фадж. Выпустив пар во время короткой вспышки, он вновь овладел собой. – Мне нужно три дня, чтобы дать делу ход, тогда ей не выпутаться, а заодно и этих «Попечителей» возьмем в оборот. Надеюсь тут на вашу помощь, Дамблдор, - погрузившийся в размышления директор лишь кивнул. Потом министр повернулся к своему второму собеседнику. – Гарри, в свете сказанного тобой, эта история приобретает куда более мрачный окрас, чем мне казалось ранее. Потому прошу тебя, будь осторожен, и я хочу, чтобы Нимфадора была с тобой круглосуточно, пока это не кончится. Я знаю, она тут еще и ассистент по ЗОТИ, ей придется это отложить. Ее прибытия следует ожидать уже завтра, так что пару дней тебе все-таки придется с ней мириться, повторяю, будь внимательнее... Кроме того, - тут Фадж повысил голос, так чтобы и Дамблдор хорошо слышал, - в связи со всем этим, нужно действовать быстрее, а потому я перенесу удар на день вперед, так чтобы два события совпали...
 Директор, который, казалось бы, ушел в себя, отреагировал на слово «удар» должным образом. И Фадж начал ставить его в известность. Старый Волшебник как-то даже чуть сник, словно опечаленый тем фактом, что война с Волдемортом, оказывается, может вестись и без его ведома. Он бросил какой-то почти осуждающий взгляд на Гарри... Но потом собрался.
 - Сильный ход, Корнелиус, - заключил он, вновь став мудрым и всезнающим. Тот кивнул и даже как-то посветлел: авторитет Дамблдора был очень велик и даже сейчас похвала из его уст значила немало для Министра. – Но вы рискуете... ты собираешься поставить на кон почти все, и либо выиграть, либо все потерять.
 - Это уже мне решать, Альбус, - принимая короткую дуэль взглядов непреклонно ответил Фадж. – И сейчас я, как вы больше года назад, спрашиваю, собираетесь ли вы работать вместе со мной против... – лицо Министра выдало короткую внутреннюю борьбу, которую он, видимо, проиграл, - Темного Лорда?
 - Как я сказал тогда, я собираюсь работать против Лорда Волдеморта, - Фадж чуть вздрогнул, на что Дамблдор, верно, и рассчитывал. – Потому можете рассчитывать на меня, господин Министр.
 - Рад это слышать, - заключил Министр, поднимаясь из кресла. – Тогда прошу меня извинить, я должен провести корректировку планов в связи с ускорением графика. В нужный момент вам доставят Порталы. – Фадж внимательно оглядел присутствующих, задержавшись чуть дольше на Чоу. – Не дайте им ни на чем вас подловить, - на этой ноте он шагнул в камин, уйдя истинно по-английски.
 Не считая юной китаянки, Гарри и Дамблдор вновь остались одни; молчание длилось около минуты, и Гарри уже было собирался прощаться, но тут директор заговорил.
 - Мне горько осознавать, что я так низко пал в твоих глазах, Гарри, что ты уже не считаешь нужным обсуждать со мной подобные события.
 - Я принес Волшебную Клятву, профессор, - холодно ответил Гарри. Несколько мгновенией они играли в гляделки, а потом Верховный Волшебник Визенгамота, Альбус Дамблдор опустил взгляд.
 - Я сделаю все, чтобы ограничить свободу передвижений Инспектору, - сменил он тему. – Тебя я, Гарри, прошу предупредить учеников, особенно твоих товарищей; помня прошлогодние события, Долорес Амбридж может... действовать неадекватно.
 - Понимаю, профессор... а вы не забудьте про Хагрида...
 - Ты в свою очередь подумай о мисс Блэк...

 - Ну, о чем хотел поговорить директор? – насела на него Гермиона, стоило ему только устроиться в гостиной. Чоу заняла стратегическую позицию рядом с входом, чтобы следить сразу за всем, а Тонкс под мантией-невидимкой засела где-то еще. Когда они вышли из кабинета, до звонка оставалось минут десять, и возвращаться на последний урок на сегодня было бессмыслено. Тем более что Нимфи, единственная свободная на этот момент, уже поджидала их – все почувствовали, что с их Хозяином что-то несовсем ладно...
 - Завтра к нам явится Амбридж, - без обиняков ответил ей Гарри. Не то, чтобы он говорил особо громко, но его явно услышали – в гостиной в один миг наступила тишина. Все взгляды сошлись на нем. – Совершенно верно! – повысил Гарри голос. – В этот раз она не задержится, - тут он не выдержал и состроил зверскую гримасу, - терпеть ее придется лишь два-три дня, но ждать от нее можно чего угодно, вы знаете. – Еще бы, все отлично помнили, что было в прошлом году, а не заставших этого первогодок уже не раз просветили, да так, что они, наверное, знали о ее зверствах больше всех.
 Гарри обвел взглядом гостинную – его сообщение не прошло незамеченным. И, что характерно, большинство учеников вместо того, чтобы лезть с расспросами принялись о чем-то оживленно переговариваться. Потом ему на глаза попалась стихийно сбившаяся компания на другой стороне помещения – Невилл и Рон с Джинни, самые заинтересованные после его самого с Гермионой. Бывший лучший друг почувствовал его взгляд и, видно поколебавшись, призывно мотнул головой, мол подходи, поговорить нужно. Гермиона, конечно же, увязалась за Гарри.
 - Как это возможно? – шепотом приветствовал их Рон. – Она же на тебя «Круцио» наложить хотела, дементоров наслала! Я думал, эта... – выговор Гермионы предвосхитил эпитет, которым он хотел наградить Жабу, но парень лишь отмахнулся. – В общем, я думал, она в Азкабане давно! – Джинни, Невилл и Гермиона на разные лады выразили свое согласие.
 - Вот и я так думал, - тихо ответил Гарри, глядя на сгрудившихся, словно бы и не было никакого разлада, товарищей. – Но тут выяснилось, что все мы были так взволнованы... тем, что произошло потом, – в сердце кольнуло болью, - что никто и не подумал рассказать об этих откровениях. – В иных обстоятельствах картина четырех синхронно отпадающих челюстей и пар глаз, лезущих на лоб, показалась бы ему забавной. – И вот Дамблдор и Фадж оба были шокированы, когда я рассказал. Министр обещал все устроить, и через три дня ее схватят за жабры, а заодно и еще кое-кого. Нам нужно за эти дни не дать себя в обиду – помимо моего личного недруга за всем этим четко проглядывается Волдеморт, - серия вскриков, а которые Гарри не обратил внимания. – Не говоря о том, что у Жабы к нам наверняка есть особый счет, особенно ты, Гермиона, не думаю, что она забыла про кентавров...
 - Ты прав... – протянул Рон и тут же встрепенулся. – Еще нужно Полумну предупредить! Ведь она с нами была, возможно, целями будут все, кто был в Министерстве...
 - Верно, - кивнул Гарри, - кроме того, стоит поговорить со всеми из ОД, мало ли что... вообще, Дамблдор просил меня предупредить всех учеников, ибо дело может быть очень серьезным...
 - И слизеринцев тоже? – реакция Рона была вполне ожидаема.
 - Они, я полагаю, уже в курсе, - впервые подала голос Джинни. Гермиона, к некоторому удивлению Гарри, ничего не сказала.
 - Я знаю, где гостинная Пуффендуя, - вступил Невилл, - могу им передать предупреждение... Кто знает, где искать когтерванцев?
 - В библиотеке... – довольно классически пошутил Рон, но несколько невовремя.
 - Я знаю где, - спокойной заметил Гарри. – Могу Чоу... попросить, - смягчил он.
 - Хорошо, - несколько поспешно заговорила Гермиона, возможно опасаясь, что беседа уйдет в сторону. – Невилл, я пойду с тобой, Гарри, ты поговори с когтерванцами. Рон, Джинни, расскажите первоклассникам...
 - О... им уже рассказывают, по-новой, - ответил Рон кивнув головой в сторону Симиуса, окруженного первокурсниками. – Так что тут все в порядке, будем ждать завтрашнего дня...

 - Рад видеть вас, Долорес, вновь! – со своим обычным... может, чуть более напускным добродушием приветствовал новоприбывшую Дамблдор.
 - Здравствуйте, профессор, - вот у Инспектора улыбка получилась вымученной. Что, учитывая впечатление, производимое даже ее обычной улыбочкой на жабообразной физиономии, было особо жутким зрелищем.
 Надо сказать, что Амбридж нисколько не изменилась с прошлого года – очевидно, общение с кентаврами не оставило следов. В кабинете Дамблдора, куда она ступила из камина, ее, кроме директора, встречали еще и все деканы. Начальник «обрадовал» их новостью сразу после ухода Гарри, и МакГоннагалл сейчас изо всех сил старалась сохранить хотя бы видимость нейтрального выражения на лице...
 - Рада видеть вас, коллеги, - все с тем же выражением продолжала гостья, все-таки выдержка была у нее незаурядная. – Будьте уверены, в прошлом году мы все успешно прошли мою инспекцию, и я здесь вовсе не для того, чтобы повторять ее... но преподаватели, устроившиеся на работу здесь в этом году, вызывают определенные опасения у Совета Попечителей. И я здесь для того, чтобы убедиться, что их метоты преподавания соответствуют директивам...
 - Позволю себе напомнить вам, что с прошлого года эти директивы немало изменились, - удивил вдруг всех Снейп.
 - О, не волнуйтесь, мистер Снейп, я хорошо знаю директивы, - улыбка Долорес стала еще омерзительнее. – Итак, профессор Дамблдор, я бы хотела присутсвовать на занятиях, которые ведут профессора Беллатриса и Нарцисса Блэк...
 - Конечно, Долорес... – Дамблдор протянул ей заранее составленый список уроков, с таким рассчетом, чтобы Гарри там и близко не было. По возможности это были занятия со старшекурсниками... или со Слизерином – директор надеялся, что эта деталь не дойдет до Северуса. – Кроме того, мне и некоторым моим коллегам есть что с вами обсудить. Я взял на себя смелость заранее назначить эти встречи, ибо у большинства наших преподавателей очень жесткий график... – очень добро улыбнулся директор, граффик встреч был рассчитан так, чтобы эти два дня, пока Министр что-то там подготавливает, у дорогой гостьи не было бы свободного времени...
 Директор внутренне посмеялся, глядя, как вытянулась лицо собеседницы, когда она ознакомилась с расписанием и кое-что прикинула... Но оправилась она быстрее, чем он того ожидал, а это несколько настораживало...

 Вечером этого же дня, вскоре после уроков, Гарри сидел в своих апартаментах, справа к нему прижималась Чоу, а Тонкс, намучившаяся за день, который она провела, не снимая Мантии, устроилась слева, положив голову ему на колени. Остальные пока еще не вернулись... За весь день Гарри видел Жабу лишь за обедом, и то, когда он спустился в Большой Зал, она уже заканчивала и вскоре куда-то унеслась, не удостоив его и взглядом... Похоже, Дамблдор успешно сковывал ее действия...
 Тут дверь открылась, и сестры Блэк вошли внутрь с выражением лиц, колеблющихся между легким одурением и крайней яростью...
 - Хозяин, можно, я ее убью? – в упор спросила Беллатриса, опускаясь на колени.
 - И что же она такое успела сотворить? – приподнял бровь Гарри.
 - Кроме того, что она сделала с вами в прошлом году? – вступила Нарцисса.
 - Угу... ибо за это она еще заплатит...
 Беллатриса как-то тяжко вздохнула, очевидно, ее желание было вызвано именно теми событиями...
 - Она заявилась на мой урок, Хозяин, - тем временем рассказывала Цисси. – Шастала туда-сюда, интересовалась моей компетенцией... в общем, отвлекала как могла, но придраться ни к чему не смогла. Но вот Белу она просто замучала.
 - Она присутсвовала на двух моих уроках, я терпела ее четыре часа, Хозяин, с её голосочком второкурсницы, которую лишают детства с помощью ледяного бруска, - Гарри приподнял брови от этакого эпитета. – Интересовалась, почему я подвергаю такой опасности учеников, это она про заклятия блока, я проверяла его прочность у семикурсников Ослабленным Режущим. Когда я ей заметила, что ученики должны быть готовы к тому, что им может встретиться снаружи, она сказала... – лицо Беллатрисы исказилось. – Она как бы согласилась, заметив, что уж кому как не мне знать о том, что их может ждать... И это на глазах учеников Слизерина, Хозяин! Я хорошо слышала, как там хихикали...
 - Тварь... – прошипела Тонкс, принимая сидячее положение.
 - Тварь, - одновременно с ней отреагировал Гарри. – Она за все заплатит, но чуть позже, сейчас нельзя поддаваться на провокации, вы меня поняли?
 - Да Хозяин, - в унисон ответили все, в том числе и Флер, только переступившая порог.

 Долорес Амбридж с трудом добралась до своей кровати и буквально стекла на нее. Этот день ее вымотал. Этот чертов старикан Дамблдор может торжествовать, ему действительно удалось так лихо заполнить ее день, что сегодня у нее не было фактически ни единой свободной минуты. И завтра ее ожидает то же самое... только не знает этот маразматик, что его трюки не смогут ей помешать – она кинула короткий взгляд на небольшую сумку, где было все необходимое...
 Они явно думают, что она целится на Поттера... и они конечно правы, но думают, что она попрет прямо на него... тупицы. Все будет хитрее... и все, что прячет Поттер станет известно, ибо этот мелкий придурок верит тем, кто ему близок... это его и погубит.

 Следующий учебный день проходил спокойно, от сестер Гарри знал, что Амбридж проведет большую часть времени до обеда в компании Бинса. Как это удалось Дамблдору – загадка, но он организовал какое-то совещание между бывшей директрисой Хогвартса и бывшим преподавателем Истории Магии... причем как-то так, что ни отказаться, ни удрать с этой интереснейшей встречи Долорес не могла. А значит, все должно было быть спокойно. Тем не менее, Гарри твердо решил не отступать от однажды принятого плана действий, а потому Чоу не отходила от него ни на шаг, как и невидимая Тонкс. Гермиона тоже держалась рядом, рассудив, что рядом с ним, как с самой защищеной личностью в Хогвартсе, ей будет лучше.
 Урок зелий прошел вполне спокойно, Снейп даже не дышал у него над ухом, а почти все время сидел у себя за столом, о чем-то напряженно размышляя. Еще что было примечательно: отсутствовал один из учеников Слизерина, а именно Блейз Забини. Впрочем, такое случалось, редко, но случалось... Теперь они поднимались наверх, к кабинету профессора МакГонагалл, шли отдельно от остальных, ибо Карта Мародеров давала богатейшую информацию о тайных ходах, облегчающих передвижение... отодвинув в сторону какой-то портрет, они вышли к очередной лестничной клетке. Ее им предстояло пройти насквозь.
 - О, мисс Чанг, я как раз хотела с вами поговорить! – раздался над ухом Гарри отвратительно знакомый голос. – Прошу пройти со мной...
 Дальше в несколько мгновений уместилось сразу очень много событий. Испуганый вскрик Чоу, длинное «ооо» Гермионы, его собственный шок...
 Он обернулся на вскрик... Амбридж стояла на самом краю стремительно отъезжающей лестницы, крепко сжимая за руку Чоу, которая была слишком шокирована, чтобы вырываться... Потом он, повинуясь какому-то инстинкту, выбросил руку вправо и успел подхватить Тонкс за мгновение до того, как та рухнула в пропасть в своей отчаяной попытке дотянуться до китаянки... Пару секунд спустя двигающаяся с немыслимой скоростью лестница уже унесла их из виду...
 - Так... – Гарри сделал пару вдохов и усилием воли заставил себя не паниковать. – Гермиона, скорее беги к Дамблдору!
 - Но... – та была явно слегка не в себе.
 - Скорее!! – яростный крик Гарри вырвал девушку из ступора, и та со всех ног кинулся к проходу, откуда они только что вышли. Гарри же уже выхватывал из кармана заветный лист... – Торжественно клянусь, что замышляю шалость и только шалость...
 По пергаменту начали разбегаться линии и точки, краем глаза он успел заметить точку помеченную «Беллатриса Блэк», которая со страшной скоростью мчалась в его сторону. Почти наверняка и она, и ее сестра, и Флер тоже, все они почувствовали его невольный призыв и сейчас спешили...
 А странная пара: «Чоу Чанг» и «Долорес Амбридж» двигались очевидно к прошлогоднему кабинету Испектора.
 - Хозяин! – тяжело дыша на лестничную клетку вылетела Нарцисса. – Что...
 - Хозяин! – из другого коридора вырвалась Флер. В трех шагах за ней была и Белла... – Что проис...
 - Некогда! – рявкнул в ответ Гарри. – Мы должны вытащить Чоу! – он размашисто написал палочкой на ближайшей стене. «Она потащила Чоу в свой старый кабинет». – За мной!

 Неприятности начались, стоило им только двинуться – что-то полыхнуло, и коридор заволокло дымом. Кашляя, натыкаясь друг на друга, они двинулись было напролом, и только реакция Беллатрисы спасла их, когда в них полетел небольшой огненный шар. Убить бы он не убил, но ожог бы получился неслабый...
 И пошло... путь к кабинету Амбридж был просто заставлен всевозможной гадостью: их чем-то опыляли, обрызгивали, ошпаривали... ловушки не были смертельными, то ли установившие их не были особо сильны в таких делах... то ли им не были нужны жертвы, по той или иной причине. Но все эти штуки замедляли продвижение просто катастрофически. Добрая четверть часа потребовалась им, чтобы пройти от силы половину расстояния до кабинета. Гарри готов был рвать и метать, ибо было совершенно ясно, что они уже безнадежно опоздали...
 - Скорее! – в пламенной вспышке рядом с ними образовался Дамблдор с Фоуксом на плече и требовательно протянул руки. Гарри и остальные не заставили себя ждать...
 Перенос феникса не был похож ни на что ранее знакомое Гарри, не было тут ощущения, что тебя силой пропихивают через какой-то шланг, не было впечатления полета без руля и ветрил, не было и лезущий во все места пыли... Их окутало облако света, было... тепло и уютно, Гарри на несколько секунд потерял способность видеть.
 Когда его глаза пришли в норму, заветная дверь была перед ними. Дамблдор его опередил, с немыслимой для человека его возраста скоростью он подскочил к ней и ткнул палочкой в замок... дверь полыхнула черным. Дамблдор отпрянул назад, а чернота устремилась за ним и ударила в какое-то защитное заклятие, которым он себя окружил. Несколько секунд густой черный туман тянущийся от двери и золотистый щит не уступали друг другу, а потом щит начал бледнеть...
 - Куирайсоро Ренфорсус! – выкрикнул Гарри, усиливая щит директора. Остальные ему вторили...
 Едва только он присоединился к поддержанию защиты, как он ощутил на себе всю тяжкую мощь этой черной пакости... как если бы ему на плечи разом опустился огромный груз... можно было понять, почему даже Альбус Дамблдор уступал этому напору... И тут же стало легче, когда Белла и все остальные присоединились к ним...
 Щит вокруг директора разгорался все ярче... и теперь уже сгусток черноты начал бледнеть...
 И тут из-за двери вдруг послышался отчаяный выкрик, возможно преодолевший заглушающие заклятия:
 - Авада Кедавра!!
Люди, которые преуспевают в этом мире, не ленятся и ищут нужные им обстоятельства, а если не находят, то создают их

Оффлайн Линоха

  • Редактор
  • *
  • Сообщений: 88
  • Карма: +8/-0
  • Пол: Женский
Глава двадцать первая.

 Чоу никак не могла овладеть собой...
 Сперва Долорес Амбридж, враг ее Хозяина, схватила ее прямо на глазах у него, а так же Тонкс и Гермионы... И потом буквально волоком тащила ее куда-то... а она ничего не могла сделать. Казалось, какая-то непонятная сила парализовала ее волю, и ноги сами несли ее за Амбридж, а в опустевшей голове не было ни единой дельной мысли...
 А потом ее втащили в кабинет, в котором бывшая Инспекторша влавствовала прошлый год. И она сама не поняла, как села на стул для посетителей, Амбридж же устроилась в своем обычном кресле.
 - Чувствуйте себя как дома, мисс Чанг, - мило улыбнулась она. Точнее попыталась мило улыбнуться, будь она сейчас способна на это, Чоу бы ужаснулась картине. Но в сознание кто-то словно залил густой кисель, в котором тонули и мысли, и эмоции... – Хотите чаю? – И Чоу поняла, что утвердительно кивнула...
 Чашка с горячим чаем объявилась перед ней в тот же миг, словно только этого и дожидалась. И ее руки сами собой обхватили ее и понесли ко рту... и стоило сделать первый глоток, как сознание окончательно опустело.
 - Напомните мне, как вас зовут? – раздался вкрадчивый голос.
 - Чоу Чанг, - тут же ответила она. В самом деле, почему бы не ответить?
 - Очень хорошо. А где вы сейчас живете?
 - В апартаментах моего Хозяина, - искренне ответила Чоу. Ведь нужно быть честной, хорошие люди ведь должны говорить правду.
 - Прекрасно, а где они находятся?
 И следующие минут пять Чоу в подробностях описывала местоположение обители ее Хозяина. Это казалось... нормальным, людям надо отвечать, надо говорить правду, надо общаться. Рассказала она и пароль, и если бы в ее голове не царила блаженная пустота и искренность, она бы, несомненно, заметила гримасу на лице собеседницы в этот миг.
 - Замечательно, мисс Чанг, - растянула Амбридж в улыбке свой лягушачий рот, потом кинула взгляд на часы... – И еще один вопрос, нет ли у мистера Поттера какой-нибудь тайны?
 - Есть.
 - Как интересно, а какая? – та подалась вперед.
 - Нимфадора Тонкс также принадлежит моему Хозяину... – немедля выдала Чоу, и остановилась. Не потому что, что ей больше нечего было сказать, а просто, что-то вдруг стало не столь прекрасно и тихо...

 А Долорес Амбридж не заметила, что речь ее «собеседницы» резко оборвалась. Слишком потрясенная этим подарком судьбы, она уже ничего не замечала. Кто бы мог подумать, что ненавистый зеленоглазый очкарик таит такое! Он подчинил своей воле приставленого к нему мракокборца! О, эта информация может прийтись очень ко двору... Она не замечала, как на лицо Чоу теряло свою бесстрастность...

 В голове Чоу бушевала буря, что-то было не так, что-то было совершенно неправильно... И хотя было очень соблазнительно вновь погрузиться в эту бездумную эйфорию откровенности, ощущение неправильности пересиливало... И у нее в голове медленно, но верно заработала мысль.
 Что было не так? Ей задали вопрос... и она ответила, да воспитанным людям следует отвечать на вопросы, а она была, несомненно, воспитанной девушкой... Она рассказала об их апартаментах... ничего страшного, а еще... а еще... еще она рассказала про Тонкс! И что же?..
 «Тебе следует знать о кое-каких вещах, о которых не стоит распространяться...» - тут же всплыло в ее памяти лицо Хозяина, когда, на следующее утро после ее посвящения, он раскрывал ей кое-какие секреты...
 О Тонкс никому нельзя было говорить! Она нарушила приказ своего Хозяина!!
 И это было подобно взрыву, стоило ей осознать это, как все встало на свои места, голова вновь стала ясной, а туман в сознании растаял без следа. Ее похитили, очевидно, наложили какое-то подавлящее волю заклятие, но не «Империус», а потом... потом ее просто напоили Сывороткой Правды! И она... она все им рассказала!
 «Я буду нема, как могила, Хозяин» - вот, что она обещала ему. Она предала его... опять, как в прошлом году! Мерлин, неужели ей не суждено сделать хоть что-то хорошее?! Так что даже теперь, отдав себя всю без остатка, она ухитрилась подвести, предать того, кто отныне был для нее центром вселенной! Он доверил ей свою тайну, а она выдала ее. И кому?! Заведомому врагу!
 - Так... – Амбридж наконец-то вынырнула из своих радужных мыслей, и уставилась на дверь. На жабьей физиономии отразилась тревога. Вскочив, она направилась к камину...
 - Тварь... – прошипела Чоу, тоже вскочив и выхватывая из кармана палочку. Она должна была хоть как-то искупить свою вину.
 - Что? – Амбридж, которая свою, накачанную Сывороткой Правды жертву в рассчет не принимала, обернулась. И ее и без того жабьи глаза полезли из орбит... – Как...
 - Авада Кедавра!! – Чоу выкрикнула единственное пришедшее в этот миг на ум заклятие, и будь что будет...

 - Нет!! – выкрикнул Гарри.
 Что-то внутри него словно взорвалось. Волна силы вырвалась из палочки, смела ту черноту, что все еще пробовала на прочность защиту Дамблдора, ударила в дверь... и дверь просто унесло. Не задавая себе лишних вопросов, он рванулся вперед.
 Первым, что он увидел, была Амбридж... вернее, ее тело. Она кучей мусора лежала на полу, и теперь, после смерти, была особенно похожа на жабу. Дохлую. Чоу застыла с палочкой в руке, остановившимся взглядом она глядела на труп. Но уже через пару мгновений вышла из ступора, оглянулась...
 - Хозяин, - выдохнула она. В следующий миг ее глаза закатились, и она упала... прямо в руки Альбусу Дамблдору, который опять как-то сумел обогнать всех.
 - Что с ней, профессор? – кинулся к ним Гарри. Флер уже была рядом.
 - Точно не знаю... – старый волшебник поднес руку к шее девушки. – Пульс слабый, я ее сразу доставлю в Больничное Крыло! – И директор исчез во вспышке пламени вместе с Фоуксом и Чоу...
 - Так... – Гарри оглядывался, силясь сообразить, что же ему делать.
 - Сыворотка Правды, Хозяин, - Нарцисса осматривала чашку, стоящую перед стулом, на котором, видимо, сидела Чоу. Она коснулась ее палочкой. – Разорви меня горгулья! Тут минимум тройная доза! – она кинула яростный взгляд на мертвеца, над которым склонилась ее сестра.
 - Ясно. Инсендио! – Гарри схватил только что замеченный горшок с Летучим Порохом и швырнул горсть в камин. – Флер! Хватай эту дрянь и доставь мадам Помфри, ну и вообще помоги.
 - Да, Хозяин, - Флер тут же забрала чашку у Цисси, чем-то накрыла и шагнула в камин. – Больничное Крыло! – ей, как ассистентке медсестры был открыт туда прямой доступ.
 - Хорошо... – Гарри вдруг как-то сразу успокоился и уже знал, что необходимо сделать. Прежде всего, он наложил пару заглушающих чар и вернул дверь более-менее на место. – Белла, Дора – проверьте тут все на предмет записывающих или передающих штуковин...
 Проверка заняла пару минут. Около камина обнаружилось волшебное устройство, которое фиксировало происходящее и обращало в воспоминания, которые потом можно было просмотреть в Омуте. От греха подальше, Гарри велел сразу уничтожить находку. Больше ничего не нашлось, вероятно, защита замка не позволяла напрямую передавать что-либо...
 Оставив Цисси сторожить место происшествия, Гарри и остальные также поспешили в Больничное Крыло, только вот, поскольку у них не было ни феникса, ни допуска к камину, двигаться пришлось постаринке – ножками. Причем, помня о неприятностях, которые обрушились на них по пути сюда, шли они медленно... Но, очевидно, этот маршрут заминирован не был.
 В Больничном Крыле уже собралось изрядно народу, вдобавок к директору, Флер, мадам Помфри и безсознательной Чоу, тут же был еще и профессор Снейп, с сосредоточенным видом изучающий чашку с чаем.
 - Что с ней? – Гарри сразу же задал волновавший его вопрос.
 - Именно это мы и пытаемся установить Поттер, - ядовито заявил Снейп, опуская чашку. – Это, несомненно, Сыворотка, и очень качественная, должен добавить. В этой чашке никак не меньше двадцати капель, доза смертельноопасная. И последствия должны были уже проявиться. Потому ее состояние для меня... – Снейп запнулся на миг, - полная загадка.
 - ЧТО С НЕЙ?! – возможно, Снейп специально хотел вывести Гарри из равновесия, если так, то ему удалось...
 - Успокойся, Гарри, - вмешался Дамблдор, прежде чем Снейп успел ответить. – У мисс Чанг просто сильнейшее магическое истощение, ее жизни ничего не угрожает, а следов Сыворотки Правды просто нет...
 Гарри приподнял брови. Но прежде чем он успел сказать что-либо по этому поводу, мадам Помфри взялась пылко наводить порядок в подчиненном ей учреждении. А именно: она мало что не взашей выставила Гарри с его дамами, а заодно и директора со Снейпом, последнего очевидно по принципу: «мавр сделал свое дело, мавр может уходить». Мавр, впрочем, не огорчился и тут же удалился, и его неизменный плащ развевался за ним.

 Дамблдор первым делом пошел в кабинет Бинса, и Гарри увязался за ним. Там их ждал неприятный сюрприз, уже далеко не первый за сегодня. Амбридж там, понятное дело, не обнаружилось. И Бинс бубнил что-то по поводу восстаний гоблинов в году этак в тысяча-шестьсот-цатом... Блейзу Забини. Пропавший слизеринец сидел перед вещающим привидением, уставившись в одну точку с отсутсвующим выражением лица.
 - Заклятие Империус, - заключил Дамблдор, быстро осмотрев молодого человека, в том числе и его левое предплечье. – Мисс Блэк, можно попросить вас доставить его в Больничное Крыло?
 - Конечно профессор, - и Белла удалилась.
 - Оборотное зелье, Гарри, - в руке директора был крошечный флакончик. – Мы опять попались на эту уловку. Мистер Забини принял облик нашей общей знакомой, и пока мы все думали, что она тут постигает историю, у нее была фактически полная свобода действий... Что, по-твоему, произошло?
 - Ну, прежде всего, мы все лопухнулись по полной, - Гарри сейчас был слишком возбужден, чтобы следить за своим языком. – Мы думали, что целят непосредственно по мне, а они зашли с фланга, наверняка хотели компромат получить. И Чоу, вероятно, посчитали слабым звеном.
 - Да...
 - А потом... я полагаю, что она хотела знать что-то из того, о чем я запретил рассказывать, - Гарри говорил то, что приходило ему в голову. – А поскольку «Сервус Секус» стирает даже Черную Метку...
 - То тут сама магия мисс Чанг вступила в конфликт с зельем! – воскликнул Дамблдор. – Ты несомненно прав, мальчик мой, это объясняет, почему не было следов Сыворотки в организме, магия ее попросту уничтожила! Отсюда и истощение. Очевидно, мисс Чанг отчаянно не хотела отвечать на заданый вопрос, а потом отплатила миссис Амбридж сразу за все... – старый волшебник опустился на парту. Казалось, в этот миг его мысли были где-то далеко. – Помнишь, Гарри, ты как-то сказал, что я не уделяю достаточно внимания своей работе директора?..
 - Я... я не хотел, я тогда... – Гарри невольно попятился.
 - Ты был прав. Я ведь не раз, даже на твоей памяти, говорил, что моей прерогативой является безопасность моих студентов... Нет нужды говорить, насколько я провалил эту задачу, если уже в этом году... А помнишь пять лет назад?.. – Дамблдор оборвал себя на полуслове. – Но сейчас некогда предаваться этому, нужно вызвать Министра, а потом...

 Дел действительно нужно было сделать немало. Едва Тонкс доложила ему о случившемся, Фадж примчался в школу вместе с Долишем и Кингсли, очевидно, они все так же были его доверенными людьми. Либо Фадж был не в курсе, либо... либо что-то другое.
 Труп поспешили убрать, темнокожего волшебника отправили на подмогу Цисси и нескольким профессорам, которые очищали коридоры от гадостей, которыми их наполнил неизвестный доброжелатель или доброжелатели...
 Министр явно не спешил портить жизнь Гарри или Дамблдору, а потому он первым делом предложил, чтобы все быстренько забыли о гибели инспекторши в этих стенах. А это в частности означало, что Гарри не придется платить штраф за убийство... Пока стоило вообще обо всем умолчать, мол Амбридж ничего не нашла и удалилась, а потом, когда он даст делу ход, она погибнет «при сопротивлении при аресте». Не лучший вариант, но уже что-то.
 Фадж не мог задерживаться, потому поручил Долишу взять показания с Чоу. Та очнулась пару часов спустя. С ее слов выходило, что она начала рассказывать Амбридж про запланированую уже на завтра атаку... Долишу и Дамблдору этого вполне хватило, но Гарри каким-то шестым чувством понял, что Чоу врет, врет очень талантливо. Он, ясное дело, не подал виду, тем более что у него была своя идейка по поводу, какую тайну Амбридж на самом деле унесла в могилу...

 Гарри сидел в кресле в своих апартаментах. Дамы все разошлись по школе, улаживая многочисленные проблемы связаные либо с уже случившимся, либо с тем, что случится завтра. И он был этому скорее рад, ему нужно было подумать в одиночестве. Да и Чоу уже вот-вот вернется из Больницы.
 Чоу... на нее напали из-за него, из-за того, что она отдала себя ему, Гарри Поттеру. И хотя он уже давно осознал, что близкие ему люди могут стать мишенью... он все равно, как-то подсознательно полагал, что нападают всегда на него... а другие... они оказываются не в то время, не в том месте. Именно поэтому он был так уверен, что Амбридж охотится именно за ним. За кем же еще?
 И если бы не Чоу... эта ошибка могла им очень дорого стоить.
 Он скорее почувствовал, чем услышал, как дверь открылась и кто-то вошел. Чоу медленно шла к нему, низко опустив голову. Гарри вынырнул из своих мыслей и с некоторым недоумением поглядел на нее.
 - Я подвела вас, Хозяин, - Чоу опустилась перед ним на колени, глядя прямо в пол. – Я солгала тогда, Амбридж просто спросила, есть ли у вас какой-нибудь секрет и я... я...
 - Начала рассказывать про Тонкс, - закончил за нее Гарри. Кажется, до него начало доходить, почему Чоу выглядела так, словно ожидала смертного приговора.
 - Да Хозяин, я знаю, что предала вас, ибо вы запретили рассказывать об этом кому бы то ни было, но прошу вас! Умоляю, не отсылайте меня прочь! Я исправлюсь! Хозяин, я заслужила любую кару, но позвольте мне остаться с вами! – она наконец подняла на него свои красные от слез глаза.
 - Чоу... – начал было Гарри. Но, пожалуй, впервые за все это время, одна из его дам прервала его.
 - Я знаю, что я недостойна никакого снихождения! Я вновь подвела вас, как и год назад! Но прошу вас, Хозяин! Все что угодно, только не отказывайтесь от меня! Я скорее умру! Хо...
 - ЧОУ!! – рявкнул Гарри, которому это самобичевание несколько надоело. Та немедля смолкла и вся сжалась в комочек, и учитывая, что она все еще была перед ним на коленях, выглядело это довольно забавно. – Чоу, прежде всего я и не думал отказываться от тебя, - та опять робко подняла на него взгляд. Гарри не смог сдержать улыбку. Она сейчас выглядела... такой слабой и беспомощной, и не подумаешь, что всего несколько часов назад она использовала Непростительное, Смертельное проклятье. Использовала его ради него... – Вообще говоря, я считаю, что ты заслуживаешь награду...
 - Но... но я...
 - Мы все совершили ошибку Чоу, чем и воспользовались наши враги, и лишь благодаря тебе их планы сорвались, - Гарри поднялся из своего кресла, наклонился и положил руки на плечи девушки. – Они предусмотрели почти все, но недооценили твою верность, Чоу. – Гарри заставил ее подняться с колен, и теперь они смотрели друг другу в глаза. – Ты переборола огромную дозу Сыворотки Правды и еще то, непонятно что на шее. – У Амбридж обнаружился странный медальон, от которого просто разило Черной магией. Дамблдор предполагал, что он был причиной того, что Чоу не сопротивлялась в начале. – Я благодарен тебе за это.
 Как бы в подтверждение этих слов Гарри и наклонился вперед и нежно коснулся ее губ своими. Чоу сперва застыла, а потом несмело ответила ему... и тут в дверь постучали. Гарри подался назад.
 - Кто это? – недовольно пробормотал он, взмахом руки сделав дверь односторонне прозрачной. Там стоял, поглядывая по сторонам, Альбус Дамблдор.
 Хоть перспектива оставить директора снаружи и казалась привлекательной, в такое время он бы вряд ли пришел без веской причины. Лишь когда тот вошел внутрь, Гарри увидел, насколько уставшим и постаревшим тот выглядел.
 - Гарри, мисс Чанг.
 - Профессор, заходите, присаживайтесь, - Гарри впервые принимал постороннего у себя. А Чоу, вспомнив о своей роли, уже катила в их сторону столик с чаем, накрытый на двоих.
 - Спасибо, Гарри, - директор тяжело опустился в предложенное кресло. Гарри почувствовал, что тот хочет поговорить с глазу на глаз, и потому не очень охотно отослал Чоу. – Я не знаю, что это было Гарри, - после минутного молчания вдруг признался старый волшебник.
 - О чем вы сэр? – эти слова застали Гарри врасплох.
 - Сразу обо всем... и прежде всего о том заклятии, что защищало кабинет Долорес. Я потратил некоторое время на изучение следов, которые оно оставило... оно не похоже ни на что ранее мною виденое. Сплетено по совершенно мне непонятному принципу! – Дамблдор сделал большой глоток чаю. Гарри последовал его примеру, он чувствовал, что его собеседник пришел сюда, чтобы выговорится... и что он был очень встревожен. Дальше Дамблдор говорил своим обычным, спокойным голосом, правда, без веселых ноток. – Что-то происходит, Гарри. Помнишь нападение на Северное Управление Магического Правопорядка? – как же такое забудешь, - Никто не представляет, как врагам удалось преодолеть защиту и подобраться вплотную незамеченными... А события в Париже? Ты там был, Гарри. Я не сумел бы вот так, в один миг, разрушить тот барьер. И Том, каким я его помню, а после того боя в Атриуме я могу сказать, что он не стал намного сильнее, тоже на такое не способен! Не будем забывать и о том загадочном персонаже, что помог тебе вырваться из плена...
 - Что-то изменилось Гарри. Какие-то новые, неизвестные мне силы включились в нашу борьбу. И это меня пугает... – закончил Дамблдор свои рассуждения.

 На следующее утро Гарри проснулся, пораньше. Рядом чуть слышно посапывала Чоу. Это был чуть ли не первый раз за уже не слишком короткий промежуток времени, когда наличие девушки в его постели не означало предшевствующее этому длительное любовное действо. Нет, после вчерашнего, насыщеного не самыми приятными событиями и разговорами, дня Гарри просто пригласил Чоу к себе в постель, но они не делали ничего «такого».
 И передышки ждать пока не приходилось, ибо уже на сегодня был запланирован удар по замку Волдеморта. Очень хотелось верить, что кратковременное появление Амбридж в эти же дни было лишь досадным совпадением. С другой стороны, на это все вроде как и указывало... Как бы то нибыло, им уже был выдан односторонний Портал, который сам Дамблдор зачаровал так, чтобы он прошел через защитные барьеры. И отправляться нужно будет уже довольно скоро.
 Но, разумеется, сперва позавтракать! Чай «Война войной, а обед по распорядку».
 Вышеупомянутый Портал перенес Гарри и всю компанию – он мимоходом подумал, что скажут в школе, откуда вдруг слиняло двое учеников, трое учителей и медработник, и это еще не считая директора - на опушку леса. Опушка была далеко не пустынной, на новоприбывших тут же было наставлено десятка два палочек. Но мракоборцы тут же их опустили, когда разглядели получше гостей, и их командир молча указал в сторону просторной палатки слева. Их компанию провожали взглядами, кто-то просто любовался фигуркой Флер, прикидывая, не подвалить ли к этому Поттеру с деловым предложением, а некоторые кидали менее дружелюбные взгляды на Беллатрису. Как бы то ни было, голоса никто не подал.
 В палатке, которая внутри оказалась в несколько раз просторнее, чем снаружи, собралось уже немало народу. У дальнего полога стоял обширный стол, вокруг него обнаружились и Министр, и директор, который опять их опередил, и еще десятка полтора магов и волшебниц, вероятно, из числа высшего командования мракоборцев и советников Министра. Некоторые из их числа выделялись одеждой, возможно, они были иностранцами. Остальную часть шатра занимало еще несколько десятков человек, скорее всего, командиры рангом пониже, тут тоже были заграничные гости. Они тихо переговаривались, большинство еще не знало, из-за чего сыр-бор.
 - Гарри! – приглашающе махнул рукой Министр. – Садитесь, - после демонстративного рукопожатия, которое было всем хорошо видно, он указал на кресла. Потом понизив голос, - Как только соберутся все, я сделаю заявление, а потом мы отправимся к месту действия...
 Ждать пришлось минут пятнадцать, среди новоприбывших Гарри с некоторым удивлением признал Грозного Глаза. Потом один из присутствующих что-то шепнул Фаджу, и тот поднялся, голос его был звучен и без магии.
 - Дамы и господа! Многие из вас, несомненно, задаются вопросом, почему вас всех отозвали от дел и вызвали на этот, позволю себе сказать, пикник. – На лицах нескольких человек, из числа собравшихся около Министра, появились кривые усмешки. – В этот момент, когда мы с вами разговариваем, ваши подразделения уже подняты по тревоге и ждут лишь своих командиров. И уже через пару часов мы все вместе нанесем тяжелый удар по силам самопровозглашенного Лорда! – голос Фаджа буквально звенел. – Многие из вас помнят Первую Войну, а значит название Роштар не будет для вас пустым звуком, - оно не было пустым звуком и для тех, кто был слишком молод в те времена. – Тогда, почти двадцать лет назад, никому не удалось добраться туда. Но сегодня, благодаря последним разработкам Отдела Тайн, а так же информации, полученной мистером Поттером, мы сможем уничтожить этот рассадник Черной Магии на нашей земле! – последовавшую за этим тишину длинной в несколько секунд можно было нарезать ломтями и складывать про запас. Речь Фадж возымела немалый эффект. Гарри мог видеть, как волшебный глаз Грюма завертелся в глазнице с удвоенной скоростью, выдавая волнение, охватившее старого вояку. – Сейчас каждый из вас получит пергамент с общим планом операции и личными приказами для его подразделения. Как вы, несомненно, заметили, среди нас есть и представители иных стран: наши друзья из Франции, Германии, Испании, России и СМША откликнулись на наш призыв в этот грозный час. И их бойцы будут сражаться вместе с нами в этой битве, подробности вы найдете на бумаге. Операция начнется ровно в одиннадцать! У вас будет, - Министр бросил короткий взгляд на часы перед собой, - полтора часа, чтобы донести цели и суть предстоящих действий до ваших подчиненных. Столь сжатые сроки связаны с повышенным уровнем секретности всей атаки. Связь на поле боя будет поддерживаться через двусторонние зеркала и с помощью Альбуса Дамблдора, - уже некоторое время как объявившийся у того на плече Фоукс утвердительно курлыкнул. – А теперь не будем терять времени!
 И в палатке словно бы заработал какой-то тщательно отрегулированый и смазаный военный механизм. Согласно какому-то четкому, известному им самим порядку командиры мракоборцев подходили получить свои приказы и немедля отбывали. Не прошло и пяти минут, как толпа рассосалась, и остались лишь расположившиеся вокруг стола.
 - Итак, Гарри, леди - словно только что вспомнив об их начилии-присутствии заговорил Фадж. – Прежде всего, позвозвольте познакомить вас с присутствующими.
 Как Гарри и предполагал, большинство из них оказались большими шишками из отдела мракоборцев. Кроме того, тут были представители аналогичных оргазаций из России и Америки, причем, руководители бойцов, оседлавших драконов! Лишь очень немногие страны могли позволить себе содержать постоянные отряды наездников на драконах. И Англия не была в их числе.
 Потом начали уже далеко не в первый раз обсуждать тактику предстоящей битвы. Тут Гарри был больше для мебели, но Нарцисса и Беллатриса, как главные источники имеющейся информации, в ней принимали самое живое участие. Две карты, одна замка и его окресностей, другая обширнейших подземных лабиринтов под ним, были составлены почти что исключительно с их слов.
 Роштар представлял собой древнее стоение, так называемый двойной замок: внешний обвод стен с десятью башнями, а в нем вторые, более высокие стены с еще тремя башнями не считая донжона. На карте были отмечены многочисленные внешние посты, где кто-то мог сидеть, но мог и не сидеть. А так же более дюжины мест, где туннели тайно выходили на поверхность. Около каждого такого будет развернут отряд в засаде, чтобы взять врага тепленьким, вздумай он контратаковать. Пути, по которым на поверхность могли выбраться волдемортовы драконы, василиски и другие, менее экзотические прелести, было решено заминировать.
 Сам штурм должен был начаться с атаки драконами. На самой территории замка был лишь один проход, через который Пожиратели смерти смогли бы выпустить свою собственную огнедышащую авиацию, и эту слабость также собирались использовать...
 За всеми этими разговорами время до одиннадцати утра пронеслось очень быстро. Когда до указанного срока оставалось всего две минуты, вся палатка, которая, как оказалось, была одним большим Порталом, перенеслась ближе к месту будущей битвы: небольшому холму где-то в паре километров южнее замка. Но когда Гарри избавился от мельтешения красок в глазак – перемещение ВНУТРИ Портала было, пожалуй, еще более неприятным – через ставшие прозрачными пологи он мог видеть лишь скалы да лес во всех направлениях...
 - Защита должна рухнуть через пять... – тихо-тихо, словно опасаясь, что слишком громкий звук может все сорвать, начал Фадж. – Четыре, три, два... Один.
 И тут же на севере словно бы зажглось одноименное сияние: воздух вспыхнул самыми немыслимыми цветами. Сияние было не то чтобы очень ярким, но все-таки слепящим, и всем пришлось отвернуться. Оно погасло через несколько секунд, и там, где только что был неглубокий, заросший лесом овраг, вдруг обнаружился холмик, а на вершине потемневший от времени, но внушительный замок.
 Теперь Роштар был виден всем. И почти сразу же в небе появилось несколько точек, которые с двух направлений стремительно летели к древнему строению. Драконы...
 - Начинается... – негромко произнес кто-то по правую руку от Гарри...
Люди, которые преуспевают в этом мире, не ленятся и ищут нужные им обстоятельства, а если не находят, то создают их

Оффлайн Линоха

  • Редактор
  • *
  • Сообщений: 88
  • Карма: +8/-0
  • Пол: Женский
Глава двадцать вторая.

 Первым заходом звено Скалистых Серых – породы драконов родом со Скалистых Гор, чья приручаемость и повышеная способность к огнеметанию давно использовались министерством магии СМША – залило пламенем внутренний двор замка. А их лидер на развороте нанес удар хвостом по одной из крепостных башен с внутренней стороны. Та заметно дрогнула, но устояла.
 Почти следом за ними двое Горынычей – драконов родом с Кавказа, у них на плечах выделялись наросты, которые можно было по ошибке принять за головы, возможно, отсюда пошли сказки о трехглавом Змее-Горыныче – напали с другой стороны. Понукаемые наездниками, они грузно сели прямо на крепосную стену, аккуратно плюясь огнем по невидимым из шатра целям...
 Гарри не знал, откуда ему известны названия и особенности драконов, которых теперь было неплохо видно с помощью Приближающего заклятия. Наверное, опять это была не его память, а... скорее всего, доставшаяся от Тонкс.
 Тем временем Серые пошли на новый заход, теперь уже выпуская пламя более экономно, они облетели почти весь замок по кругу, избегая лишь участка, где угнездились их русские товарищи. Очевидно, драконы не знали, что они товарищи, а потому их наездники старались держать разные породы на расстоянии...
 А в это время к Роштару мерно и грузно планировало еще одно действующее лицо, Сибирский Синий. Эта была очень редкая порода, обитающая в северных холодных регионах России. В этих условиях им приходилось беречь тепло своих тел, а потому они почти никогда не дышали огнем, но их шкуры были, возможно, самыми прочными из всех известных пород драконов. Их шкуры были в три, а порой и в четыре раза толще, чем у большинства собратьев, и были значительно грубее, так что не поддавались обработке, что спасало этих существ от охоты... еще одной их отличительной чертой была глубокая складка на спине, словно специально созданая для того, чтобы в ней мог укрываться наездник. Грузный, могучий дракон, чья неспособность к огнеметанию сполна компенсировалась ловкостью, с которой он мог сражаться клыками и передними лапами, с ревом обрушился на башню – ту самую, что повредили американцы...
 Грохот был хорошо слышен даже здесь, в более чем полутора километрах от замка. Башня рухнула, и огромный столб пыли поднялся над замком. Из этого облака почти сразу показался Синий, крылья, казавшиеся слишком маленькими для такой массивной фигуры, несли его прочь от поля боя. Почти сразу за этим оба Горыныча также снялись со своих импровизированых насестов. И американцы также не собирались делать новых заходов... Драконы удалялись, по пути еще дав несколько огненных залпов по каким-то известным им целям вне крепости...
 - Первый этап завершен, - голос кого-то из присутсвующих был полон ощущением триумфа, которое тот безуспешно пытался взять под контроль. – Воздух отходит для перегруппировки.
 - Все сторожевые отряды уже на позициях, - вставил другой офицер, который все это время разбирал клочки пергамента, привязанные к красным перьям, что то и дело появлялись на столе перед ним.
 Карта менялась. Все черные точки, означающие известные внешние выходы из подземных туннелей теперь были обведены красным. А черный крест внутри Роштара – врата для вражеских драконов – был заштрихован. Там же отмечалось разрушение одной из крепостных башен, ближайшей к...
 Гарри наконец понял, к чему сводились все эти трюки с разрушением укреплений. Драконы СМША подкосили башню с таким расчетом, чтобы русским было проще обрушить ее в правильном направлении – прямо на эти врата! И теперь единственный путь для крылатых ящериц на службе Волдеморта наружу был завален многими тоннами камней. Несомненно, Пожиратели смогли бы расчистить этот завал, но это требовало средств и времени, которого силы министерства наверняка постараются им не дать.
 - Начинайте второй этап, - голос Фаджа, казалось, звенел.
 - Первая линия, вперед по плану, - кто-то из его ассистентов отдал команду через зеркала.

 - Три тысячи демонов! – выругался Мальсибер, выглянув в окно.
 Он осматривал внутренний двор крепости, в которой он сейчас был вместо коменданта – Яксли вчера куда-то отбыл по приказу Темного Лорда. И надо же было так случиться... Внутренний двор полыхал, эти чертовы ящерицы залили все огнем. От всех тех, кому не повезло в это время находиться снаружи, остались лишь обугленные останки, а скорее просто кости...
 Тут все звуки воцарившегося вокруг хаоса перекрыл немыслимый грохот... прежде чем все вокруг заволокло дымом, член Внутреннего Круга успел разглядеть, как одна из башен рухнула прямиком на... прямиком на главный вход в катакомбы, на чуть ли не единственный путь, через который можно было вывести их самых крупных обитателей...
 - Вашу всеобщую мать... – обращаясь сам не зная к кому, выдавил из себя Мальсибер.
 Это было каким-то кошмаром... всего несколько минут назад он нежился в кровати вместе с какой-то девчонкой из числа новообращенных Пожирателей, которые всегда были радешеньки разделить постель с членом Внутреннего Круга Темного Лорда. Он был в одной из главных, возможно, главнейшей цитадели Хозяина, чья защита держала врагов вне этих стен больше десятилетия... это место было совершенно безопасным. И тем не менее, их атакуют, над крепостью кружат драконы, все горит, стены и башни рушатся...
 Усилием воли преодолев шок, Мальсибер кинулся в кабинет коменданта... Влетев внутрь, он одним движением смахнул на пол все, что было на столе и активировал систему обнаружения, которая бы позволила отслеживать передвижение всего живого в замке и прилегающей территории... лишь для того, чтобы обнаружить, что ничего не работает.
 Задним числом пришла мысль, что этого и следовало ожидать. Коль скоро враги добрались досюда, разрушили защиту и явно знают, куда бить, то они, несомненно, все сделали, чтобы нарушить системы слежения и комуникации...
 - Разорви меня... – прошипел он, делая пару взмахов палочкой.
 Поверхность стола обратилась во что-то похожее на стекло, и в нем начала проступать картинка... Это был вид, который открывался с вершины главной башни замка. Одновременно он наконец-то включил сигнал общий тревоги, и пронзительный трезвон прокатился по всему комплексу, от вершин башен до самых глубоких подземелий...
 Взмахами палочки можно было вращать незримый магический глаз на башне и приближать или удалять изображение... Драконы удалялись от замка... потом его взгляд упал на огромную палатку... нет, шатер, что раскинулся на холме к югу... вот откуда они – кем бы они ни были – собирались руководить...
 - Сэр! – кто-то из помошников вбежал в кабинет. – Наши дозорные... те, которые еще могут, сообщают, что неприятель наступает. Они на подходе к третьему периметру!
 - Что?! Как они оказались там? – Мальсибер аж подскочил. Враг был фактически под стенами, а значит, все внешние линии защиты, преграды, ловушки... обойдены?!
 - Этот магический удар уничтожил все барьеры, кроме последнего, внутреннего, сэр!
 - ЧЕРТ!! – Мальсибер шарахнул кулаком по столу, это был какой-то кошмар. – Ладно... – делая над собой усилие, он попытался войти в образ командующего. – Всем занять посты согласно внутреннему боевому расписанию...
 - Я уже распорядился, сэр...
 - Отлично, - Мальсиберу некогда было соображать, превысил ли подчиненный этим свои полномочия или нет. – Нужно срочно расчистить завал во дворе. И пусть кто-нибудь разберется, как им удалось вывести из строя живую карту! – он махнул рукой в сторону своего стола, который не выполнял свою главную функцию...
 Еще несколько человек влетело в кабинет с сообщениями насчет приближения неприятеля. Мальсибер зажмурился, изо всех сил сдерживая желание пустить Смертельное Проклятие просто в кого-нибудь, чтобы выпустить пар... Все это было кошмаром, делом рук какого-то таинственного врага, который ухитрился это подстроить.
 - Так, - он стремительно расстелил обычную, незаколдованную карту. – Можете указать, где они?! – получив порой точные и увереные, а порой и весьма приблизительные ответы, он взмахами палочки раскрасил ее. – Значит так. Ты, - он ткнул в одного и офицеров. – Бери своих людей и два... нет, три отряда троллей и двигайся сюда. – Он указал на карту, место было позади надвигающихся линий врагов. – Отсюда посылайте зверюг в атаку дуром, а сами рассредоточтесь и займите удобные позиции.
 - Да, сэр.
 - Теперь вы, - он указал на ответсвенных за монстров. – Выпускайте василисков, четверых, весь третий выводок. Здесь, здесь, здесь и вот здесь, - он вновь указал на выходы из туннелей...
 Эта контратака должна была резко поубавить порыв атакующих, получив у себя в тылу четверку василисков, полсотни троллей и два десятка магов, они призадумаются... А он за это время успеет организовать им достойную встречу...
 Подобравшись так близко, они оставили позади себя множество тайных ходов, и очень скоро они об этом узнают...

 Жак Дюравью бросил очередной короткий взгляд в ту сторону, где уже начинало разгораться главное сражение. Драконы русских и американцев завершили свою атаку, нанесли врагу урон, зажгли пожары и оттянулись назад, пришла пора людей... Ах, как бы он хотел быть там!
 Но задачей его группе поставили сторожить это место, где вроде как враг устроил секретный лаз. Где он, этот лаз – черт его знает, искать они его не стали, а то еще какую-нибудь систему обнаружения потревожат. А потому он и его люди вынуждены торчать тут, и единственное, что он мог – это как командир группы выбрать себе точку, откуда было неплохо видно, что происходит рядом с Роштаром. Другим и этого не досталось.
 Отряды сразу нескольких министерств магии быстро продвигались вперед, пока что встречая лишь очень разрозненное сопротивление. Один за другим брали они внешние посты неприятеля, большей части которых уже перепало от драконов. Но с дымящихся местами стен замка по наступающим отрядам уже били заклятия, но это не снижало порыв атакующих. Закрывшись магическими и обычными, пусть и заколдованными, щитами, они продолжали наступление...
 Жак почти не мог оторваться от зрелища наступающих противников Темного Лорда. Именно для этого он когда-то поступил в академию мракоборцев, после того как его старший брат – обычный, ничем не выдающийся волшебник – скорее всего, случайно погиб еще в первую войну во время рейда Пожирателей во Франции. Сегодня он поквитается и за него... А также за тот позор этим летом, под Эйфелевой башней, когда эти гады удрали из уже казалось захлопнувшейся мышеловки.
 Из уже отчасти подпаленной драконами башни вылетали десятки лучей, в основном, зеленого цвета. Мракоборцы отвечали им взаимностью, и те и другие добились бы куда больших результатов с помощью взрывных заклятий. Но именно поэтому и крепостные стены и укрытия бойцов министерства, и даже земля вокруг них были прежде всего укреплены чарами, рассеивающими разрушительную силу взрывных заклятий... казалось, тут бойцы Министрества передумали идти вперед.
 Зато южнее в крепостной стене красовался десяток дыр, а боевой коридор на гребне был фактически разрушен. Верно, магическая защита на этом участке так или иначе пала. И мракоборцы, пользуясь случаем, посылали десятки взрывных заклятий, чтобы расчистить себе проход. Пожиратели с соседних участков пытались им помешать... но без большого успеха, ибо их и там щедро угощали.
 Дальше понаблюдать не удалось, поскольку именно в этот момент сторожевые заклятия, множество которых они расставили в окрестностях, подали сигнал. Жак немедля оглядел своих людей – время мечтать закончилось – те, как и он, почувствовали опасность, все были готовы.
 В этот момент участок почвы – на глаз, десяток квадратных метров – приподнялся и отплыл в сторону, открывая взору внутренность довольно-таки широкого лаза. Похоже, чутье и интуиция его не обманули, он как чувствовал, что враг выберет именно этот, на первый взгляд неподходящий участок, и расставил своих людей соответсвенно...
 Первыми из тунелля показались трое магов в черном, а следом начали выбираться тролли, также колонной по трое...
 Жак прижался к земле... сейчас, сейчас... тролли заполняли пространство вокруг лаза...
 - Огнем! – рявкнул он, как только безмозглые монстры со всех сторон окружили вход в туннель, тем самым серьезно затруднив путь наружу своим товарищам. – Файарос!
 Три десятка огненных заклинаний со всех сторон произвели должное впечатление на троллей. Так-то их шкуры были довольно устойчивы к пламени, но, подобно животным, тролли боялись огня. И они все кучей дернулись назад... толкая тех, кто шел следом, толкая их прямиком в провал...
 Картина получилась довольно комичная. Тролли повалились друг на друга, сбили с ног тех, кто еще не вышел из туннеля, и теперь масса их туш закупоривала его подобно пробке. Где-то среди этой кучи проглядывалось что-то черное с красным – очевидно, безмозглые твари попросту затоптали своих «командиров».
 - Ха! – вскричал Жак, не в силах сдержать злобный восторг. – Давайте закончим с ними! – по сути, они еще и не начали, но эта схватка закончилась после первого же залпа.
 Мракоборцы приблизились к куче мале, по пути добив пару-тройку троллей, которые избежали общей участи, но были слишком шокированы, чтобы представлять угрозу. Здесь они совместно сотворили сложнейшее заклятие, которое было применимо лишь в редких случаях. Они создали что-то напоминающее кипящее масло или смолу, которым защищали крепости в Средние Века, и вылили его. Врагов ждала страшная, но довольно быстрая смерть...

 Атака троллей была отбита, даже не успев начаться, двое из числа василисков также вылезли там, где их поджидали. Залпы «Коньюктивитусов» сразу же лишили их глаз, после чего мракоборцы совместными усилиями уничтожили обоих гадов. Правда, не обошлось без потерь, даже лишившиеся своего смертоностного зрения василиски оставались очень опасными. Один из бойцов не сумел избежать укуса, который стал для него смертельным, а другой был чуть ли не размазан по земле ударом огромного хвоста. Трое других мракоборцев получили различные травмы в схожих обстоятельствах.
 В общем, половина из числа гигантских змей была ликвидирована без особых проблем, но вот двое других доставили куда больше трудностей. И мракоборцы на поле боя, а также их командиры и сам Министр Магии могли лишь помянуть недобрым словом алхимика, который три века назад изобрел зелье, защищающее василисков от пения петухов...
 Очевидно, с лета немало изменилось в Роштаре, и новые туннели были прорыты, туннели о которых сестры Блэк не могли знать. Возможно также, что эти изменения были сделаны и несколько раньше, когда они еще были на службе Темного Лорда, но их просто не проинформировали. В любом случае, два василиска выбрались на поверхность на некотором расстоянии от каких бы то ни было сил, и потому их невозможно было быстро обезвредить...
 Огромные змеи тут же кинулись туда, где было больше всего людей – вслед за наступающими бойцами министерств. Командование немедленно отреагировало. Мракоборцы остановили наступление и начали усиленно метать огненные заклятия в сторону монстров, но именно в их сторону, а не в них.
 Сторонний наблюдатель, наверное, удивился бы этому, или подумал, что это связано с тем, что волшебники избегают смотреть на грозных чудищ. Но дело было в другом, вообще огнем от василиска было не защититься, а потому метили не в змей... а в землю перед ними. Очень скоро вокруг обеих змеюк полыхала земля, где гореть-то по сути было особо нечему, но огонь поддерживался магией. И огонь настолько дымный, насколько возможно, ибо именно дым василиски не переносили, их глаза были к нему очень чувствительны. Чудища остановились, отвернулись от огня...
 В это время к полю боя вновь спешил синий дракон родом из Сибири, ибо даже драконье пламя было почти бессильным против кожи живого – и только живого, после смерти она теряла значительную часть своих свойств – василиска. А значит исход схватки гигантов будут решать клыки и когти.
 Дракон бесшумно спикировал на ближайшего змея, который до последнего момента, верно, и не подозревал о его присутствии. Лапы, снабженные острыми как бритва когтями, вонзились в толстенную шкуру, и дракон и его наездник заранее закрыли глаза – обоих обучали, как противостоять подобному врагу. В дыму было плохо видно, что именно происходит, но три минуты спустя русский дракон был вновь в воздухе, а растерзаная туша василиска осталась внизу...
 Но за это время второй монстр прорвался через огонь и дым. И бойцам министерства пришлось туго. Одно отделение не успело ничего препринять, не успело даже отвернуться...
 В ответ в василиска ударило сразу несколько десятков взрывых заклятий – одно из немногих более-менее действенных средств. Следом полетел залп «Коньюктивитусов», но даже серьезно раненый змей сумел извернуться так, что все они бессильно разбились о его шкуру.
 Ответный бросок, и еще трое мракоборцев падают замертво, встретившись с ним взглядом, а страшные клыки уносят четвертую жизнь. Новый залп взрывных заклятий, на шкуре твари уже почти не осталось живого места... и пущенный кем-то следом «Коньюктивитус» таки достиг своей цели. Но даже ослепший василиск не сдавался... он сделал несколько слепых атак, которые хоть и не достигали цели, вынуждали солдат уворачиваться, покидать свои укрытия... а значит, подставляться Пожирателям Смерти на стенах, которые до этого вели себя тише, тоже опасаясь попасться монстру на глаза.
 Наконец, василиск затих. Мракоборцы поспешили восстановить строй, вернуться во временно покинутые укрытия. Но Пожиратели также не упустили представившегося им шанса. Покуда наступавшим было почти не до них, на этом участке они успели перегрупироваться, частично восстановить ослабевшую защиту...

 Контратака прошла совсем не так, как того бы хотелось коменданту Роштара, но и этого оказалось достаточно. Два василиска придержали наступление врагов с одного направления и внесли в их ряды расстройство. И Мальсибер воспользовался представившейся возможностью.
 Кроме того, он быстро сообразил, что секретные, как он раньше считал, ходы, где его силы поджидали неприятные сюрпризы, все были старыми. А два последних василиска выползли из лазов, вырытых совсем недавно. Это означало, что у противника есть пусть очень точные, но и несколько устаревшие данные. И в какой-то момент догадка, откуда эти данные могли у них появиться, ожгла его как огнем. И крайне неприятным обстоятельством было то, что оба внешних туннеля, достаточно больших, чтобы провести через них драконов, были старыми. А значит, можно было не сомневаться, что противник подготивился к встрече... а значит, ему придется пока обходиться без них.
 Свежие отряды Пожирателей Смерти распределились по стенам, их командирам были даны новые приказы. И отпор усилился, поскольку ситуацию успели оценить, и из малых ходов внутри замка показались новые тролли. Их накапливали в паре помещений, чтобы потом выплеснуть наружу вместо живого щита.
 Быстро были отсеяны все ходы, о которых атакующим было наверняка известно, и несколько отрядов выбрались наружу, готовясь ударить мракоборцам в тыл. Но тут уже хитрость встретилась с хитростью.
 Из семи выбравшихся наверх групп пятерых засекли, и резервные отряды министерства тут же бросились на перехват, навязывая им встречный бой.
 Две других остались незамечеными и начали продвигаться в намеченном направлении, когда еще одна наткнулась на тыловые дозоры. Малочисленный арьергард связал Пожирателей боем, а потом уже новые мракоборцы ударили в им тыл. Но последняя группировка достигла намеченой цели.
 И на этом участе осаждающие замок мракоборцы попали под перекрестный огонь, и осажденные тут же этим воспользовались. Подорвав небольшой участок стены, они выпустили наружу накопившихся троллей. Мракоборцев прижимали к земле, обстреливали с разных сторон. Они не могли маневрировать, не могли рассыпаться, и у них не было достаточно сил, чтобы остановить эту атаку. Тролли быстро добрались до них, и началась бойня.
 Подмога от министерства уже спешила, но помощь несомненно опоздала. Скалистый Серый прянул вниз, обрушившись на троллей... свежие мракоборцы напали на тыловой отряд Пожирателей. Их попавшие в окружение коллеги воспользовались представившейся возможностью, чтобы попытаться прорваться. Примерно пятая часть из них сумела...
 Дракон получил несколько легких ран, а потом Авада достала его седока... Разъяренный крылатый ящер рухнул на землю в самый центр отряда темных магов, сокрушая их ударми хвоста, крыльев и лап... испепеляя пламенем. Но его быстро настиг «Коньюктивитус», потом взрывное заклятие достало во внутреннию сторону крыла, лишив его возможности полета. Пожиратели подались еще сильнее назад, продолжая схватку с солдатами министерства, а троллей погнали вперед на раненного дракона, на убой.
 Струя пламени зажарила двух гигантов, удар хвоста отбросил следующего на несколько метров, правая лапа разовала напополам еще одного и ранила второго. Но гигансткий ящер не мог отбиваться от тварей, нападавших одновременно почти со всех сторон... Заработали тяжелые дубины...
 Тридцать секунд спустя два других Скалистых подоспели на помощь сородичу, спалили и разорвали большую часть оставшегося отряда троллей. Но раненый дракон уже представлял собой кровавое месиво, из которого стремительно уходила жизнь.
 Пожиратели вновь отошли за стены, наспех заделав пролом. Массированый огонь вынудил наездников отвести своих огромных летунов. Схватка закончилась ничьей, резервы министерства быстро затягивали брешь в кольце вокруг Роштара.

 Но в это же время русские драконы нанесли удар с другого направления. Сибирский своей грозной массой проломил уже изрядно поврежденный участок стены и теперь сеял разрушения внутри кольца укреплений. Горынычи грузно сели на две ближайшие башни, обстреливая огнем все вокруг. Под огнедышащим прикрытием и пользуясь тем, что внимание охраны было прежде всего приковано к бесчинстующему во дворе дракону, мракоборцы пошли на приступ. И Пожиратели никак не могли ударить прорвавших линию обороны...
 Мракоборцы не стали углублятся во двор, где среди множества пожаров Сибирский Синий рвал на куски троллей и инферналов, которых на него вкупе с заклятиями насылали защитники. Но особо прочная шкура пока что надежно его защищала, а Горынычи не давали волшебникам времени, необходимого на то, чтобы сотворить какое-нибудь совместное волшебство.
 Вместо этого бойцы министерства начали заполнять соседние стены и башни, выбивая оттуда защитников, которые не сумели вовремя перегрупироваться, чтобы отразить атаку с тыла. Видя намечающийся успех, командование бросило в этом направлении в бой почти все силы. Одновременно два оставшихся дракона СМША атаковали с другой стороны, чтобы оттянуть на себя часть сил неприятеля. Направляемые пылающими жаждой мести за погибшего товарища наездниками драконы развалили еще одну башню...
 Оборона Роштара трещала по швам...
 Но защитники еще не сказали свое последнее слово. В самом замке так же хватало потайных ходов, и сестры Блэк знали далеко не о всех. В узких коридорах тролли уже не могли развернуться, и вместо них в дело пошли красные колпаки и пока немногочисленные инферналы. Наступление мракоборцев вновь замедлилось, они увязли в наваливающихся на них темных существах, чья врожденная кровожадность была лишь усилена Пожирателями. Что делало их совершенно бесстрашными, и они перли и перли на магов толпами, не считаясь с потерями.
 Тем временем, снаружи Пожирателям наконец удалось согнать со своего нанеста одного из Горынычей, его наездник предпочел отвести своего серьезно раненного питомца. Два других дракона, которых ранения также не обошли стороной, вскоре последовали его примеру. В любом случае, свою задачу они выполнили. В руки мракоборцев попали две башни и весьма солидный участок стены, и они успели там закрепиться. Пожиратели в этом быстро убедились, когда, окрыленные отходом драконов, попытались выбить своих противников с занятых позиций и умылись кровью. Но и бойцам министерства пока что не удавалось продвинуться вперед. В битве вновь установилось шаткое равновесие.

 И следующий ход сделали осажденные. Пока основное сражение кипело вокруг и внутри стен Роштара, внимание мракоборцев и их командиров к происходящему вокруг ослабло. Через последний оставшийся неиспользованым туннель, ведущий в горы, на поверхность выбрались два отряда магов из числа лучших. Их задачей было отбить тайный ход и открыть дорогу драконам.
 Сторожевой отряд мракоборцев не ожидал атаки, но и не дал застать себя врасплох. Порыв нападавших был остановлен, но они успели подобраться достаточно близко, чтобы залпом взрывных заклятий полностью уничтожить крышку, скрывающую туннель. Это был сигнал, что сидящие в засаде мракоборцы заняты, а значит, самое время идти на прорыв...
 Но тут бойцы министерства магии переиграли своих противников. Они заранее обнаружили точное расположение лаза, и когда основное сражение еще только разгоралось, совместными усилиями создали мощное атакующее заклятие...
 Стоило только первому дракону Темного Лорда выглянуть на поверхность, как заклятие сработало. Туннель был слишком хорошо укреплен – кстати, именно это позволило бойцам точно вычислить его расположение – чтобы пытаться его обрушить. А потому у заклятия было совсем иное предназначение. Огромное незримое лезвие развалило Албанского Бурого напополам, мракоборцы вложили столько энергии в заклятие, что оно рассекло драконью кожу как крысиную шкурку.
 Почти сразу к сражению присоединились дополнительные отряды мракоборцев и начали эффективно оттеснять воинов Темного Лорда. Те и не пытались сражаться в заведомо пройгрышной ситуации, вместо этого они вызвали почти непроглядный дым и сумели скрыться. А бойцам министерства было сейчас не до преследования. Нужно было срочно перекрывать путь остальным драконам...

 Последняя попытка Пожирателей переломить ход боя провалилась, и теперь чаша весов начала все явственнее склоняться не в их пользу. Около места прорыва мракоборцы двумя скоординироваными атаками выбили обороняющихся из одной башни. Еще в двух местах бойцам министерства удалось пробиться за стены. Пожирателей оттесняли с жизненно важных точек. Мракоборцы уже накапливались для того, чтобы атаковать донжон.
 Но тут в шатер, где расположился Министр со своим окружением, ворвался посыльный.
 Севернее было замечено большое скопление дементоров, и они стремительно двигались к Роштару...
Люди, которые преуспевают в этом мире, не ленятся и ищут нужные им обстоятельства, а если не находят, то создают их

Оффлайн Линоха

  • Редактор
  • *
  • Сообщений: 88
  • Карма: +8/-0
  • Пол: Женский
Глава двадцать третья.

 Министр вместе с командирами склонился над картой местности. Гарри тоже был неподалеку, оценивая новое, изменившееся положение...
 Бойцы министерств уже ворвались внутрь укреплений и мало-помалу оттесняли противника от жизненно важных точек, еще немного, и у врага не осталось бы иного выбора, как отступать в подземелья. Там бы они вновь могли выровнять разваливающуюся на части линию обороны, но одновренно бы окончательно упустили инициативу и потеряли почти всякую возможность для маневра. А уж у Фаджа и его подчиненных – Гарри теперь в этом не сомневался, уж очень хорошо вся эта операция была спланирована – были средства выкурить слуг Волдеморта из их нор.
 Но этот момент еще не настал, он был лишь очень близок, и именно сейчас, когда чаша весов клонилась в их пользу, и когда министр уже бросил в бой почти все силы, дабы добиться решающего превосходства, ситуация изменилась.
 По уточненным данным, под «большим скоплением» имелась в виду орда в не менее чем семь сотен дементов – раза в полтора больше того числа, что жило на Азкабане по подсчетам прошлого года. В министерстве еще с нападения на тюрьму, где было замечено почти полторы тысячи этих существ – совершенно немыслимое число – гадали, откуда они могли взяться. Никто не знал ответа...
 А в распоряжении министра не осталось и пары десятков незадействованых в сражении бойцов, и кроме них в бой посылать сейчас было некого, не считая, разве что, присутсвующих в этом шатре. Министерство уже бросило в этот бой почти все свои наличные силы, и Фаджу неоткуда было вызвать новых людей – это означало бы буквально оставить жизненно важные объекты Магической Англии без охраны. Да и времени на это не оставалось, дементорам не понадобится и получаса, чтобы добраться сюда.
 И значит, придется отзывать людей из боя, и Пожиратели не упустят своего шанса. Сейчас, когда ряды мракоборцев растянуты, когда строй нарушен, когда они давят смешавшегося противника, отозвать часть вступивших в бой солдат – преступление. Это вполне способно превратить уже близкий успех в полную катастрофу...
 Но уж тем более нельзя допустить, чтобы дементоры добрались досюда. Обрушившись на втянутых в схватку мракоборцев, они устроят чудовищное пиршество, и слабым утешением будет то, что эти твари вряд ли станут разбираться, кто свой, кто чужой.
 - Здесь, Корнелиус, - голос Дамблдора оставался спокойным даже на поле, возможно, самой масштабной магической битвы столетия. – Дементоры наверняка пойдут через этот перевал. Это единственный проход в округе, через который может пройти несколько сотен существ. Тем не менее, он достаточно узок, чтобы мы могли там закрепиться... если мне не изменяет память, там вокруг либо крутые склоны, либо провалы. Там даже дементоры пройти не смогут... – Гарри приподнял бровь. Насколько он знал, дементоры вовсе не ходят. Они скорее плывут над самой поверхностью... и им не важно, твердая ли это земля или что-то еще, пусть даже вода... Но директор, наверное, лучше знает, и слишком крутые склоны или обрывы им не по силам...
 - Вот здесь, значит? – задумчего повторил Фадж еще ниже скловнившись над картой. – Да... это возможно... Джексон, собери всех своих бойцов и осмотри там все сам, если это возможно, закрепитесь там и шлите доклад! Я пока подумаю, кого еще можно вам прислать...
 - Да, сэр! – один из офицеров тут же направился к выходу.
 Фадж и несколько других командиров принялись обсуждать, какие отряды можно было отозвать из сражения так, чтобы это не повлекло за собой тяжелых последствий. Первым же приказом была всеобщая команда на прекращение наступления, бойцам надлежало держать занимаемые позиции или даже откатиться чуть назад – по ситуации. Это, несомненно, давало неприятелю возможность перестроиться и подготовиться, но выбирать не приходилось...
 Гарри же внимательно изучал карту, она была вся покрыта какими-то символами, которые раньше были бы для него китайской грамотой, но теперь – спасибо, наверное, опять же Тонкс – он их худо-бедно разбирал... Этот перевал был шириной метров десять... дорога тянулась километра на полтора и по сторонам все было непроходимо... для человека, и дементора, видимо, тоже... нет, было там еще несколько троп... судя по всему, чего-то вроде козьих тропинок. Действительно, несколько сотен существ быстро пройти по ним не смогут.
 Тем временем Фадж уже отозвал несколько десятков мракоборцев, прежде всего из числа тех, кто охранял тылы и известные выходы из подземелий. Сами туннели по мере возможностей блокировали или даже разрушали... Кроме того, все соглашались, что скопление дементоров – весьма лакомая цель для огнедышащих драконов. К сожалению, и два оставшихся Серых, и оба Горыныча уже были утомлены боем и получили немало ранений, а потому не могли выступить в свою полную силу...
 - Министр Фадж, я хочу присоединиться к тем, кто займет перевал, - подал голос Гарри, подняв взгляд на министра.
 - Что?.. – тот, верно, уже и подзабыл о его присутствии тут. – Но... – Гарри почти видел, как мысли стремительно мелькали в голове министра Магии. Сперва, разумеется, мысль про «всего лишь мальчишку», потом про «надежду Мира Магии», но потом ему вспомнился прошлый год и «телесный Патронус», а следом и события конца третьего курса. – Вы правы, мистер Поттер, - уже спокойным, властным голосом заговорил он, обежав вглядом всех дам и задержавшись потом на явственно дернувшемся Дамблдоре.
 - Я тоже буду там, - директор быстро собрался с мыслями.

 Гарри огляделся по сторонам... компания подобралась довольно пестрая. В общей сложности полсотни мракоборцев – больше, вроде как, были на подходе, Альбус Дамблдор и наконец, он сам вместе с Беллой, Цисси, Нимфи, Флер и Чоу. Они заняли позицию где-то на полпути к наивысшей точке перевала, но в полусотне метров от них дорога скрывалась за поворотом, и утес загораживал обзор. Над их головами двое наблюдателей на метлах следили за надвигающимися дементорами. И еще десятка два бойцов рассредоточились по окрестностям, перекрывая все известные тропы...
 Профессор Дамблдор уже ухитрился как-то оттеснить от командования номинального руководителя мракоборцев и теперь сам давал распоряжения. Распоряжения, в общем, вполне разумные. Костяком заслона станут Патронусы, потому нужно было разделить людей на тех, кто умеет их хорошо создавать, и на остальных, что будут потчевать дементором пламенем и, возможно, Смертельными Проклятиями. Как и следовало ожидать, лучше всего Патронусом владели Гарри и директор Хогвартса, десятка полтора мракоборцев были готовы составить им компанию – весьма немало, очевидно, министр слал сюда не всех подряд. Прочие бойцы будут в основном пользоваться пламенем, ибо их Патронусы были слишком слабы, если вообще существовали. Неизвестным фактором оставались его собственные леди, как-то им ни разу не приходило в голову проверить мощь их Патронусов...
 - Они приближаются! – один из наблюдателей резко спикировал к ним и вновь набрал высоту.
 - Готовимся, - негромко произнес Альбус Дамблдор, но слышали его все, в том числе, наверное, и наблюдатели на метлах.
 Гарри покрепче сжал палочку, размышляя, какое же воспоминание у него теперь самое счастливое... ныне выбор у него был довольно-таки богат. Несколько секунд спустя он остановил свой выбор на той оргии, что они устроили в зачарованом озере под замком Делякуров.
 Ему не требовалось смотреть по сторонам, чтобы знать, что все дамы стоят с ним в одном ряду. Они занимали правый флаг, почти прижавшись к мало что не отвесной скале, Дамблдор стоял в самом центре отряда магов, на полшага впереди всех остальных.
 Уже хорошо ему знакомое, но не становящаеся от этого более приятным ощущение настигло Гарри. Дементоры близились. Смутное предчувствие того, что счастья в мире не было, нет и не будет, накатило, но тут же подалось назад, стоило ему бросить мимолетный взгляд на обступивших его дам... Тем не менее, он не мог сразу унять легкой дрожи.
 - Экспекто Патронум! – необычайно мощным и... властным голосом произнес Дамблдор. И мир сразу стал светлее и теплее.
 Гарри с отстранненым интересом глянул на Патронус директора, строго говоря, он ожидал появления феникса, но перед старым волшебником сформировалось... что-то вроде шахматной ладьи. Вроде как башня. Гарри сразу подумал о Хогвартсе, хотя особого сходства и не было.
 - Экспекто Патронум! – и Сохатый галопом вырвался из конца его палочки.
 - Экспекто Патронум! – раздался голос Беллы, из ее палочки появилось облачко тумана, который тут же сформировал...
 Гарри чуть палочку не выронил, когда узнал в Патронусе Беллатрисы себя самого. Через пару секунд Цисси и Флер так же сотворили Затупников, а следом и Чоу. У всех они получились вполне материальными и вообще необычайно четкими, и вот уже четыре белых, сияющих Гарри Поттера парили перед немало удивленными магами...
 «Наверное... наверное, это потому, что я самое важное в их жизни...» - подумалось Гарри. Даже Сохатый, казалось, рассматривал новобретенных товарищей с некоторой долей недоумения. – «Но если так, то... Тонкс!»
 Он спешно обернулся, но его юная, личная мракоборка уже сама все поняла и раздумала призывать Патронуса. Гарри постарался не выдать своего облегчения... впрочем, всеобщее внимание сейчас было сосредоточено либо на Патронусах, либо на дементорах, как раз появившихся в поле зрения. Вроде как даже Дамблдору было не до того, чтобы наблюдать за ним – хотелось верить.
 Дементоры заполнили собой всю ширину тропинки, скучившись как рыбы в садке, но очевидно, теснота и полное отсутствие места для маневра их ничуть не смущали. Черная волна катилась вперед, но вот перед ней встала пронзительно белая плотина из добрых двух десятков сильных и плотных Патронусов.
 Продвижение темных созданий тут же остановилось, но никакой давки в их рядах не было. Задние и не думали наваливаться на передних. Казалось, все до единого дементоры в этой толпе были одним единым целым и действовали соответственно... Они остановились одновременно и, казалось, сбились еще плотнее...
 Волшебники ответили залпом заклятий, слава Мерлину, боевые чары свободно проходили сквозь Заступников. Но сейчас это было, пожалуй, единственной хорошей новостью. Давно было известно, что дементоры в группе гораздо опаснее и сильнее одиночек. Они словно бы подпитывали друг друга силами, что делало борьбу с ними намного сложнее. Но сейчас это было еще заметнее... обычно само присутвие двадцати Патронусов было бы смертоносно для этих тварей, но ныне они не уступали Заступникам. Черное с белым сблизились... такое соседство было противоестественным, в обычной ситуации дементоры бы либо погибли, либо разбежались, либо попытались бы обойти преграду сбоку. Но сейчас они были каким-то образом способны выдержать близость своих антиподов, они не собирались отступать, и у них просто не было возможности их обойти...
 Заклятия ударили дементоров... несколько струй пламени, пара дюжин огненных шаров разной мощности и несколько Смертельных Проклятий первого залпа... унесли в общей сложности семь «жизней» дементоров. Несколько волшебников сделали пару шагов назад, живучесть дементоров превзошла все ожидания. Даже ослабленные множеством Патронусов, они, тем не менее...
 - Огонь! – выкрикнул их командир, желая встряхнуть своих устрашенных подчиненных. – Файарус!
 Огненный шар угодил в неосторожно высунувшегося чуть дальше вперед, чем следовало, дементора и обратил его в прах. Это было именно то, что требовалось. Новые заклятия полетели в темных тварей, многие волшебники переключились на Смертельные Проклятия, каждое из них убивало лишь одну тварь, но хотя бы наверняка.
 - Нет! – крикнул Дамблдор, чей Патронус погас. Сейчас старый волшебник явно творил какое-то очень сложное заклятие. – Дементоров слишком много, пользуясь Смертельными заклятиями, вы очень быстро истощите себя! Фалома-Фолумула Файарасоло!
 Позади передних рядов дементоров к небу взвилась огненная колонна – метров семь в высоту - она стремительно расширилась, достигнув нескольких метров в диаметре. А потом она двинулась вперед, навстречу основной массе чудовищ... но ее шествие продлилось лишь несколько секунд. А потом она опала и погасла, уничтожив в общей сложности несколько дюжин дементоров.
 Гарри бросил взгляд на директора. Ему самому приходилось несладко. Поддерживать цельного, сформировавшегося Патронуса было несоизмеримо легче, чем тот бесформенный туман, с которого он начинал на занятиях с Лунатиком. Но все равно, сейчас близость дементоров действовала столь угнетающе, что даже все их Патронусы не могли полностью защитить людей. Было сложно сохранить должную концентрацию на счастливым мыслях, чтобы продолжать подпитывать силами Заступника – единственное, что спасало и его самого, и всех его сегодняшних товарищей.
 Магическая атака Дамблдора пока что была самой результативной из всех, нанеся врагу достаточно заметный ущерб. Но, увидав расширившиеся глаза тяжело дышащего директора, Гарри понял, что результат должен был быть намного большим...
 Новый залп разнообразных заклятий, и еще несколько тварей обращаются в пепел. Но одновременно сразу три Патронуса, в том числе один из Гарри Поттеров исчезают. И дементоры немедленно усиливают напор, и стена Заступников подается на несколько шагов назад. Пофессор Дамблдор, немного отдышавшись, вновь призывает свою ладью, еще два Патронуса так же возвращаются в бой, но одновременно исчезает еще один...
 Заслон вновь укрепился, но прежде чем порыв атакующих иссяк, они сумели отыграть еще почти десять метров. Пока что людям было куда отступать, но по другую сторону высшей точки перевала дорога расширялась, и если враги доберутся дотуда, сдерживать их станет еще труднее.
 Несколько минут борьба шла в равновесии, ни та, ни другая сторона не уступали противнику, а магам удалось уничтожить более трех десятков неприятелей. Очень быстро стало очевидно, что огонь залпами дает куда большие результаты, нежели когда каждый метает заклятия в своем ритме... Но потом один за другим сразу пять Патронусов сдали, Гарри и сам чувствовал, что на пределе... Чтобы сдержать вражеское наступление, маги были вынуждены выкладываться целиком и все сразу. У них не было сколько-нибудь значимого резерва, некому было сменить уставших, чтобы те могли собраться с силами...
 И вновь дементоры начали теснить ослабшую преграду, и еще два Патронуса рассеялись... Гарри поддерживал своего из последних сил, сейчас отступающий, но еще держащийся заслон опирался прежде всего на Сохатого и ладью Дамблдора. Они были опорами... если он сдаст...
 - Авада Кедавра! Огниурус! – у него из-за спины раздались новые голоса, те, которых он вроде еще не слыхал. – Motchi gadov! Motchi! Экспекто Патронум!
 Сразу десятка полтора Патронусов влилось в заслон, и наступление врага тут же остановилось. А залп заклятий проредил первые ряды дементоров, что даже позволило Заступникам отвоевать метр тропы. Гарри с облегченным вздохом позволил Сохатому исчезнуть, ему было необходимо передохнуть, а тут, похоже, наконец поспело обещаное подкрепление.
 Новые заклятия, среди которых мелькали какие-то странные выкрики вроде «Sdohnite s****i deti!» и «Vachu mat». Этот залп поубавил неприятельские ряды еще на полдюжены боевых единиц.
 Гарри наконец обернулся, сзади подходили еще три десятка магов в униформе... только не в привычных мантиях мракоборцев. Одежда этих была другая... откуда-то пришло понимание – русские.
 - Так, мы здесь! – со странным акцентом один из новоприбывших обратился к Дамблдору. – Мои ребята их придержат, вы пока соберитесь с силами, дело обещает затянуться...

 После этого дела пошли на лад, разношерстная группа английских магов и менее многочисленная, но слаженная команда русских бойцов быстро выработали тактику совместных действий. Они по очереди создавали стену Патронусов и сменяли друг друга... в это время группы поддержки – те, кто не мог создавать достаточно сильных Патронусов – продолжали одаривать неприятеля разными горючими гостинцами.
 Так противостояние длилось еще около получаса, они потеряли около полусотни метров, ибо несмотря ни на что те, кто начал бой первыми, уже выдыхались. А следом за ними начали уставать и подоспевшие позднее русские...
 У Гарри в голове уже начало путаться, он создал уже пять или даже шесть Заступников, и каждый раз поддеривал их много дольше, чем когда-либо в жизни. Он уже хорошо чувствовал, как подпитывается силами своих «подруг», но и этот запас начинал истощаться... Враг брал их измором... теперь они начали отходить почти непрерывно.
 Он пережидал отдых в задних рядах, когда что-то изменилось. В стоновящимся все более холодным воздухе возникло какое-то движение... Повинуясь наитию, Гарри поднял ставшую довольно тяжелой голову...
 Над ними пронеслись два серых дракона, а через миг на черную реку накатыващихся на них дементоров полилось пламя...
 Это было страшное и прекрасное зрелище. Объединенными усилиями дементоры могли свести свои потери от волшебного пламени к минимуму, но огненное дыхание дракона было куда жарче и шире... а тут было сразу два дракона. В адском пожарище они осыпались на землю целыми рядами, стиснутые, они не могли рассеяться или попытаться увернуться. Сейчас то, что давало им сокрушающее преимущество, обратилось в страшную помеху...
 Скалистые Серые извергали пламя не дольше десяти секунд... все пространство перед волшебниками было залито огнем. Патронусы погасли, все невольно отходили подальше, а кто-то даже наложил охлаждающее заклятие...
 И тут новый порыв ветра... и жар вновь сменился ледянящим холодом... пламя перед ними умерло, и взгляду открылось несколько десятков мчащихся на них дементоров. Это было все, что осталось от многосотенного отряда, но отступать они не собирались... да и некуда им было отступать с драконами над головой.
 В этот раз волшебники не успели встретить их. Уже изможденные долгим боем на пределе сил, оглушенные сперва неистовым жаром, которой сейчас мгновенно обернулся холодом... многие из первых рядов даже не успели понять, что произошло, как враги уже добрались до них...
 Последние крики людей, познающих все «прелести» дементорского поцелуя. Невнятные ругательства их товарищей, крики и заклятия, подчас впопыхах неправильно произнесенные. Пара взрывов, когда какой-то совершенно выбитый из колеи мракоборец принялся метать невербальные «Редукто». Все смешалось в один мучительно долгий и пронзительный звук...
 Сразу семь дементоров присосались к семерым несчастным, две секунды спустя пятеро из них обратились в пыль, получив Аваду – в такие моменты магическая сила, необходимая для создания заклятья, может найтись даже у самых выжатых... Но для их товарищей было слишком поздно. Еще три дементора дорвались до жертв, полдюжины же, напротив, погибли, не добравшись ни до кого. Альбус Дамблдор справившись с секундной растерянностью, взмахнул палочкой, из нее вырвался узкий язык пламени наподобии того, которым он сражался с Волдемортом в атриуме министерства. Взмахнув палочкой как хлыстом, Дамблдор испепелил семерых дементоров сбившихся в плотную группу...
 Но новые твари подходили по дороге, их оставалось немного, но втянутые в схватку с более ранними пташками волшебники не успевали их встретить на подходе. Кто-то пытался вновь сотворить Заступника, но, очевидно, монстры подобрались уже слишком близко. А когда кто-то таки сумел создать одного телесного, один Патронус не мог закрыть его сразу со всех сторон. Какой-то дементор без особого труда обошел создание светлой магии и вцепился в его создателя...
 Несколько тварей рвались прямо к Гарри... возможно, они знали, что именно его Патронус был одной из основных трудностей на их пути ранее. А может быть, среди них оказался кто-то из числа тех, что пытались заполучить его душу еще три года назад, на озере. Неважно.
 Белла угостила лидера огненным шаром, правда, этого оказалось недостаточно, чтобы сразить его, но Тонкс тут же его добила. Сам Гарри попытался создать Заступника, но его попытка провались, оставив его с ощущением, что в глубине его черепа кто-то лихо отплясывает чечетку. И что этот кто-то далеко не один.
 Чоу, словно распробовав это заклятие вчера, навсегда остановила еще одного дементора Авадой. Не будь они посреди смертельной схватки, многие присутствующие тут взрослые волшебники вряд ли бы отнеслись к этому спокойно. Нарцисса заставила нескольких отшатнуться с помощью заклятия «Енферфламио», двух из них добила опять же Тонкс.
 Флер слишком выбилась из сил, чтобы наложить заклятие достаточной мощи, но ее Хозяин был в опасности, и ее сестры могли не справиться одни... И вновь, как и раньше в минуту нужды, ее вторая природа отозвалась, наполняя тело столь желанными силами, а разум так необходимой сейчас яростью. Вообще с этого лета ей стало куда как легче контролировать и так и призывать ту часть себя, что принадлежала вейле – наверное, все ее существо целиком хотело служить Хозяину.
 Место красавицы вновь заняло птицеподобное чудище с огнем в руках. Пламя вейл, конечно, и рядом не лежало с драконьим, но его оказалось вполне достаточно. Одна пригоршня – и ближайшая тварь обращается в прах. Еще пригоршня – дементор резко дернулся в сторону, и его задело лишь вскользь, но огненный шар кого-то из мраборцев закончил начатое. Еще пригоршня огня, и еще одной тварью меньше... Смертоносное пламя – куда жарче того, что создавала большая часть заклятий – появлялось в ее руках без особых усилий с ее стороны. Усилия вместо нее прилагала сама природа...
 Схватка обратилась в какую-то кашу, еще совсем недавно организованно сражавшиеся маги сейчас представляли собой разрозненные группки. Никто, даже Альбус Дамблдор, не мог сотворить достаточно мощного Патронуса, чтобы отбросить нападавших... над схваткой пронеслись драконы, но их наездники ничего не могли поделать, разве что спалить товарищей вместе с врагами.
 Дементоры словно бы сконцентрировались на Гарри... огненные заклятия и пламя вейл, на которые не скупились его защитницы, косили нападавших... но недостаточно. Сам же Гарри все еще был в каком-то полубесознательном состоянии... казалось, кто-то со всей силы огрел его по голове за попытку сотворить Патронуса. И как если бы этот кто-то точно так же охаживал своей невидимой дубиной и всех остальных. Вон Дамблдор, который полминуты назад кричал «Экспекто Патронум», тоже как в воду опущенный...
 Эта мысль заползла в почти пустую голову Гарри и крепко там засела. Вспомнились слова Сириуса, сказанные им в их первую встречу: «И у меня в голове как будто бы зажегся свет...», да, тут было почти то же самое... Что-то... наверное, какое-то новое оружие, уже неважно, чье – самих дементоров или Волдеморта – сейчас мешало им вновь пустить в ход главное средство против этих монстров...
 - Экспекто Патронум!! – выкрикнул он во весь голос, как если бы крик мог помочь преодолеть эту неизвестную преграду... Он вложил в это все те силы, которые они у него еще оставались, а также все то, чего у него уже не было.
 Было такое впечатление, что все до единой кости в его теле были одновременно вырваны плоскогубцами... но на самом деле это из его палочки вырвался ослепительный олень... возможно, это ему привиделось, ибо мир вокруг него стремительно темнел, но этот Патронус показался ему намного ярче любого из тех, что он создавал ранее. Гаснущим сознанием он успел еще осознать, что при появлении Заступника дементоры смешались, отпрянули, и волшебники немедля перехватили инициативу.
 Чоу, оказавшаяся ближе всех, едва успела подхватить своего потерявшего сознание Хозяина.

 Появление дементоров не было каким-то хитрым маневром осажденных, очевидно, они явились сюда по собственному почину. А потому Пожиратели, отрезаные от почти всех источников информации о происходящем за пределами непосредственного поля боя, даже не знали причин, заставивших мракоборцев вдруг прекратить наступление. Но они были более чем рады такому подарку судьбы. Оторвавшись от остановившегося, а подчас даже подавшегося назад противника, отряды темных волшебников выравнивали импровизированую линию фронта и приводили себя в порядок.
 Во время схваток снаружи и внутри крепостных стен большая часть подготовленных к бою троллей уже была уничтожена. Четверо оставшихся у них взрослых драконов все так же сидели где-то в катакомбах, и шанса вывести их наверх не представлялось. У Пожирателей еще осталось два взрослых выводка василисков, но их решили приберечь для боя под землей – Мальсибер уже не сомневался, что до этого дойдет. Ну а красных колпаков никто по-настоящему в расчет не принимал, эти карлики представляли сколько нибудь серьезную угрозу лишь в больших числах, и использовали их в основном как пушечное мясо...
 Но в подземелье еще оставалось более двух тысяч инферналов. Это войско Волдеморт собирал больше года еще во времена первой войны, разграбляя кладбища... Даже он сам не мог поднять за раз более полусотни таких существ, и чтобы сотворить эту армию, ему потребовалось много времени и черномагических зелий... К счастью для него, однажды сотворенные инферналы прекращали разлагаться, а потому чудовищные плоды его трудов дожидались своего часа все эти полтора десятилетия. Дождались.
 Как только отряды защитников были вновь более-менее приведены в порядок, их командир начал искать способ пустить в дело один из последних козырей. До этого он не мог бросить в бой основную массу инферналов, те жаждали плоти всех живых и по-настоящему управлять ими мог лишь их создатель. Но Темного Лорда здесь не было, Мальсибер, как комендант, обладал амулетом, который давал ему определенный контроль над живыми мертвецами. Но этого было бы недостаточно, чтобы не дать ожившим трупам разорвать на части всех и вся, без разбору, когда началась бы схватка.
 Но теперь, восстановив контроль над всеми своими силами, он мог открыть коридор для инферналов. Оставалось только найти для них путь наружу.
 Мальсибер уже использовал все новые туннели, ведущие наружу, потому у него не оставалось путей, где бы волну мертвяков не встретили огнем на поражение... на выходе из узкого туннеля только это и требовалось, чтобы остановить неживую армаду. И Мальсибер решил пойти нехожеными тропами: несколько десятков человек с палочками и заклятьями «Эванеско» - и не прошло и двадцати минут, как новый и весьма широкий ход был почти готов. Туннель был ничем не закреплен, лишь несколько заклятий мешали ему обрушиться, эти заклятия могли продержаться от силы час, но этого было вполне достаточно... Оставалось лишь пробить четверть метра почвы, чтобы выбраться на свежий воздух. Но инферналы должны были вырваться наружу, едва откроется проход, чтобы не дать осаждавшим времени на перестроение. А желающих оказаться между молотом и наковальней – на выходе из туннеля, под мощным антиаппарацинным барьером и с ордой инферналов за спиной – как-то не было. Но «доброволец» нашелся довольно быстро, в Роштаре было немного пленников, но и одного хватило. И лично Мальсибер – признаный даже самим Темным Лодром мастер заклятия Подвластия – заручился сотрудничеством одного из пленных мракоборцев...
 Смертник взрывным заклятием пробил путь наружу, и уже через несколько секунд его смела и разорвала на части следовавшая по пятам толпа инферналов. И после этого темнокоричневое море живых мертвяков начало изливаться наружу.
 Новоявленый проход был с восточной стороны, там, где усилиями осаждавших в стенах, возвышавшихся всего в трех десятках метров от лаза, зияло больше всего проломов...
 Мракоборцы были готовы к такому повороту, в конце концов, о наличии тысяч инферналов в Роштаре было известно даже без показаний сестер Блэк. Но никто не ждал, чтобы они появились прямо у них под боком... Арьергард метнул в толпу первые заклятия.
 Основные силы мракоборцев теперь уже сосредоточились в замке, совсем близко к инферналам. И теперь они вновь оказывались между Сцилой и Харибдой, Пожирателям Смерти было самое время готовиться к контратаке. Только так, чтобы потом самим не попасться темным тварям на зуб.
 Большая часть инферналов уже выбралась наверх, орда подступила почти к самым стенам, несмотря на яростное сопротивление. Значительная часть мракоборцев вынуждена была отвлечься на эту угрозу, и Пожиратели не замедлили атаковать. Сбив растерявшихся мракоборцев с позиций, они начали их оттеснять в сторону опустевших казарм, в глухой угол, туда, откуда не было выхода, и где инферналы могли устроить ужасное пиршество.
 Не выдерживая настиска с двух сторон, мракоборцы отступали, инферналы следовали за ними по пятам, а вот Пожиратели не увлекались, чтобы не попасть тем под горячую руку... или горячую пасть, неважно. Они заняли позиции вокруг донжона, на открытом месте или на оставленных бойцами министерств участках стены... откуда они могли бы наблюдать смерть ненавистных нападавших...

 Только недаром Фадж и его подчиненные столько времени готовили эту атаку. Они, конечно же, предвидели возможность того, что инферналы вырвутся наверх. И у них было средство на этот случай. Точно так же как были средства для того, чтобы выкурить врага из его подземных укрытий, когда сражение войдет в эту фазу. Министр очень надеялся, что правда о том, что изначально большую часть этих средств он приказал создать на случай конфликта с гоблинами, никогда не всплывет. Этот не до конца адекватный Лавгуд в своих зачастую бредовых статейках нес почти полную чушь (запечь гоблина в пирог, каким извращенцем нужно быть, чтобы вообразить такое?!), но именно что «почти»...

 Уже отряды мракоборцев в замке оказались почти зажатыми в угол, уже холодные пальцы инферналов тянулись к ним. Уже Пожиратели были готовы торжествовать, уже атака на Роштар заканчивалась тотальным разгромом мракоборцев, который наверняка бы привел к скорому падению Министерства Магии Англии. Уже казалось, что это конец, когда средства, заготовленые министром, были пущены в дело.
 Со стороны это было сильно похоже на катапульты Средних Веков, заряженные Греческим Огнем. С той лишь разницей, что эти катапульты могли поражать цели размером с собаку на расстоянии в несколько километров. А снаряды разбрызгивали вокруг себя жидкое пламя, почти столь же разрушительное, как дыхание дракона... и радиус поражения у этих зарядов менялся в зависимости от желания артиллериста...
 Десятки огненных снарядов разом обрушились на инферналов, которым не хватило сообразительности – черты им вообще не свойственной – чтобы попытаться как-то рассредоточиться. Как они были скученой толпой, где все всем мешали, так и остались. Первый же залп уничтожил до полутысячи тварей. А второй залп не заставил себя ждать, а за ним и третий... армия инферналов, уже целиком выбравшаяся на поверхность, оказалась уничтожена. Уцелевшие кучки стали целями для раненных, утомленных долгим боем, но все еще грозных русских драконов.
 А мишенями были не только инферналы, другие катапульты били по Пожирателям, собравшимся около донжона... желая понаблюдать за агонией своих противников, очень многие из них сбились в кучу на открытом месте. И их тоже не пощадило безжалостное пламя. Они бросились назад, а воодушевленные мракоборцы, повинуясь новым командам, уже пошли на штурм. На плечах у отступающего противника они в считаные минуты вернули все оставленые позиции и пошли дальше, донжон был взят с ходу. Не прошло и десяти минут после того, как заговорила огнеметная артиллерия, а на поверхности слуг Темного Лорда уже не осталось.
 Те, кто совсем недавно собирались любоваться, как инферналы рвут их врагов на части, были убиты, взяты в плен или в состоянии паники бежали под землю. И эту же панику они посеяли среди тех, кто оставался в катакомбах, готовясь к сражению в совсем иных условиях. И Мальсиберу пришлось приложить немало усилий, чтобы удержать своих бойцов на местах, чтобы встретить появившуюся вскоре за отступающими первую волну атаки, как полагается. Только встретилось им совсем не то, что они ожидали...
 В дело пошли иные заряды, побольше размером, с наложенными на них хитроумными заклятиями, которые позволяли волшебникам министерства направлять их. И эти шары целенаправлено катились на позиции Пожирателей, ибо в распоряжении осаждающих был весьма точный план подземелий. Темные маги ответили залпом заклятий... но те стекли с металических конструкций без всякого для тех ущерба, даже Взрывные чары ничего не смогли поделать с броней, созданной в Отделе Тайн. Возможно, большинство Пожирателей успело осознать, что их ждет, но даже если так, предпринять что-либо они уже не успели. Заряды подобрались почти вплотную и извергнули из себя огненное море...
 Разрушительное пламя держалось всего несколько секунд, и вот по еще непогасшим телам врагов мракоборцы устремились в атаку.
Люди, которые преуспевают в этом мире, не ленятся и ищут нужные им обстоятельства, а если не находят, то создают их

Оффлайн Линоха

  • Редактор
  • *
  • Сообщений: 88
  • Карма: +8/-0
  • Пол: Женский
Глава двадцать четвертая.

 - Ты хоть понимаешь, что ты собираешься делать?! – Трейси наступала на несколько растерявшегося Гарри. – Ты хочешь нарушить Игровой Договор, ты что, всех нас погубить хочешь?
 - Чего? – Гарри совершенно опешил, когда все девочки, что ухитрились проиграть ему в покер самих себя, возмутились, когда он отказался пользоваться «Сервус Секусом».
 - Игровой Договор - это магический контракт, почти столь же мощный, как Непреложный Обет! – вступила Сьюзен Боунс. – Пообещав наложить на всех, кого выиграешь, это заклятие, ты все равно что заключил с нами Договор! И при его нарушении одной из сторон пострадают все!
 - Чего?! – окончательно ошалел Гарри. Он просто хотел отпугнуть их от этой дурацкой мысли, чтобы ставить себя на кон... ну он и ляпнул: «Если я кого выиграю, она получит Сервусом!». Только ничего не пошло, как он хотел... хотя... получит Сервусом...
 Гарри еще раз оглядел пятерых девушек, которых он... сказать смешно, выиграл в покер. По окончанию Турнира он их отвел в пустой класс неподалеку, дабы обсудить случившееся, туда же подтянулись Белла и Чоу. Гарри собирался найти наилучший способ освободить их... только для того, чтобы обнаружить, что освобождаться они, судя по всему, не намерены, что выигрыши в покер обратно не отдаются, вернее, может, и отдаются в обычных обстоятельствах, но вот про Сервус он зря ляпнул... с другой стороны, он ведь не говорил про то, как...
 - Что же, - сказал он, обращаясь к девушкам, что стояли перед ним, гневно сверкая глазами. – Если это настолько серьезно... выбора нет, - он ухмыльнулся и, выхватив палочку, направил ее в пол. – Сервус Секус! – выкрикнул он, в полной мере ожидая, что ничего не получится...
 Только тут же почувствовал, что работает... магическая сила вырвалась из палочки, и все пятеро девушек дружно пали ниц.
 - Как мы можем служить вам, Хозяин? – хором выкрикнули они, не поднимая взглядов...
 - Что?.. – Гарри вытаращился на свою палочку. – Но... как?..
 - Хозяин! Похоже, вы стали настолько могущественны, что... – вскричала восхищенная Беллатриса, - вам уже даже не нужно никакой подготовки! И вы накрыли их всех разом...
 - Я... я ведь даже не вкладывался... просто так сказал, для галочки... – ничего большего он сказать не успел.
 Дверь в класс неожиданно распахнулась, и на пороге появилась профессор Синистра. Гарри только успел удивиться, что профессор Астрономии делала тут, как та рухнула на колени прямо на пороге.
 - Хозяин! Чем я могу вам служить?
 - Ч... – у Гарри язык отнялся. Тут из коридора донесся громкий топот. Следом за ним несколько десятков учениц вбежали внутрь классной комнаты, перепрыгивая через коленопреклонную учительницу. Чтобы потом упасть на колени самим... множество изъявлений покорности слились в единый неразборчивый шум. У Гарри, при виде всего этого, подогнулись колени, но Чоу успела его подхватить...
 - Хо-хозяин... – дрожащим голосом проговорила Белла, протягивая ему Карту Мародеров, которую, вероятно, успела достать и активировать, пока он пялился на столпотворение. – Посмотрите...
 Гарри с трудом оторвал взгляд от многих десятков девушек, которые уже не могли все поместиться в классе... при взгляде на Карту ему стало еще хуже. По всему Хогвартсу было движение... все... все представительницы слабого пола в школе спешили сюда... а от Хогсмида в сторону замка быстро двигалась толпа, так же состоящая исключительно из дам... и к этой толпе присоединялись все новые и новые...
 - Ааа...

 - ААААА!! – с криком ужаса Гарри вскочил на кровати. Диким взглядом он осмотрелся...
 - Хозяин?! Что случилось!
 - Хозяин?.. – с двух сторон его обхватили мягкие руки, будучи все еще шалым со сна, он попытался вырваться, но тут в его поле зрения попали их лица, и в голове прояснилось.
 Это были всего лишь напуганные Белла и Цисси... где-то на краю сознания мелькнуло веселое удивление, что теперь присутствии в его постели Беллатрисы Лестрейндж для него «всего лишь»... Гарри с усилием выдохнул, его плечи опали. Он был в своих покоях...
 - Хозяин, что произошло? – и разных дверей почти одновременно выбежали Флер, Чоу и Тонкс с палочками наизготовку.
 - Ох... – простонал Гарри, вновь откидываясь на подушку, в голове прояснялось... – Цисси, скажи, ведь твой сын не организовывал турнира по покеру в школе?
 - Что?.. – опешила та. – Нет, Хозяин... по крайней мере, я об этом не слышала.
 - Приснится же такое... – Гарри опять сел.
 - А что такое?.. – несмело спросила Флер, садясь рядом с ним, другие последовали ее примеру.
 - Ну... теперь, если подумать, сон был совершенно безумным, но удивительно ярким... – Гарри сделал паузу. Все выжидающе на него глядели, и было понятно, что ему не отвертеться, если он только не даст прямой приказ, чего ему совершенно не хотелось. – Ну, все начинается с того, что я сажусь за покерный стол, там же еще почти десяток игроков, в том числе, кстати, Дамблдор... все организовал Драко, и входная сумма – сто миллионов...
 - Сколько?.. – подавилась воздухом Тонкс.
 - Я ж говорю, сон дикий... ну, значит, все играют... я неплохо выигрываю... и в какой-то момент Полумна – она тоже играет, и совершенно неаккуратно, почти все спустила – спрашивает, можно ли ставить себя. И выясняется, что можно... все, что за столом или на столе идет, остальное нет. И, значит, Полумна хочет поставить себя, отчего у меня, как вы понимаете, лезут глаза на лоб. И я говорю, что если она такое устроит, и я ее выиграю, то воспользуюсь Сервусом...
 - Хозяин?! – было не понять, чего в голосе Флер больше: изумления, веселья или... гордости?..
 - Ну, я думал так ее напугать, чтобы она отказалась от этой сумасшедшей затеи, - Гарри не обратил внимания на ее тон и пытался оправдаться. – Но она позиций не сдает, мы играем, и я в очередной раз выигрываю... И что самое дикое, на этом игра не останавливается, и даже Дамблдор ничего не говорит... И в течение дальнейшей игры я так же выигрываю Ханну Абот, Трейси Девис, Лаванду и Сьюзен Боунс... в общем, ничего их эта моя угроза не напугала...
 В этот момент Белла захихикала, но тут же смолкла, когда Гарри глянул на нее зверем.
 - Во время игры на столе стояло только Огневиски, что, возможно объясняет поведение... короче, я веду девушек в пустой класс... нет, Цисси, не для этого! – теперь зверский взгляд достался второй из сестер Блэк, чье выражение лица в этот момент было красноречивие любых слов. – Я хочу обсудить с ними лучший способ, чтобы освободить их от своего владения... но тут они мне завляют, что, пообещав применить Сервус Секус, я заключил с ними «Игровой Договор», и, если он будет нарушен, всем будет плохо...
 Теперь прыснула со смеху уже Тонкс.
 - Да, Дора, я догадываюсь, что на самом деле никаких Игровых Договоров не существует. Ну, так вот, - теперь Гарри уже не хотелось останавливаться, и он продолжал рассказ, распаляясь все больше, - значит, я применяю заклятие прямо тут, на ровном месте, уверенный, что оно не сработает, а Договор будет соблюден... но оно срабатывает... даже слишком хорошо... эти пятеро падают мне в ноги и зовут Хозяином, а потом туда же начинают сбегаться женщины со всего Хогвартса от учительниц до первокурсниц включительно... а от Хогсмида ко мне спешит целая женская армия...
 На этом рассказ Гарри о том, как он в одночасье стал Хозяином всего женского населения Волшебной Англии, а может, и не только ее, прервался. Ибо все его слушательницы залились гомерическим хохотом, Чоу и Беллатриса даже упали с кровати и теперь катались где-то по полу. Гарри несколько секунд сверлил их гневным взглядом, но те сейчас были слишком веселыми, чтобы почувствовать это. А потом он и сам присоединился к их заразительному веселью.
 - Ну и ну... – несколько минут спустя тяжело дышащая Белла поднялась с пола. – Хозяин, какие у вас сны... неужели мы впятером не удовлетворяем вас? – на ее лице появилась ложная грусть.
 - Ччч-ч-что? – ставший совершенно пунцовым Гарри заикался почище Квирелла.
 - Конечно, Хозяин, ведь как говорят: сны отображают глубинные желания человека. Если вам снится, как вы получаете новых рабынь, значит, нас пятерых вам недостаточно. – Нарцисса говорила совершенно серьезным тоном, но по ее лицу бродила лукавая улыбка. И глаза всех остальных, которые согласно кивали, смеялись. – Но, должна заметить, что если вы возьмете сразу ВСЕХ, то вам будет... сложновато.
 Тут Гарри не выдержал и опять захохотал, остальные его охотно поддержали. Но смех Гарри умер сам по себе, когда до него с запозданием стали доходить события прошлого дня...
 - Так... ведь вчера был штурм Роштара? – полуутвердительно сказал он.
 - Да, Хозяин, - все пятеро резко посерьезнели.
 С их слов выходило, что его последний Патронус заставил уцелевших к тому времени дементоров бежать, тем самым поставив точку в сражении. Сильно поредевшие мракоборцы вновь заняли оборонительные позиции, Дамблдор вернулся к Министру, предварительно отправив Гарри и остальных прямо в Больничное Крыло с помощью Фоукса.
 Там мадам Помфри их довольно быстро успокоила, сообщив, что все с ним в порядке, просто сильное магическое истощение, и ему просто требуется отдых. Помфри с помощью Флер влила ему в рот несколько подкрепляющих зелий, после чего решила оставить его у себя на обследование. Но это предложение было встречено штыками и картечью. И Гарри, позорно провалявшись в отключке, пропустил историческое событие: кому-то удалось переупрямить школьную медсестру и вырвать из-под ее опеки пациента.
 Ну и Гарри благополучно проспал весь день и часть ночи – сейчас, между прочим, четвертый час после полуночи. Тут Гарри почувствовал себя малость виноватым, что поднял их всех ни свет ни заря... Те, впрочем, этого и не заметили, продолжая рассказ.
 Дамблдор вернулся в школу лишь в десятом часу, явно очень уставший... Добиться от него удалось не многого, но было все-таки понятно, что Роштар был взят. Завтра это, несомненно, будет главной темой Пророка, кроме того, Министр назначил официальную пресс-конференцию назавтра в шесть часов вечера, и все на нее, понятное дело, приглашены. Можно было не сомневаться, что Фадж покрасуется рядом с Мальчиком-Корый-Выжил и Дамблдором...

 Утром Гарри и все остальные спустились на завтрак еще до прибытия почты – все равно от любопытных не отделаться... Едва только Гарри вместе с Чоу заняли место за столом Гриффиндора, как Гермиона на них набросилась.
 - Гарри!! – этот ее тон в свое время повергал его в священный трепет, особенно когда она требовала ответа на вопрос, касающийся домашней работы. – Где ты был вчера весь день?!
 - С Директором, - быстро и невозмутимо ответил Гарри, чтобы сбить ее с мысли.
 - И как... – Гермиона, начавшая говорить что-то по инерции, осеклась. – С Директором?.. – она как-то сразу сникла. Слева Гарри отчетливо расслышал приглушенный смешок Чоу.
 - Да, с Директором, и многое прояснится с новым выпуском Пророка, - охотно добавил Гарри, после чего принялся завтракать. Несколько гриффиндорцев начали усилиненно кашлять, скрывая смех при виде того, как оправившаяся несколькими секундами позже Гермиона безуспешно пыталась то ли просто просверлить его взглядом, то ли добиться от него какой-то реакции.
 К тому моменту, когда в Большой Зал влетели сотни сов, почти все ученики уже знали, что вчера Гарри Поттер и Альбус Дамблдор где-то что-то делали вместе, а потому их взгляды постоянно прыгали с одного на другого и обратно, время от времени уделяя внимание прочим, которые также отсутствовали вчера. Сами же виновники торжества обменялись несколькими взглядами, когда Гарри еще только входил в Зал. Дамблдор выглядел очень обрадованным – вероятно, его обнадежило то, что Гарри спустился на завтрак и сделал это сам. И потом уже во время еды директор, встретившись с ним взглядом, утвердительно кивнул, что бы это там ни означало. Гарри же сосредоточился на том, чтобы хорошо позавтракать – первым уроком сегодня было Зельеварение, а для встречи со Снейпом требуется много энергии даже в обычных обстоятельствах, а сегодня и подавно.
 Когда совы наконец наполнили зал шелестом своих крыльев и начали передавать почту получателям, он заплатил за свой номер Пророка, который сегодня был заметно толще обычного, и раскрыл его таким образом, чтобы Чоу тоже могла видеть. Он твердо решил не отвлекаться ни на какие внешние раздражители, пока сам все не прочтет...
 Первую страницу венчал огромный кричащий заголовок: «Темный Лорд дрожит пред Министерством!». А под ним огромная магическая фотография: полуразрушенный, дымящийся Роштар, несколько мракоборцев стоят на его фоне по стойке cмирно. В статье кратко описывалось прошлое Роштара: база Темного Лорда еще времен Первой Войны, которую не удалось найти даже после его падения. Рассказывалось, какой вклад Гарри Поттер сделал в общее дело, от кого именно поступили ценнейшие данные, что легли в основу плана атаки. Тут журналист явно позволил себе немного поерничать.
 Дальше на без малого трех страницах шло довольно подробное описание штурма, несколько цитат со слов очевидцев и фотографий. В частности: порваный когтями дракона, почти неузнаваемый василиск, забитая мертвыми троллями дыра в земле, когда-то бывшая выходом из туннеля… Или еще развалины башни, из-под которых достаточно ясно виднеются ворота, ведущие куда-то вниз – Гарри сильно подозревал, что этот завал частично разгребли перед фотографией, для пущей зрелищности. Ну и несколько других фотографий, теперь уже подземелий и многочисленных пленных и трофеев. Также сообщалось, что сбор и осмотр этих самых трофеев пока только начат, так что можно смело ожидать новых сообщений.
 Отдельной статьей шло описание их собственного боя с дементорами, под кричащим заголовком: «Горстка против орды!». Пожалуй, это было несколько преувеличено, все-таки в общей сложности их было почти сто бойцов, против семи сотен тварей... Хотя, с другой стороны, семьсот - это уже что-то немыслимое. Сражение описывалось каким-то любителем эпосов, не иначе... В газете говорилось, как волшебники медленно пятились, отчаянно сдерживая чудовищный напор, и лишь могущетсво Альбуса Дамблдора и... ну, ясное дело, Гарри Поттера, помогало им держаться. Потом атака драконов уничтожила большую часть чудовищ, но и одновременно превратила до этого организованое сражение в полный хаос. И все могло бы кончиться совсем плохо, если бы «не поразительная демонстрация магической мощи Мальчика-Который-Выжил, которая, возможно, превосходит даже силу Альбуса Дамблдора»... Кстати, ни слова о том, что после вышеупомянутой демонстрации он потерял сознание и позорно провалялся весь оставшийся день.
 Потом еще страницу заполняли выдержки из официальных завлений министерства, и под конец слова самого Фаджа. Министр обещал больше подробностей на официальной пресс-конференции, на которой будут присутствовать он сам, директор и, «вероятно», Гарри Поттер.
 Тут Гарри звучно фыркнул, «вероятно» в данном контексте можно было перевести как: «ежели очнется». Так что ему не отвертеться, ради возможности покрасоваться рядом с ним по такому знаменательному поводу Фадж из него душу вытрясет, а если одного Министра не хватит, так и Дамблдор наверняка подтянется. Впрочем, брыкаться Гарри не собирался...
 «Добейтесь серьезного успеха, господин Министр, схватите какого-нибудь важного Пожирателя, и я обещаю вам мою поддержку» - так он сказал Фаджу этим летом. И Министр добился этого самого успеха, Гарри не мог не признать, что впечатлен. Фадж и его люди не совершили ни одной ошибки в планировании этого удара, предугадали почти все возможные ответные ходы и нашли, как им противостоять. И удар, нанесенный силам Волдеморта, впечатлял... Да, теперь Гарри со спокойной душой выкажет свою полную поддержку министру.
 Гарри наконец отложил свой номер и милостливо уделил внимание тому, что происходит вокруг него... посмотреть было на что. Пока что в Большом Зале царила полнейшая тишина, ибо большинство присутствующих еще не закончили чтение. Вполне возможно, что на первых порах тут было довольно шумно, но он – верный своему решению не реагировать на внешние раздражители – просто не заметил.
 Повернувшись в сторону своей старой подруги, он мог полюбоваться на достаточно редкое зрелище: потерявшую дар речи Гермиону Грейнджер. Неподалеку Невилл смотрел куда-то в никуда, поверх голов людей, сидящих за учительским столом. Прочие гриффиндорцы главным образом таращились на свои собственные или же соседские выпуски Пророка. Лаванда была какой-то подозрительно зеленоватой – вероятно, одна из фотографий произвела впечатление. Дальше Гарри поискал взглядом Рона, тот обнаружился в другой части стола, рядом с Дином и одним из семикурсников, чье имя Гарри в этот миг вспомнить не мог. Бывший лучший друг, вероятно, почувствовав его взгляд, поднял голову.
 Два члена распавшегося этим летом «Золотого Трио» несколько секунд смотрели друг на друга... Потом Рон скривился в усмешке – не то, чтобы особо дружелюбной, но уж точно не враждебной – и молча продемонстрировал ему большой палец. Очевидно, его одобрили... Гарри в ответ тоже усмехнулся, после чего обратил внимание на остальных.
 Реакция Пуффендуя и Когтеврана была не столь уж отличной от гриффиндорской, ученики точно так же таращились на страницы газеты. Те же, кто уже закончил, таращились куда-нибудь еще, в основном на него и профессора Дамблдора. Тут ученики орлиного факультета, правда, были немного оригинальнее – некоторые из них уделяли основное внимание Чоу, вероятно, как дань факту, что раньше она училась с ними.
 Дальше взгляд Гарри скользнул к столу Слизерина... и почти сразу встретился с глазами Драко Малфоя, в которых ясно читалось обещание скорой и весьма неприятной смерти. Это его застало несколько врасплох, пока что, несмотря на всю свою враждебность, наследник Малфоев воздерживался от открытой агрессии. Вероятно, что-то изменилось...
 Прочих учеников змеиного факультета можно было поделить на две, возможно, три группы. Те, кто вели себя почти неотличимо от остальных, а именно - таращились в газету или на одного из виновников торжества. Те, кто уже закончили чтение, но, вместо того, чтобы играть в гляделки, погрузились в размышления. Скорее всего, они, как истинные учащиеся факультета Змей, кто всегда стремятся к вершине, размышляли, как быть в этой новой обстановке. Ну а третью группу составляли Крэбб с Гойлом, которые просто ничего не поняли.
 Наконец Гарри обратил внимание на последний стол. Преподаватели в большинстве своем уже закончили чтение, скорее всего, они так или иначе были предупреждены. Белла и Тонкс ему озорно подмигнули, Цисси с некоторой тревогой поглядывала в сторону стола Слизерина. Снейп, судя по виду, страдал от острого несварения желудка – двойного, тройного или даже больше агента наверняка задел за живое тот факт, что он ничего не знал об этом...
 - Гарри... – неувереный голос Гермиона оторвал его от созерцания.
 - Да? – он обернулся... Гермиона внимательно рассматривала его правое плечо.
 - Это... это об этом ты мне говорил после... после Чоу?
 - Так... – Гарри потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, о чем речь. Это когда он потерял контроль над собой и в гневе сказал куда больше, чем следовало. – Нет... – ответил он наконец, - тогда я еще ничего не знал о планах министра, – тут он наклонился к ней и понизил голос. – Но, как видишь, в эту войну меня, так или иначе, втягивают все. Я не могу стоять в стороне.
 Их глаза наконец встретились... несколько секунд спустя лучшая ученица Гриффиндора кивнула, после чего отвела взгляд.
 Гарри почти ожидал, что директор вызовет его к себе, но Дамблдор, очевидно, не решился лишать его возможности побыть в одном классе со Снейпом... Наверное, старый волшебник решил, что ему необходима дополнительная закалка, а общество крайне раздраженного Снейпа – который и в обычные дни не сахар – тому крайне способствует. Или же директор опасался за судьбу других гриффиндорцев... в таком случае Гарри ждала роль козла отпущения... ну или буфера, ежели он за себя постоит...
 Как ни странно, зелья прошли относительно спокойно. Снейп все так же летал по залу, словно вообразив себя полтергейстом. Зелье, которое им надлежало варить, было, конечно же, сложным, требовало внимания и грозило большими неприятностями в случае ошибки. И помощи от учителя ждать не приходилось. Слизеринцы сидели кучкой в противоположенном углу подземелья... Гарри ничего не заметил, но в какой-то момент Чоу вдруг взмахнула рукой, и маленький неопознаный летающий объект, при более близком рассмотрении оказавшийся каким-то растением отлетел в сторону, так и не достигнув их котла.
 Снейп странным образом проигнорировал не только чуть ли не первую в этом году попытку слизеринцев испортить зелье ученикам Гриффиндора – что совсем неудивительно – но и тот факт, что попытка была сорвана. В прошлые годы он бы охотно снял пару десятков балов за то, что ученики Гриффиндора – в первую очередь, конечно же, ненавистный Поттер – разбрасываются ингридиентами и засоряют класс.

 В общем, учебный день прошел довольно спокойно, к обеду несколько учеников набрались храбрости и принялись задавать вопросы, но Гарри со спокойной душой отослал их ждать официальной пресс-конференции. На уроке Чар, где они отрабатывали заклятие дальнозоркости, Невилл опять отличился. Сотворяя заклятие, он что-то напутал с жестами, и результат был совершенно не тот, какой ожидалось. Поморгав несколько секунд, горе-чародей огляделся, вероятно, пытаясь понять, изменилось что-либо или нет. Очевидно, изменилось. Стоило его взгляду упасть на Парвати, как Долгопупс застыл подобно жертве Горгоны-Медузы... две секунды спустя он покраснел так, словно захотел заменить собой флаг Гриффиндора, после чего спешно зажмурился и закрыл глаза руками.
 Толку от него добиться не удалось, Флитвик сам снял с него заклятие, но Невилл далеко не сразу решился открыть глаза. Сколько его ни тормошили, он так и не ответил, что же произошло... у Гарри была одна идейка на этот счет, но делиться ее с окружающими он не собирался... Скорее всего, неправильно сотворенное заклятие не позволило Невиллу смотреть «дальше», зато он мог видеть «глубже»... Нет, Гарри этого никому не скажет.
 В полшестого Нарцисса, ведушая урок Истории Магии, отпустила его из класса, ибо пришла пора двигаться в Министерство Магии. Пароль к кабинету директора опять изменился, теперь это был «Яблочные леденцы в шоколадном сиропе с кусочками банана»... Гарри попытался представить себе такой дессерт, но быстро передумал.
 Директор тепло приветсвовал их с Тонкс, Гарри решил, что не стоит брать с собой всю компанию. Каминная сеть перенесла их прямо в Министерство, через один из административных каминов. Появляться в атриуме, где уже наверняка собралась немаленькая толпа зевак было, мягко говоря, неразумно...

 Пресс-конференция получилась ничего себе. Уж что-то, а производить впечатление Фадж умел очень хорошо – без этого подняться в политике попросту невозможно. Вероятно, из соображений внушительности все происходило в зале Визенгамота, то есть в том самом месте, где полтора года назад Гарри чуть было не вышвырнули из Хогвартса и, возможно, Мира Магии вообще. Хотя, вряд ли.
 Иронией судьбы можно было назвать тот факт, что теперь Гарри сидел рядом с Фаджем, причем на тот самом месте, где когда-то сидела Амбридж... ныне покойная. По другую сторону от Министра сидел немолодой волшебник, которого Гарри видел среди командиров в шатре во время боя. Дамблдор сидел следом. В их же ряду сидели еще шесть магов, четверо из них Гарри помнил по вчерашнему сражению, в частности, тут были командиры русского и американского контингентов. А двух последних Гарри никогда не видел, но один из них был каким-то... неприметным... слишком неприметным. «Кто-то из Отдела Тайн, вероятно, важная персона... но не самая важная» - Гарри не сумел бы выразить в словах, как именно он пришел к этому заключению.
 Перед ними собралась немаленькая толпа журналистов, жутковатое кресло, что сковывало тех, кто в него садился, заблаговременно убрали. Вместо него установили четыре ряда скамеек. Гарри почувствовал странное удовлетворение от идеи, что он смотрит на всех этих писак, во главе со Скитер, свысока...
 Конференция началась, вопросы посыпались один за другим. Отвечал в основном Фадж, время от времени слово вставлял кто-то из офицеров. Первая часть, несомненно, была отрепетирована заранее. Журналисты задавали те вопросы, отвечая на которые можно было подробно описать само сражение, то, что ему предшевствовало, и что за ним последовао.
 Большую часть сказанного Гарри уже знал, более того, пару вопросов, связанных с подготовкой, задали ему. Но ближе к окончанию речь зашла о финальной стадии сражении и результатах, и он стал прислушиваться внимательнее. Описание атаки инферналов с тыла – о ней вскользь упоминалось и в газете – заставило его зауважать Фаджа еще сильнее. Он использовал контратаку противника в своих целях по максимуму. Рискнул почти всем, но, просчитав варианты позволил неприятелю фактически загнать себя в угол, для того чтобы выманить его силы под удар. И потом уничтожить их одним ходом. Это новое оружие – по словам того самого неприметного мага, разработка Отдела Тайн – было козырем, что он держал при себе до самого конца. И применил в самый нужный момент. Ну а потом оставалось лишь добить уже разгромленного противника. Еще одно необычное оружие позволило солдатам Министерства с ходу смести подготовившихся было к отпору Пожирателей. И дальше организованного сопротивления уже не существовало. Мракоборцы гнали врага вглубь катакомб, сметая возникающие очаги сопротивления. Там обнаружилось еще аж целых семь взрослых василисков – вообще говоря, огромная сила, особенно в узких подземных туннелях. Вражеский командир – по словам пленных, обороной замка руководил Мальсибер – несомненно, собирался пустить их в контратаку, но не успел. Или в панике отступления приказы не дошли вовремя куда нужно. В любом случае, мракоборцы нашли этих василисков в их клетках и недолго думая уничтожили.
 Самого Мальсибера пока не нашли ни среди убитых, ни среди пленных. В катакомбах обнаружился зал, зачарованый специально для усиления эффекта Порталов, и потому Фадж с сожалением в голосе признал, что велика вероятность того, что член Внутреннего Круга успел сбежать. И возможно, не он один. Но – тут в голосе Министра мелькнуло нескрываемое, и, возможно, немного напускное злорадство – вряд ли его ждал теплый прием у Темного Лорда. Ибо не секрет, как он относится к своим слугам, а новости о захвате замка и всего в нем находящегося его наверняка не обрадуют...
 Поскольку речь зашла обо «всем там находящимся»... Трофеи пока еще только начали исследовать, но Фадж и остальные с радостью поделились с публикой самыми свежими данными. Под замком обнаружили в частности еще трех драконов, живых, хотя и в очень плохом настроении. В отличие от василисков, уничтожать их никто не спешил. Вопрос о передачи их в один из заповедников уже рассматривался. Большая часть темных существ была уничтожена еще во время штурма, но мракоборцам попалось что-то вроде лаборатории, где, похоже, пытались скрестить гриндиллоу с красными колпаками...
 Кроме того, в руки победителей попали обширнейшая библиотека, которую еще даже не начали исследовать, и огромное количество всевозможных зелий, компонентов для их создания и еще Мерлин ведает чего... Тут Гарри краем глаза случайно подметил, как один из офицеров чуть скривился... словно бы разочаровано. «Понятно, сбежавшие наверняка успели утащить что-то с собой, и почти наверняка что-то важное» - мелькнуло в голове.
 На этой стадии вопросы, касающиеся штурма Роштара, более-менее подошли к концу. Кто-то из журналистов поинтересовался о дальнейших планах Министерства. Гарри приподнял бровь: этот вопрос граничил с государственной изменой...
 Но, в общем, пресс-конференция прошла успешно, Министр заслуженно покрасовался. Гарри подавил усмешку при мысли, насколько разъяренной должна быть сейчас некая бледная, красноглазая личность... Под конец он со спокойной и душой и совершенно искренне высказал свою поддержку Фаджу.
Люди, которые преуспевают в этом мире, не ленятся и ищут нужные им обстоятельства, а если не находят, то создают их

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 20.

 
 
 Министр Магии Корнелиус Фадж сидел в своем кабинете и перебирал бумаги. Настроение у него было неплохим, хотя последнее нападение Пожирателей Смерти и сумело его основательно подпортить. Сторонники Темного Лорда атаковали лабораторию по производству зелий на окраине Манчестера, нападение удалось отбить, но производству нанесен значительный урон, и кое-что было похищено... а на следующий день в Пророке, пером опять же этого Ричарда Баша, с которым пока непонятно как обращаться, появилась статья явно подрывного характера...
Но подготовка к удару по Роштару была уже завершена. Сведения, полученные от дам Поттера, особенно Беллатрисы, в прошлом Лестрайндж, были просто бесценны. С их помощью были составлены подробные планы укреплений замка, более-менее точная схема подземных сооружений, а главное — теперь они имеют четкое представление, какие сюрпризы могут преподнести им слуги Темного Лорда. А коли так, это уже не будет сюрпризами... Приказы подготовлены, войска его союзников так же готовы быть переброшенными. Сама атака запланирована на 9 октября, осталось четыре дня... За сутки до этого дня он уже назначил встречу с Дамблдором... А с Гарри Поттером ему наконец удалось помириться... все должно получиться.
Министр закрыл глаза вновь представляя себе, как это будет: крупный, нет, крупнейший разгром сил Того-Кого-Нельзя-Называть. Газеты раструбят об этом на весь мир, и число желающих поступить ему на службу должно будет резко упасть... Гарри Поттер, своими откровениями по поводу происхождения Темного Лорда и его обхождением с подчиненными, уже пытался этого достигнуть, но без особого результата. Тут все будет иначе, это будет удар по самому главному достоянию самопровозглашенного Лорда — мифу о его непобедимости. И он ему не позволит оправиться... И...
Фадж представил, как он возьмется за тех, к чьим советам прислушивался... плохим советам. Почти наверняка среди них есть и те, которые, когда не одаривают его звонкой монетой и сладкими речами вперемежку с вежливыми указаниями, стоят на коленях перед фигурой в черной мантии и именуют ее «хозяин». И пока он ничего не может с ними поделать, ибо им известно слишком многое о том, что он сделал (часто опять же следуя их советам), и они, если что, утянут его за собой. Но это изменится... кто будет слушать пособников Лорда Тьмы, если они вдруг начнут обвинять Министра-Который-Нанес-Сокрушительный-Удар-Темному-Лорду...
Но тут радужные мысли Министра Магии были резко прерваны... все это время он продолжал просматривать всевозможные бумаги. И вот, выудив из общей кучи очередной пергамент он начал его бегло проглядывать... он резко выпрямился, выражение удовлетворения стекло с его лица, и он начал перечитывать послание, теперь уже вглядываясь в каждое слово...
— Проклятье... — теперь лицо Фаджа выражало крайнее раздражение и досаду. — И главное как не вовремя... Хотя с другой стороны... — Министр задумался, рассеяно шаря взглядом по кабинету. — Вам же хуже!
Он ткнул в кнопку вызова на своем столе, не прошло и полминуты, как его помощник Перси Уизли осторожно заглянул в кабинет.
— Господин Министр?
— Уизли, срочно свяжитесь с Дамблдором, передайте ему, что нам нужно немедленно встретиться!
Гарри слушал Нарциссу, которая сегодня почему-то завела речь о Восстаниях гоблинов, видимо из чувства солидарности с Бинсом, непонятно только откуда взявшегося. Чоу справа исправно все записывала, сам же Гарри довольствовался небольшим количеством заметок, предпочитая внимательно слушать. Чай китаянка точно не будет возражать, пожелай он посмотреть ее конспект, да и сама преподавательница поможет, если что. Гермиона, сидящая за партой левее время от времени кидала на эту идиллию взгляд, полный упрека.
Нарцисса, описывающая сражение при Баннокберне, где гоблины нанесли тяжелое поражение действовавшим на редкость несогласованно волшебникам, осеклась на полуслове. У нее на столе в яркой вспышке объявилось огненно-красное перо с запиской. Преподавательница быстро его проглядела...
— Хо... мистер Поттер, — едва сдержав любимое слово, обратилась она к нему. За спиной Гарри кто-то приглушенно, но явственно хихикнул. — Директор хочет немедленно встретиться с вами и мисс Чанг, вы оба можете идти, пароль «Молочный шоколад с арахисом».
Гарри и Чоу споро собрали свои вещи и вышли. Гарри был уверен, что приглашали только его, а Нарцисса просто не хотела, чтобы он шел без охраны...
Специфическое шоколадное блюдо пришлось горгулье по нраву, и она открыла им дорогу. В кабинете все было как обычно, Фоукс дремал на спинке одного из кресел, а сам директор мирно сидел за столом.
— Здравствуй, Гарри, — приветствовал он ученика, потом понимающе кивнул, глянув на Чоу. — Мисс Чанг, прошу, присаживайтесь. Извините, что так бесцеремонно оторвал вас от занятий, но десять минут назад со мной связался Корнелиус и сказал, что ему нужно срочно что-то обсудить с нами обоими. Ты случайно не знаешь, о чем может идти речь? — кинул он заинтересованный взгляд на собеседников.
-Умм... — потянул Гарри, — пожалуй, нет. — Единственное, что приходило в голову, это будущая атака, но тогда не совсем понятна эта экстренность. И даже если все действительно так, рассказать он ничего не сможет — Клятва есть Клятва.
— Ну, тогда нам остается лишь дождаться господина Министра, — с легким оттенком фатализма заключил директор и взмахом палочки накрыл чай.
Ждать пришлось недолго, минут через семь камин полыхнул и в кабинет ступил Корнелиус Фадж, один. Гарри мимоходом пожалел, что, похоже, ему не суждено научиться нормально перемещаться через Каминную Сеть. От сестренок, Тонкс и остальных он перенял многое, как то: аппарация, но вот камины ему не даются.
Отбросив в сторону эти мысли, Гарри сосредоточился на госте; Фадж находился, несомненно, в крайней степени раздражения и даже не пытался это скрыть. Даже не ответив на приветствие Дамблдора, Министр сел в первое попавшееся кресло, он молчал с полминуты, как обычно вращая в руках свой неизменный котелок. А потом вдруг выдал:
— Дементор бы поцеловал этих Попечителей! — Гарри недоуменно приподнял брови, но вот директора удивить было потруднее.
— Что вы имеете ввиду? — его тон вдруг живо напомнил Гарри прошлогодние события, когда накрыли ОД.
— Им подбросили идею, что в связи с новыми преподавателями необходимо пристальнее следить за событиями в Хогвартсе. И они назначили своего инспектора... — Фадж на мгновение смолк и первый раз посмотрел на Гарри. — Они решили послать ту, у кого уже есть необходимый опыт...
— Амбридж?! — не то выкрикнул, не то просто взвизгнул Гарри.
— Корнелиус, признаюсь, я не ожидал от вас такого, — все так же вежливо и спокойно заметил Дамблдор.
— Я об этом узнал только сейчас. Вы же знаете, они не подчиняются мне. Как во время той истории с Василиском. И как не крутите, им есть к чему прицепиться: история с бывшей особо опасной преступницей, ставшей учительницей. Еще можно добавить и то, что по идее в школе сексуальные отношения запрещены! А тут официально, почти в открытую, между учеником и преподавательским составом... Это все, конечно, отговорки, — продолжил Министр, не дав никому слово вставить, — но для среднего обывателя они в самый раз! На деле-то за всем стоит Чанг, которому ты, Гарри, все-таки очень некстати по мозоли прошелся! Ну и Темный Лорд, понятное дело, не упустил свой шанс...
— Но неужели ничего нельзя сделать? — насупившийся директор оценивающе разглядывал Фаджа.
— Теперь уже поздно, решение принято, а я Долорес выгнал из своего окружения после прошлогодних событий, теперь надавить на нее нечем! Все ее тогдашние дела уже аукнулись...
— Как это? — вновь не удержал себя в руках Гарри. — Она же, она...
— Боюсь что это так, Гарри, — печально заметил Дамблдор, — мы с Министром это уже обсуждали, она превысила свои полномочия... но не настолько, чтобы... даже Кровавое перо, остался старинный закон, допускающий его использование...
— Но, но... — Гарри никак не мог понять, как оно возможно, чтобы никто не вспомнил о самом главном. — Она же меня убить пыталась! Она дементоров на меня наслала!!
— Гарри, о чем ты? — теперь в голосе директора проступила озабоченность о душевном состоянии его ученика.
— Ведь все уже сошлись во мнении, что дементоров подослал Темный Лорд... — закончил его мысль Министр.
Последовала немая сцена, где участники смотрели друг на друга, гадая, кто и когда сошел с ума... А потом Гарри вдруг начал понимать, что в конце прошлого года, раздавленный гибелью Сириуса он просто-напросто забыл... Ни он сам, ни его друзья никому ничего не говорили про то, что услышали от тогдашней директрисы, когда она держала их в своей власти...
Двое мужчин не на шутку перепугались, когда с лица их юного собеседника стремительно сбежала вся краска. Молчавшая все это время Чоу чуть было не бросилась ему на помощь, но Гарри взял себя в руки и заговорил.
Министр почернел лицом, а крепко сжатые губы Дамблдора побелели, отчего старый волшебник неожиданно стал похож на разъяренную главу факультета Гриффиндор. Гарри мимоходом подумал, не жалеет ли директор, что вызволил ее из-под копыт кентавров.
— Не может быть! — Фадж вскочил из кресла, отбросил куда-то в сторону котелок и заходил по кабинету. — Она никак не могла знать, что ты, Гарри, владеешь заклятием Заступника! А значит, она послала их тебя убить! Но это какой-то бред!
— Мистер Фадж, — начал было Гарри, но тот от него лишь отмахнулся.
— Нет, я готов признать, что она может быть на такое способна... — тихо продолжил он, и тут же повысил голос. — НО! Человек, павший жертвой поцелуя дементора, это как минимум знак того, что дементоры покинули Азкабан! Лишь они одни дают такой эффект, это не спустишь на тормозах при всем желании! Натравить на тебя дементоров, Гарри, это было все равно что раструбить на весь мир, что все не так! Не отбейся ты тогда — был бы огромный скандал, особенно, если вспомнить, как тебя часто тогда поминали, было бы расследование, и девять шансов из десяти — правда бы всплыла! Не могу поверить, чтобы она действовала настолько... грубо.
Этот пылкий монолог был встречен молчанием, слышалось шумное дыхание вдруг засопевшей Чоу. Глянув ей в лицо Гарри вдруг очень четко представил себе подземный каземат, грузную тушу прикованную к стене, только вместо дегенеративной хари Вальпона, у нее было немногим более привлекательное личико бывшей инспекторши...
— Так этого оставить нельзя, — теперь уже совершенно спокойным голосом снова заговорил Фадж. Выпустив пар во время короткой вспышки, он вновь овладел собой. — Мне нужно три дня, чтобы дать делу ход, тогда ей не выпутаться, а заодно и этих «Попечителей» возьмем в оборот. Надеюсь тут на вашу помощь, Дамблдор, — погрузившийся в размышления директор лишь кивнул. Потом министр повернулся к своему второму собеседнику. — Гарри, в свете сказанного тобой, эта история приобретает куда более мрачный окрас, чем мне казалось ранее. Потому прошу тебя, будь осторожен, и я хочу, чтобы Нимфадора была с тобой круглосуточно, пока это не кончится. Я знаю, она тут еще и ассистент по ЗОТИ, ей придется это отложить. Ее прибытия следует ожидать уже завтра, так что пару дней тебе все-таки придется с ней мириться, повторяю, будь внимательнее... Кроме того, — тут Фадж повысил голос, так чтобы и Дамблдор хорошо слышал, — в связи со всем этим, нужно действовать быстрее, а потому я перенесу удар на день вперед, так чтобы два события совпали...
Директор, который, казалось бы, ушел в себя, отреагировал на слово «удар» должным образом. И Фадж начал ставить его в известность. Старый Волшебник как-то даже чуть сник, словно опечаленный тем фактом, что война с Волдемортом, оказывается, может вестись и без его ведома. Он бросил какой-то почти осуждающий взгляд на Гарри... Но потом собрался.
— Сильный ход, Корнелиус, — заключил он, вновь став мудрым и всезнающим. Тот кивнул и даже как-то посветлел: авторитет Дамблдора был очень велик и даже сейчас похвала из его уст значила немало для Министра. — Но вы рискуете... ты собираешься поставить на кон почти все, и либо выиграть, либо все потерять.
— Это уже мне решать, Альбус, — принимая короткую дуэль взглядов непреклонно ответил Фадж. — И сейчас я, как вы больше года назад, спрашиваю, собираетесь ли вы работать вместе со мной против... — лицо Министра выдало короткую внутреннюю борьбу, которую он, видимо, проиграл, — Темного Лорда?
— Как я сказал тогда, я собираюсь работать против Лорда Волдеморта, — Фадж чуть вздрогнул, на что Дамблдор, верно, и рассчитывал. — Потому можете рассчитывать на меня, господин Министр.
— Рад это слышать, — заключил Министр, поднимаясь из кресла. — Тогда прошу меня извинить, я должен провести корректировку планов в связи с ускорением графика. В нужный момент вам доставят Порталы. — Фадж внимательно оглядел присутствующих, задержавшись чуть дольше на Чоу. — Не дайте им ни на чем вас подловить, — на этой ноте он шагнул в камин, уйдя истинно по-английски.
Не считая юной китаянки, Гарри и Дамблдор вновь остались одни; молчание длилось около минуты, и Гарри уже было собирался прощаться, но тут директор заговорил.
— Мне горько осознавать, что я так низко пал в твоих глазах, Гарри, что ты уже не считаешь нужным обсуждать со мной подобные события.
— Я принес Волшебную Клятву, профессор, — холодно ответил Гарри. Несколько мгновений они играли в гляделки, а потом Верховный Волшебник Визенгамота, Альбус Дамблдор опустил взгляд.
— Я сделаю все, чтобы ограничить свободу передвижений Инспектору, — сменил он тему. — Тебя я, Гарри, прошу предупредить учеников, особенно твоих товарищей; помня прошлогодние события, Долорес Амбридж может... действовать неадекватно.
— Понимаю, профессор... а вы не забудьте про Хагрида...
— Ты в свою очередь подумай о мисс Блэк...
— Ну, о чем хотел поговорить директор? — насела на него Гермиона, стоило ему только устроиться в гостиной. Чоу заняла стратегическую позицию рядом с входом, чтобы следить сразу за всем, а Тонкс под мантией-невидимкой засела где-то еще. Когда они вышли из кабинета, до звонка оставалось минут десять, и возвращаться на последний урок на сегодня было бессмысленно. Тем более что Нимфи, единственная свободная на этот момент, уже поджидала их — все почувствовали, что с их Хозяином что-то не совсем ладно...
— Завтра к нам явится Амбридж, — без обиняков ответил ей Гарри. Не то, чтобы он говорил особо громко, но его явно услышали — в гостиной в один миг наступила тишина. Все взгляды сошлись на нем. — Совершенно верно! — повысил Гарри голос. — В этот раз она не задержится, — тут он не выдержал и состроил зверскую гримасу, — терпеть ее придется лишь два-три дня, но ждать от нее можно чего угодно, вы знаете. — Еще бы, все отлично помнили, что было в прошлом году, а не заставших этого первогодок уже не раз просветили, да так, что они, наверное, знали о ее зверствах больше всех.
Гарри обвел взглядом гостиную — его сообщение не прошло незамеченным. И, что характерно, большинство учеников вместо того, чтобы лезть с расспросами принялись о чем-то оживленно переговариваться. Потом ему на глаза попалась стихийно сбившаяся компания на другой стороне помещения — Невилл и Рон с Джинни, самые заинтересованные после его самого с Гермионой. Бывший лучший друг почувствовал его взгляд и, видно поколебавшись, призывно мотнул головой, мол подходи, поговорить нужно. Гермиона, конечно же, увязалась за Гарри.
— Как это возможно? — шепотом приветствовал их Рон. — Она же на тебя «Круцио» наложить хотела, дементоров наслала! Я думал, эта... — выговор Гермионы предвосхитил эпитет, которым он хотел наградить Жабу, но парень лишь отмахнулся. — В общем, я думал, она в Азкабане давно! — Джинни, Невилл и Гермиона на разные лады выразили свое согласие.
— Вот и я так думал, — тихо ответил Гарри, глядя на сгрудившихся, словно бы и не было никакого разлада, товарищей. — Но тут выяснилось, что все мы были так взволнованы... тем, что произошло потом, — в сердце кольнуло болью, — что никто и не подумал рассказать об этих откровениях. — В иных обстоятельствах картина четырех синхронно отпадающих челюстей и пар глаз, лезущих на лоб, показалась бы ему забавной. — И вот Дамблдор и Фадж оба были шокированы, когда я рассказал. Министр обещал все устроить, и через три дня ее схватят за жабры, а заодно и еще кое-кого. Нам нужно за эти дни не дать себя в обиду — помимо моего личного недруга за всем этим четко проглядывается Волдеморт, — серия вскриков, а которые Гарри не обратил внимания. — Не говоря о том, что у Жабы к нам наверняка есть особый счет, особенно ты, Гермиона, не думаю, что она забыла про кентавров...
— Ты прав... — протянул Рон и тут же встрепенулся. — Еще нужно Полумну предупредить! Ведь она с нами была, возможно, целями будут все, кто был в Министерстве...
— Верно, — кивнул Гарри, — кроме того, стоит поговорить со всеми из ОД, мало ли что... вообще, Дамблдор просил меня предупредить всех учеников, ибо дело может быть очень серьезным...
— И слизеринцев тоже? — реакция Рона была вполне ожидаема.
— Они, я полагаю, уже в курсе, — впервые подала голос Джинни. Гермиона, к некоторому удивлению Гарри, ничего не сказала.
— Я знаю, где гостиная Пуффендуя, — вступил Невилл, — могу им передать предупреждение... Кто знает, где искать когтерванцев?
— В библиотеке... — довольно классически пошутил Рон, но несколько не вовремя.
— Я знаю где, — спокойной заметил Гарри. — Могу Чоу... попросить, — смягчил он.
— Хорошо, — несколько поспешно заговорила Гермиона, возможно опасаясь, что беседа уйдет в сторону. — Невилл, я пойду с тобой, Гарри, ты поговори с когтерванцами. Рон, Джинни, расскажите первоклассникам...
— О... им уже рассказывают, по-новой, — ответил Рон кивнув головой в сторону Симиуса, окруженного первокурсниками. — Так что тут все в порядке, будем ждать завтрашнего дня...
— Рад видеть вас, Долорес, вновь! — со своим обычным... может, чуть более напускным добродушием приветствовал новоприбывшую Дамблдор.
— Здравствуйте, профессор, — вот у Инспектора улыбка получилась вымученной. Что, учитывая впечатление, производимое даже ее обычной улыбочкой на жабообразной физиономии, было особо жутким зрелищем.
Надо сказать, что Амбридж нисколько не изменилась с прошлого года — очевидно, общение с кентаврами не оставило следов. В кабинете Дамблдора, куда она ступила из камина, ее, кроме директора, встречали еще и все деканы. Начальник «обрадовал» их новостью сразу после ухода Гарри, и МакГоннагалл сейчас изо всех сил старалась сохранить хотя бы видимость нейтрального выражения на лице...
— Рада видеть вас, коллеги, — все с тем же выражением продолжала гостья, все-таки выдержка была у нее незаурядная. — Будьте уверены, в прошлом году мы все успешно прошли мою инспекцию, и я здесь вовсе не для того, чтобы повторять ее... но преподаватели, устроившиеся на работу здесь в этом году, вызывают определенные опасения у Совета Попечителей. И я здесь для того, чтобы убедиться, что их метоты преподавания соответствуют директивам...
— Позволю себе напомнить вам, что с прошлого года эти директивы немало изменились, — удивил вдруг всех Снейп.
— О, не волнуйтесь, мистер Снейп, я хорошо знаю директивы, — улыбка Долорес стала еще омерзительнее. — Итак, профессор Дамблдор, я бы хотела присутствовать на занятиях, которые ведут профессора Беллатриса и Нарцисса Блэк...
— Конечно, Долорес... — Дамблдор протянул ей заранее составленный список уроков, с таким расчетом, чтобы Гарри там и близко не было. По возможности это были занятия со старшекурсниками... или со Слизерином — директор надеялся, что эта деталь не дойдет до Северуса. — Кроме того, мне и некоторым моим коллегам есть что с вами обсудить. Я взял на себя смелость заранее назначить эти встречи, ибо у большинства наших преподавателей очень жесткий график... — очень добро улыбнулся директор, график встреч был рассчитан так, чтобы эти два дня, пока Министр что-то там подготавливает, у дорогой гостьи не было бы свободного времени...
Директор внутренне посмеялся, глядя, как вытянулась лицо собеседницы, когда она ознакомилась с расписанием и кое-что прикинула... Но оправилась она быстрее, чем он того ожидал, а это несколько настораживало...
Вечером этого же дня, вскоре после уроков, Гарри сидел в своих апартаментах, справа к нему прижималась Чоу, а Тонкс, намучившаяся за день, который она провела, не снимая Мантии, устроилась слева, положив голову ему на колени. Остальные пока еще не вернулись... За весь день Гарри видел Жабу лишь за обедом, и то, когда он спустился в Большой Зал, она уже заканчивала и вскоре куда-то унеслась, не удостоив его и взглядом... Похоже, Дамблдор успешно сковывал ее действия...
Тут дверь открылась, и сестры Блэк вошли внутрь с выражением лиц, колеблющихся между легким одурением и крайней яростью...
— Хозяин, можно, я ее убью? — в упор спросила Беллатриса, опускаясь на колени.
— И что же она такое успела сотворить? — приподнял бровь Гарри.
— Кроме того, что она сделала с вами в прошлом году? — вступила Нарцисса.
— Угу... ибо за это она еще заплатит...
Беллатриса как-то тяжко вздохнула, очевидно, ее желание было вызвано именно теми событиями...
— Она заявилась на мой урок, Хозяин, — тем временем рассказывала Цисси. — Шастала туда-сюда, интересовалась моей компетенцией... в общем, отвлекала как могла, но придраться ни к чему не смогла. Но вот Белу она просто замучала.
— Она присутствовала на двух моих уроках, я терпела ее четыре часа, Хозяин, с её голосочком второкурсницы, которую лишают детства с помощью ледяного бруска, — Гарри приподнял брови от этакого эпитета. — Интересовалась, почему я подвергаю такой опасности учеников, это она про заклятия блока, я проверяла его прочность у семикурсников Ослабленным Режущим. Когда я ей заметила, что ученики должны быть готовы к тому, что им может встретиться снаружи, она сказала... — лицо Беллатрисы исказилось. — Она как бы согласилась, заметив, что уж кому как не мне знать о том, что их может ждать... И это на глазах учеников Слизерина, Хозяин! Я хорошо слышала, как там хихикали...
— Тварь... — прошипела Тонкс, принимая сидячее положение.
— Тварь, — одновременно с ней отреагировал Гарри. — Она за все заплатит, но чуть позже, сейчас нельзя поддаваться на провокации, вы меня поняли?
— Да Хозяин, — в унисон ответили все, в том числе и Флер, только переступившая порог.
Долорес Амбридж с трудом добралась до своей кровати и буквально стекла на нее. Этот день ее вымотал. Этот чертов старикан Дамблдор может торжествовать, ему действительно удалось так лихо заполнить ее день, что сегодня у нее не было фактически ни единой свободной минуты. И завтра ее ожидает то же самое... только не знает этот маразматик, что его трюки не смогут ей помешать — она кинула короткий взгляд на небольшую сумку, где было все необходимое...
Они явно думают, что она целится на Поттера... и они конечно правы, но думают, что она попрет прямо на него... тупицы. Все будет хитрее... и все, что прячет Поттер станет известно, ибо этот мелкий придурок верит тем, кто ему близок... это его и погубит.
Следующий учебный день проходил спокойно, от сестер Гарри знал, что Амбридж проведет большую часть времени до обеда в компании Бинса. Как это удалось Дамблдору — загадка, но он организовал какое-то совещание между бывшей директрисой Хогвартса и бывшим преподавателем Истории Магии... причем как-то так, что ни отказаться, ни удрать с этой интереснейшей встречи Долорес не могла. А значит, все должно было быть спокойно. Тем не менее, Гарри твердо решил не отступать от однажды принятого плана действий, а потому Чоу не отходила от него ни на шаг, как и невидимая Тонкс. Гермиона тоже держалась рядом, рассудив, что рядом с ним, как с самой защищеной личностью в Хогвартсе, ей будет лучше.
Урок зелий прошел вполне спокойно, Снейп даже не дышал у него над ухом, а почти все время сидел у себя за столом, о чем-то напряженно размышляя. Еще что было примечательно: отсутствовал один из учеников Слизерина, а именно Блейз Забини. Впрочем, такое случалось, редко, но случалось... Теперь они поднимались наверх, к кабинету профессора МакГонагалл, шли отдельно от остальных, ибо Карта Мародеров давала богатейшую информацию о тайных ходах, облегчающих передвижение... отодвинув в сторону какой-то портрет, они вышли к очередной лестничной клетке. Ее им предстояло пройти насквозь.
— О, мисс Чанг, я как раз хотела с вами поговорить! — раздался над ухом Гарри отвратительно знакомый голос. — Прошу пройти со мной...
Дальше в несколько мгновений уместилось сразу очень много событий. Испуганный вскрик Чоу, длинное «ооо» Гермионы, его собственный шок...
Он обернулся на вскрик... Амбридж стояла на самом краю стремительно отъезжающей лестницы, крепко сжимая за руку Чоу, которая была слишком шокирована, чтобы вырываться... Потом он, повинуясь какому-то инстинкту, выбросил руку вправо и успел подхватить Тонкс за мгновение до того, как та рухнула в пропасть в своей отчаяной попытке дотянуться до китаянки... Пару секунд спустя двигающаяся с немыслимой скоростью лестница уже унесла их из виду...
— Так... — Гарри сделал пару вдохов и усилием воли заставил себя не паниковать. — Гермиона, скорее беги к Дамблдору!
— Но... — та была явно слегка не в себе.
— Скорее!! — яростный крик Гарри вырвал девушку из ступора, и та со всех ног кинулся к проходу, откуда они только что вышли. Гарри же уже выхватывал из кармана заветный лист... — Торжественно клянусь, что замышляю шалость и только шалость...
По пергаменту начали разбегаться линии и точки, краем глаза он успел заметить точку помеченную «Беллатриса Блэк», которая со страшной скоростью мчалась в его сторону. Почти наверняка и она, и ее сестра, и Флер тоже, все они почувствовали его невольный призыв и сейчас спешили...
А странная пара: «Чоу Чанг» и «Долорес Амбридж» двигались очевидно к прошлогоднему кабинету Инспектора.
— Хозяин! — тяжело дыша на лестничную клетку вылетела Нарцисса. — Что...
— Хозяин! — из другого коридора вырвалась Флер. В трех шагах за ней была и Белла... — Что проис...
— Некогда! — рявкнул в ответ Гарри. — Мы должны вытащить Чоу! — он размашисто написал палочкой на ближайшей стене. «Она потащила Чоу в свой старый кабинет». — За мной!
Неприятности начались, стоило им только двинуться — что-то полыхнуло, и коридор заволокло дымом. Кашляя, натыкаясь друг на друга, они двинулись было напролом, и только реакция Беллатрисы спасла их, когда в них полетел небольшой огненный шар. Убить бы он не убил, но ожог бы получился неслабый...
И пошло... путь к кабинету Амбридж был просто заставлен всевозможной гадостью: их чем-то опыляли, обрызгивали, ошпаривали... ловушки не были смертельными, то ли установившие их не были особо сильны в таких делах... то ли им не были нужны жертвы, по той или иной причине. Но все эти штуки замедляли продвижение просто катастрофически. Добрая четверть часа потребовалась им, чтобы пройти от силы половину расстояния до кабинета. Гарри готов был рвать и метать, ибо было совершенно ясно, что они уже безнадежно опоздали...
— Скорее! — в пламенной вспышке рядом с ними образовался Дамблдор с Фоуксом на плече и требовательно протянул руки. Гарри и остальные не заставили себя ждать...
Перенос феникса не был похож ни на что ранее знакомое Гарри, не было тут ощущения, что тебя силой пропихивают через какой-то шланг, не было впечатления полета без руля и ветрил, не было и лезущий во все места пыли... Их окутало облако света, было... тепло и уютно, Гарри на несколько секунд потерял способность видеть.
Когда его глаза пришли в норму, заветная дверь была перед ними. Дамблдор его опередил, с немыслимой для человека его возраста скоростью он подскочил к ней и ткнул палочкой в замок... дверь полыхнула черным. Дамблдор отпрянул назад, а чернота устремилась за ним и ударила в какое-то защитное заклятие, которым он себя окружил. Несколько секунд густой черный туман тянущийся от двери и золотистый щит не уступали друг другу, а потом щит начал бледнеть...
— Куирайсоро Ренфорсус! — выкрикнул Гарри, усиливая щит директора. Остальные ему вторили...
Едва только он присоединился к поддержанию защиты, как он ощутил на себе всю тяжкую мощь этой черной пакости... как если бы ему на плечи разом опустился огромный груз... можно было понять, почему даже Альбус Дамблдор уступал этому напору... И тут же стало легче, когда Белла и все остальные присоединились к ним...
Щит вокруг директора разгорался все ярче... и теперь уже сгусток черноты начал бледнеть...
И тут из-за двери вдруг послышался отчаяный выкрик, возможно преодолевший заглушающие заклятия:
— Авада Кедавра!!

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 21.

 
 Чоу никак не могла овладеть собой...
Сперва Долорес Амбридж, враг ее Хозяина, схватила ее прямо на глазах у него, а так же Тонкс и Гермионы... И потом буквально волоком тащила ее куда-то... а она ничего не могла сделать. Казалось, какая-то непонятная сила парализовала ее волю, и ноги сами несли ее за Амбридж, а в опустевшей голове не было ни единой дельной мысли...
А потом ее втащили в кабинет, в котором бывшая Инспекторша властвовала прошлый год. И она сама не поняла, как села на стул для посетителей, Амбридж же устроилась в своем обычном кресле.
— Чувствуйте себя как дома, мисс Чанг, — мило улыбнулась она. Точнее попыталась мило улыбнуться, будь она сейчас способна на это, Чоу бы ужаснулась картине. Но в сознание кто-то словно залил густой кисель, в котором тонули и мысли, и эмоции... — Хотите чаю? — И Чоу поняла, что утвердительно кивнула...
Чашка с горячим чаем объявилась перед ней в тот же миг, словно только этого и дожидалась. И ее руки сами собой обхватили ее и понесли ко рту... и стоило сделать первый глоток, как сознание окончательно опустело.
— Напомните мне, как вас зовут? — раздался вкрадчивый голос.
— Чоу Чанг, — тут же ответила она. В самом деле, почему бы не ответить?
— Очень хорошо. А где вы сейчас живете?
— В апартаментах моего Хозяина, — искренне ответила Чоу. Ведь нужно быть честной, хорошие люди ведь должны говорить правду.
— Прекрасно, а где они находятся?
И следующие минут пять Чоу в подробностях описывала местоположение обители ее Хозяина. Это казалось... нормальным, людям надо отвечать, надо говорить правду, надо общаться. Рассказала она и пароль, и если бы в ее голове не царила блаженная пустота и искренность, она бы, несомненно, заметила гримасу на лице собеседницы в этот миг.
— Замечательно, мисс Чанг, — растянула Амбридж в улыбке свой лягушачий рот, потом кинула взгляд на часы... — И еще один вопрос, нет ли у мистера Поттера какой-нибудь тайны?
— Есть.
— Как интересно, а какая? — та подалась вперед.
— Нимфадора Тонкс также принадлежит моему Хозяину... — немедля выдала Чоу, и остановилась. Не потому что, что ей больше нечего было сказать, а просто, что-то вдруг стало не столь прекрасно и тихо...
А Долорес Амбридж не заметила, что речь ее «собеседницы» резко оборвалась. Слишком потрясенная этим подарком судьбы, она уже ничего не замечала. Кто бы мог подумать, что ненавистный зеленоглазый очкарик таит такое! Он подчинил своей воле приставленного к нему мракокборца! О, эта информация может прийтись очень ко двору... Она не замечала, как на лицо Чоу теряло свою бесстрастность...
В голове Чоу бушевала буря, что-то было не так, что-то было совершенно неправильно... И хотя было очень соблазнительно вновь погрузиться в эту бездумную эйфорию откровенности, ощущение неправильности пересиливало... И у нее в голове медленно, но верно заработала мысль.
Что было не так? Ей задали вопрос... и она ответила, да воспитанным людям следует отвечать на вопросы, а она была, несомненно, воспитанной девушкой... Она рассказала об их апартаментах... ничего страшного, а еще... а еще... еще она рассказала про Тонкс! И что же?..
«Тебе следует знать о кое-каких вещах, о которых не стоит распространяться...» — тут же всплыло в ее памяти лицо Хозяина, когда, на следующее утро после ее посвящения, он раскрывал ей кое-какие секреты...
О Тонкс никому нельзя было говорить! Она нарушила приказ своего Хозяина!!
И это было подобно взрыву, стоило ей осознать это, как все встало на свои места, голова вновь стала ясной, а туман в сознании растаял без следа. Ее похитили, очевидно, наложили какое-то подавляющее волю заклятие, но не «Империус», а потом... потом ее просто напоили Сывороткой Правды! И она... она все им рассказала!
«Я буду нема, как могила, Хозяин» — вот, что она обещала ему. Она предала его... опять, как в прошлом году! Мерлин, неужели ей не суждено сделать хоть что-то хорошее?! Так что даже теперь, отдав себя всю без остатка, она ухитрилась подвести, предать того, кто отныне был для нее центром вселенной! Он доверил ей свою тайну, а она выдала ее. И кому?! Заведомому врагу!
— Так... — Амбридж наконец-то вынырнула из своих радужных мыслей, и уставилась на дверь. На жабьей физиономии отразилась тревога. Вскочив, она направилась к камину...
— Тварь... — прошипела Чоу, тоже вскочив и выхватывая из кармана палочку. Она должна была хоть как-то искупить свою вину.
— Что? — Амбридж, которая свою, накачанную Сывороткой Правды жертву в рассчет не принимала, обернулась. И ее и без того жабьи глаза полезли из орбит... — Как...
— Авада Кедавра!! — Чоу выкрикнула единственное пришедшее в этот миг на ум заклятие, и будь что будет...
-Нет!! — выкрикнул Гарри.
Что-то внутри него словно взорвалось. Волна силы вырвалась из палочки, смела ту черноту, что все еще пробовала на прочность защиту Дамблдора, ударила в дверь... и дверь просто унесло. Не задавая себе лишних вопросов, он рванулся вперед.
Первым, что он увидел, была Амбридж... вернее, ее тело. Она кучей мусора лежала на полу, и теперь, после смерти, была особенно похожа на жабу. Дохлую. Чоу застыла с палочкой в руке, остановившимся взглядом она глядела на труп. Но уже через пару мгновений вышла из ступора, оглянулась...
— Хозяин, — выдохнула она. В следующий миг ее глаза закатились, и она упала... прямо в руки Альбусу Дамблдору, который опять как-то сумел обогнать всех.
— Что с ней, профессор? — кинулся к ним Гарри. Флер уже была рядом.
— Точно не знаю... — старый волшебник поднес руку к шее девушки. — Пульс слабый, я ее сразу доставлю в Больничное Крыло! — И директор исчез во вспышке пламени вместе с Фоуксом и Чоу...
— Так... — Гарри оглядывался, силясь сообразить, что же ему делать.
— Сыворотка Правды, Хозяин, — Нарцисса осматривала чашку, стоящую перед стулом, на котором, видимо, сидела Чоу. Она коснулась ее палочкой. — Разорви меня горгулья! Тут минимум тройная доза! — она кинула яростный взгляд на мертвеца, над которым склонилась ее сестра.
— Ясно. Инсендио! — Гарри схватил только что замеченный горшок с Летучим Порохом и швырнул горсть в камин. — Флер! Хватай эту дрянь и доставь мадам Помфри, ну и вообще помоги.
— Да, Хозяин, — Флер тут же забрала чашку у Цисси, чем-то накрыла и шагнула в камин. — Больничное Крыло! — ей, как ассистентке медсестры был открыт туда прямой доступ.
— Хорошо... — Гарри вдруг как-то сразу успокоился и уже знал, что необходимо сделать. Прежде всего, он наложил пару заглушающих чар и вернул дверь более-менее на место. — Белла, Дора — проверьте тут все на предмет записывающих или передающих штуковин...
Проверка заняла пару минут. Около камина обнаружилось волшебное устройство, которое фиксировало происходящее и обращало в воспоминания, которые потом можно было просмотреть в Омуте. От греха подальше, Гарри велел сразу уничтожить находку. Больше ничего не нашлось, вероятно, защита замка не позволяла напрямую передавать что-либо...
Оставив Цисси сторожить место происшествия, Гарри и остальные также поспешили в Больничное Крыло, только вот, поскольку у них не было ни феникса, ни допуска к камину, двигаться пришлось по старинке — ножками. Причем, помня о неприятностях, которые обрушились на них по пути сюда, шли они медленно... Но, очевидно, этот маршрут заминирован не был.
В Больничном Крыле уже собралось изрядно народу, вдобавок к директору, Флер, мадам Помфри и бессознательной Чоу, тут же был еще и профессор Снейп, с сосредоточенным видом изучающий чашку с чаем.
— Что с ней? — Гарри сразу же задал волновавший его вопрос.
— Именно это мы и пытаемся установить Поттер, — ядовито заявил Снейп, опуская чашку. — Это, несомненно, Сыворотка, и очень качественная, должен добавить. В этой чашке никак не меньше двадцати капель, доза смертельно опасная. И последствия должны были уже проявиться. Потому ее состояние для меня... — Снейп запнулся на миг, — полная загадка.
— ЧТО С НЕЙ?! — возможно, Снейп специально хотел вывести Гарри из равновесия, если так, то ему удалось...
— Успокойся, Гарри, — вмешался Дамблдор, прежде чем Снейп успел ответить. — У мисс Чанг просто сильнейшее магическое истощение, ее жизни ничего не угрожает, а следов Сыворотки Правды просто нет...
Гарри приподнял брови. Но прежде чем он успел сказать что-либо по этому поводу, мадам Помфри взялась пылко наводить порядок в подчиненном ей учреждении. А именно: она мало что не взашей выставила Гарри с его дамами, а заодно и директора со Снейпом, последнего очевидно по принципу: «мавр сделал свое дело, мавр может уходить». Мавр, впрочем, не огорчился и тут же удалился, и его неизменный плащ развевался за ним.
Дамблдор первым делом пошел в кабинет Бинса, и Гарри увязался за ним. Там их ждал неприятный сюрприз, уже далеко не первый за сегодня. Амбридж там, понятное дело, не обнаружилось. И Бинс бубнил что-то по поводу восстаний гоблинов в году этак в тысяча-шестьсот-цатом... Блейзу Забини. Пропавший слизеринец сидел перед вещающим привидением, уставившись в одну точку с отсутствующим выражением лица.
— Заклятие Империус, — заключил Дамблдор, быстро осмотрев молодого человека, в том числе и его левое предплечье. — Мисс Блэк, можно попросить вас доставить его в Больничное Крыло?
— Конечно профессор, — и Белла удалилась.
— Оборотное зелье, Гарри, — в руке директора был крошечный флакончик. — Мы опять попались на эту уловку. Мистер Забини принял облик нашей общей знакомой, и пока мы все думали, что она тут постигает историю, у нее была фактически полная свобода действий... Что, по-твоему, произошло?
— Ну, прежде всего, мы все лопухнулись по полной, — Гарри сейчас был слишком возбужден, чтобы следить за своим языком. — Мы думали, что целят непосредственно по мне, а они зашли с фланга, наверняка хотели компромат получить. И Чоу, вероятно, посчитали слабым звеном.
— Да...
— А потом... я полагаю, что она хотела знать что-то из того, о чем я запретил рассказывать, — Гарри говорил то, что приходило ему в голову. — А поскольку «Сервус Секус» стирает даже Черную Метку...
— То тут сама магия мисс Чанг вступила в конфликт с зельем! — воскликнул Дамблдор. — Ты несомненно прав, мальчик мой, это объясняет, почему не было следов Сыворотки в организме, магия ее попросту уничтожила! Отсюда и истощение. Очевидно, мисс Чанг отчаянно не хотела отвечать на заданый вопрос, а потом отплатила миссис Амбридж сразу за все... — старый волшебник опустился на парту. Казалось, в этот миг его мысли были где-то далеко. — Помнишь, Гарри, ты как-то сказал, что я не уделяю достаточно внимания своей работе директора?..
— Я... я не хотел, я тогда... — Гарри невольно попятился.
— Ты был прав. Я ведь не раз, даже на твоей памяти, говорил, что моей прерогативой является безопасность моих студентов... Нет нужды говорить, насколько я провалил эту задачу, если уже в этом году... А помнишь пять лет назад?.. — Дамблдор оборвал себя на полуслове. — Но сейчас некогда предаваться этому, нужно вызвать Министра, а потом...
Дел действительно нужно было сделать немало. Едва Тонкс доложила ему о случившемся, Фадж примчался в школу вместе с Долишем и Кингсли, очевидно, они все так же были его доверенными людьми. Либо Фадж был не в курсе, либо... либо что-то другое. 
Труп поспешили убрать, темнокожего волшебника отправили на подмогу Цисси и нескольким профессорам, которые очищали коридоры от гадостей, которыми их наполнил неизвестный доброжелатель или доброжелатели...
Министр явно не спешил портить жизнь Гарри или Дамблдору, а потому он первым делом предложил, чтобы все быстренько забыли о гибели инспекторши в этих стенах. А это в частности означало, что Гарри не придется платить штраф за убийство... Пока стоило вообще обо всем умолчать, мол Амбридж ничего не нашла и удалилась, а потом, когда он даст делу ход, она погибнет «при сопротивлении при аресте». Не лучший вариант, но уже что-то. 
Фадж не мог задерживаться, потому поручил Долишу взять показания с Чоу. Та очнулась пару часов спустя. С ее слов выходило, что она начала рассказывать Амбридж про запланированную уже на завтра атаку... Долишу и Дамблдору этого вполне хватило, но Гарри каким-то шестым чувством понял, что Чоу врет, врет очень талантливо. Он, ясное дело, не подал виду, тем более что у него была своя идейка по поводу, какую тайну Амбридж на самом деле унесла в могилу...
Гарри сидел в кресле в своих апартаментах. Дамы все разошлись по школе, улаживая многочисленные проблемы связанные либо с уже случившимся, либо с тем, что случится завтра. И он был этому скорее рад, ему нужно было подумать в одиночестве. Да и Чоу уже вот-вот вернется из Больницы.
Чоу... на нее напали из-за него, из-за того, что она отдала себя ему, Гарри Поттеру. И хотя он уже давно осознал, что близкие ему люди могут стать мишенью... он все равно, как-то подсознательно полагал, что нападают всегда на него... а другие... они оказываются не в то время, не в том месте. Именно поэтому он был так уверен, что Амбридж охотится именно за ним. За кем же еще?
И если бы не Чоу... эта ошибка могла им очень дорого стоить.
Он скорее почувствовал, чем услышал, как дверь открылась и кто-то вошел. Чоу медленно шла к нему, низко опустив голову. Гарри вынырнул из своих мыслей и с некоторым недоумением поглядел на нее.
— Я подвела вас, Хозяин, — Чоу опустилась перед ним на колени, глядя прямо в пол. — Я солгала тогда, Амбридж просто спросила, есть ли у вас какой-нибудь секрет и я... я...
— Начала рассказывать про Тонкс, — закончил за нее Гарри. Кажется, до него начало доходить, почему Чоу выглядела так, словно ожидала смертного приговора.
— Да Хозяин, я знаю, что предала вас, ибо вы запретили рассказывать об этом кому бы то ни было, но прошу вас! Умоляю, не отсылайте меня прочь! Я исправлюсь! Хозяин, я заслужила любую кару, но позвольте мне остаться с вами! — она наконец подняла на него свои красные от слез глаза.
— Чоу... — начал было Гарри. Но, пожалуй, впервые за все это время, одна из его дам прервала его.
— Я знаю, что я недостойна никакого снихождения! Я вновь подвела вас, как и год назад! Но прошу вас, Хозяин! Все что угодно, только не отказывайтесь от меня! Я скорее умру! Хо...
— ЧОУ!! — рявкнул Гарри, которому это самобичевание несколько надоело. Та немедля смолкла и вся сжалась в комочек, и учитывая, что она все еще была перед ним на коленях, выглядело это довольно забавно. — Чоу, прежде всего я и не думал отказываться от тебя, — та опять робко подняла на него взгляд. Гарри не смог сдержать улыбку. Она сейчас выглядела... такой слабой и беспомощной, и не подумаешь, что всего несколько часов назад она использовала Непростительное, Смертельное проклятье. Использовала его ради него... — Вообще говоря, я считаю, что ты заслуживаешь награду...
— Но... но я...
— Мы все совершили ошибку Чоу, чем и воспользовались наши враги, и лишь благодаря тебе их планы сорвались, — Гарри поднялся из своего кресла, наклонился и положил руки на плечи девушки. — Они предусмотрели почти все, но недооценили твою верность, Чоу. — Гарри заставил ее подняться с колен, и теперь они смотрели друг другу в глаза. — Ты переборола огромную дозу Сыворотки Правды и еще то, непонятно что на шее. — У Амбридж обнаружился странный медальон, от которого просто разило Черной магией. Дамблдор предполагал, что он был причиной того, что Чоу не сопротивлялась в начале. — Я благодарен тебе за это.
Как бы в подтверждение этих слов Гарри и наклонился вперед и нежно коснулся ее губ своими. Чоу сперва застыла, а потом несмело ответила ему... и тут в дверь постучали. Гарри подался назад.
— Кто это? — недовольно пробормотал он, взмахом руки сделав дверь односторонне прозрачной. Там стоял, поглядывая по сторонам, Альбус Дамблдор.
Хоть перспектива оставить директора снаружи и казалась привлекательной, в такое время он бы вряд ли пришел без веской причины. Лишь когда тот вошел внутрь, Гарри увидел, насколько уставшим и постаревшим тот выглядел.
— Гарри, мисс Чанг.
— Профессор, заходите, присаживайтесь, — Гарри впервые принимал постороннего у себя. А Чоу, вспомнив о своей роли, уже катила в их сторону столик с чаем, накрытый на двоих.
— Спасибо, Гарри, — директор тяжело опустился в предложенное кресло. Гарри почувствовал, что тот хочет поговорить с глазу на глаз, и потому не очень охотно отослал Чоу. — Я не знаю, что это было Гарри, — после минутного молчания вдруг признался старый волшебник.
— О чем вы сэр? — эти слова застали Гарри врасплох.
— Сразу обо всем... и прежде всего о том заклятии, что защищало кабинет Долорес. Я потратил некоторое время на изучение следов, которые оно оставило... оно не похоже ни на что ранее мною виденное. Сплетено по совершенно мне непонятному принципу! — Дамблдор сделал большой глоток чаю. Гарри последовал его примеру, он чувствовал, что его собеседник пришел сюда, чтобы выговорится... и что он был очень встревожен. Дальше Дамблдор говорил своим обычным, спокойным голосом, правда, без веселых ноток. — Что-то происходит, Гарри. Помнишь нападение на Северное Управление Магического Правопорядка? — как же такое забудешь, — Никто не представляет, как врагам удалось преодолеть защиту и подобраться вплотную незамеченными... А события в Париже? Ты там был, Гарри. Я не сумел бы вот так, в один миг, разрушить тот барьер. И Том, каким я его помню, а после того боя в Атриуме я могу сказать, что он не стал намного сильнее, тоже на такое не способен! Не будем забывать и о том загадочном персонаже, что помог тебе вырваться из плена...
— Что-то изменилось Гарри. Какие-то новые, неизвестные мне силы включились в нашу борьбу. И это меня пугает... — закончил Дамблдор свои рассуждения.
   
На следующее утро Гарри проснулся, пораньше. Рядом чуть слышно посапывала Чоу. Это был чуть ли не первый раз за уже не слишком короткий промежуток времени, когда наличие девушки в его постели не означало предшествующее этому длительное любовное действо. Нет, после вчерашнего, насыщенного не самыми приятными событиями и разговорами, дня Гарри просто пригласил Чоу к себе в постель, но они не делали ничего «такого».
И передышки ждать пока не приходилось, ибо уже на сегодня был запланирован удар по замку Волдеморта. Очень хотелось верить, что кратковременное появление Амбридж в эти же дни было лишь досадным совпадением. С другой стороны, на это все вроде как и указывало... Как бы то ни было, им уже был выдан односторонний Портал, который сам Дамблдор зачаровал так, чтобы он прошел через защитные барьеры. И отправляться нужно будет уже довольно скоро.
Но, разумеется, сперва позавтракать! Чай «Война войной, а обед по распорядку».
Вышеупомянутый Портал перенес Гарри и всю компанию — он мимоходом подумал, что скажут в школе, откуда вдруг слиняло двое учеников, трое учителей и медработник, и это еще не считая директора — на опушку леса. Опушка была далеко не пустынной, на новоприбывших тут же было наставлено десятка два палочек. Но мракоборцы тут же их опустили, когда разглядели получше гостей, и их командир молча указал в сторону просторной палатки слева. Их компанию провожали взглядами, кто-то просто любовался фигуркой Флер, прикидывая, не подвалить ли к этому Поттеру с деловым предложением, а некоторые кидали менее дружелюбные взгляды на Беллатрису. Как бы то ни было, голоса никто не подал.
В палатке, которая внутри оказалась в несколько раз просторнее, чем снаружи, собралось уже немало народу. У дальнего полога стоял обширный стол, вокруг него обнаружились и Министр, и директор, который опять их опередил, и еще десятка полтора магов и волшебниц, вероятно, из числа высшего командования мракоборцев и советников Министра. Некоторые из их числа выделялись одеждой, возможно, они были иностранцами. Остальную часть шатра занимало еще несколько десятков человек, скорее всего, командиры рангом пониже, тут тоже были заграничные гости. Они тихо переговаривались, большинство еще не знало, из-за чего сыр-бор.
— Гарри! — приглашающе махнул рукой Министр. — Садитесь, — после демонстративного рукопожатия, которое было всем хорошо видно, он указал на кресла. Потом понизив голос, — Как только соберутся все, я сделаю заявление, а потом мы отправимся к месту действия...
Ждать пришлось минут пятнадцать, среди новоприбывших Гарри с некоторым удивлением признал Грозного Глаза. Потом один из присутствующих что-то шепнул Фаджу, и тот поднялся, голос его был звучен и без магии.
— Дамы и господа! Многие из вас, несомненно, задаются вопросом, почему вас всех отозвали от дел и вызвали на этот, позволю себе сказать, пикник. — На лицах нескольких человек, из числа собравшихся около Министра, появились кривые усмешки. — В этот момент, когда мы с вами разговариваем, ваши подразделения уже подняты по тревоге и ждут лишь своих командиров. И уже через пару часов мы все вместе нанесем тяжелый удар по силам самопровозглашенного Лорда! — голос Фаджа буквально звенел. — Многие из вас помнят Первую Войну, а значит название Роштар не будет для вас пустым звуком, — оно не было пустым звуком и для тех, кто был слишком молод в те времена. — Тогда, почти двадцать лет назад, никому не удалось добраться туда. Но сегодня, благодаря последним разработкам Отдела Тайн, а так же информации, полученной мистером Поттером, мы сможем уничтожить этот рассадник Черной Магии на нашей земле! — последовавшую за этим тишину длинной в несколько секунд можно было нарезать ломтями и складывать про запас. Речь Фадж возымела немалый эффект. Гарри мог видеть, как волшебный глаз Грюма завертелся в глазнице с удвоенной скоростью, выдавая волнение, охватившее старого вояку. — Сейчас каждый из вас получит пергамент с общим планом операции и личными приказами для его подразделения. Как вы, несомненно, заметили, среди нас есть и представители иных стран: наши друзья из Франции, Германии, Испании, России и СМША откликнулись на наш призыв в этот грозный час. И их бойцы будут сражаться вместе с нами в этой битве, подробности вы найдете на бумаге. Операция начнется ровно в одиннадцать! У вас будет, — Министр бросил короткий взгляд на часы перед собой, — полтора часа, чтобы донести цели и суть предстоящих действий до ваших подчиненных. Столь сжатые сроки связаны с повышенным уровнем секретности всей атаки. Связь на поле боя будет поддерживаться через двусторонние зеркала и с помощью Альбуса Дамблдора, — уже некоторое время как объявившийся у того на плече Фоукс утвердительно курлыкнул. — А теперь не будем терять времени!
И в палатке словно бы заработал какой-то тщательно отрегулированный и смазанный военный механизм. Согласно какому-то четкому, известному им самим порядку командиры мракоборцев подходили получить свои приказы и немедля отбывали. Не прошло и пяти минут, как толпа рассосалась, и остались лишь расположившиеся вокруг стола.
— Итак, Гарри, леди — словно только что вспомнив об их наличии-присутствии заговорил Фадж. — Прежде всего, позвольте познакомить вас с присутствующими.
Как Гарри и предполагал, большинство из них оказались большими шишками из отдела мракоборцев. Кроме того, тут были представители аналогичных организаций из России и Америки, причем, руководители бойцов, оседлавших драконов! Лишь очень немногие страны могли позволить себе содержать постоянные отряды наездников на драконах. И Англия не была в их числе.
Потом начали уже далеко не в первый раз обсуждать тактику предстоящей битвы. Тут Гарри был больше для мебели, но Нарцисса и Беллатриса, как главные источники имеющейся информации, в ней принимали самое живое участие. Две карты, одна замка и его окрестностей, другая обширнейших подземных лабиринтов под ним, были составлены почти что исключительно с их слов.
Роштар представлял собой древнее строение, так называемый двойной замок: внешний обвод стен с десятью башнями, а в нем вторые, более высокие стены с еще тремя башнями не считая донжона. На карте были отмечены многочисленные внешние посты, где кто-то мог сидеть, но мог и не сидеть. А так же более дюжины мест, где туннели тайно выходили на поверхность. Около каждого такого будет развернут отряд в засаде, чтобы взять врага тепленьким, вздумай он контратаковать. Пути, по которым на поверхность могли выбраться волдемортовы драконы, василиски и другие, менее экзотические прелести, было решено заминировать.
Сам штурм должен был начаться с атаки драконами. На самой территории замка был лишь один проход, через который Пожиратели смерти смогли бы выпустить свою собственную огнедышащую авиацию, и эту слабость также собирались использовать...
За всеми этими разговорами время до одиннадцати утра пронеслось очень быстро. Когда до указанного срока оставалось всего две минуты, вся палатка, которая, как оказалось, была одним большим Порталом, перенеслась ближе к месту будущей битвы: небольшому холму где-то в паре километров южнее замка. Но когда Гарри избавился от мельтешения красок в глазах — перемещение ВНУТРИ Портала было, пожалуй, еще более неприятным — через ставшие прозрачными пологи он мог видеть лишь скалы да лес во всех направлениях...
— Защита должна рухнуть через пять... — тихо-тихо, словно опасаясь, что слишком громкий звук может все сорвать, начал Фадж. — Четыре, три, два... Один.
И тут же на севере словно бы зажглось одноименное сияние: воздух вспыхнул самыми немыслимыми цветами. Сияние было не то чтобы очень ярким, но все-таки слепящим, и всем пришлось отвернуться. Оно погасло через несколько секунд, и там, где только что был неглубокий, заросший лесом овраг, вдруг обнаружился холмик, а на вершине потемневший от времени, но внушительный замок.
Теперь Роштар был виден всем. И почти сразу же в небе появилось несколько точек, которые с двух направлений стремительно летели к древнему строению. Драконы...
— Начинается... — негромко произнес кто-то по правую руку от Гарри...

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 22.

 
 Первым заходом звено Скалистых Серых — породы драконов родом из Скалистых Гор, чья приручаемость и повышеная способность к огнеметанию давно использовались министерством магии СМША — залило пламенем внутренний двор замка. А их лидер на развороте нанес удар хвостом по одной из крепостных башен с внутренней стороны. Та заметно дрогнула, но устояла.
Почти следом за ними двое Горынычей — драконов родом с Кавказа, у них на плечах выделялись наросты, которые можно было по ошибке принять за головы, возможно, отсюда пошли сказки о трехглавом Змее-Горыныче — напали с другой стороны. Понукаемые наездниками, они грузно сели прямо на крепосную стену, аккуратно плюясь огнем по невидимым из шатра целям...
Гарри не знал, откуда ему известны названия и способности драконов, которых теперь было неплохо видно с помощью Приближающего заклятия. Наверное, опять это была не его память, а... скорее всего, доставшаяся от Тонкс.
Тем временем Серые пошли на новый заход, теперь уже выпуская пламя более экономно, они облетели почти весь замок по кругу, избегая лишь участка, где угнездились их русские товарищи. Очевидно, драконы не знали, что они товарищи, а потому их наездники старались держать разные породы на расстоянии...
А в это время к Роштару мерно и грузно планировало еще одно действующее лицо, Сибирский Синий. Эта была очень редкая порода, обитающая в северных холодных регионах России. В этих условиях им приходилось беречь тепло своих тел, а потому они почти никогда не дышали огнем, но их шкуры были, возможно, самыми прочными из всех известных пород драконов. Их шкуры были в три, а порой и в четыре раза толще, чем у большинства собратьев, и были значительно грубее, так что не поддавались обработке, что спасало этих существ от охоты... еще одной их отличительной чертой была глубокая складка на спине, словно специально созданая для того, чтобы в ней мог укрываться наездник. Грузный, могучий дракон, чья неспособность к огнеметанию сполна компенсировалась ловкостью, с которой он мог сражаться клыками и передними лапами, с ревом обрушился на башню — ту самую, что повредили американцы...
Грохот был хорошо слышен даже здесь, в более чем полутора километрах от замка. Башня рухнула, и огромный столб пыли поднялся над замком. Из этого облака почти сразу показался Синий, крылья, казавшиеся слишком маленькими для такой массивной фигуры, несли его прочь от поля боя. Почти сразу за этим оба Горыныча также снялись со своих импровизированых насестов. И американцы также не собирались делать новых заходов... Драконы удалялись, по пути еще дав несколько огненных залпов по каким-то известным им целям вне крепости...
— Первый этап завершен, — голос кого-то из присутсвующих был полон ощущением триумфа, которое тот безуспешно пытался взять под контроль. — Воздух отходит для перегруппировки.
— Все сторожевые отряды уже на позициях, — вставил другой офицер, который все это время разбирал клочки пергамента, привязанные к красным перьям, что то и дело появлялись.
Карта менялась. Все черные точки, означающие известные внешние выходы из подземных туннелей теперь были обведены красным. А черный крест внутри Роштара — врата для вражеских драконов — был заштрихован. Там же отмечалось разрушение одной из крепостных башен, ближайшей к...
Гарри наконец понял, к чему сводились все эти трюки с разрушением укреплений. Драконы СМША подкосили башню с таким расчетом, чтобы русским было проще обрушить ее в правильном направлении — прямо на эти врата! И теперь единственный путь для крылатых ящериц на службе Волдеморта наружу был завален многими тоннами камней. Несомненно, Пожиратели смогли бы расчистить этот завал, но это требовало средств и времени, которого силы министерства наверняка постараются им не дать.
— Начинайте второй этап, — голос Фаджа, казалось, звенел.
— Первая линия, вперед по плану, — кто-то из его ассистентов отдал команду через зеркала.
— Три тысячи демонов! — выругался Мальсибер, выглянув в окно.
Он осматривал внутренний двор крепости, в которой он сейчас был вместо коменданта — Яксли вчера куда-то отбыл по приказу Темного Лорда. И надо же было так случиться... Внутренний двор полыхал, эти чертовы ящерицы залили все огнем. От всех тех, кому не повезло в это время находиться снаружи, остались лишь обугленные останки, а скорее просто кости...
Тут все звуки воцарившегося вокруг хаоса перекрыл немыслимый грохот... прежде чем все вокруг заволокло дымом, член Внутреннего Круга успел разглядеть, как одна из башен рухнула прямиком на... прямиком на главный вход в катакомбы, на чуть ли не единственный путь, через который можно было вывести их самых крупных обитателей...
— Вашу всеобщую мать... — обращаясь сам не зная к кому, выдавил из себя Мальсибер.
Это было каким-то кошмаром... всего несколько минут назад он нежился в кровати вместе с какой-то девчонкой из числа новообращенных Пожирателей, которые всегда были радешеньки разделить постель с членом Внутреннего Круга Темного Лорда. Он был в одной из главных, возможно, главнейшей цитадели Хозяина, чья защита держала врагов вне этих стен больше десятилетия... это место было совершенно безопасным. И тем не менее, их атакуют, над крепостью кружат драконы, все горит, стены и башни рушатся...
Усилием воли преодолев шок, Мальсибер кинулся в кабинет коменданта... Влетев внутрь, он одним движением смахнул на пол все, что было на столе и активировал систему обнаружения, которая бы позволила отслеживать передвижение всего живого в замке и прилегающей территории... лишь для того, чтобы обнаружить, что ничего не работает.
Задним числом пришла мысль, что этого и следовало ожидать. Коль скоро враги добрались досюда, разрушили защиту и явно знают, куда бить, то они, несомненно, все сделали, чтобы нарушить системы слежения и комуникации...
— Разорви меня... — прошипел он, делая пару взмахов палочкой.
Поверхность стола обратилась во что-то похожее на стекло, и в нем начала проступать картинка... Это был вид, который открывался с вершины главной башни замка. Одновременно он наконец-то включил сигнал общий тревоги, и пронзительный трезвон прокатился по всему комплексу, от вершин башен до самых глубоких подземелий...
Взмахами палочки можно было вращать незримый магический глаз на башне и приближать или удалять изображение... Драконы удалялись от замка... потом его взгляд упал на огромную палатку... нет, шатер, что раскинулся на холме к югу... вот откуда они — кем бы они ни были — собирались руководить...
— Сэр! — кто-то из помошников вбежал в кабинет. — Наши дозорные... те, которые еще могут, сообщают, что неприятель наступает. Они на подходе к третьему периметру!
— Что?! Как они оказались там? — Мальсибер аж подскочил. Враг был фактически под стенами, а значит, все внешние линии защиты, преграды, ловушки... обойдены?!
— Этот магический удар уничтожил все барьеры, кроме последнего, внутреннего, сэр!
— ЧЕРТ!! — Мальсибер шарахнул кулаком по столу, это был какой-то кошмар. — Ладно... — делая над собой усилие, он попытался войти в образ командующего. — Всем занять посты согласно внутреннему боевому расписанию...
— Я уже распорядился, сэр...
— Отлично, — Мальсиберу некогда было соображать, превысил ли подчиненный этим свои полномочия или нет. — Нужно срочно расчистить завал во дворе. И пусть кто-нибудь разберется, как им удалось вывести из строя живую карту! — он махнул рукой в сторону своего стола, который не выполнял свою главную функцию...
Еще несколько человек влетело в кабинет с сообщениями насчет приближения неприятеля. Мальсибер зажмурился, изо всех сил сдерживая желание пустить Смертельное Проклятие просто в кого-нибудь, чтобы выпустить пар... Все это было кошмаром, делом рук какого-то таинственного врага, который ухитрился это подстроить.
— Так, — он стремительно расстелил обычную, незаколдованную карту. — Можете указать, где они?! — получив порой точные и увереные, а порой и весьма приблизительные ответы, он взмахами палочки раскрасил карту. — Значит так. Ты, — он ткнул в одного и офицеров. — Бери своих людей и два... нет, три отряда троллей и двигайся сюда. — Он указал на карту, место было позади надвигающихся линий врагов. — Отсюда посылайте зверюг в атаку дуром, а сами рассредоточтесь и займите удобные позиции.
— Да, сэр.
— Теперь вы, — он указал на ответсвенных за монстров. — Выпускайте василисков, четверых, весь третий выводок. Здесь, здесь, здесь и вот здесь, — он вновь указал на выходы из туннелей...
Эта контратака должна была резко поубавить порыв атакующих, получив у себя в тылу четверку василисков, полсотни троллей и два десятка магов, они призадумаются... А он за это время успеет организовать им достойную встречу...
Подобравшись так близко, они оставили позади себя множество тайных ходов, и очень скоро они об этом узнают...
Жак Дюравью бросил очередной короткий взгляд в ту сторону, где уже начинало разгораться главное сражение. Драконы русских и американцев завершили свою атаку, нанесли врагу урон, зажгли пожары и оттянулись назад, пришла пора людей... Ах, как бы он хотел быть там!
 Но задачей его группе поставили сторожить это место, где вроде как враг устроил секретный лаз. Где он, этот лаз — черт его знает, искать они его не стали, а то еще какую-нибудь систему обнаружения потревожат. А потому он и его люди вынуждены торчать тут, и единственное, что он мог — это как командир группы выбрать себе точку, откуда было неплохо видно, что происходит рядом с Роштаром. Другим и этого не досталось.
Отряды сразу нескольких министерств магии быстро продвигались вперед, пока что встречая лишь очень разрозненное сопротивление. Один за другим брали они внешние посты неприятеля, большей части которых уже перепало от драконов. Но с дымящихся местами стен замка по наступающим отрядам уже били заклятия, но это не снижало порыв атакующих. Закрывшись магическими и обычными, пусть и заколдованными, щитами, они продолжали наступление...
Жак почти не мог оторваться от зрелища наступающих противников Темного Лорда. Именно для этого он когда-то поступил в академию мракоборцев, после того как его старший брат — обычный, ничем не выдающийся волшебник — скорее всего, случайно погиб еще в первую войну во время рейда Пожирателей во Франции. Сегодня он поквитается и за него... А также за тот позор этим летом, под Эйфелевой башней, когда эти гады удрали из уже казалось захлопнувшейся мышеловки.
Из уже отчасти подпаленной драконами башни вылетали десятки лучей, в основном, зеленого цвета. Мракоборцы отвечали им взаимностью, и те и другие добились бы куда больших результатов с помощью взрывных заклятий. Но именно поэтому и крепостные стены и укрытия бойцов министерства, и даже земля вокруг них были прежде всего укреплены чарами, рассеивающими разрушительную силу взрывных заклятий... казалось, тут бойцы Министрества передумали идти вперед.
Зато южнее в крепостной стене красовался десяток дыр, а боевой коридор на гребне был фактически разрушен. Верно, магическая защита на этом участке так или иначе пала. И мракоборцы, пользуясь случаем, посылали десятки взрывных заклятий, чтобы расчистить себе проход. Пожиратели с соседних участков пытались им помешать... но не шибко удачно, ибо их и там щедро угощали. 
Дальше понаблюдать не удалось, ибо именно в этот момент сторожевые заклятия, множество которых они расставили в окрестностях, подали сигнал. Жак немедля оглядел своих людей — время мечтать закончилось — те, как и он, почувствовали опасность, все были готовы.
В этот момент участок почвы — на глаз, десяток квадратных метров — приподнялся и отплыл в сторону, открывая взору внутренность довольно-таки широкого лаза. Похоже, чутье и интуиция его не обманули, он как чувствовал, что враг выберет именно этот, на первый взгляд неподходящий участок, и расставил своих людей соответсвенно...
Первыми из тунелля показались трое магов в черном, а следом начали выбираться тролли, также колонной по трое...
Жак прижался к земле... сейчас, сейчас... тролли заполняли пространство вокруг лаза...
— Огнем! — рявкнул он, как только безмозглые монстры со всех сторон окружили вход в туннель, тем самым серьезно затруднив путь наружу своим товарищам. — Файарос!
Три десятка огненных заклинаний со всех сторон произвели должное впечатление на троллей. Так-то их шкуры были довольно устойчивы к пламени, но, подобно животным, тролли боялись огня. И они все кучей дернулись назад... толкая тех, кто шел следом, толкая их прямиком в провал...
Картина получилась довольно комичная. Тролли повалились друг на друга, сбили с ног тех, кто еще не вышел из туннеля, и теперь масса их туш закупоривала его подобно пробке. Где-то среди этой кучи проглядывалось что-то черное с красным — очевидно, безмозглые твари попросту затоптали своих «командиров».
— Ха! — вскричал Жак, не в силах сдержать злобный восторг. — Давайте закончим с ними! — по сути, они еще и не начали, но эта схватка закончилась после первого же залпа.
Мракоборцы приблизились к куче мале, по пути добив пару-тройку троллей, которые избежали общей участи, но были слишком шокированы, чтобы представлять угрозу. Здесь они совместно сотворили сложнейшее заклятие, которое было применимо лишь в редких случаях. Они создали что-то напоминающее кипящее масло или смолу, которым защищали крепости в Средние Века, и вылили его. Врагов ждала страшная, но довольно быстрая смерть...
Атака троллей была отбита, даже не успев начаться, двое из числа василисков также вылезли там, где их поджидали. Залпы «Коньюктивитусы» сразу же лишили их глаз, после чего мракоборцы совместными усилиями уничтожили обоих гадов. Правда, не обошлось без потерь, даже лишившиеся своего смертоностного зрения василиски оставались очень опасными. Один из бойцов не сумел избежать укуса, который стал для него смертельным, а другой был чуть ли не размазан по земле ударом огромного хвоста. Трое других мракоборцев получили различные травмы в схожих обстоятельствах.
В общем, половина из числа гигантских змей была ликвидирована без особых проблем, но вот двое других доставили куда больше трудностей. И мракоборцы на поле боя, а также их командиры и сам Министр Магии могли лишь помянуть недобрым словом алхимика, который три века назад изобрел зелье, защищающее василисков от пения петухов...
Очевидно, с лета немало изменилось в Роштаре, и новые туннели были прорыты, туннели о которых сестры Блэк не могли знать. Возможно также, что эти изменения были сделаны и несколько раньше, когда они еще были на службе Темного Лорда, но их просто не проинформировали. В любом случае, два василиска выбрались на поверхность на некотором расстоянии от каких бы то ни было сил, и потому их невозможно было быстро обезвредить...
Огромные змеи тут же кинулись туда, где было больше всего людей — вслед за наступающими бойцами министерств. Командование немедленно отреагировало. Мракоборцы остановили наступление и начали усиленно метать огненные заклятия в сторону монстров, но именно в их сторону, а не в них.
Сторонний наблюдатель, наверное, удивился бы этому, или подумал, что это связано с тем, что волшебники избегают смотреть на грозных чудищ. Но дело было в другом, вообще огнем от василиска было не защититься, а потому метили не в змей... а в землю перед ними. Очень скоро вокруг обеих змеюк полыхала земля, где гореть-то по сути было особо нечему, но огонь поддерживался магией. И огонь настолько дымный, насколько возможно, ибо именно дым василиски не переносили, их глаза были к нему очень чувствительны. Оба василиска остановились, отвернулись от огня...
В это время к полю боя вновь спешил синий дракон родом из Сибири, ибо даже драконье пламя было почти бессильным против кожи живого — и только живого, после смерти она теряла значительную часть своих свойств — василиска.
Дракон бесшумно спикировал на ближайшего змея, который до последнего момента, верно, и не подозревал о его присутствии. Когти и клыки вонзились в толстенную шкуру, и дракон и его наездник заранее закрыли глаза — обоих обучали, как действовать в такой ситуации. В дыму было плохо видно, что именно происходит, но три минуты спустя русский дракон был вновь в воздухе, а растерзаная туша василиска осталась внизу...
Но за это время второй монстр прорвался через огонь и дым. И бойцам министерства пришлось туго. Одно отделение не успело ничего препринять, не успело даже отвернуться...
В ответ в василиска ударило сразу несколько десятков взырвых заклятий — одно из немногих более-менее действенных средств. Следом полетел залп «Коньюктивитусов», но даже серьезно раненый змей сумел извернуться так, что все они бессильно разбились о его шкуру.
Ответный бросок, и еще трое мракоборцев падают замертво, встретившись с ним взглядом, а страшные клыки уносят четвертую жизнь. Новый залп взрывных заклятий, на шкуре твари уже почти не осталось живого места... и почти сразу следом «Коньюктивитус» таки достиг своей цели. Но даже ослепший василиск не сдавался... он сделал несколько слепых атак, которые хоть и не достигали цели, вынуждали солдат уворачиваться, покидать свои укрытия... а значит, подставляться Пожирателям Смерти на стенах, которые до этого вели себя тише, тоже опасаясь попасться монстру на глаза.
Наконец, василиск затих. Мракоборцы поспешили восстановить строй, вернуться во временно покинутые укрытия. Но Пожиратели также не упустили представившегося им шанса. Покуда наступавшим было почти не до них, на этом участке они успели перегрупироваться, частично восстановить ослабевшую защиту...
Контратака прошла совсем не так, как того бы хотелось коменданту Роштара, но и этого оказалось достаточно. Два василиска придержали наступление врагов с одного направления и внесли в их ряды расстройство. И Мальсибер воспользовался шансом.
Кроме того, он быстро сообразил, что секретные, как он раньше считал, ходы, где его силы поджидали неприятные сюрпризы, все были старыми. А два последних василиска выползли из лазов, вырытых совсем недавно. Это означало, что у противника есть очень точные, но устаревшие данные. И в какой-то момент догадка, откуда эти данные могли у них появиться, ожгла его как огнем. И крайне неприятным обстоятельством было то, что оба внешних туннеля, достаточно больших, чтобы провести через них драконов, были старыми. А значит, можно было не сомневаться, что противник подготивился к их встрече... а значит, ему придется пока обходиться без них.
Свежие отряды Пожирателей Смерти распределились по стенам, их командирам были даны новые приказы. И отпор усилился, поскольку ситуацию успели оценить, и у малых ходов внутри замка показались новые тролли. Их накапливали в паре помещений, чтобы потом выплеснуть наружу вместо живого щита.
Быстро были отсеяны все ходы, о которых атакующим было наверняка известно, и несколько отрядов выбрались наружу, готовясь ударить мракоборцам в тыл. Но тут уже хитрость встретилась с хитростью.
Из семи выбравшихся наверх групп пятерых засекли, и резервные отряды министерства тут же бросились на перехват, навязывая им встречный бой.
Две других остались незамечеными и начали продвигаться в намеченном направлении, когда еще одна наткнулась на тыловые дозоры. Малочисленный арьергард связал Пожирателей боем, а потом уже новые мракоборцы ударили в им тыл. Но последняя группировка достигла намеченой цели.
На этом участе осаждающие замок мракоборцы попали под перекрестный огонь, и осажденные тут же этим воспользовались. Подорвав небольшой участок стены, они выпустили наружу накопившихся троллей. Мракоборцев прижимали к земле, обстреливали с разных сторон. Они не могли маневрировать, не могли рассыпаться, и у них не было достаточно сил, чтобы остановить эту атаку. Тролли быстро достигли их, и началась бойня.
Подмога от министерства уже спешила, но не успевала. Скалистый Серый прянул вниз, обрушившись на троллей... свежие мракоборцы напали на тыловой отряд Пожирателей. Их попавшие в окружение коллеги воспользовались представившейся возможностью, чтобы попытаться прорваться. Примерно пятая часть из них сумела...
Дракон получил несколько легких ран, а потом Авада достала его седока... Разъяренный крылатый ящер рухнул на землю в самый центр отряда темных магов, сокрушая их ударми хвоста, крыльев и лап... испепеляя пламенем. Но его быстро настиг «Коньюктивитус», потом взрывное заклятие достало во внутреннию сторону крыла, лишив его возможности полета. Пожиратели подались еще сильнее назад, продолжая схватку с солдатами, а троллей погнали вперед на раненного дракона, на убой.
Струя пламени зажарила двух гигантов, удар хвоста отбросил еще одного на несколько метров, правая лапа разовала напополам одного и ранила второго. Но гигансткий ящер не мог отбиваться от тварей, нападавших одновременно почти со всех сторон... Заработали тяжелые дубины...
Тридцать секунд спустя два других Скалистых подоспели на помощь сородичу, спалили и разорвали большую часть оставшегося отряда троллей. Но раненый дракон уже представлял собой кровавое месиво, из которого стремительно уходила жизнь.
Пожиратели вновь отошли за стены, наспех заделав пролом. Массированый огонь вынудил наездников отвести своих огромных летунов. Схватка закончилась ничьей, резервы министерства быстро затягивали брешь в кольце вокруг Роштара.
Но в это же время русские драконы нанесли удар с другого направления. Сибирский своей грозной массой проломил уже изрядно поврежденный участок стены и сейчас уже сеял разрушения внутри кольца укреплений. Горынычи грузно сели на две ближайшие башни, обстреливая огнем все вокруг. Под огнедышащим прикрытием и пользуясь тем, что внимание охраны было прежде всего приковано к бесчинстующему во дворе дракону, мракоборцы пошли на приступ. И Пожиратели никак не могли ударить прорвавших линию обороны...
Мракоборцы не стали углублятся во двор, где среди множества пожаров Сибирский Синий рвал на куски троллей и инферналов, которых на него вкупе с заклятиями насылали защитники. Но особо прочная шкура пока что надежно его защищала, а Горынычи не давали волшебникам времени, необходимого на то, чтобы сотворить какое-нибудь совместное волшебство.
Вместо этого бойцы министерства начали заполнять соседние стены и башни, выбивая оттуда защитников, которые не сумели вовремя перегрупироваться, чтобы отразить атаку с тыла. Видя намечающийся успех, командование бросило в этом направлении в бой почти все силы. Одновременно два оставшихся дракона СМША атаковали с другой стороны, чтобы оттянуть на себя часть сил. Направляемые пылающими жаждой мести за погибшего товарища наездниками драконы развалили еще одну башню...
Оборона Роштара трещала по швам...
Но защитники еще не сказали свое последнее слово. В самом замке так же хватало потайных ходов, и сестры Блэк знали далеко не о всех. В узких коридорах тролли уже не могли развернуться, и вместо них в дело пошли красные колпаки и пока немногочисленные инферналы. Наступление мракоборцев вновь замедлилось, они увязли в наваливающихся на них темных существах, чья врожденная кровожадность была лишь усилена Пожирателями. Что делало их совершенно бесстрашными, и они перли и перли на магов толпами, не считаясь с потерями.
Тем временем, снаружи Пожирателям наконец удалось согнать со своего нанеста одного из Горынычей, его наездник предпочел отвести своего серьезно раненного питомца. Два других дракона, которых ранения также не обошли стороной, вскоре последовали его примеру. В любом случае, свою задачу они выполнили. В руки мракоборцев попали две башни и весьма солидный участок стены, и они успели там закрепиться. Пожиратели в этом быстро убедились, когда, окрыленные отходом драконов, они попытались выбить своих противников с занятых позиций и умылись кровью. Но и бойцам министерства пока что не удавалось продвинуться вперед. В битве вновь установилось шаткое равновесие.
И следующий ход сделали осажденные. Пока основное сражение кипело вокруг и внутри стен Роштара, внимание мракоборцев и их командиров к происходящему вокруг ослабло. Через последний оставшийся неиспользованым туннель, ведущий в горы, на поверхность выбрались два отряда магов из числа лучших. Их задачей было отбить тайный ход и открыть дорогу драконам.
Сторожевой отряд мракоборцев не ожидал атаки, но и не дал застать себя врасплох. Порыв нападавших был остановлен, но они успели подобраться достаточно близко, чтобы залпом взрывных заклятий полностью уничтожить крышку, скрывающую туннель. Это был сигнал, что сидящие в засаде мракоборцы заняты, а значит, самое время идти на прорыв...
Но тут бойцы министерства магии переиграли своих противников. Они заранее обнаружили точное расположение лаза, и когда сражение уже началось, совместными усилиями создали мощное атакующее заклятие...
Стоило только первому дракону Темного Лорда выглянуть на поверхность, как заклятие сработало. Туннель был слишком хорошо укреплен — кстати, именно это позволило бойцам точно вычислить его расположение — чтобы пытаться его обрушить. А потому у заклятия было совсем иное предназначение. Огромное незримое лезвие развалило Албанского Бурого напополам, мракоборцы вложили столько энергии в заклятие, что оно рассекло драконью кожу как крысиную шкуру.
Почти сразу к сражению присоединились дополнительные отряды мракоборцев и начали эффективно оттеснять воинов Темного Лорда. Те и не пытались сражаться в заведомо пройгрышной ситуации, вместо этого они вызвали почти непроглядный дым и сумели скрыться. А бойцам министерства было сейчас не до преследования. Нужно было срочно перекрывать путь остальным драконам...
Последняя попытка Пожирателей переломить ход боя провалилась, и теперь чаша весов начала все явственнее склоняться не в их пользу. Около места прорыва мракоборцы двумя скоординироваными атаками выбили обороняющихся из еще двух башен. Еще в двух местах бойцам министерства удалось пробиться за стены. Пожирателей оттесняли с жизненно важных точек. Мракоборцы уже накапливались для того, чтобы атаковать донжон.
Но тут в шатер, где расположился Министр со своим окружением, ворвался посыльный.
Севернее было замечено большое скопление дементоров, и они стремительно двигались к Роштару...

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава двадцать третья.
Министр вместе с командирами склонился над картой местности. Гарри тоже был неподалеку, оценивая новое, изменившееся положение...
Бойцы министерств уже ворвались внутрь укреплений и мало-помалу оттесняли противника от жизненно важных точек, еще немного, и у врага не осталось бы иного выбора, как отступать в подземелья. Там бы они вновь могли выровнять разваливающуюся на части линию обороны, но одновренно бы окончательно упустили инициативу и потеряли почти всякую возможность для маневра. А уж у Фаджа и его подчиненных — Гарри теперь в этом не сомневался, уж очень хорошо вся эта операция была спланирована — были средства выкурить слуг Волдеморта из их нор.
Но этот момент еще не настал, он был лишь очень близок, и именно сейчас, когда чаша весов клонилась в их пользу, и когда министр уже бросил в бой почти все силы, дабы добиться решающего превосходства, ситуация изменилась.
По уточненным данным, под «большим скоплением» имелась в виду орда в не менее чем семь сотен дементов — раза в полтора больше того числа, что жило на Азкабане по подсчетам прошлого года. В министерстве еще с нападения на тюрьму, где было замечено почти полторы тысячи этих существ — совершенно немыслимое число — гадали, откуда они могли взяться. Никто не знал ответа...
А в распоряжении министра не осталось и пары десятков незадействованых в сражении бойцов, и кроме них в бой посылать сейчас было некого, не считая, разве что, присутсвующих в этом шатре. Министерство уже бросило в этот бой почти все свои наличные силы, и Фаджу неоткуда было вызвать новых людей — это означало бы буквально оставить жизненно важные объекты Магической Англии без охраны. Да и времени на это не оставалось, дементорам не понадобится и получаса, чтобы добраться сюда.
И значит, придется отзывать людей из боя, и Пожиратели не упустят своего шанса. Сейчас, когда ряды мракоборцев растянуты, когда строй нарушен, когда они давят смешавшегося противника, отозвать часть вступивших в бой солдат — преступление. Это вполне способно превратить уже близкий успех в полную катастрофу...
Но уж тем более нельзя допустить, чтобы дементоры добрались досюда. Обрушившись на втянутых в схватку мракоборцев, они устроят чудовищное пиршество, и слабым утешением будет то, что эти твари вряд ли станут разбираться, кто свой, кто чужой.
— Здесь, Корнелиус, — голос Дамблдора оставался спокойным даже на поле, возможно, самой масштабной магической битвы столетия. — Дементоры наверняка пойдут через этот перевал. Это единственный проход в округе, через который может пройти несколько сотен существ. Тем не менее, он достаточно узок, чтобы мы могли там закрепиться... если мне не изменяет память, там вокруг либо крутые склоны, либо провалы. Там даже дементоры пройти не смогут... — Гарри приподнял бровь. Насколько он знал, дементоры вовсе не ходят. Они скорее плывут над самой поверхностью... и им не важно, твердая ли это земля или что-то еще, пусть даже вода... Но директор, наверное, лучше знает, и слишком крутые склоны или обрывы им не по силам...
— Вот здесь, значит? — задумчего повторил Фадж еще ниже скловнившись над картой. — Да... это возможно... Джексон, собери всех своих бойцов и осмотри там все сам, если это возможно, закрепитесь там и шлите доклад! Я пока подумаю, кого еще можно вам прислать...
— Да, сэр! — один из офицеров тут же направился к выходу.
Фадж и несколько других командиров принялись обсуждать, какие отряды можно было отозвать из сражения так, чтобы это не повлекло за собой тяжелых последствий. Первым же приказом была всеобщая команда на прекращение наступления, бойцам надлежало держать занимаемые позиции или даже откатиться чуть назад — по ситуации. Это, несомненно, давало неприятелю возможность перестроиться и подготовиться, но выбирать не приходилось...
Гарри же внимательно изучал карту, она была вся покрыта какими-то символами, которые раньше были бы для него китайской грамотой, но теперь — спасибо, наверное, опять же Тонкс — он их худо-бедно разбирал... Этот перевал был шириной метров десять... дорога тянулась километра на полтора и по сторонам все было непроходимо... для человека, и дементора, видимо, тоже... нет, было там еще несколько троп... судя по всему, чего-то вроде козьих тропинок. Действительно, несколько сотен существ быстро пройти по ним не смогут.
Тем временем Фадж уже отозвал несколько десятков мракоборцев, прежде всего из числа тех, кто охранял тылы и известные выходы из подземелий. Сами туннели по мере возможностей блокировали или даже разрушали... Кроме того, все соглашались, что скопление дементоров — весьма лакомая цель для огнедышащих драконов. К сожалению, и два оставшихся Серых, и оба Горыныча уже были утомлены боем и получили немало ранений, а потому не могли выступить в свою полную силу...
— Министр Фадж, я хочу присоединиться к тем, кто займет перевал, — подал голос Гарри, подняв взгляд на министра.
— Что?.. — тот, верно, уже и подзабыл о его присутствии тут. — Но... — Гарри почти видел, как мысли стремительно мелькали в голове министра Магии. Сперва, разумеется, мысль про «всего лишь мальчишку», потом про «надежду Мира Магии», но потом ему вспомнился прошлый год и «телесный Патронус», а следом и события конца третьего курса. — Вы правы, мистер Поттер, — уже спокойным, властным голосом заговорил он, обежав вглядом всех дам и задержавшись потом на явственно дернувшемся Дамблдоре.
— Я тоже буду там, — директор быстро собрался с мыслями.
Гарри огляделся по сторонам... компания подобралась довольно пестрая. В общей сложности полсотни мракоборцев — больше, вроде как, были на подходе, Альбус Дамблдор и наконец, он сам вместе с Беллой, Цисси, Нимфи, Флер и Чоу. Они заняли позицию где-то на полпути к наивысшей точке перевала, но в полусотне метров от них дорога скрывалась за поворотом, и утес загораживал обзор. Над их головами двое наблюдателей на метлах следили за надвигающимися дементорами. И еще десятка два бойцов рассредоточились по окрестностям, перекрывая все известные тропы...
Профессор Дамблдор уже ухитрился как-то оттеснить от командования номинального руководителя мракоборцев и теперь сам давал распоряжения. Распоряжения, в общем, вполне разумные. Костяком заслона станут Патронусы, потому нужно было разделить людей на тех, кто умеет их хорошо создавать, и на остальных, что будут потчевать дементором пламенем и, возможно, Смертельными Проклятиями. Как и следовало ожидать, лучше всего Патронусом владели Гарри и директор Хогвартса, десятка полтора мракоборцев были готовы составить им компанию — весьма немало, очевидно, министр слал сюда не всех подряд. Прочие бойцы будут в основном пользоваться пламенем, ибо их Патронусы были слишком слабы, если вообще существовали. Неизвестным фактором оставались его собственные леди, как-то им ни разу не приходило в голову проверить мощь их Патронусов...
— Они приближаются! — один из наблюдателей резко спикировал к ним и вновь набрал высоту.
— Готовимся, — негромко произнес Альбус Дамблдор, но слышали его все, в том числе, наверное, и наблюдатели на метлах.
Гарри покрепче сжал палочку, размышляя, какое же воспоминание у него теперь самое счастливое... ныне выбор у него был довольно-таки богат. Несколько секунд спустя он остановил свой выбор на той оргии, что они устроили в зачарованом озере под замком Делякуров.
Ему не требовалось смотреть по сторонам, чтобы знать, что все дамы стоят с ним в одном ряду. Они занимали правый флаг, почти прижавшись к мало что не отвесной скале, Дамблдор стоял в самом центре отряда магов, на полшага впереди всех остальных.
Уже хорошо ему знакомое, но не становящаеся от этого более приятным ощущение настигло Гарри. Дементоры близились. Смутное предчувствие того, что счастья в мире не было, нет и не будет, накатило, но тут же подалось назад, стоило ему бросить мимолетный взгляд на обступивших его дам... Тем не менее, он не мог сразу унять легкой дрожи.
— Экспекто Патронум! — необычайно мощным и... властным голосом произнес Дамблдор. И мир сразу стал светлее и теплее.
Гарри с отстранненым интересом глянул на Патронус директора, строго говоря, он ожидал появления феникса, но перед старым волшебником сформировалось... что-то вроде шахматной ладьи. Вроде как башня. Гарри сразу подумал о Хогвартсе, хотя особого сходства и не было.
— Экспекто Патронум! — и Сохатый галопом вырвался из конца его палочки.
— Экспекто Патронум! — раздался голос Беллы, из ее палочки появилось облачко тумана, который тут же сформировал...
Гарри чуть палочку не выронил, когда узнал в Патронусе Беллатрисы себя самого. Через пару секунд Цисси и Флер так же сотворили Затупников, а следом и Чоу. У всех они получились вполне материальными и вообще необычайно четкими, и вот уже четыре белых, сияющих Гарри Поттера парили перед немало удивленными магами...
«Наверное... наверное, это потому, что я самое важное в их жизни...» — подумалось Гарри. Даже Сохатый, казалось, рассматривал новобретенных товарищей с некоторой долей недоумения. — «Но если так, то... Тонкс!»
Он спешно обернулся, но его юная, личная мракоборка уже сама все поняла и раздумала призывать Патронуса. Гарри постарался не выдать своего облегчения... впрочем, всеобщее внимание сейчас было сосредоточено либо на Патронусах, либо на дементорах, как раз появившихся в поле зрения. Вроде как даже Дамблдору было не до того, чтобы наблюдать за ним — хотелось верить.
Дементоры заполнили собой всю ширину тропинки, скучившись как рыбы в садке, но очевидно, теснота и полное отсутствие места для маневра их ничуть не смущали. Черная волна катилась вперед, но вот перед ней встала пронзительно белая плотина из добрых двух десятков сильных и плотных Патронусов.
Продвижение темных созданий тут же остановилось, но никакой давки в их рядах не было. Задние и не думали наваливаться на передних. Казалось, все до единого дементоры в этой толпе были одним единым целым и действовали соответственно... Они остановились одновременно и, казалось, сбились еще плотнее...
Волшебники ответили залпом заклятий, слава Мерлину, боевые чары свободно проходили сквозь Заступников. Но сейчас это было, пожалуй, единственной хорошей новостью. Давно было известно, что дементоры в группе гораздо опаснее и сильнее одиночек. Они словно бы подпитывали друг друга силами, что делало борьбу с ними намного сложнее. Но сейчас это было еще заметнее... обычно само присутвие двадцати Патронусов было бы смертоносно для этих тварей, но ныне они не уступали Заступникам. Черное с белым сблизились... такое соседство было противоестественным, в обычной ситуации дементоры бы либо погибли, либо разбежались, либо попытались бы обойти преграду сбоку. Но сейчас они были каким-то образом способны выдержать близость своих антиподов, они не собирались отступать, и у них просто не было возможности их обойти...
Заклятия ударили дементоров... несколько струй пламени, пара дюжин огненных шаров разной мощности и несколько Смертельных Проклятий первого залпа... унесли в общей сложности семь «жизней» дементоров. Несколько волшебников сделали пару шагов назад, живучесть дементоров превзошла все ожидания. Даже ослабленные множеством Патронусов, они, тем не менее...
— Огонь! — выкрикнул их командир, желая встряхнуть своих устрашенных подчиненных. — Файарус!
Огненный шар угодил в неосторожно высунувшегося чуть дальше вперед, чем следовало, дементора и обратил его в прах. Это было именно то, что требовалось. Новые заклятия полетели в темных тварей, многие волшебники переключились на Смертельные Проклятия, каждое из них убивало лишь одну тварь, но хотя бы наверняка.
— Нет! — крикнул Дамблдор, чей Патронус погас. Сейчас старый волшебник явно творил какое-то очень сложное заклятие. — Дементоров слишком много, пользуясь Смертельными заклятиями, вы очень быстро истощите себя! Фалома-Фолумула Файарасоло!
Позади передних рядов дементоров к небу взвилась огненная колонна — метров семь в высоту — она стремительно расширилась, достигнув нескольких метров в диаметре. А потом она двинулась вперед, навстречу основной массе чудовищ... но ее шествие продлилось лишь несколько секунд. А потом она опала и погасла, уничтожив в общей сложности несколько дюжин дементоров.
Гарри бросил взгляд на директора. Ему самому приходилось несладко. Поддерживать цельного, сформировавшегося Патронуса было несоизмеримо легче, чем тот бесформенный туман, с которого он начинал на занятиях с Лунатиком. Но все равно, сейчас близость дементоров действовала столь угнетающе, что даже все их Патронусы не могли полностью защитить людей. Было сложно сохранить должную концентрацию на счастливым мыслях, чтобы продолжать подпитывать силами Заступника — единственное, что спасало и его самого, и всех его сегодняшних товарищей.
Магическая атака Дамблдора пока что была самой результативной из всех, нанеся врагу достаточно заметный ущерб. Но, увидав расширившиеся глаза тяжело дышащего директора, Гарри понял, что результат должен был быть намного большим...
Новый залп разнообразных заклятий, и еще несколько тварей обращаются в пепел. Но одновременно сразу три Патронуса, в том числе один из Гарри Поттеров исчезают. И дементоры немедленно усиливают напор, и стена Заступников подается на несколько шагов назад. Пофессор Дамблдор, немного отдышавшись, вновь призывает свою ладью, еще два Патронуса так же возвращаются в бой, но одновременно исчезает еще один...
Заслон вновь укрепился, но прежде чем порыв атакующих иссяк, они сумели отыграть еще почти десять метров. Пока что людям было куда отступать, но по другую сторону высшей точки перевала дорога расширялась, и если враги доберутся дотуда, сдерживать их станет еще труднее.
Несколько минут борьба шла в равновесии, ни та, ни другая сторона не уступали противнику, а магам удалось уничтожить более трех десятков неприятелей. Очень быстро стало очевидно, что огонь залпами дает куда большие результаты, нежели когда каждый метает заклятия в своем ритме... Но потом один за другим сразу пять Патронусов сдали, Гарри и сам чувствовал, что на пределе... Чтобы сдержать вражеское наступление, маги были вынуждены выкладываться целиком и все сразу. У них не было сколько-нибудь значимого резерва, некому было сменить уставших, чтобы те могли собраться с силами...
И вновь дементоры начали теснить ослабшую преграду, и еще два Патронуса рассеялись... Гарри поддерживал своего из последних сил, сейчас отступающий, но еще держащийся заслон опирался прежде всего на Сохатого и ладью Дамблдора. Они были опорами... если он сдаст...
— Авада Кедавра! Огниурус! — у него из-за спины раздались новые голоса, те, которых он вроде еще не слыхал. — Motchi gadov! Motchi! Экспекто Патронум!
Сразу десятка полтора Патронусов влилось в заслон, и наступление врага тут же остановилось. А залп заклятий проредил первые ряды дементоров, что даже позволило Заступникам отвоевать метр тропы. Гарри с облегченным вздохом позволил Сохатому исчезнуть, ему было необходимо передохнуть, а тут, похоже, наконец поспело обещаное подкрепление.
Новые заклятия, среди которых мелькали какие-то странные выкрики вроде «Sdohnite s
* * *
i deti!» и «Vachu mat». Этот залп поубавил неприятельские ряды еще на полдюжены боевых единиц. Гарри наконец обернулся, сзади подходили еще три десятка магов в униформе... только не в привычных мантиях мракоборцев. Одежда этих была другая... откуда-то пришло понимание — русские.
— Так, мы здесь! — со странным акцентом один из новоприбывших обратился к Дамблдору. — Мои ребята их придержат, вы пока соберитесь с силами, дело обещает затянуться...
После этого дела пошли на лад, разношерстная группа английских магов и менее многочисленная, но слаженная команда русских бойцов быстро выработали тактику совместных действий. Они по очереди создавали стену Патронусов и сменяли друг друга... в это время группы поддержки — те, кто не мог создавать достаточно сильных Патронусов — продолжали одаривать неприятеля разными горючими гостинцами.
Так противостояние длилось еще около получаса, они потеряли около полусотни метров, ибо несмотря ни на что те, кто начал бой первыми, уже выдыхались. А следом за ними начали уставать и подоспевшие позднее русские...
У Гарри в голове уже начало путаться, он создал уже пять или даже шесть Заступников, и каждый раз поддеривал их много дольше, чем когда-либо в жизни. Он уже хорошо чувствовал, как подпитывается силами своих «подруг», но и этот запас начинал истощаться... Враг брал их измором... теперь они начали отходить почти непрерывно.
Он пережидал отдых в задних рядах, когда что-то изменилось. В стоновящимся все более холодным воздухе возникло какое-то движение... Повинуясь наитию, Гарри поднял ставшую довольно тяжелой голову...
Над ними пронеслись два серых дракона, а через миг на черную реку накатыващихся на них дементоров полилось пламя...
Это было страшное и прекрасное зрелище. Объединенными усилиями дементоры могли свести свои потери от волшебного пламени к минимуму, но огненное дыхание дракона было куда жарче и шире... а тут было сразу два дракона. В адском пожарище они осыпались на землю целыми рядами, стиснутые, они не могли рассеяться или попытаться увернуться. Сейчас то, что давало им сокрушающее преимущество, обратилось в страшную помеху...
Скалистые Серые извергали пламя не дольше десяти секунд... все пространство перед волшебниками было залито огнем. Патронусы погасли, все невольно отходили подальше, а кто-то даже наложил охлаждающее заклятие...
И тут новый порыв ветра... и жар вновь сменился ледянящим холодом... пламя перед ними умерло, и взгляду открылось несколько десятков мчащихся на них дементоров. Это было все, что осталось от многосотенного отряда, но отступать они не собирались... да и некуда им было отступать с драконами над головой.
В этот раз волшебники не успели встретить их. Уже изможденные долгим боем на пределе сил, оглушенные сперва неистовым жаром, которой сейчас мгновенно обернулся холодом... многие из первых рядов даже не успели понять, что произошло, как враги уже добрались до них...
Последние крики людей, познающих все «прелести» дементорского поцелуя. Невнятные ругательства их товарищей, крики и заклятия, подчас впопыхах неправильно произнесенные. Пара взрывов, когда какой-то совершенно выбитый из колеи мракоборец принялся метать невербальные «Редукто». Все смешалось в один мучительно долгий и пронзительный звук...
Сразу семь дементоров присосались к семерым несчастным, две секунды спустя пятеро из них обратились в пыль, получив Аваду — в такие моменты магическая сила, необходимая для создания заклятья, может найтись даже у самых выжатых... Но для их товарищей было слишком поздно. Еще три дементора дорвались до жертв, полдюжины же, напротив, погибли, не добравшись ни до кого. Альбус Дамблдор справившись с секундной растерянностью, взмахнул палочкой, из нее вырвался узкий язык пламени наподобии того, которым он сражался с Волдемортом в атриуме министерства. Взмахнув палочкой как хлыстом, Дамблдор испепелил семерых дементоров сбившихся в плотную группу...
Но новые твари подходили по дороге, их оставалось немного, но втянутые в схватку с более ранними пташками волшебники не успевали их встретить на подходе. Кто-то пытался вновь сотворить Заступника, но, очевидно, монстры подобрались уже слишком близко. А когда кто-то таки сумел создать одного телесного, один Патронус не мог закрыть его сразу со всех сторон. Какой-то дементор без особого труда обошел создание светлой магии и вцепился в его создателя...
Несколько тварей рвались прямо к Гарри... возможно, они знали, что именно его Патронус был одной из основных трудностей на их пути ранее. А может быть, среди них оказался кто-то из числа тех, что пытались заполучить его душу еще три года назад, на озере. Неважно.
Белла угостила лидера огненным шаром, правда, этого оказалось недостаточно, чтобы сразить его, но Тонкс тут же его добила. Сам Гарри попытался создать Заступника, но его попытка провались, оставив его с ощущением, что в глубине его черепа кто-то лихо отплясывает чечетку. И что этот кто-то далеко не один.
Чоу, словно распробовав это заклятие вчера, навсегда остановила еще одного дементора Авадой. Не будь они посреди смертельной схватки, многие присутствующие тут взрослые волшебники вряд ли бы отнеслись к этому спокойно. Нарцисса заставила нескольких отшатнуться с помощью заклятия «Енферфламио», двух из них добила опять же Тонкс.
Флер слишком выбилась из сил, чтобы наложить заклятие достаточной мощи, но ее Хозяин был в опасности, и ее сестры могли не справиться одни... И вновь, как и раньше в минуту нужды, ее вторая природа отозвалась, наполняя тело столь желанными силами, а разум так необходимой сейчас яростью. Вообще с этого лета ей стало куда как легче контролировать и так и призывать ту часть себя, что принадлежала вейле — наверное, все ее существо целиком хотело служить Хозяину.
Место красавицы вновь заняло птицеподобное чудище с огнем в руках. Пламя вейл, конечно, и рядом не лежало с драконьим, но его оказалось вполне достаточно. Одна пригоршня — и ближайшая тварь обращается в прах. Еще пригоршня — дементор резко дернулся в сторону, и его задело лишь вскользь, но огненный шар кого-то из мраборцев закончил начатое. Еще пригоршня огня, и еще одной тварью меньше... Смертоносное пламя — куда жарче того, что создавала большая часть заклятий — появлялось в ее руках без особых усилий с ее стороны. Усилия вместо нее прилагала сама природа... 
Схватка обратилась в какую-то кашу, еще совсем недавно организованно сражавшиеся маги сейчас представляли собой разрозненные группки. Никто, даже Альбус Дамблдор, не мог сотворить достаточно мощного Патронуса, чтобы отбросить нападавших... над схваткой пронеслись драконы, но их наездники ничего не могли поделать, разве что спалить товарищей вместе с врагами.
Дементоры словно бы сконцентрировались на Гарри... огненные заклятия и пламя вейл, на которые не скупились его защитницы, косили нападавших... но недостаточно. Сам же Гарри все еще был в каком-то полубесознательном состоянии... казалось, кто-то со всей силы огрел его по голове за попытку сотворить Патронуса. И как если бы этот кто-то точно так же охаживал своей невидимой дубиной и всех остальных. Вон Дамблдор, который полминуты назад кричал «Экспекто Патронум», тоже как в воду опущенный...
Эта мысль заползла в почти пустую голову Гарри и крепко там засела. Вспомнились слова Сириуса, сказанные им в их первую встречу: «И у меня в голове как будто бы зажегся свет...», да, тут было почти то же самое... Что-то... наверное, какое-то новое оружие, уже неважно, чье — самих дементоров или Волдеморта — сейчас мешало им вновь пустить в ход главное средство против этих монстров...
— Экспекто Патронум!! — выкрикнул он во весь голос, как если бы крик мог помочь преодолеть эту неизвестную преграду... Он вложил в это все те силы, которые они у него еще оставались, а также все то, чего у него уже не было.
Было такое впечатление, что все до единой кости в его теле были одновременно вырваны плоскогубцами... но на самом деле это из его палочки вырвался ослепительный олень... возможно, это ему привиделось, ибо мир вокруг него стремительно темнел, но этот Патронус показался ему намного ярче любого из тех, что он создавал ранее. Гаснущим сознанием он успел еще осознать, что при появлении Заступника дементоры смешались, отпрянули, и волшебники немедля перехватили инициативу.
Чоу, оказавшаяся ближе всех, едва успела подхватить своего потерявшего сознание Хозяина.
Появление дементоров не было каким-то хитрым маневром осажденных, очевидно, они явились сюда по собственному почину. А потому Пожиратели, отрезаные от почти всех источников информации о происходящем за пределами непосредственного поля боя, даже не знали причин, заставивших мракоборцев вдруг прекратить наступление. Но они были более чем рады такому подарку судьбы. Оторвавшись от остановившегося, а подчас даже подавшегося назад противника, отряды темных волшебников выравнивали импровизированую линию фронта и приводили себя в порядок.
Во время схваток снаружи и внутри крепостных стен большая часть подготовленных к бою троллей уже была уничтожена. Четверо оставшихся у них взрослых драконов все так же сидели где-то в катакомбах, и шанса вывести их наверх не представлялось. У Пожирателей еще осталось два взрослых выводка василисков, но их решили приберечь для боя под землей — Мальсибер уже не сомневался, что до этого дойдет. Ну а красных колпаков никто по-настоящему в расчет не принимал, эти карлики представляли сколько нибудь серьезную угрозу лишь в больших числах, и использовали их в основном как пушечное мясо...
Но в подземелье еще оставалось более двух тысяч инферналов. Это войско Волдеморт собирал больше года еще во времена первой войны, разграбляя кладбища... Даже он сам не мог поднять за раз более полусотни таких существ, и чтобы сотворить эту армию, ему потребовалось много времени и черномагических зелий... К счастью для него, однажды сотворенные инферналы прекращали разлагаться, а потому чудовищные плоды его трудов дожидались своего часа все эти полтора десятилетия. Дождались.
Как только отряды защитников были вновь более-менее приведены в порядок, их командир начал искать способ пустить в дело один из последних козырей. До этого он не мог бросить в бой основную массу инферналов, те жаждали плоти всех живых и по-настоящему управлять ими мог лишь их создатель. Но Темного Лорда здесь не было, Мальсибер, как комендант, обладал амулетом, который давал ему определенный контроль над живыми мертвецами. Но этого было бы недостаточно, чтобы не дать ожившим трупам разорвать на части всех и вся, без разбору, когда началась бы схватка.
Но теперь, восстановив контроль над всеми своими силами, он мог открыть коридор для инферналов. Оставалось только найти для них путь наружу.
Мальсибер уже использовал все новые туннели, ведущие наружу, потому у него не оставалось путей, где бы волну мертвяков не встретили огнем на поражение... на выходе из узкого туннеля только это и требовалось, чтобы остановить неживую армаду. И Мальсибер решил пойти нехожеными тропами: несколько десятков человек с палочками и заклятьями «Эванеско» — и не прошло и двадцати минут, как новый и весьма широкий ход был почти готов. Туннель был ничем не закреплен, лишь несколько заклятий мешали ему обрушиться, эти заклятия могли продержаться от силы час, но этого было вполне достаточно... Оставалось лишь пробить четверть метра почвы, чтобы выбраться на свежий воздух. Но инферналы должны были вырваться наружу, едва откроется проход, чтобы не дать осаждавшим времени на перестроение. А желающих оказаться между молотом и наковальней — на выходе из туннеля, под мощным антиаппарацинным барьером и с ордой инферналов за спиной — как-то не было. Но «доброволец» нашелся довольно быстро, в Роштаре было немного пленников, но и одного хватило. И лично Мальсибер — признаный даже самим Темным Лодром мастер заклятия Подвластия — заручился сотрудничеством одного из пленных мракоборцев...
Смертник взрывным заклятием пробил путь наружу, и уже через несколько секунд его смела и разорвала на части следовавшая по пятам толпа инферналов. И после этого темнокоричневое море живых мертвяков начало изливаться наружу.
Новоявленый проход был с восточной стороны, там, где усилиями осаждавших в стенах, возвышавшихся всего в трех десятках метров от лаза, зияло больше всего проломов...
Мракоборцы были готовы к такому повороту, в конце концов, о наличии тысяч инферналов в Роштаре было известно даже без показаний сестер Блэк. Но никто не ждал, чтобы они появились прямо у них под боком... Арьергард метнул в толпу первые заклятия.
Основные силы мракоборцев теперь уже сосредоточились в замке, совсем близко к инферналам. И теперь они вновь оказывались между Сцилой и Харибдой, Пожирателям Смерти было самое время готовиться к контратаке. Только так, чтобы потом самим не попасться темным тварям на зуб.
Большая часть инферналов уже выбралась наверх, орда подступила почти к самым стенам, несмотря на яростное сопротивление. Значительная часть мракоборцев вынуждена была отвлечься на эту угрозу, и Пожиратели не замедлили атаковать. Сбив растерявшихся мракоборцев с позиций, они начали их оттеснять в сторону опустевших казарм, в глухой угол, туда, откуда не было выхода, и где инферналы могли устроить ужасное пиршество.
Не выдерживая настиска с двух сторон, мракоборцы отступали, инферналы следовали за ними по пятам, а вот Пожиратели не увлекались, чтобы не попасть тем под горячую руку... или горячую пасть, неважно. Они заняли позиции вокруг донжона, на открытом месте или на оставленных бойцами министерств участках стены... откуда они могли бы наблюдать смерть ненавистных нападавших...
Только недаром Фадж и его подчиненные столько времени готовили эту атаку. Они, конечно же, предвидели возможность того, что инферналы вырвутся наверх. И у них было средство на этот случай. Точно так же как были средства для того, чтобы выкурить врага из его подземных укрытий, когда сражение войдет в эту фазу. Министр очень надеялся, что правда о том, что изначально большую часть этих средств он приказал создать на случай конфликта с гоблинами, никогда не всплывет. Этот не до конца адекватный Лавгуд в своих зачастую бредовых статейках нес почти полную чушь (запечь гоблина в пирог, каким извращенцем нужно быть, чтобы вообразить такое?!), но именно что «почти»...
Уже отряды мракоборцев в замке оказались почти зажатыми в угол, уже холодные пальцы инферналов тянулись к ним. Уже Пожиратели были готовы торжествовать, уже атака на Роштар заканчивалась тотальным разгромом мракоборцев, который наверняка бы привел к скорому падению Министерства Магии Англии. Уже казалось, что это конец, когда средства, заготовленые министром, были пущены в дело.
Со стороны это было сильно похоже на катапульты Средних Веков, заряженные Греческим Огнем. С той лишь разницей, что эти катапульты могли поражать цели размером с собаку на расстоянии в несколько километров. А снаряды разбрызгивали вокруг себя жидкое пламя, почти столь же разрушительное, как дыхание дракона... и радиус поражения у этих зарядов менялся в зависимости от желания артиллериста...
Десятки огненных снарядов разом обрушились на инферналов, которым не хватило сообразительности — черты им вообще не свойственной — чтобы попытаться как-то рассредоточиться. Как они были скученой толпой, где все всем мешали, так и остались. Первый же залп уничтожил до полутысячи тварей. А второй залп не заставил себя ждать, а за ним и третий... армия инферналов, уже целиком выбравшаяся на поверхность, оказалась уничтожена. Уцелевшие кучки стали целями для раненных, утомленных долгим боем, но все еще грозных русских драконов.
А мишенями были не только инферналы, другие катапульты били по Пожирателям, собравшимся около донжона... желая понаблюдать за агонией своих противников, очень многие из них сбились в кучу на открытом месте. И их тоже не пощадило безжалостное пламя. Они бросились назад, а воодушевленные мракоборцы, повинуясь новым командам, уже пошли на штурм. На плечах у отступающего противника они в считаные минуты вернули все оставленые позиции и пошли дальше, донжон был взят с ходу. Не прошло и десяти минут после того, как заговорила огнеметная артиллерия, а на поверхности слуг Темного Лорда уже не осталось.
Те, кто совсем недавно собирались любоваться, как инферналы рвут их врагов на части, были убиты, взяты в плен или в состоянии паники бежали под землю. И эту же панику они посеяли среди тех, кто оставался в катакомбах, готовясь к сражению в совсем иных условиях. И Мальсиберу пришлось приложить немало усилий, чтобы удержать своих бойцов на местах, чтобы встретить появившуюся вскоре за отступающими первую волну атаки, как полагается. Только встретилось им совсем не то, что они ожидали...
В дело пошли иные заряды, побольше размером, с наложенными на них хитроумными заклятиями, которые позволяли волшебникам министерства направлять их. И эти шары целенаправлено катились на позиции Пожирателей, ибо в распоряжении осаждающих был весьма точный план подземелий. Темные маги ответили залпом заклятий... но те стекли с металических конструкций без всякого для тех ущерба, даже Взрывные чары ничего не смогли поделать с броней, созданной в Отделе Тайн. Возможно, большинство Пожирателей успело осознать, что их ждет, но даже если так, предпринять что-либо они уже не успели. Заряды подобрались почти вплотную и извергнули из себя огненное море...
Разрушительное пламя держалось всего несколько секунд, и вот по еще непогасшим телам врагов мракоборцы устремились в атаку.

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава 24.

 Выражаю свое почтение автору фика: «The Poker Game»
Глава двадцать четвертая.
— Ты хоть понимаешь, что ты собираешься делать?! — Трейси наступала на несколько растерявшегося Гарри. — Ты хочешь нарушить Игровой Договор, ты что, всех нас погубить хочешь?
— Чего? — Гарри совершенно опешил, когда все девочки, что ухитрились проиграть ему в покер самих себя, возмутились, когда он отказался пользоваться «Сервус Секусом».
— Игровой Договор — это магический контракт, почти столь же мощный, как Непреложный Обет! — вступила Сьюзен Боунс. — Пообещав наложить на всех, кого выиграешь, это заклятие, ты все равно что заключил с нами Договор! И при его нарушении одной из сторон пострадают все!
— Чего?! — окончательно ошалел Гарри. Он просто хотел отпугнуть их от этой дурацкой мысли, чтобы ставить себя на кон... ну он и ляпнул: «Если я кого выиграю, она получит Сервусом!». Только ничего не пошло, как он хотел... хотя... получит Сервусом...
Гарри еще раз оглядел пятерых девушек, которых он... сказать смешно, выиграл в покер. По окончанию Турнира он их отвел в пустой класс неподалеку, дабы обсудить случившееся, туда же подтянулись Белла и Чоу. Гарри собирался найти наилучший способ освободить их... только для того, чтобы обнаружить, что освобождаться они, судя по всему, не намерены, что выигрыши в покер обратно не отдаются, вернее, может, и отдаются в обычных обстоятельствах, но вот про Сервус он зря ляпнул... с другой стороны, он ведь не говорил про то, как...
— Что же, — сказал он, обращаясь к девушкам, что стояли перед ним, гневно сверкая глазами. — Если это настолько серьезно... выбора нет, — он ухмыльнулся и, выхватив палочку, направил ее в пол. — Сервус Секус! — выкрикнул он, в полной мере ожидая, что ничего не получится...
Только тут же почувствовал, что работает... магическая сила вырвалась из палочки, и все пятеро девушек дружно пали ниц.
— Как мы можем служить вам, Хозяин? — хором выкрикнули они, не поднимая взглядов...
— Что?.. — Гарри вытаращился на свою палочку. — Но... как?..
— Хозяин! Похоже, вы стали настолько могущественны, что... — вскричала восхищенная Беллатриса, — вам уже даже не нужно никакой подготовки! И вы накрыли их всех разом...
— Я... я ведь даже не вкладывался... просто так сказал, для галочки... — ничего большего он сказать не успел.
Дверь в класс неожиданно распахнулась, и на пороге появилась профессор Синистра. Гарри только успел удивиться, что профессор Астрономии делала тут, как та рухнула на колени прямо на пороге.
— Хозяин! Чем я могу вам служить?
— Ч... — у Гарри язык отнялся. Тут из коридора донесся громкий топот. Следом за ним несколько десятков учениц вбежали внутрь классной комнаты, перепрыгивая через коленопреклонную учительницу. Чтобы потом упасть на колени самим... множество изъявлений покорности слились в единый неразборчивый шум. У Гарри, при виде всего этого, подогнулись колени, но Чоу успела его подхватить...
— Хо-хозяин... — дрожащим голосом проговорила Белла, протягивая ему Карту Мародеров, которую, вероятно, успела достать и активировать, пока он пялился на столпотворение. — Посмотрите...
Гарри с трудом оторвал взгляд от многих десятков девушек, которые уже не могли все поместиться в классе... при взгляде на Карту ему стало еще хуже. По всему Хогвартсу было движение... все... все представительницы слабого пола в школе спешили сюда... а от Хогсмида в сторону замка быстро двигалась толпа, так же состоящая исключительно из дам... и к этой толпе присоединялись все новые и новые...
— Ааа...
— ААААА!! — с криком ужаса Гарри вскочил на кровати. Диким взглядом он осмотрелся...
— Хозяин?! Что случилось!
— Хозяин?.. — с двух сторон его обхватили мягкие руки, будучи все еще шалым со сна, он попытался вырваться, но тут в его поле зрения попали их лица, и в голове прояснилось.
Это были всего лишь напуганные Белла и Цисси... где-то на краю сознания мелькнуло веселое удивление, что теперь присутствии в его постели Беллатрисы Лестрейндж для него «всего лишь»... Гарри с усилием выдохнул, его плечи опали. Он был в своих покоях...
— Хозяин, что произошло? — и разных дверей почти одновременно выбежали Флер, Чоу и Тонкс с палочками наизготовку.
— Ох... — простонал Гарри, вновь откидываясь на подушку, в голове прояснялось... — Цисси, скажи, ведь твой сын не организовывал турнира по покеру в школе?
— Что?.. — опешила та. — Нет, Хозяин... по крайней мере, я об этом не слышала.
— Приснится же такое... — Гарри опять сел.
— А что такое?.. — несмело спросила Флер, садясь рядом с ним, другие последовали ее примеру.
— Ну... теперь, если подумать, сон был совершенно безумным, но удивительно ярким... — Гарри сделал паузу. Все выжидающе на него глядели, и было понятно, что ему не отвертеться, если он только не даст прямой приказ, чего ему совершенно не хотелось. — Ну, все начинается с того, что я сажусь за покерный стол, там же еще почти десяток игроков, в том числе, кстати, Дамблдор... все организовал Драко, и входная сумма — сто миллионов...
— Сколько?.. — подавилась воздухом Тонкс.
— Я ж говорю, сон дикий... ну, значит, все играют... я неплохо выигрываю... и в какой-то момент Полумна — она тоже играет, и совершенно неаккуратно, почти все спустила — спрашивает, можно ли ставить себя. И выясняется, что можно... все, что за столом или на столе идет, остальное нет. И, значит, Полумна хочет поставить себя, отчего у меня, как вы понимаете, лезут глаза на лоб. И я говорю, что если она такое устроит, и я ее выиграю, то воспользуюсь Сервусом...
— Хозяин?! — было не понять, чего в голосе Флер больше: изумления, веселья или... гордости?..
— Ну, я думал так ее напугать, чтобы она отказалась от этой сумасшедшей затеи, — Гарри не обратил внимания на ее тон и пытался оправдаться. — Но она позиций не сдает, мы играем, и я в очередной раз выигрываю... И что самое дикое, на этом игра не останавливается, и даже Дамблдор ничего не говорит... И в течение дальнейшей игры я так же выигрываю Ханну Абот, Трейси Девис, Лаванду и Сьюзен Боунс... в общем, ничего их эта моя угроза не напугала...
В этот момент Белла захихикала, но тут же смолкла, когда Гарри глянул на нее зверем.
— Во время игры на столе стояло только Огневиски, что, возможно объясняет поведение... короче, я веду девушек в пустой класс... нет, Цисси, не для этого! — теперь зверский взгляд достался второй из сестер Блэк, чье выражение лица в этот момент было красноречивие любых слов. — Я хочу обсудить с ними лучший способ, чтобы освободить их от своего владения... но тут они мне завляют, что, пообещав применить Сервус Секус, я заключил с ними «Игровой Договор», и, если он будет нарушен, всем будет плохо...
Теперь прыснула со смеху уже Тонкс.
— Да, Дора, я догадываюсь, что на самом деле никаких Игровых Договоров не существует. Ну, так вот, — теперь Гарри уже не хотелось останавливаться, и он продолжал рассказ, распаляясь все больше, — значит, я применяю заклятие прямо тут, на ровном месте, уверенный, что оно не сработает, а Договор будет соблюден... но оно срабатывает... даже слишком хорошо... эти пятеро падают мне в ноги и зовут Хозяином, а потом туда же начинают сбегаться женщины со всего Хогвартса от учительниц до первокурсниц включительно... а от Хогсмида ко мне спешит целая женская армия...
На этом рассказ Гарри о том, как он в одночасье стал Хозяином всего женского населения Волшебной Англии, а может, и не только ее, прервался. Ибо все его слушательницы залились гомерическим хохотом, Чоу и Беллатриса даже упали с кровати и теперь катались где-то по полу. Гарри несколько секунд сверлил их гневным взглядом, но те сейчас были слишком веселыми, чтобы почувствовать это. А потом он и сам присоединился к их заразительному веселью.
— Ну и ну... — несколько минут спустя тяжело дышащая Белла поднялась с пола. — Хозяин, какие у вас сны... неужели мы впятером не удовлетворяем вас? — на ее лице появилась ложная грусть.
— Ччч-ч-что? — ставший совершенно пунцовым Гарри заикался почище Квирелла.
— Конечно, Хозяин, ведь как говорят: сны отображают глубинные желания человека. Если вам снится, как вы получаете новых рабынь, значит, нас пятерых вам недостаточно. — Нарцисса говорила совершенно серьезным тоном, но по ее лицу бродила лукавая улыбка. И глаза всех остальных, которые согласно кивали, смеялись. — Но, должна заметить, что если вы возьмете сразу ВСЕХ, то вам будет... сложновато.
Тут Гарри не выдержал и опять захохотал, остальные его охотно поддержали. Но смех Гарри умер сам по себе, когда до него с запозданием  стали доходить события прошлого дня...
— Так... ведь вчера был штурм Роштара? — полуутвердительно сказал он.
— Да, Хозяин, — все пятеро резко посерьезнели.
С их слов выходило, что его последний Патронус заставил уцелевших к тому времени дементоров бежать, тем самым поставив точку в сражении. Сильно поредевшие мракоборцы вновь заняли оборонительные позиции, Дамблдор вернулся к Министру, предварительно отправив Гарри и остальных прямо в Больничное Крыло с помощью Фоукса.
Там мадам Помфри их довольно быстро успокоила, сообщив, что все с ним в порядке, просто сильное магическое истощение, и ему просто требуется отдых. Помфри с помощью Флер влила ему в рот несколько подкрепляющих зелий, после чего решила оставить его у себя на обследование. Но это предложение было встречено штыками и картечью. И Гарри, позорно провалявшись в отключке, пропустил историческое событие: кому-то удалось переупрямить школьную медсестру и вырвать из-под ее опеки пациента.
Ну и Гарри благополучно проспал весь день и часть ночи — сейчас, между прочим, четвертый час после полуночи. Тут Гарри почувствовал себя малость виноватым, что поднял их всех ни свет ни заря... Те, впрочем, этого и не заметили, продолжая рассказ.
Дамблдор вернулся в школу лишь в десятом часу, явно очень уставший... Добиться от него удалось не многого, но было все-таки понятно, что Роштар был взят. Завтра это, несомненно, будет главной темой Пророка, кроме того, Министр назначил официальную пресс-конференцию назавтра в шесть часов вечера, и все на нее, понятное дело, приглашены. Можно было не сомневаться, что Фадж покрасуется рядом с Мальчиком-Корый-Выжил и Дамблдором...
Утром Гарри и все остальные спустились на завтрак еще до прибытия почты — все равно от любопытных не отделаться... Едва только Гарри вместе с Чоу заняли место за столом Гриффиндора, как Гермиона на них набросилась.
— Гарри!! — этот ее тон в свое время повергал его в священный трепет, особенно когда она требовала ответа на вопрос, касающийся домашней работы. — Где ты был вчера весь день?!
— С Директором, — быстро и невозмутимо ответил Гарри, чтобы сбить ее с мысли.
— И как... — Гермиона, начавшая говорить что-то по инерции, осеклась. — С Директором?.. — она как-то сразу сникла. Слева Гарри отчетливо расслышал приглушенный смешок Чоу.
— Да, с Директором, и многое прояснится с новым выпуском Пророка, — охотно добавил Гарри, после чего принялся завтракать. Несколько гриффиндорцев начали усилиненно кашлять, скрывая смех при виде того, как оправившаяся несколькими секундами позже Гермиона безуспешно пыталась то ли просто просверлить его взглядом, то ли добиться от него какой-то реакции.
К тому моменту, когда в Большой Зал влетели сотни сов, почти все ученики уже знали, что вчера Гарри Поттер и Альбус Дамблдор где-то что-то делали вместе, а потому их взгляды постоянно прыгали с одного на другого и обратно, время от времени уделяя внимание прочим, которые также отсутствовали вчера. Сами же виновники торжества обменялись несколькими взглядами, когда Гарри еще только входил в Зал. Дамблдор выглядел очень обрадованным — вероятно, его обнадежило то, что Гарри спустился на завтрак и сделал это сам. И потом уже во время еды директор, встретившись с ним взглядом, утвердительно кивнул, что бы это там ни означало. Гарри же сосредоточился на том, чтобы хорошо позавтракать — первым уроком сегодня было Зельеварение, а для встречи со Снейпом требуется много энергии даже в обычных обстоятельствах, а сегодня и подавно.
Когда совы наконец наполнили зал шелестом своих крыльев и начали передавать почту получателям, он заплатил за свой номер Пророка, который сегодня был заметно толще обычного, и раскрыл его таким образом, чтобы Чоу тоже могла видеть. Он твердо решил не отвлекаться ни на какие внешние раздражители, пока сам все не прочтет...
Первую страницу венчал огромный кричащий заголовок: «Темный Лорд дрожит пред Министерством!». А под ним огромная магическая фотография: полуразрушенный, дымящийся Роштар, несколько мракоборцев стоят на его фоне по стойке cмирно. В статье кратко описывалось прошлое Роштара: база Темного Лорда еще времен Первой Войны, которую не удалось найти даже после его падения. Рассказывалось, какой вклад Гарри Поттер сделал в общее дело, от кого именно поступили ценнейшие данные, что легли в основу плана атаки. Тут журналист явно позволил себе немного поерничать.
Дальше на без малого трех страницах шло довольно подробное описание штурма, несколько цитат со слов очевидцев и фотографий. В частности: порваный когтями дракона, почти неузнаваемый василиск, забитая мертвыми троллями дыра в земле, когда-то бывшая выходом из туннеля… Или еще развалины башни, из-под которых достаточно ясно виднеются ворота, ведущие куда-то вниз — Гарри сильно подозревал, что этот завал частично разгребли перед фотографией, для пущей зрелищности. Ну и несколько других фотографий, теперь уже подземелий и многочисленных пленных и трофеев. Также сообщалось, что сбор и осмотр этих самых трофеев пока только начат, так что можно смело ожидать новых сообщений.
Отдельной статьей шло описание их собственного боя с дементорами, под кричащим заголовком: «Горстка против орды!». Пожалуй, это было несколько преувеличено, все-таки в общей сложности их было почти сто бойцов, против семи сотен тварей... Хотя, с другой стороны, семьсот — это уже что-то немыслимое. Сражение описывалось каким-то любителем эпосов, не иначе... В газете говорилось, как волшебники медленно пятились, отчаянно сдерживая чудовищный напор, и лишь могущетсво Альбуса Дамблдора и... ну, ясное дело, Гарри Поттера, помогало им держаться. Потом атака драконов уничтожила большую часть чудовищ, но и одновременно превратила до этого организованое сражение в полный хаос. И все могло бы кончиться совсем плохо, если бы «не поразительная демонстрация магической мощи Мальчика-Который-Выжил, которая, возможно, превосходит даже силу Альбуса Дамблдора»... Кстати, ни слова о том, что после вышеупомянутой демонстрации он потерял сознание и позорно провалялся весь оставшийся день.
Потом еще страницу заполняли выдержки из официальных завлений министерства, и под конец слова самого Фаджа. Министр обещал больше подробностей на официальной пресс-конференции, на которой будут присутствовать он сам, директор и, «вероятно», Гарри Поттер.
Тут Гарри звучно фыркнул, «вероятно» в данном контексте можно было перевести как: «ежели очнется». Так что ему не отвертеться, ради возможности покрасоваться рядом с ним по такому знаменательному поводу Фадж из него душу вытрясет, а если одного Министра не хватит, так и Дамблдор наверняка подтянется. Впрочем, брыкаться Гарри не собирался...
«Добейтесь серьезного успеха, господин Министр, схватите какого-нибудь важного Пожирателя, и я обещаю вам мою поддержку» — так он сказал Фаджу этим летом. И Министр добился этого самого успеха, Гарри не мог не признать, что впечатлен. Фадж и его люди не совершили ни одной ошибки в планировании этого удара, предугадали почти все возможные ответные ходы и нашли, как им противостоять. И удар, нанесенный силам Волдеморта, впечатлял... Да, теперь Гарри со спокойной душой выкажет свою полную поддержку министру.
Гарри наконец отложил свой номер и милостливо уделил внимание тому, что происходит вокруг него... посмотреть было на что. Пока что в Большом Зале царила полнейшая тишина, ибо большинство присутствующих еще не закончили чтение. Вполне возможно, что на первых порах тут было довольно шумно, но он — верный своему решению не реагировать на внешние раздражители — просто не заметил.
Повернувшись в сторону своей старой подруги, он мог полюбоваться на достаточно редкое зрелище: потерявшую дар речи Гермиону Грейнджер. Неподалеку Невилл смотрел куда-то в никуда, поверх голов людей, сидящих за учительским столом. Прочие гриффиндорцы главным образом таращились на свои собственные или же соседские выпуски Пророка. Лаванда была какой-то подозрительно зеленоватой — вероятно, одна из фотографий произвела впечатление. Дальше Гарри поискал взглядом Рона, тот обнаружился в другой части стола, рядом с Дином и одним из семикурсников, чье имя Гарри в этот миг вспомнить не мог. Бывший лучший друг, вероятно, почувствовав его взгляд, поднял голову.
Два члена распавшегося этим летом «Золотого Трио» несколько секунд смотрели друг на друга... Потом Рон скривился в усмешке — не то, чтобы особо дружелюбной, но уж точно не враждебной — и молча продемонстрировал ему большой палец. Очевидно, его одобрили... Гарри в ответ тоже усмехнулся, после чего обратил внимание на остальных.
Реакция Пуффендуя и Когтеврана была не столь уж отличной от гриффиндорской, ученики точно так же таращились на страницы газеты. Те же, кто уже закончил, таращились куда-нибудь еще, в основном на него и профессора Дамблдора. Тут ученики орлиного факультета, правда, были немного оригинальнее — некоторые из них уделяли основное внимание Чоу, вероятно, как дань факту, что раньше она училась с ними. 
Дальше взгляд Гарри скользнул к столу Слизерина... и почти сразу встретился с глазами Драко Малфоя, в которых ясно читалось обещание скорой и весьма неприятной смерти. Это его застало несколько врасплох, пока что, несмотря на всю свою враждебность, наследник Малфоев воздерживался от открытой агрессии. Вероятно, что-то изменилось...
Прочих учеников змеиного факультета можно было поделить на две, возможно, три группы. Те, кто вели себя почти неотличимо от остальных, а именно — таращились в газету или на одного из виновников торжества. Те, кто уже закончили чтение, но, вместо того, чтобы играть в гляделки, погрузились в размышления. Скорее всего, они, как истинные учащиеся факультета Змей, кто всегда стремятся к вершине, размышляли, как быть в этой новой обстановке. Ну а третью группу составляли Крэбб с Гойлом, которые просто ничего не поняли.
Наконец Гарри обратил внимание на последний стол. Преподаватели в большинстве своем уже закончили чтение, скорее всего, они так или иначе были предупреждены. Белла и Тонкс ему озорно подмигнули, Цисси с некоторой тревогой поглядывала в сторону стола Слизерина. Снейп, судя по виду, страдал от острого несварения желудка — двойного, тройного или даже больше агента наверняка задел за живое тот факт, что он ничего не знал об этом...
— Гарри... — неувереный голос Гермиона оторвал его от созерцания.
— Да? — он обернулся... Гермиона внимательно рассматривала его правое плечо.
— Это... это об этом ты мне говорил после... после Чоу?
— Так... — Гарри потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, о чем речь. Это когда он потерял контроль над собой и в гневе сказал куда больше, чем следовало. — Нет... — ответил он наконец, — тогда я еще ничего не знал о планах министра, — тут он наклонился к ней и понизил голос. — Но, как видишь, в эту войну меня, так или иначе, втягивают все. Я не могу стоять в стороне.
Их глаза наконец встретились... несколько секунд спустя лучшая ученица Гриффиндора кивнула, после чего отвела взгляд.
Гарри почти ожидал, что директор вызовет его к себе, но Дамблдор, очевидно, не решился лишать его возможности побыть в одном классе со Снейпом... Наверное, старый волшебник решил, что ему необходима дополнительная закалка, а общество крайне раздраженного Снейпа — который и в обычные дни не сахар — тому крайне способствует. Или же директор опасался за судьбу других гриффиндорцев... в таком случае Гарри ждала роль козла отпущения... ну или буфера, ежели он за себя постоит...
Как ни странно, зелья прошли относительно спокойно. Снейп все так же летал по залу, словно вообразив себя полтергейстом. Зелье, которое им надлежало варить, было, конечно же, сложным, требовало внимания и грозило большими неприятностями в случае ошибки. И помощи от учителя ждать не приходилось. Слизеринцы сидели кучкой в противоположенном углу подземелья... Гарри ничего не заметил, но в какой-то момент Чоу вдруг взмахнула рукой, и маленький неопознаный летающий объект, при более близком рассмотрении оказавшийся каким-то растением отлетел в сторону, так и не достигнув их котла.
Снейп странным образом проигнорировал не только чуть ли не первую в этом году попытку слизеринцев испортить зелье ученикам Гриффиндора — что совсем неудивительно — но и тот факт, что попытка была сорвана. В прошлые годы он бы охотно снял пару десятков балов за то, что ученики Гриффиндора — в первую очередь, конечно же, ненавистный Поттер — разбрасываются ингридиентами и засоряют класс.
В общем, учебный день прошел довольно спокойно, к обеду несколько учеников набрались храбрости и принялись задавать вопросы, но Гарри со спокойной душой отослал их ждать официальной пресс-конференции. На уроке Чар, где они отрабатывали заклятие дальнозоркости, Невилл опять отличился. Сотворяя заклятие, он что-то напутал с жестами, и результат был совершенно не тот, какой ожидалось. Поморгав несколько секунд, горе-чародей огляделся, вероятно, пытаясь понять, изменилось что-либо или нет. Очевидно, изменилось. Стоило его взгляду упасть на Парвати, как Долгопупс застыл подобно жертве Горгоны-Медузы... две секунды спустя он покраснел так, словно захотел заменить собой флаг Гриффиндора, после чего спешно зажмурился и закрыл глаза руками.
Толку от него добиться не удалось, Флитвик сам снял с него заклятие, но Невилл далеко не сразу решился открыть глаза. Сколько его ни тормошили, он так и не ответил, что же произошло... у Гарри была одна идейка на этот счет, но делиться ее с окружающими он не собирался... Скорее всего, неправильно сотворенное заклятие не позволило Невиллу смотреть «дальше», зато он мог видеть «глубже»... Нет, Гарри этого никому не скажет.
В полшестого Нарцисса, ведушая урок Истории Магии, отпустила его из класса, ибо пришла пора двигаться в Министерство Магии. Пароль к кабинету директора опять изменился, теперь это был «Яблочные леденцы в шоколадном сиропе с кусочками банана»... Гарри попытался представить себе такой дессерт, но быстро передумал.
Директор тепло приветсвовал их с Тонкс, Гарри решил, что не стоит брать с собой всю компанию. Каминная сеть перенесла их прямо в Министерство, через один из административных каминов. Появляться в атриуме, где уже наверняка собралась немаленькая толпа зевак было, мягко говоря, неразумно...
Пресс-конференция получилась ничего себе. Уж что-то, а производить впечатление Фадж умел очень хорошо — без этого подняться в политике попросту невозможно. Вероятно, из соображений внушительности все происходило в зале Визенгамота, то есть в том самом месте, где полтора года назад Гарри чуть было не вышвырнули из Хогвартса и, возможно, Мира Магии вообще. Хотя, вряд ли.
Иронией судьбы можно было назвать тот факт, что теперь Гарри сидел рядом с Фаджем, причем на тот самом месте, где когда-то сидела Амбридж... ныне покойная. По другую сторону от Министра сидел немолодой волшебник, которого Гарри видел среди командиров в шатре во время боя. Дамблдор сидел следом. В их же ряду сидели еще шесть магов, четверо из них Гарри помнил по вчерашнему сражению, в частности, тут были командиры русского и американского контингентов. А двух последних Гарри никогда не видел, но один из них был каким-то... неприметным... слишком неприметным. «Кто-то из Отдела Тайн, вероятно, важная персона... но не самая важная» — Гарри не сумел бы выразить в словах, как именно он пришел к этому заключению.
Перед ними собралась немаленькая толпа журналистов, жутковатое кресло, что сковывало тех, кто в него садился, заблаговременно убрали. Вместо него установили четыре ряда скамеек. Гарри почувствовал странное удовлетворение от идеи, что он смотрит на всех этих писак, во главе со Скитер, свысока...
Конференция началась, вопросы посыпались один за другим. Отвечал в основном Фадж, время от времени слово вставлял кто-то из офицеров. Первая часть, несомненно, была отрепетирована заранее. Журналисты задавали те вопросы, отвечая на которые можно было подробно описать само сражение, то, что ему предшевствовало, и что за ним последовао.
Большую часть сказанного Гарри уже знал, более того, пару вопросов, связанных с подготовкой, задали ему. Но ближе к окончанию речь зашла о финальной стадии сражении и результатах, и он стал прислушиваться внимательнее. Описание атаки инферналов с тыла — о ней вскользь упоминалось и в газете — заставило его зауважать Фаджа еще сильнее. Он использовал контратаку противника в своих целях по максимуму. Рискнул почти всем, но, просчитав варианты позволил неприятелю фактически загнать себя в угол, для того чтобы выманить его силы под удар. И потом уничтожить их одним ходом. Это новое оружие — по словам того самого неприметного мага, разработка Отдела Тайн — было козырем, что он держал при себе до самого конца. И применил в самый нужный момент. Ну а потом оставалось лишь добить уже разгромленного противника. Еще одно необычное оружие позволило солдатам Министерства с ходу смести подготовившихся было к отпору Пожирателей. И дальше организованного сопротивления уже не существовало. Мракоборцы гнали врага вглубь катакомб, сметая возникающие очаги сопротивления. Там обнаружилось еще аж целых семь взрослых василисков — вообще говоря, огромная сила, особенно в узких подземных туннелях. Вражеский командир — по словам пленных, обороной замка руководил Мальсибер — несомненно, собирался пустить их в контратаку, но не успел. Или в панике отступления приказы не дошли вовремя куда нужно. В любом случае, мракоборцы нашли этих василисков в их клетках и недолго думая уничтожили.
Самого Мальсибера пока не нашли ни среди убитых, ни среди пленных. В катакомбах обнаружился зал, зачарованый специально для усиления эффекта Порталов, и потому Фадж с сожалением в голосе признал, что велика вероятность того, что член Внутреннего Круга успел сбежать. И возможно, не он один. Но — тут в голосе Министра мелькнуло нескрываемое, и, возможно, немного напускное злорадство — вряд ли его ждал теплый прием у Темного Лорда. Ибо не секрет, как он относится к своим слугам, а новости о захвате замка и всего в нем находящегося его наверняка не обрадуют...
Поскольку речь зашла обо «всем там находящимся»... Трофеи пока еще только начали исследовать, но Фадж и остальные с радостью поделились с публикой самыми свежими данными. Под замком обнаружили в частности еще трех драконов, живых, хотя и в очень плохом настроении. В отличие от василисков, уничтожать их никто не спешил. Вопрос о передачи их в один из заповедников уже рассматривался. Большая часть темных существ была уничтожена еще во время штурма, но мракоборцам попалось что-то вроде лаборатории, где, похоже, пытались скрестить гриндиллоу с красными колпаками...
Кроме того, в руки победителей попали обширнейшая библиотека, которую еще даже не начали исследовать, и огромное количество всевозможных зелий, компонентов для их создания и еще Мерлин ведает чего... Тут Гарри краем глаза случайно подметил, как один из офицеров чуть скривился... словно бы разочаровано. «Понятно, сбежавшие наверняка успели утащить что-то с собой, и почти наверняка что-то важное» — мелькнуло в голове.
На этой стадии вопросы, касающиеся штурма Роштара, более-менее подошли к концу. Кто-то из журналистов поинтересовался о дальнейших планах Министерства. Гарри приподнял бровь: этот вопрос граничил с государственной изменой...
Но, в общем, пресс-конференция прошла успешно, Министр заслуженно покрасовался. Гарри подавил усмешку при мысли, насколько разъяренной должна быть сейчас некая бледная, красноглазая личность... Под конец он со спокойной и душой и совершенно искренне высказал свою поддержку Фаджу.

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава двадцать пятая.

Денек явно не задался. Утро прошло как обычно, и нежные губы Беллатрисы отлично сыграли уже хорошо им привычную роль будильника. Но вот дальше все пошло куда хуже.
Сначала за завтраком неизвестная сова принесла ему письмо. Будучи сперва проверенным Чоу, оно казалось вполне безобидным, но стоило ему самому взять его в руки, как оно взорвалось и расплескало что-то сильно похожее на гной бубонтюбера. Чоу оказалась начеку и заставила всю эту дрянь исчезнуть до того, как она причинила серьезный ущерб, но настроение случившееся однозначно подпортило. Видимо, проверяющие заклятия были недостаточно точны и упустили вредоносное, но отнюдь не смертельно опасное содержимое...
Потом был урок Зелий, где одновременно полдюжины слизеринцев запустили ему что-то в котел с трех направлений. Чоу, которая вообще относилась к своим полуофициальным обязанностям его постоянного телохранителя с крайним рвением, после утреннего происшествия была вовсе на взводе. Потому большую часть зарядов она успела отразить, сам Гарри, вовремя сдвинувшись, заслонил варево еще от одного. В результате до цели долетел лишь один гостинец, но и этого оказалось достаточно. В котле, который служил Гарри верой и правдой еще с первого курса, в одночасье образовалась здоровенная дырка. Они поспешили отскочить подальше – Гарри и не заметил, когда Чоу успела заслонить его собой – но, к счастью, на этом катаклизм и кончился, ничего не взорвалось, и даже пол остался цел. Подоспевший Снейп, в приступе присущей ему временной слепоты, не заметил ни подрывной работы Слизеринцев, ни даже многочисленные не долетевшие до цели заряды, что валялись вокруг – их он убрал тем же «Эванеско», что и разлившееся варево. В результате Чоу и Гарри получили по Троллю и минус тридцать баллов на брата. Правда, обошлось без отработок – вероятно, все еще сказывалось благотворное действие летней беседы, и Снейп не горел желанием уж слишком бесить Гарри или оставаться с ним наедине.
Начавшее стремительно входить в штопор настроение Гарри отрицательно сказалось на результатах на последовавших за этим уроках Трансфигурации. Гарри был слишком зол, чтобы нормально сосредоточиться, а потому куст, в который он пытался превратить черепаху – трансформации животных в растения и наоборот были в числе самых тонких и трудных – имел панцирь вместо коры. Профессор МакГонагалл была явно разочарована.
Потом за обедом Гермиона крайне неумело и неловко попыталась с ним поговорить о случившемся, за что он на нее сорвался. Поскольку кара явно не соответствовала вине, отличница обиделась и пересела, после чего Гарри почувствовал себя гадом и сам себе пообещал извиниться перед ней вечером.
Но неприятности на этом не закончились, честное слово, бывают такие дни, когда следует просто не вставать с постели до вечера – всем будет лучше. На уроке Травологии бешеный огурец ухитрился провести апперкот, достойный профессионального боксера. Будь у этого растения побольше силенок, валяться Гарри в отключке. Так же все обошлось падением и большим количеством звездочек, что вздумали поводить хоровод вокруг него. Травология проходила совместно с Пуффендуем, потому обошлось без хохота, но мало кто из свидетелей удержался от усмешек. И Гарри, придя в себя, нисколько не сомневался, что уже завтра об этом происшествии станет известно всей школе. Наряду с прочими неприятностями. Нет, ему действительно стоило остаться этим утром в постели. В результате Гарри благополучно забыл о данном самому себе обещании и после ужина, мрачный как туча, отправился обратно к себе, в сопровождении неизменной Чоу.

- Я верну... – начал было Гарри, переступая порог своего обиталища, но не договорил.
Взгляду его предстало нечто такое, что язык отнялся. Нет, дело было вовсе не в том, что на диване в гостиной его ждала Флер Делякур. Даже в прошлом он был более устойчив к её ауре, и не превращался в пускающего слюни дауна, едва её увидев, а ныне ее присутствие и вовсе было в порядке вещей. Дело было даже не в том, что красавица была совершенно голой – в прошлом такое бы вполне могло вызвать у него короткое замыкание в мозгу, но теперь все было иначе. За прошедшие месяцы он имел возможность изучить и познать Флер и не только ее и снаружи, и изнутри...
Что повергло его в шок, это то, что на диване его ожидало ДВЕ абсолютно одинаковых и обнаженных Флер Делякур. Девушки сидели в совершенно одинаковых позах, увидев его, расплылись в одинаковых ослепительных улыбках и поднялись в едином движении.
- Добро пожаловать домой, Хозяин! – раздались в унисон два одинаковых голоса. Девушки встали перед ним, гордо выставляя свои тела ему на обозрение. – Мы готовили вам сюрприз уже пару недель, и решили преподнести его вам сегодня, чувствуя, что день у вас не задался!
Гарри потребовалось еще несколько секунд, чтобы выйти из ступора, но потом высшие функции его мозга пришли в движение. И он вспомнил о Тонкс, которая, кроме того, что красавица, так еще и маг-метаморф, способная превратиться в кого угодно, даже в него самого или – Гарри слегка передернуло – ныне покойную Амбридж. Так почему бы и не Флер...
Губы сами собой расплылись в улыбке. Девочки были правы, они еще ничего не сделали, а настроение у него уже повысилось. Игриво проведя рукой по бедру той, что справа, он обошел их со спины, лишний раз убедившись, что и с другой стороны они ничуть не хуже.
- Ну и кто же у нас тут Тонкс? – улыбнулся он, обняв их сзади.
- Хозяин, - вновь выдали они в один голос, повернув головы к ним с одинаковыми улыбками. – Это будет неинтересно... Попробуйте отгадать. Вы можете осмотреть нас повнимательнее, задать наводящие вопросы... Но если просто сказать вам, кто из нас кто – зачем мы тогда так старались?
- Ах вот вы какие... – притворно рассердился Гарри. – Ну я вас всех раскушу! – задержавшаяся у входа Чоу в этот миг явственно хихикнула.
Гарри сделал пару кругов вокруг них и убедился, что к трансформации эти прекрасные заговорщицы подошли со всей тщательностью. Внешне они совершенно ничем не отличались, и даже несколько родинок, одна из которых находилась у Флер на весьма интимном месте, были там, где следовало. Он встал перед ними, задумчиво их оглядывая. Внешне их было не различить, и Гарри не сомневался, что они заранее подготовились и обговорили, какие вопросы он может им задать. Значит, быстро их не вычислить... «Ну что же, раз вы решили поиграть, давайте поиграем» - подумалось Гарри.
- Верно, придется присмотреться к вам... поближе, - потянул, стараясь улыбнуться как можно более грозно. – Но делать это лучше... в более спокойной обстановке.
Эта идея пришла ему в голову еще в конце лета, но тогда он густо покраснел и загнал ее поглубже, мысленно обозвав себя извращенцем, нынче же она казалась весьма уместной. Ухмыльнувшись, он направил обе руки между ног девушек, после чего запустил по два пальца во влагалища каждой из Флер. Те громко выдохнули, после чего та, которая слева, издала чуть слышный стон. Полсекунды спустя правая ее поддержала, но было уже поздно.
Ухмылка Гарри стала еще шире, ибо, как известно, первая трещина камень колет. После этого он, нисколько не стесняясь, прошел между ними и направился в спальню. Девушкам ничего не оставалось, как следовать за ним, ибо с пальцами, погруженными внутрь их тел, он вел их за собой как на буксире. Дверь в спальню была закрыта, и это чуть было не стало затруднением, но вовремя сориентировавшаяся Чоу услужливо распахнула перед ними дверь.
Гарри подтянул обеих Флер к кровати, после чего мягко толкнул, заставляя упасть на постель...
- Ну что же, - проговорил он, начиная снимать мантию. – Вероятно, мне придется изучить вас ОЧЕНЬ внимательно...
Час спустя Гарри был в положении, ради которого большинство его сверстников были бы, наверное, готовы убить. По обе стороны его лежало по вейле, и он лениво ласкал их обнаженные тела. За прошедший час он уже подметил несколько деталей, что дали ему достаточно четкое представление, кто есть кто... Теперь пора провести последний тест.
Он нежно несколько раз провел пальцами по боку Флер, лежащей слева от него, та дернулась, повернулась к нему с улыбкой и прижалась покрепче. Потом он проделал то же самое с другой Флер... ту немедленно скрючило, с ее губ сорвался сдавленный полустон-полусмешок. Она подняла на него взгляд, и ее глаза расширились, когда по его выражению лица она ясно поняла, что раскрыта.
- Неплохо, Нимфи, - улыбнулся ей Гарри. – Я почти уверен, что вы заранее обговорили тот факт, что ты боишься щекотки, но, полагаю, что в пылу Флер это подзабыла... – он повернулся ко второй девушке. Та встретилась с ним взглядом, потом смущенно отвела взор. Он повернулся обратно к Тонкс, та уже успела преобразиться в свой обычный облик. – А вообще, мысль неплохая, - похвалил он, - может, стоит еще Оборотным Зельем разжиться, тогда еще веселее будет... – добавил он скорее в шутку, хотя кто знает, они могут его слова и всерьез принять.

Неделя после штурма Роштара прошла спокойно. Ежедневно в Пророке появлялись новые подробности прошедшей битвы или сообщения об очередных трофеях, вынутых из-под земли. В общей сложности в замке было пять драконов, три из которых остались живы. Обоих покойников уже освежевали и разобрали на части. Одного мракоборцы разделали еще во время боя, когда он пытался выбраться наружу, другого элементарно завалили камнями. Когда же речь зашла о василисках, Гарри выпучил глаза, увидав приблизительные суммы, которые Министерство рассчитывало выручить с каждого из дохлых змеев.
После этого Гарри первым делом уточнил у Нарциссы, как у самой сведущей в юридических вопросах, кому принадлежит труп василиска в тайной комнате Хогвартса, которого убил он собственноручно. Выяснилось, что теоретически тело убитого монстра принадлежит победителю, но, как правило, дело осложняется вопросами транспортировки, разделки и обработки – а из этого следует, что владелец земли, на которой монстр был повержен, также обладает хотя бы косвенными правами... И еще важная деталь – любой, нашедший мертвого монстра, также может претендовать на все права, и тогда герою, поразившему чудище, придется доказывать собственные права на него. Услышав это, Гарри сразу после занятий помчался к Дамблдору, где поставил вопрос ребром: «что насчет василиска в подземельях, и почему никто к нему не подвалил с деловыми предложениями?».
Дамблдор заметно смутился... или сделал вид, что смутился. Выяснилось, что василиск тварь сложная: с одной стороны, его сверхпрочная шкура теряет значительную часть защитных свойств после смерти, но с другой, сама туша может храниться нетленной десятки лет. Потому ничего плохого бы не случилось, оставь они покойничка лежать до поры до времени. Сам Дамблдор изначально планировал поднять этот вопрос как раз посередине шестого курса, когда юный герой уже достаточно повзрослеет, а ЖАБА еще не будет маячить на горизонте. С возвращением Волдеморта это следовало, наверное, сделать раньше, но тут Дамблдор элементарно забыл... Что же до других потенциальных покупателей, тут еще проще: очень немногие за пределами школы знают, с чем именно были связаны все неприятности на втором курсе. Вот тут директор смутился явно искренне, отметив, что знай все, какая именно бяка ползала по замку и каким невероятным чудом дело обошлось без жертв, то не сидеть ему в этом кресле. Да и сам Хогвартс бы, наверное, простоял пустым лет десять.
Нельзя сказать, чтобы Гарри так уж совсем поверил в эту историю. При должном желании попасть в Тайную Комнату можно было и не являясь змееустом - хотя бы с помощью Фоукса, который уже побывал там. Вполне возможно, что директор был бы отнюдь не против, если бы Гарри никогда не вспомнил о своем внушительном трофее, и со спокойной душой взял бы все себе... Но сейчас это ничего, по сути, не меняло, потому он не стал вдаваться в детали былых дней. Вместо этого лучше решить, что делать со змеюкой здесь и сейчас.
Дамблдору, похоже, мысль визита в Тайную Комнату показалась весьма привлекательной, и потому отправиться туда, посмотреть что и как, решили немедленно. Изначально к директору он пришел в сопровождении Чоу и Нарциссы, но по пути к небезызвестному туалету к ним присоединились сперва Тонкс и Белла, а потом и Флер. Девушки как всегда безошибочно почувствовали, что их Хозяин собирается влезть в очередную возможную передрягу...
Плакса Миртл, увидав Гарри, сперва вся заулыбалась, потом резко помрачнела, разглядев окружавших его девушек, а при виде директора так и вовсе смылась в канализацию.
- Минутку, Гарри, - Дамблдор вышел вперед и склонился над памятной раковиной, что-то выделывая своей палочкой. – После тех событий я первым делом наложил несколько следящих заклятий на этот умывальник, - объяснил он.
Гарри кивнул, признавая верность подобной предосторожности. В этот раз ему не потребовалось особо стараться, представляя себе живую змею. Вероятно, опыт и все то, чему он научился за прошедшие годы, положительно сказались на его способностях змееуста. Памятный провал предстал их глазам...
- Вот он, значит, какой, проход в Тайную Комнату Салазара Слизерина... – с некоторым... почти разочарованием проговорил директор. – Знаешь, Гарри, я почти убежден, что Основатель не планировал, чтобы его Наследник спускался в его комнату по грязной трубе. Как ты считаешь?
- Думаю, вы правы, сэр, - ответил молодой аристократ после нескольких секунд раздумья. – Теперь, если вспомнить, Джинни не была такой уж грязной, когда я нашел ее... Наверное, эта труба – это один из выходов для василиска, а для людей есть другой спуск...
- Или же этот путь можно изменить и сделать... удобнее, - закончил за него директор.
- Гарри, попробуй вызвать лестницу, что ли, вдруг получится? – закончила их общую мысль Тонкс.
У Гарри ушло около минуты на перечисление слов вроде «путь», «спуск» и прочее... Волшебным словом в конце концов оказались «ступеньки», и туннель несколько расширился, а на полу образовались те самые ступеньки...
- Как далеко ведет этот спуск? – задал Дамблдор новый вопрос.
- Километр, может, и больше... Тайная Комната несомненно под озером.
- Тогда, я думаю, нам стоит запастись транспортом, иначе дорога туда, а особенно обратно, отнимет много времени и сил, - подала мысль Беллатриса.
- Верная мысль, мисс Блэк, - директор тут же призвал домовика, который через минуту вернулся с несколькими сородичами и семью школьными метлами. Очевидно, Дамблдор не хотел гонять Фоукса по любому поводу.
Спуск на метлах, сколь бы стары, медленны и неудобны они не были, был на порядок комфортабельнее безумной поездки по трубам, в которой по пути спускавшийся собирал на себя тонны грязи. Оттого Гарри по пути не мог не отдать должное рассудительности и предусмотрительности Великого Волшебника – сам бы он, наверное, сразу бы поехал вниз и уже там бы вспомнил о том, что выбираться наверх тоже как-то надо. Конфуз бы вышел.
Подземелье было в точности таким, каким он его помнил, казалось, даже кости всякой мелкой живности лежали на прежних местах... возможно, так оно и было. Гарри мимоходом задумался, что вообще за живность могла появиться на такой глубине... За этим возник другой вопрос: если василиск мог покидать главный зал – наличие сброшенной шкуры и эти трупики это вроде как подтверждали – то что удерживало его внизу тысячу лет? Умывальник? Ведь, к тому же, тот туннель ветвился... нужно будет тут все как следует изучить. С этими мыслями Гарри бросился догонять уже углубившегося в туннель директора.
Дамблдора они вскоре догнали, тот стоял и с немалым интересом изучал завал камней, перегородивших проход. Гарри отстраненно заметил, что того лаза, который проделал Рон, не видать. Вероятно, с тех пор случались новые обвалы...
- Значит, это случилось, когда мистер Локонс пытался наложить на вас заклятие Забвения сломанной палочкой? – поинтересовался директор, поднимая палочку повыше и присматриваясь к потолку. – Восхитительно...
- Простите? – возмутился Гарри, а Беллатриса так и вовсе навела на старого волшебника палочку.
- А?.. – директор, похоже, немного забылся, а потому вынырнул из созерцания рывком. – Прошу прощения, несомненно, ничего восхитительного в намерениях моего бывшего подчиненного не было, но, видишь ли, Гарри... Полагаю, ты согласишься, что мистера Локонса никак нельзя назвать выдающимся волшебником? – Гарри утвердительно кивнул, одновременно жестом указав Белле убрать палочку, на которую директор все равно не обращал внимания. – А палочка юного мистера Уизли, как я помню, была далеко не в лучшей форме... и тем не менее, вместе они... – Дамблдор окинул взглядом свою аудиторию. – Вы даже не представляете, какие огромные силы были вложены в то, чтобы укрепить этот туннель. Даже если я... если мы все начнем метать взрывные заклятия, нам вряд ли удастся вызвать подобные разрушения... Там, где пасуют знания и даже грубая сила, выручить может случай... и глупость, - его глаза за очками-полумесяцами сверкнули как-то особенно ярко.
У них ушло около получаса на то, чтобы расчистить проход. Все-таки убрать несколько тонн камня, вернуть их на законное место вверху и все заново укрепить, дабы не было новых обвалов – это вам не чашку разбитую починить с помощью «Репаро». Потом директор, а вместе с ним и Флер – её, обучавшуюся на целителя, это особенно интересовало – несколько минут изучали сброшенную василиском старую шкуру. Заключение было, что пусть завал отнюдь не пошел на пользу шкурке, польза от нее все равно будет.
Добравшись до финальной двери, Гарри был несколько удивлен, обнаружив ее закрытой, ибо точно знал, что, уходя отсюда в конце второго курса, они нисколько не озаботились тем, чтобы запереть ее за собой. Но, поразмыслив пару секунд, он осознал, что умывальник они также за собой не закрывали... Вероятно, был тут какой-то магический механизм... попутно возникал вопрос, нету ли опасности, что эти весьма самостоятельные двери закроются, пленив внутри кого-нибудь бедолагу, не владеющего Змеиным языком. Ну а пока двери дисциплинированно открылись по первому шипу.
Гарри вошел первым, все его дамы сразу за ним, а вот директор чуть помедлил, возможно, заинтересовавшись чем-то, а возможно, и оробев. Тайная Комната в этот раз представилась Гарри... какой-то менее... такой. И не столь громадной, и не ужасающей, и уж точно не столь загадочной... Было ли дело в том, что здесь он во второй раз... или что в этот раз он не одинокий напуганный второкурсник, который кинулся сюда спасать сестру лучшего друга, отчаянно отгоняя прочь мысль, что взялся за дело ему явно не по силам. Ныне он был на шестом курсе, имел за плечами куда больше, чем тыканье тролля палочкой в нос, хватание одержимого Темным Лордом профессора за разные части тела и улепетывание от акромантулов на старом фордике. Кроме того, с ним было минимум три опытных чародейки – да и Флер с Чоу со счетов сбрасывать никак не стоило – не говоря уже о самом Дамблдоре... Гарри с некоторым удивлением отметил, что директор – Великий Волшебник, победитель Гриндевальда (о котором всем, даже Нарциссе, было известно подозрительно мало), тот, кого боялся даже вы-знаете-кто – оказался последним в списке...
Гарри отстраненно удивился, что не чувствуется никакого запаха тления - а ведь прошло уже больше трех лет. Вероятно, директор говорил правду, что василиск хорошо хранится. Огромная змея лежала именно там, где он и помнил. Юношу как магнитом тянуло к голове, к месту, где он во второй раз в жизни получил, по сути, смертельное ранение...
Вот он, клык... все так же лежит на полу, в высохшей луже чернил... Гарри мимоходом подумал, что стоит взять образец. Ведь если Реддл сгинул, когда все чернила вытекли, значит, его воспоминания... или что бы это ни было, хранились именно в чернилах, а не в страницах... После его взгляд поднялся к полураскрытой пасти, место, откуда был выломан клык, тут же привлекло его внимание.
Тем временем, остальные члены экспедиции вышли из временного ступора, вызванного фактом, что они находятся в помещении, где за последнюю тысячу лет побывал десяток человек. Флер исследовала капли крови василиска на полу, потом перешла к самому Королю Змей. Тонкс и Беллатриса, как самые жадные до приключений, взялись обойти и осмотреть всю Комнату. Цисси же была зачарована величественной статуей Основателя. А Чоу все так же старалась держаться поближе к Гарри. Что до Дамблдора, в данный момент он внимательно изучал те самые засохшие чернила – вероятно, хорошие мысли приходят в знающие головы одновременно. Закончив с этим, он поднялся и обратил взор на величественное тело змея.
- Знаешь, Гарри... твой рассказ три года назад не передал в полной мере, насколько же он огромен... – змей был раза в полтора больше тех монстров, что Пожиратели пустили в бой во время битвы за Роштар. Директор взмахнул палочкой и прошептал какое-то заклятие. – И он столь же стар, как вся Комната. А даже василиски так просто не живут тысячу лет... Я раньше думал, что это потомок «чудовища Слизерина» из легенды, но нет... Ты говорил, чудовище выползло изо рта статуи? Там тоже стоит все осмотреть...
- Что же, мы не специалисты по тайникам... – начала Тонкс.
- Но не похоже, чтобы тут были еще какие-нибудь спрятанные помещения, Хозяин, - закончила подошедшая вместе с ней Белла.
- Ну, мы уже в спрятанном помещении... – заметил Гарри, подумав про себя, не брали ли они уроки у близнецов по умению заканчивать фразы друг друга.
- Как и следовало ожидать, Хозяин, василиск отлично сохранился, даже оставшийся в железах яд остался жидким и в полной сохранности, - это была уже Флер. – Но я не возьмусь за сбор или разделку, моих знаний не хватит. Я не думаю, что даже профессор достаточно квалифицирован для этого. Нужно привлечь профессионалов... я бы рекомендовала гоблинов, но они наверняка потребуют часть добычи, и не малую.
- Я согласен с вами, мисс Делякур, - вступил в разговор директор. – Пытаться своими силами разобраться с подобным трофеем – крайне неразумно. В других обстоятельствах я бы порекомендовал обратиться в Министерство... учитывая нынешнюю ситуацию, там бы вы, лорд Поттер, - это он произнес с нажимом, - нашли более выгодные условия. Но сейчас все специалисты наверняка заняты Роштаром, и будут заняты еще долго... наверняка и эксперты Гринготтса были привлечены... – Дамблдор задумчиво погладил бороду.
- Думаю, это можно будет обдумать и обсудить позднее, - решил вмешаться Гарри. Ему, среди прочего, теперь не очень улыбалась мысль впускать кучу народу в Тайную Комнату: знала о ней горстка, а попасть внутрь могли вообще лишь двое. Возможно, будет лучше, если для большинства она и останется Тайной. – Давайте лучше посмотрим, что там, - он махнул рукой в сторону головы статуи.
Метлы пригодились раньше, чем ожидалось. В этот раз никаких волшебных слов, чтобы сделать проход в голове статуи удобней не нашлось. Пришлось пробираться на четвереньках (старый директор показал невероятную для своего возраста гибкость). Если кто-то ожидал найти впереди тайную библиотеку или сокровищницу Слизерина, его бы ждало разочарование. Все, что им попалось, это обширное помещение, очевидно, служившее гнездом василиска. Даже Гарри чувствовал великое множество чар здесь, но не мог понять, для чего они служили. Дамблдор высказал вполне разумную гипотезу, что эти заклинания поддерживали жизнь в змее все эти века. Учитывая, что тут не было ничего, хотя бы отдаленно напоминающего кормушку, предположение казалось весьма разумным.
На этом экспедиция к недрам школьных подземелий завершилась.

Школьная неделя завершилась, наступили выходные.
Группа вампиров напала на дом одного из старших офицеров Отдела Мракоборцев. Волшебник оказался начеку, и вместе со своей семьей успел сбежать посредством специально заготовленного Портала. Меньше десяти минут спустя он вернулся с подкреплением, но обнаружил, что нападавшие уже успели скрыться, запалив его дом в качестве прощального подарка.
Но уже на следующий день в газетах появилось сообщение об исчезновении высокопоставленного сотрудника Отдела международного магического сотрудничества, или, как Гарри мысленно звал его, МИДа. Вероятно, Волдеморту сильно не понравился тот факт, что его крепость штурмовали бойцы со всего мира.
Было очевидно, что сокрушительный успех Фаджа сильно ослабил позиции Темного Лорда. Ибо почти в течение недели все было тихо, несомненно, Волдеморт пытался оправиться от полученного удара, оценить все то, что потерял. Не исключено также, что в его стане сейчас проходили массовые чистки, и все искали предателей да саботажников... Газеты пестрели рассуждениями, что победа над Тьмой не за горами, и что вообще скоро все будет совсем хорошо. И Министерство, хоть и призывало всех не терять бдительности, не пыталось как-то придержать этот взрыв энтузиазма журналистов... Наверное, Фадж, которого без устали восхваляли, попросту наслаждался произведенным эффектом.
И эти новые несколько нападений представлялись чуть ли не конвульсиями уже сломленного противника... А в этом Гарри сильно сомневался, и он боялся представить, как может ответить на это противник.

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава двадцать шестая.
 
 А в понедельник в Пророке появились другие новости: сообщения о многочисленных перестановках в Министерстве. Одновременно с этим десяток сотрудников были и вовсе арестованы по подозрению в пособничестве Темному Лорду. О найденных Черных Метках ничего не было сказано, но тут ничего удивительного. Волдеморт не был таким глупцом, чтобы давать своим противникам столь простой способ вычисления своих сторонников вообще, и соглядаев со шпионами в часности. По словам Беллы, существовал добрый десяток разных Меток, каждый с разным уровнем скрытности, и в большинстве случаев только сам Волдеморт знал, как проявить их.
 Читая имена задержанных, а также просто снятых или пониженных в должности, Гарри начал понимать смысл слов, сказанных Фаджем в ту встречу, когда впервые зашел разговор о Роштаре. О том, что он меняет людей, на которых опирается... Немало из этих имен было  ему знакомо. По словам Нарциссы, это были люди, подобные ныне покойной старшей чете Блэк – те, кто полностью поддерживали идеи чистоты крови, но не шли за Волдемортом  в открытую. Что же, похоже, министр учился на ошибках прошлого... Сам Гарри не увидел в этом ничего плохого, хотя и было в этом что-то излишне громкое, отдававшее показухой.
 
 Занятия тем временем шли своим чередом, на Истории Магии Нарцисса затронула тему, которую Гарри как-то ни разу не связывал с этим предметом. И напрасно. Цисси заговорила об эльфах-домовиках. Стоило ей об этом заговорить, как Гарри немедленно обратил свой взор на Гермиону. Та мало что не подпрыгнула, в глазах её вспыхнул опасный блеск, и, наверное, только врожденная законопослушность и дисциплинированность помешала ей прямо тут же начать вновь агитировать за Г.А.В.Н.Э.
 Но довольно скоро этот самый блеск померк, а брови поползли к переносеце, ибо Нарисса начала повествование о том, откуда собственно пошли домовики. Давно, задолго до основания Хогвартса существовала раса - не раса, вид - не вид существ, которых трудно было считать разумными, но и к бездумным животным их также было не причислить. Ибо их отличительной особенностью было полное отсутствие всякого чувства инициативы. Это были паразиты, питавшиеся магической энергией. Изначально они, вероятно, тяготели к естественным источникам, но черпать остаточную энергию творимых заклятий и излучение зачарованных предметов оказалось намного проще. И потому эти существа стали все больше селиться поближе к магам. Никакого вреда от них не было, потому к ним зачастую относились как к необычным домашним любимцам. Учитывая их дружелюбие и разумность, им были рады...
 Легенда гласит, что однажды маленькая девочка-волшебница  вечером в шутку велела своему любимцу убрать её игрушки. И была немало удивлена, когда тот это немедленно и с охотой сделал. Было высказано предположение, которое до сих пор никто не опроверг, что существа эти в буквальном смысле изнывали от скуки, но врожденная нехватка инициативы мешала им что-либо предпринять. С тех пор их сосуществование с волшебниками стало все больше напоминать симбиоз. Ну а по прошествию множества поколений эти существа – их изначальное имя кануло в забвение – изменились и стали нынешними эльфами-домовиками. Их уровень интеллекта заметно вырос, но отсутствие инициативы и неспособность принимать самостоятельные решения остаются их отличительными чертами и по  сей день.
 Тут Нарцисса, наконец, соблаговолила обратить внимание на Гермиону, которая тянула руку  и подпрыгивала на своем стуле уже пару минут. Как и следовала ожидать, гриффиндорка незамедлительно помянула Добби – он стал для нее чем-то вроде универсального контраргумента, который она пускала в ход каждый раз, стоило кому-то хотя бы намекнуть на то, что домовиков вообще-то и не стоит освобождать. Мол, неблагодарное это дело, дров можно наломать и все такое... Гарри передернуло, ибо выражение лица Цисси, когда она смерила взглядом вспыхнувшую маглорожденную ведьму, было чисто Малфоевским. И ухмылка оттуда же. После чего она в упор спросила, может ли мисс Грейнжер с чистой совестью назвать Добби в полной мере рациональным и  здравомыслящим существом. Гермиона на запале открыла было рот... помолчала и закрыла. Нет, даже она не могла  бы назвать того, кто ломает руки тому, кого стремится  защитить, рациональным существом. Дальнейшая речь Нарциссы оставила Гарри в состоянии легкого шока: ну никак не представлял он, что его знакомый чудак-эльф, которого он сперва освободил, а потом взял на службу, вообще-то, гений по меркам своего народа! И, как большинство гениев, несколько не от мира сего... Но это, вообще-то, многое объясняло. Ну а суть речи Нарциссы состояла в том, что Добби, конечно, заслуживает уважения, как, возможно, самый инициативный домовик в истории, но пытаться равнять на него всех его сородичей... неправильно. А кроме того, даже он недолго проходил свободным, и очень скоро устроился в Хогвартсе, а потом к Гарри.
 После этого урока Гермина не разговаривала весь вечер.
 
 Еще одно занятное происшествие имело место быть двумя днями позже, на уроке Чар. Они как  раз перешли к новой теме: наложение долговременных заклятий на предметы. Суть была не столько в том, чтобы  придать вещи какие-то новые качества – для этого существовало великое множество чар и техник, которые изучались на каждом курсе, и их никогда не выделяли в отдельную тему. Нет, здесь идея состояла в том, чтобы вложить в предмет какое-нибудь повседневное заклятие так, чтобы оно активировалось при определенных обстоятельствах...
 Все это и многое другое профессор рассказал, прежде чем провести небольшую демонстрацию...
 - Мистер Поттер, прошу вас подойти сюда, - мастер Чар каждый год вызывал по одному «добровольцу» с каждого факультета, чтобы посмотреть, что тот может придумать. До начала этого года он рассчитывал пригласить мисс Грейнжер, но теперь юный мистер Поттер был более подходящей кандидатурой.
 - Да, профессор? – Гарри подошел к учительскому столу, держа палочку наготове.
 Вечно энергичный преподаватель соскочил со своего сиденья и взмахом палочки перенес стопку книг на стол.   
 - А теперь, мистер Поттер, постарайтесь помешать мне сесть в кресло! – воскликнул крошка Флитвик. – Вы можете использовать для этого любые чары!
 - Любые, профессор? -  переспросил Гарри, чуть склонив голову.
 - Да, все, что придет  вам в голову! – кивнул мастер Чар, про себя прикидывая, чему его студент мог научиться у Нарциссы. Она была одной из его лучших учениц в области зачаровывания предметов, и, учитывая их... близкие отношения, наверняка поделилась  своими знаниями с юношей.
 У Гарри в голове пронеслось несколько подходящих заклинаний, например, то, что способно было сделать сиденье невероятно скользким... Или можно зарядить в сиденье какое-нибудь милое заклятие... Парализующее... Отталкивающие... или «Ступефай». Ну, или можно просто оградить кресло барьером... наверное, этого ждет от него преподаватель. Но потом ему в голову пришел куда более неожиданный способ. Гарри навел палочку на цель и невербально пустил знакомое ему с четвертого курса заклятие, потом второе.
 - Теперь вам в него не сесть, профессор, - повернулся он обратно к опешившему Флитвику, после того как его «Редукто» обратило предмет интерьера в щепки, которые весело горели после «Инсендио».
 Зависла звенящая тишина. Филиус Флитвик стоял неподвижно с чуть приоткрытым ртом. Гриффиндорцы взирали на своего сокурсника кто в шоке, кто в восхищении. Даже обычно мрачный и недружелюбный – не считая форсмажоров – Рон глядел на него, как на Фреда с Джоржем, когда их чествовали после суперфейверка в прошлом году. И лишь Гермиона, несомненно, углядевшая в этом намеренную попытку оскорбить преподавателя, или – того хуже – сорвать урок и потерять баллы, смотрела на него с немым укором. Профессор прокашлялся.
 - Что же, мистер Поттер... вот уже без малого тридцать лет, как я предлагаю ученикам это испытание, и вы первый, кто применил такие чары... Даже не знаю, как поступить. С одной стороны, вы выполнили поставленную задачу, ведь я разрешил применять любые заклятия... С другой, это никак не касается нашей нынешней темы, плюс это все-таки порча школьного имущества. – Флитвик задумался... или сделал вид, что задумался. После чего жестом предложил Гарри вернуться на свое место. И начал непосредственно урок.
 А вечером этого дня Гарри, в сопровождении Чоу, опять пошел к директору. Пароль, похоже, успел смениться, но горгулья сама ушла с дороги примерно через минуту, когда Гарри, которому не улыбалось перечислять все сладости мира, собрался искать Беллу.
 - Добрый вечер, Гарри, мисс Чанг, - улыбнулся им директор, который как раз пил чай. – Присаживайтесь. Не желаете лимонную дольку? Или чаю?
 - Нет, спасибо, профессор, - Гарри уже давно уяснил для себя, что эти дольки ему элементарно не нравятся, а пить не хотелось.
 - Итак, чем могу вам помочь, - Дамблдор сделал глоток.
 - Профессор, вы ведь всегда в курсе, когда кто-то стоит перед статуей? - Гарри чуть склонил голову на бок.
 - Да, Гарри, ведь хороший директор должен всегда быть готов выслушать учеников... и прежде чем ты спросишь, скажу, что когда я вижу, что это действительно важно и срочно, я сразу открываю проход. А иначе... прости старому человеку его маленькие шалости, - глаза Дамблдора заговорщески сверкнули. – Но ты не для этого сюда пришел?
 - Нет, не за этим,  - согласился Гарри. – Профессор, помните, этим летом мы обсуждали то, что со мной случилось? С чего это все началось, - уточнил он, чуть кивнув в сторону сидевшей слева и немного сзади Чоу. Директор утвердительно кивнул. – Вы тогда говорили, что то, что мне удалось приметь это заклятие без палочки, уже немыслимо. Но что у вас есть предположение, как это могло быть сделано... Вы тогда не  стали уточнять, а я со временем позабыл. А вот теперь хочу спросить: вы считаете, что тот, как вы сказали, «добродетель» заложил «Сервус Секус» в клочок бумаги, что он мне дал, и именно это помогло мне? – спросил он напрямую, потом добавил потише... – Но ведь бумажка сгорела тогда...
 - А, я вижу, вы начали проходить отложенные чары с Филиусом... – улыбнулся директор. – Да, я думал и об этой возможности, Гарри. Но, поскольку вы только приступили к этой теме, ты еще не знаешь, что отложенные чары требуют куда больше энергии, чем когда применяешь заклятия напрямую. И зависимость эта не линейная, а квадратическая, а порой и хуже... если ты и в будущем году продолжишь изучение Нумерологии, то это одна из тем, и в теоритической части ЖАБА почти всегда есть задание, так или иначе связаное с этим. И, как  ты знаешь, «Сервус Секус» - заклятие, требующее огромной магической силы...
 - Значит, вы полагаете, ему это было бы просто не по силам.
 - Я сомневаюсь, что даже самому Мерлину хватило бы на это силы,  - кивнул директор. – Поэтому я полагаю, что он проделал нечто много более изощренное. Я думаю, тот клочок бумаги обратил само твое тело в одноразовую волшебную палочку, – глаза Гарри полезли из орбит, - возможно, так же приспособленую для применения единственного заклятия.
 - А такое... возможно? – с запинкой проговорила Чоу, ибо Гарри еще не собрался с мыслями.
 - Более чем, мисс Чанг. Это выходит далеко за пределы ЖАБА, но сама методика была изобретена и проверена еще в девятнадцатом веке. Но она никогда не была особо известна, прежде всего, из-за своей непрактичности. Как я уже сказал, эта методика позволяет сотворить лишь одно-единственное заклятие за раз, в то время как ее создание требует большого труда и времени. Потому это знание оставалось в основном работающей теорией, известной специалистам, но без практического применения.
 - Даже так? – вновь подал голос Гарри. Он как-то по инерции полагал, что в том заклятии без палочки, что спасло его, столько же необъяснимого, что и в остальной части этой истории. Оказалось, что нет.
 - Да, Гарри, - улыбнулся явно понявший, о чем он думал, директор, - тут большой загадки нет... и прости, что не рассказал об этом раньше... столько всего происходит, даже забываешь поделиться  открытиями.
 
 В этом году Гарри спал крепко и без всяких там навеянных извне снов. Последние ушли сразу же после схватки в Отделе Тайн – что, в общем, неудивительно. Их поначалу сменили кошмары об этом бое и о гибели Сириуса, но появление в его жизни Беллы и Цисси положило конец и им. Теперь, если ему что и снилось, то только приятное.
 Потому Гарри был немало удивлен, обнаружив себя парящим в какой-то темной дымке. Конечно, это была ночь Хэллоуина – праздника, с которым у него были  весьма сложные отношения. Потому весь день он был на взводе и ждал какой-нибудь очередной неприятности. И был крайне удивлен, когда ничего выдающегося так и не произошло. Даже Волдеморт, похоже, ничего не стал устраивать – он заранее поделился опасениями с министром и директором, и те, вероятно, приняли меры.
 Но, видимо, готовился он  не к тому – ожидаемые неприятности пришли не из реальности, а из мира грез...
 - Поттер... – раздалось грозное шипение со всех сторон. И это  шипение он хорошо знал. – Вот мы и снова встретились, Поттер... – перед ним образовалась голова Лорда Волдеморта, причем таких размеров, что могла бы с легкостью его поглотить. – И в этот раз тебе некуда бежать, как некому и сражаться за тебя!
 Гарри пожелал оказаться подальше от этой громадины и с облегчением понял, что она стала удаляться... Впрочем, Волдеморт –если это действительно был он – быстро опомнился и почти сразу догнал. Но он  уже опоздал – Гарри успел убедиться, что в этом сне... видении, или чем бы все это ни было, он далеко не бессилен...
 - Нет, Поттер! Бежать тебе некуда! – громадина снова грозно над ним нависла.
 Гарри  попытался встретиться взглядом с собеседником. Но это непросто сделать, когда один-единственный глаз собеседника превышает размером твою голову... Тем не менее, он не был особо впечатлен... когда в одиннадцать лет ты встречаешь трехметрового тролля, махающего дубиной чуть не с тебя ростом, а в двенадцать убегаешь от орды гигантских пауков и сражаешься со змеей, способной проглотить тебя... размер перестает впечатлять.
 Гарри проверил свой мысленный блок и, насколько возможно,  укрепил его. Так и есть, блок,  который он теперь держал постоянно, был не пробит, но как бы слегка продавлен. Из того, что он знал о ментальных исскуствах и воздействиях – а теперь знал он об этом немало, спасибо, прежде всего, Белле и Тонкс, да и сам он немало прочел за эти месяцы – это был знак того, что к тебе ломится кто-то сильный и умелый, твои же барьеры пока держатся. Гарри сконцентрировался на защите, и голова перед ним начала немедленно уменьшаться в размерах...
 Видимо, почувствовав это и поняв, что запугать жертву не удалось, Волдеморт прервал показуху, и место головы (на тот момент она была с полметра) заняла фигура Темного Лорда в его неизменном черном плаще. Палочки у него не было, и Гарри с некоторым запозданием осознал, что у него её также нет.
 - Ну что же, Гарри Поттер, ты стал менее жалок с нашей последней встречи, но звать тебя Избранным... – змееподобное лицо презрительно скривилось. – Лишний раз доказывает, насколько низко  пали стандарты под влиянием этого маглолюба и его присных...
 Впоследствии Гарри и сам не мог объяснить своей реакции ни себе, ни другим. Перед ним был убийца его семьи, или, по крайней мере, его образ. Это был тот, кто в той или иной степени был  первопричиной всех или почти всех его несчастий. Это был тот, кого он до недавнего времени – а скорее, и до сих пор – не без причин боялся... И тем не менее, сейчас он не испытывал ни особого страха, ни даже вполне уместной ярости... Вместо этого... это было почти как с Драко Малфоем три-четыре года назад – хорошо знакомый, но вполне переносимый раздражитель, с которым  не зазорно и поругаться...
 - Хватит нести чушь, - заявил он ему в ответ. – Если уж говорить о низких стандартах, то никто и ничто не побьет «успех» твоих лучших и наичистокровнейших приспешников, дюжина которых так и не сумела одолеть шестерых школьников. И... тут ты прав, в таких случаях задаешься вопросом, чья это вина: исполнителей или руководства...
 - Мальчишка... – зашипел было Темный Лорд, но начавший распаляться Гарри его перебил.
 - Ведь, в самом деле. Какой у тебя послужной список? Ну, нашу первую встречу вспоминать не будем, хоть и годовщина. Пять лет назад, ты целый год ходишь вокруг да около полосы препятствий, что – как я теперь ясно понимаю – была рассчитана на то, чтобы первогодки ее прошли. Два года назад ты заводишь довольно хитрую, многоходовую комбинацию, но под конец все пускаешь псу под хвост. И, более того, тогда твои приспешники были большей угрозой, чем ты сам! – тут Гарри откровенно соврал, но немного вранья для такого хорошего человека не жалко. – Ну и в прошлом году: сначала твои Пожиратели выставляют себя полными идиотами, ты же в ус не дуешь, пока их окончательно не победят. Тут, наконец, являешься, но лишь для того, чтобы безрезультатно сразиться с директором, а потом доблестно удрать, поджав хвост, но не забыв сперва показаться всему миру! Операция закончилась полным успехом! Твои организаторские и тактические способности достойны всяческих похвал!
 - Как ты смеешь... – Гарри с  удовлетворением отметил, что никогда не отличавшийся самообладанием темный маг даже и сказать ничего толком не мог.
 - Ну а потом больше! Это маленькое приключеньице летом,  и все последующее... И я заметил, что Беллатриса, пока она была твоей лучшей ученицей и самой преданной последовательницей, мягко говоря, не выделялась на общем уровне твоих... головорезов? Нет, для  головорезов они недостаточно умелые... ну, значит, просто слуг. Ну а  после нашей с ней судьбоносной встречи... леди ведь просто расцвела! – Гарри ухмыльнулся сколько возможно гнусно. – Так что по мне, винить твоих приспешников в некомпетентности нечего, они просто не могут не следовать примеру своего грозного и великого лидера!
 Ответом ему была новая ментальная атака. Это не была попытка незаметно проникнуть ему в голову, как это делалось весь прошлый год. Это даже не походило на открытые, но тем не менее аккуратные и умелые атаки Снейпа, когда тот то ли учил его, то ли просто издевался. Нет, сейчас это был напор грубой силы. Если вторжение Снейпа можно было сравнить с мечом – не шпагой, а именно мечом – то это была массивная дубина. Вряд ли грозный Лорд Тьмы был неумехой, но тут у него явно случились проблемы с самообладанием.
 В былые времена такой напор не только смел бы любые попытки Гарри защититься, но и, скорее всего, оставил бы в коме надолго, если не навсегда. Сейчас вся эта монументальная мощь, которая при ударе грозила вызвать Страшный Суд местного значения, окончилась пшиком. Гарри даже не пытался поставить несокрушимый  щит перед этой атакой. Не было у него столько сил. Вместо этого он использовал классический прием: сравнить его можно было с фехтованием, когда удар отводят в сторону легким движением клинка вместо того, чтобы подставить щит.
 Вся мощь, вложенная Воледмортом в эту атаку, ушла в никуда, по сути, Темный Лорд только что проиграл ментальную схватку. Растратив все силы впустую, он был совершенно открыт для контратаки... Если бы эта контратака была. Но Гарри, овладев Окклюменцией, никогда по-настоящему не изучал Легиллименцию или что-либо еще, связанное с атакующими ментальными техниками. А значит, пытаться на ходу что-то изобрести и атаковать... было крайне рисковано. Впрочем, об этом Гарри даже и не подумал – в этот миг он просто не знал, что ему делать. И действовал он совершенно инстинктивно, не в силах объяснить, какого черта он ведет себя... так.
 - Спасибо за наглядную демонстрацию! – ухмыльнулся Гарри еще более гнусно, так что стал немного похож на Снейпа. Для полноты картины не хватало только помянуть недобрым словом отца собеседника, но до такого Гарри опускаться бы не стал. – Теперь вернемся к нашей беседе... Как вообще у тебя дела? А то после Роштара от тебя ни слуху, ни духу!
 - Эта ваша «великая» победа пуста, как и всегда! Как твоя глупая, нечистокровная мать выгадала тебе несколько лет жизни ценой собственной, так и здесь вам удалось лишь ненадолго отсрочить неизбежное! – Волдеморт, похоже, успокоился, и в его голосе опять зазвучали знакомые нотки. – И я знаю, что вся эта атака была возможна лишь из-за тебя, Гарри Поттер! Так знай же, что все те, кто учавствовал в этом, жестоко поплатятся! И их смерти будут на твоей совести, Поттер! Лорд Судеб Волдеморт проследит, чтобы никто не ушел безнаказанным!
 Гарри моргнул... еще раз моргнул... итак, враг по причине поражения обещал стать еще более кровожадным ублюдком, чем раньше, и утверждает, что виноват в этом он – Гарри Поттер... Причем – Гарри было стыдно себе в этом признаться, но врать хоть и научился, но не настолько хорошо – в былые времена такие речи даже могли его пронять...
 - Что же, это я запомню... А теперь, можно тебя, как недруга, попросить о небольшом одолжении?
 - Что?!
 - Совсем мелочи! Люциус Малфой и Рудольфус Лестранж, ну ты их должен знать! У меня с ними одно дело недоделано, да никак пересечься не удается, чтобы завершить. Так что не передашь им от меня весточки? Вы же вроде часто общаетесь? Так, будь недругом, передай Люциусу... – Гарри сконцентрировался на воспоминании, он был отнюдь не уверен, что такое получится, но попробовать стоило.
 -  ООХХ! – раздался в окружающем их темном тумане, дымке, или чем бы оно там ни было, сладострастный женский стон. – Да, Хозяин, да! Глубже! Вот так, ооо-да! – голос Нарциссы Блэк, некогда Малфой, был легко узнаваем. – Еще, Хозяин, еще!!
 - А вот это для Рудольфуса, - не стал останавливаться на достигнутом Гарри, и вспомнил другую ночку.
 - Сильнее, Хозяин, еще! О да! ДА! – это уже был голос Беллатрисы. – ДА! ДААА! ДАААААААААААААААА!!! – крик перерос в нечленораздельный визг экстаза. За этим последовали секунд десять тяжких, глубоких вдохов, прежде чем она  вновь заговорила. – Это было чудесно, Хозяин... Ах, рядом с вами Рудольфус просто евнух.
 Гарри было очень обидно, что в голову не приходили воспоминания, где Нарцисса отпускала схожие коментарии касательно своего бывшего мужа. Хотя моменты были, были... Он как раз собрался выдать вслух убойное рассуждение, благо Волдеморт от последней наглости, похоже, выпал в осадок, но... тут он проснулся.
 
 Следующий день запомнился долгой беседой с Дамблдором. Директор, когда его до завтрака поставили в известность о ночной беседе – Гарри и на мгновение не задумывался о том, что это могло быть сном – резко изменился в лице. Он минут десять водил вокруг Гарри то волшебной палочкой, то целым набором странного вида инструментов, под конец приложил к его Шраму какую-то бирюльку зеленого цвета и долго ее потом рассматривал. После чего чуть не силой поволок Гарри в больничное крыло, во власть медсестры, которая вместе с Флер принялась проводить какие-то свои анализы...
 В результате Гарри опаздал не только на завтрак, но на первую пару, а именно на ЗОТИ. Потому есть ему пришлось в срочном порядке прямо в лазарете – вызванный прямо из Франции Добби постарался – после чего спешить на урок. Флер проводила его до класса, а Тонкс и Белла отнеслись к его опозданию с пониманием... чего не скажешь об одноклассниках. Так что ему стоило ждать «допроса с пристрастием» от гриффиндорцев, ну или как минимум от Гермионы, уже за обедом.
 Ну а по окончанию занятий Гарри снова отправился к директору, в этот раз по приглашению. Старый волшебник звал обсудить произошедшее, обещал поделиться соображениями по поводу того, что и как случилось. И во избежании эксцессов он заранее назвал Гарри пароль: «Сникерс», от чего тот около минуты тряс головой.
 Гарри всерьез опасался, что помимо директора в кабинете его  будут ждать и другие, в частности, Снейп - «эксперт» по Легиллименции и прочему. Потому он взял с собой сразу Чоу, Беллу и Цисси, для массовости и солидности. Как выяснилось – зря, Дамблдор был один.
 После того, как все расселись, директор для начала предложил Гарри высказать, что он сам об этом думает. У Гарри возникло острое чувство дежавю, но упрямиться он не стал, тем более что у него было время поразмыслить...
 - Ну... я полагаю, что Волдеморт пытался проникнуть в мое сознание... Я также полагаю, что тот факт, что  вчера была годовщина появления этого, - он указал пальцем себе на лоб, - не был случайностью.
 - Совершенно согласен, Гарри. Юбилеи всегда имели немалое значение в волшебстве. К сожалению, точный день завершения строительства Хогвартса утерян в веках, не в последнюю очередь из-за смен календаря, иначе бы этот день наверняка использовался для создания более мощных чар... Как я сказал, вы связаны заклятием, которое не сработало, мне следовало предположить, что эта связь становится сильнее в такой день. И потому поздравляю тебя с тем, что ты успешно отразил эту атаку.
 - Спасибо, - у Гарри ощутимо потеплело на душе, все-таки поздравления от Альбуса Дамблдора, это не пустой звук. – По-настоящему проникнуть в мое сознание ему не удалось, и вместо этого получилось что-то вроде личной встречи... Не припомню, чтобы где-либо упоминалось что-то подобное.
 - Да, подобный контакт на расстоянии – нечто беспрецедентное... но, как тебе в прошлом году сказал Северус, ты, Гарри – исключение из правил. Не могу сказать точно, на что рассчитывал Том... знал ли он о возможности подобной встречи...
 - Дальше он, я так понимаю, пытался меня запугать... безуспешно, а потом я начал его раздражать... понятия не имею, что на меня нашло... я его как будто не воспринимал всерьез...
 - Здесь я могу лишь предположить, что... в момент этого контакта вы оба были... немного не в себе. Можно рассуждать о том, что вы как-то воздействовали друг на друга... или просто сам факт столь близкой связи... раскрепощает и даже больше.
 Гарри приподнял брови... Раскрепощает? Ну, в принципе, да, что-то такое можно сказать... хотя это и изрядное преуменьшение. Ни он, ни его враг не отличались сдержанностью... С его стороны это вылилось в элементарное ребячество, когда он поддевал маньяка-убийцу со стажем, как школьного недруга... А уж эти его финальные послания... хотя чего говорить, будет жалко, если они не дойдут до адресатов... А особенно жалко, что ему в любом случае не увидеть физиономии чистокровных волшебников, которые услышали, как их жены – бывшие или нет – наставляют им рога...

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава двадцать седьмая.
Люциус Малфой со стоном открыл глаза. Все тело ныло, напоминая о том, что произошло вчера — недолгий сон, больше похожий на забытье, не принес почти никакого облегчения. Весь вчерашний день Лорд выражал ему свое неудовольствие. И Лорд Судеб Волдеморт был непревзойденным мастером в том, чтобы его... неудовольствие не забывалось так просто.
Вчерашний день для Люциуса начался с пылающей огнем Метки — знаком того, что хозяин очень желает его видеть. И дальнейшее можно было описать очень кратко: ему было больно. Очень. И ему, и его товарищу по несчастью, Рудольфусу. Пытки были умелыми, изощренными и тщательно выверенными... а в промежутках Лорд объяснил, чем же они прогневали его теперь. Да, он рассказал... и показал.
Утонченный аристократ скрипнул зубами. Теперь уже не столько от боли, сколько от вспыхнувшей с новой силой ярости. Будь он проклят, этот Гарри Поттер!
Этот мальчишка, казалось, поставил своей целью всеми доступными средствами вредить Лорду Малфою! Сперва эта его вражда с Драко, когда все сложилось бы настолько лучше, стань они друзьями! Хотя тут, наверное, больше виноват его сын. Из того, что он  выяснил об истории их знакомства — в основном через Кребба и Гойла, у которых инициативы было чуть, а вот память неплохая — Драко подошел к  этому делу со всей грацией и изяществом пьяного великана...
Потом Тайная Комната, последствия открытия которой больно аукнулись ему год назад. А ведь как все хорошо начиналось! Возможность подложить книжицу, которая, по словам, давно сказанным Лордом, содержала в себе ключ к открытию Тайной Комнаты, дочери этого маглолюба Уизли, была даром судьбы. Так, даже в случае неудачи, руки у него были бы чисты — наличие этого недоброго предмета в доме уже давно его тревожило. И дальше все шло как по писаному, и даже лучше. Люциус был сам поражен полной беспомощностью Дамблдора и его подчиненных. И потому дело дошло аж до разговора о снятии Дамблдора — и это была великолепная возможность, которую никак нельзя было упускать. И тогда он надавил на все рычаги, какие мог — возможно, действительно действовал он в тот момент не слишком аккуратно. И потом эти продажные никчемности намекали на то, что он им, мол, угрожал, выдавали жажду наживы за беспокойство о семье... Когда эта страна достанется Лорду пусть не ждут пощады. Как бы то ни было, тогда казалось — полный, совершенно немыслимый успех. Дамблдор изгнан, министр выставил себя идиотом, обвинив вновь этого простофилю Хагрида, теперь оставалось только дождаться еще одного нападения. После чего он бы подкинул Северусу — кого он теперь прочил в директора — мысль, где искать виновного. Лучше не придумаешь: Уизли-гриффиндорка нападает на грязнокровок, Дамблдор бессилен, и заговор раскрывает его ставленник! И, что приятно, смертей не было: грязнокровки грязнокровками, но убивать детей  все-таки не дело аристократа, да и не дело, чтобы Хогвартс закрывался. Но тут-то все и полетело: нападения вдруг прекратились. А потом жертвой стала сама Уизли... и именно в этот момент, как водяной из омута, выскакивает Поттер и раскрывает тайну. Прежде всего, тот факт, что Уизли действовала не по своей воле... и одновременно возвращается Дамблдор, именно в нужный и решающий момент, чтобы присоединиться к триумфу... можно подумать, старик все знал заранее! И как результат: сам он остался в дураках, а прочие попечители поспешили подлизаться к победителю — исключили его из Совета. И в качестве финального оскорбления Поттер подначил его освободить своего домовика — жест, смысл которого Люциус не понимал до сих пор. Может, элементарное детское желание подгадить?
И эта история очень аукнулась ему уже после возрождения Лорда. Вероятно, эта книжица была куда ценнее, чем он полагал... Хотя чего там, в то время он уже нисколько не верил в возвращение Темного Лорда... и это его, вообще говоря, не огорчало. Но Темный Лорд возродился — опять же, не без участия Поттера — и был очень недоволен пропажей той книжицы. И тогда он тоже не поскупился на выражение своего неудовольствия...
Потом Отдел Тайн... Темный Лорд назначил его лидером группы захвата в качестве поощрения за все его успехи в Министерстве год назад. Это была возможность вернуть все то влияние в организации, что он утратил после своей «измены» — после того, что не стал как баран идти в Азкабан. Это был момент его триумфа... но закончилось все полным провалом. Они не сумели скрутить шестерых школьников, Пророчество погибло, и вся группа оказалась в Азкабане, кроме Беллатрисы.
Люциуса передернуло и от новой вспышки боли, и от воспоминания о паре месяцев, проведенных... ТАМ. Дементоров на острове оставалось немного, но пребывание там от этого не становилось настолько уж легче. Потом было освобождение и опять... неудовольствие Лорда. Но куда тяжелее всех наказаний  было другое...
Нарцисса... их брак был по расчету, и любви в их отношениях не было никогда. Но было взаимное уважение... и страсть, особенно в первые годы. Все три сестры Блэк были настоящими красавицами, истинными представительницами истинно чистокровных волшебниц... И в камере Азкабана его грела мысль о том, что Нарцисса вместе со своей сестрой собираются провести ритуал возрождения. С годами красота его жены не пропала, но несомненно поблекла, и мысль, что на свободе его ждет красотка из былых времен, заставляла кровь бежать пожилам быстрее. И вот, его вырывают из ада Азкабана лишь для того, чтобы сообщить, что красавица-жена теперь на пару с сестрой греет постель совсем другого: этого чертового щенка Поттера!! Нашедшее его через гоблинов несколько дней спустя сообщение о завершении процедуры развода было финальным оскорблением.
Думать, что эта чудесная молодая женщина, с которой он когда-то начинал семейную жизнь, теперь трепещет под... «ООХХ! Да, Хозяин, да! Глубже! Вот так, ооо-да! Еще, Хозяин, еще!!» Воспоминание, которое Темный Лорд вчера вложил ему в голову в перерывах между пытками, заставило сжать зубы до хруста.
Но даже тогда он не сломался. А начал усиленно работать над тем, чтобы реабилитировать себя в глазах Лорда. После всех его провалов это было бы очень не просто, но и замысел его был отнюдь не прост, и в случае исполнения почти гарантировал падение Министерства... Ну а потом... новые союзники дали Лорду новые возможности, в том числе способы временного усиления магического потенциала любого волшебника. Противодействия «Сервус Секусу» не существовало, и не было известно ни одного случая его повторного наложения, так сказать, кражи чужого раба. Но он обязан был попытаться! Уж если его супруге суждено быть рабыней, то принадлежать она должна ему — чистокровному аристократу, а не какому-то недоноску-полукровке!
И его план был близок к реализации, когда все опять покатилось к черту, и опять же не без участия Поттера! Какой смысл от той системы заклятий переноса и ослабления щитов Министерства Магии, которая позволила бы доставить несколько крупных живых существ прямо внутрь правительственного комплекса, когда все приготовленные для этого василиски были уничтожены в Роштаре?!
Само по себе это поражение на нем не сказалось — у Лорда имелись куда более достойные люди для того, чтобы испытать на себе всю тяжесть его неудовольствия. То, что осталось от Мальсибера, похоронили в металлическом котле с крышкой... Но на всех его надеждах на скорое возвращение в верха можно было ставить крест... Более того, если Министерство ныне способно взломать волшебные преграды вокруг Роштара... значит, и его владения больше нельзя считать в полной мере надежными. И по-настоящему в безопасности он может считать себя только в домах, о которых неизвестно никому... прежде всего, Нарциссе. И потому отлеживается он сейчас не в семейном особняке Малфоев, где он чувствовал себя в безопасности даже в те времена, когда к концу первой войны свирепствовал Барти Крауч-старший... Нет, теперь ему приходится... воистину укрываться! в этом небольшом котедже награнице Уэльса.
— Будь ты проклят, Поттер! — прорычал Люциус Малфой, жадно глотая обезболивающее зелье, протянутое домовиком. — Ты заплатишь за все! Клянусь, ты за все заплатишь!
 
 Нимфадора Тонкс, которая терпеть не могла свое имя, проснулась, чувствуя себя сладостно полной. Ее влагалище было в самом чудесном и желанном для нее состоянии — крепко обхватывало затвердевшую мужественность ее Хозяина. Единственного, кто мог невозбранно называть ее по имени, или даже просто «Нимфи» или «Дора», на что не решался даже Сириус. Хозяин имел полное право называть ее так, как пожелает, и делать с ней все, что пожелает. Тонкс расплылась в удовлетворенной улыбке.
Осторожно повернув голову в сторону тумбочки и глянув на часы, она убедилась, что до того момента, когда придет пора будить Хозяина, еще с четверть часа. Если память ей не изменяла, сегодня была очередь Чоу, которая сейчас довольно потешно устроилась где-то у них в ногах и сладко посапывала. Обидно, скоро придется вставать, хотя она ничего не хотела бы больше, чем весь день вот так лежать, чувствуя себя чудесным образом наполненной. Но нельзя... да и нечестно это будет по отношению к остальным.
Тонкс осторожно приподнялась, опираясь на руки, и «снялась с якоря», как окрестила сию процедуру тетя Беллатриса, после чего так же аккуратно легла обратно. Хозяин, который, очевидно, привык к подобному за последние месяцы, продолжал крепко спать... Хозяин... Тонкс любовно посмотрела на его умиротворенное лицо. С тех самых пор, как они познакомились больше года назад, и она смогла своими глазами увидеть, кто же скрывается  за этим пышным титулом: «Мальчик-Который-Выжил», ее не оставляло чувство тяжкой несправедливости всего этого. Его все называли героем, а жил он при этом там, где ему были рады примерно так же, как крысам — за те часы, что она провела, присматривая за ним под Мантией-Невидимкой, было несложно в этом убедиться. И, стараниями Фаджа и Амбридж, в школе ему также было несладко... и приятно осозновать, что, благодаря Чоу, это жабоподобное создание уже никогда не причинит вред Хозяину, а министр — именно так, с маленькой буквы — носом землю роет, дабы оправдаться.   
Когда же в начале лета Сириус погиб, казалось, уже все — хуже уже некуда, но и лучше не станет, ибо весь мир сговорился, чтобы ничего хорошего в жизни Гарри Поттера не было. И потому новость, которую она узнала в министерстве, объясняющая, почему обе ее тетушки, почитаемые врагами, вдруг оказались рядом с ним, была встречена с восторгом. Казалось, Гарри в один миг отыгрался на  своих противниках и всем мире за немалую часть выпавших на его долю несчастей.
И где-то тогда и родилось это желание — сделать подарок этому невероятно доброму парню с невероятно нелегкой судьбой. Сделать самый щедрый подарок, какой только возможно — подарить ему себя саму. И с тех пор она ни разу не жалела о своем решении... впрочем, не факт, что теперь она вообще была на это способна. Но в одном сомнений не было: ее сексуальная жизнь сделала не то, что шаг, а целый забег вперед. И ее Хозяин оказался просто сексуальным богом, ибо теперь их уже было пятеро, но они никак не могли пожаловаться на нехватку его внимания. Впрочем, возможно, это была и не совсем его заслуга, по крайней мере, не только его — за последнее время она перечитала великое множество книг, так или иначе связаными с «Сервус Секусом». Из них однозначно следовало, что маги, пользовавшиеся этим заклятием, никогда — даже к концу жизни — не страдали от каких-либо осложнений, связанных с их... чрезмерной активностью в постели. Было ли это еще одним побочным эффектом заклятия и связи, устанавливающейся между Хозяином и рабами, или  просто следствием того, что выдающиеся магические силы и отличное, практически сверхъестественное здоровье всегда шли в ногу — неизвестно. Единственным исключением, которое скорее подтверждало правило, была история почти трехсотлетней давности. Дело было где-то на Ближнем Востоке — изначально история передавалась из уст в уста, так что точностью она уже не отличалась. Некий молодой и очень могущественный волшебник возглавил восстание якобы против колониального владычества. Но в Магическом Мире колонизация имела несколько иные очертания, нежели у маглов — в первую очередь потому, что магия Европы не была уж настолько могущественнее всей прочей. А потому это самое «восстание» было, по сути, обычным переделом и захватом власти. Но суть не в этом, а в том, что этот маг, наслушавшись о «Сервус Секусе», развернул настоящую охоту на жен, сестер или дочерей своих противников. Тем самым он набирал силы, знания, да и сторонников тоже. После победы и прихода к власти остановился он не сразу и накопил свыше полусотни рабынь, что сделало его в частности самым могучим волшебником не только региона, но, наверное, всего мира. И все равно проблем на сексуальной почве у него не возникло, но добра это ему все-таки не принесло. Ибо, располагая многими десятками красивых женщин, готовых в любой момент ему отдаться, он настолько погрузился в утехи, что не заметил заговора, который и стоил ему жизни... Вот такая поучительная история.
Но Тонкс была  уверена, что с ее Хозяином такого не случится. Если, конечно, тот его сон вдруг не сбудется... От размышлений ее оторвало осторожное шевеление где-то внизу, указывающее, что Чоу также начала просыпаться. Юная сотрудница Отдела Мракоборцев — временная сотрудница, ведь она отдавала себе отчет, что вечно скрывать истинное положение вещей невозможно, да и не хочется ей этого — перевела взгляд на свою... сестру. Чоу пару раз моргнула спросонья, после чего ее взгляд стал осмысленным. Тонкс улыбнулась, после чего сделала приглашающий жест в сторону того, что было центром вселенной для них обеих.
Мисс Чанг — впрочем, ходили слухи, что ее отец всерьез собрался исключить ее из клана, но наткнулся на непредвиденные осложнения:  министр Фадж не шутил, когда обещал взяться за тех, кто послал Амбридж в школу повторно — радостно улыбнулась и кивнула. Начинался новый день для Гарри Поттера...
 
 На следующий день в газетах появилось сообщение, которого Гарри ждал довольно давно: новость о безвременной кончине Долорес Амбридж «просочилась» в прессу. Судя по тому, что выдавалась совершенно официальная версия, просачивание было вполне санкцианировано. Согласно этой версии, бывшая Инспекторша пробыла в школе положенные три дня, оставила после себя самые неприятные воспоминания, но ничего больше, и отбыла. Тем временем, пользуясь ее отсутсвием, отдел Магического Правопорядка провел серию обысков на дому и на рабочем месте — бывшем и  нынешнем — по личному распоряжению Министра, который получил какие-то новые данные в беседе с самим Лордом Поттером. Эти данные обысками были полностью подтверждены, и по возвращению домой Долорес была подготовлена горячая встреча. Но сия дама — отнюдь не леди — проявила совершенно неожиданую прыть, и в результате погибла в схватке.
Еще через день выяснилось, в чем же, собственно говоря, Долорес Амбридж обвиняли: это было ни много ни мало, а покушение на убийство. И не кого-нибудь, а Гарри Поттера, да самого Лорда  Поттера, Мальчика-Который-Выжил, Того-Кто-Подчинил-Себе-Беллатрису-Лестрейдж-Открыв-Путь-к-Роштару (да, кто-то особо восторженный прилепил ему и это непроизносимое прозвище), в общем, надежду Мира Магии. По этому поводу Фадж, пользуясь своей взлетевшей до небес популярностью, высказался весьма жестко. С одной стороны, он признал, что и сам не без греха, ибо лично допустил эту «преступницу» в школу в прошлом году. Но тогда он был неверно информирован о происходящем в Хогвартсе, да и сама виновница торжества еще не была ни в чем уличена. У Попечителей же подобного оправдания не была, а потому Министр обещал тщательнейшее расследование в отношении тех, кто должен беречь детей, а на деле запускает к ним убийц. В общем, Попечителей, которым припомнили еще и их странные маневры во время истории с Тайной Комнатой, когда Дамблдора то снимали, то назначали обратно: вы уж, мол, определитесь — подходит он или нет. По словам Тонкс, которая исправно несла своему Хозяину вести и из Министерства, и от Ордена Феникса, обе стороны рассчитывали в результате избавиться от этого самого Совета, по крайней мере, упразднить его до окончания войны. Гарри, который с этим самым Советом имел дело лишь дважды (причем оба эпизода были уже упомянуты), был только за.
А еще через два дня на  передовице Пророка появлось куда как менее приятное сообщение...
«Живая Легенда мракоборцев убита Темным Лордом!» — кричала передовица. Гарри с каким-то отстраненным цинизмом порадовался, что журналисты, по крайней мере, воздержались от игры слов вроде «Темный Лорд наносит ответный удар»... впрочем, возможно, они просто не смотрели Звездные Войны.
Волдеморт хотел вновь громко заявить о себе — ему это удалось. Аластор Грюм — ветеран-мракоборец, действительно живая легенда (хотя многие и полагали его спятившим), прошедший через всю Первую Войну и оставивший в ее истории заметный след, заработавший репутацию неубиваемого... он был убит Темным Лордом, несомненно, лично.
Охранные чары вокруг его дома — конечно, по мощи не чета Хогвартским, но куда более агресивные и вредоносные — казалось, просто исчезли. В газете об этом не писали, эти подробности шли опять же от Тонкс. Так вот, эксперты вновь лишь разводили руками: весьма мощная защита исчезла бесследно. Даже два привязанных к ней мощных и отнюдь не светлых — на грани запрета — артефактов лишились своей магии и, похоже, необратимо превратились в неудобные пресс-папье. Это было, по сути, повторение Северного Управления Магического Правопорядка — мощнейшая защита исчезает без следа, и в здании, над которым зажигается Черная Метка, остаются лишь убитые. В этот раз убитый был лишь один, но психологический эффект был, возможно, даже сильнее предыдущего: «неубиваемый» Грюм был легендой. И Темный Лорд лично положил этой легенде конец. После череды неудач он напоминал всем, что от него никто не может укрыться. «Если он кого-то убить хотел, так он не жилец уже был...» — сказал когда-то простодушный Хагрид. Что же... Гарри был живым доказательством обратного, но один из очень немногих.
Тонкс вернулась с собрания Ордена с подробным рассказом. Молли Уизли громко рыдала. Снейп кривил губы, рассказывая, как на той стороне восприняли новость. Кстати, тот же Снейп несколькими днями ранее докладывал, что на головы Люциуса Малфоя и Рудольфуса Лестрейджа вдруг обрушился гнев Лорда — Гарри тогда злорадно подумал, что его сообщение дошло до адресатов. Теперь  злорадствовали уже там... Сам же профессор Дамблдор сидел, печально кивая, и призывал всех увеличить бдительность.
Когда Гарри задал ей прямой вопрос, собираются ли соратники директора переходить к каким-то активным действиям, он получил вполне прямой ответ: нет. Их деятельность сводится к тому, чтобы смотреть, что творится в мире, с разных углов: от рядов Пожирателей Смерти до Отдела мракоборцев, проходя через банк Гринготтс.
Тут Гарри, пожалуй, впервые всерьез задумался, а вообще чем, собственно говоря, занимается Орден, и как он участвует в войне... О Первой Войне он знал не так много, причем в основном из рассказов Беллатрисы. И выходило, что эта самая тайная организация в основном отсиживалась в обороне, вела разведку и... гибла под ударами сторонников Темного Лорда. Несколько их успехов  в те времена зачастую сводились к тому, что подвергшимся нападению удавалось продержаться до прихода соратников. Ну и вот тогда у Пожирателей случались немалые проблемы. В этой же войне все свелось к суете в Министерстве, контрпропаганде и всей этой истории с Пророчеством. Ну  и решающему бою, где шестеро членов Ордена сошлись в бою с дюжиной Пожирателей — стоит отдать должное отваге, но никак не организации... Гарри поспешил прекратить эти рассуждения, пока опять не вспомнился Сириус...
Когда он высказал эти соображения вслух, Тонкс его мягко поправила. Оказалось, все не настолько запущено. Несомненно, Орден пассивен, но не бездеятелен. Чуть больше недели назад им удалось вычислить и накрыть небольшую базу Пожирателей, что, в свою очередь, позволило мракоборцам вычислить будущее нападение и устроить засаду. О засаде в газетах было сказано, о базе — ни слова.
 
 Прошло еще несколько дней, было совершено несколько новых нападений, временами успешных, временами нет. В одном из них был замечен Люциус Малфой, который даже не удосужился надеть маску.
Ну а школа жила  своей жизнью: на уроках МакГоннагал трансфигурировали, у Снейпа варили, у  Беллы с Тонкс — выли и стонали... Кто-то из пуффендуйцев в ожидании урока вопрошал у судьбы, сколько же еще времени их будут так гонять, на что и получил исчерпывающий ответ от незаметно подошедшей Беллатрисы: «пока от вас Смертельные Проклятия отскакивать не начнут». Ответ весьма обнадеживающий... в мире магии вероятность появления популяций летающих свиней или горных свистящих раков куда выше. Ну а вот уроки Истории Магии обещали в скором времени стать самым популярным предметом в школе: у Нарциссы по мере накопления опыта получалось все лучше и лучше.
Еще зашла речь об организации Дуэльного Клуба, а то и турнира. Поскольку в связи с опасностью и большим количеством неприятных инцидентов в последние годы Турнир по Квиддичу отменили, желательно было его как-то заменить (некоторых особо фанатичных отмена потрясла больше, чем вся война — и это при отсутствии Вуда!). Сам же Гарри встретил новости с немалым удивлением — ибо неожиданно осознал, что все это время не думал не то, что о Квиддиче, но даже и о полетах и метлах! Очевидно, у  него появилось новое, куда более приятное и интересное времяпрепровождение. А главное, безопасное: ни тебе учителей-убийц, надумавших разбить тебя о землю, ни бладжеров под воздействием эльфа с очень странной манерой спасать кому-то жизнь, ни тем более дементоров, явившихся посмотреть матч без приглашения. В общем, Гарри инициативу поддерживал, по нынешним временам куда полезнее. Опять же, если Турнир и впрямь будет организован, то у него есть все шансы его выиграть.
На выходные был назначен очередной выход в Хогсмид — Квиддич отменили, но совсем уж запирать учеников в школе не решились. Меры безопасности, по словам Тонкс, были приняты самые  серьезные, как Министерством, так и Орденом. Да и со слов Снейпа выходило, что ничего Темный Лорд по этому поводу не планировал...
Гарри сперва думал в очередной раз отправиться куда-нибудь попутешествовать, но потом решил, что слишком упорствовать  — себе дороже. В прошлый раз все кончилось весьма неприятной схваткой, множеством травм, крайне паршивым осадком на душе и известным Дамблдору — а возможно, и не только ему — секретом, который еще может когда-нибудь аукнуться.
Потому в этот раз он решил не испытывать судьбу, и как все отправиться в волшебную деревню и никуда дальше. Оставалось лишь надеяться, что его способность притягивать неприятности и влипать в истории не аукнется и не наведет на Хогсмид бед вроде Пожирателей, дементоров или, для разнообразия, резко оголодавших акромантулов.  В качестве дополнительной меры предосторожности Белла и Цисси также были в деревне, сам Гарри был в сопровождении неизменной Чоу, и замаскировавшаяся под ученицу третьего или четвертого курса Тонкс также была где-то неподалеку. Единственной, кто осталась в замке, была Флер — Гарри  рассудил, что не стоит подвергать  потенциально слабых духом обитателей испытанию в виде вейлы. Да и случись что, она тут же почувствует и предупредит всех в школе.
В Трех Метлах было как всегда людно, и Гарри пробыл там недолго, лишь выпил почти символическую чашку горячего шоколада с Гермионой, которая последнее время все чаще была в компании семикурсников Когтервана (не считая, конечно, Мариэтты, чьи прыщи давно сошли на нет).
Гарри с Чоу прошлись по остальным примечательным местам и обнаружили кое-что не слишком приятное. Зонко оказался закрыт и заколочен. Осторожные расспросы показали, что магазин закрылся  вскоре после начала учебного года — владельцы перебрались за границу. Вроде еще ходили слухи, что близнецы Уизли думали устроить тут филиал, но пока до дела не дошло.
Ну а потом Гарри в окне «Кабаньей головы» вдруг увидел Хагрида. Полувеликан сидел за стойкой в компании с бутылкой. Гарри со стыдом осознал, что почти не общался со своим первым настоящим другом в этом году. Полувеликан наверняка обиделся, узнав, что Гарри (Рон с Гермионой, кстати, тоже. Да и вообще с каждым прошедшим годом учеников у него становилось все меньше) отказался от УЗМС на шестом курсе... Ну а Гарри даже не пытался мириться... просто позабыл о нем — не до того было. Это надо попытаться исправить — с этой мыслью Гарри толкнул дверь бара.
Разговор начинался тяжело, Хагрид был уже выпимши, а потому поначалу был непривычно груб. Дошел даже до того, что назвал Гарри «предателем». Чоу от такого только что за палочку не схватилась, но Гарри ее остановил, ибо у полувеликана были на то основания. С другой стороны, молча выслушивать упреки он также не собирался. Мол, Хагрид, ты, конечно, извини, но ты же знаешь, сколько всего на меня навалилось! И уроки, и все остальное! И вообще, мне, как бы между делом, рекомендовали поменьше покидать стены Хогвартса. Мало ли, что может предпринять Ты-Знаешь-Кто (Гарри решил не подвергать и без того нетвердое душевное равновесие своего друга излишнему стрессу), узнай он, что я регулярно оказываюсь вне стен, а то и вообще, хожу в Запретный Лес — ты ведь наверняка бы повел нас туда, показать что-нибудь интересное...
За этим последовала сцена, достойная театра абсурда: Харгид вдруг сгреб и Гарри, и Чоу в охапку и громко разрыдался. Со стороны это выглядело почти как ребенок, рыдающий на руках у родителей, только с точностью до наоборот, судя по габаритам.
И когда Хагрид нетвердым голосом заговорил, Гарри вдруг почувствовал себя почти нежеланным. Гигант был в полном расстройстве чувств вовсе не от того, что ему не хватало общества Мальчика Который Выжил. Просто его еще более большой восьминогий друг по имени Арагог, похоже, подходил к концу своего жизненного пути. И как результат его многочисленное семейство совершенно неожиданно — по крайней мере, для Хагрида — стало куда менее терпеливым и дружелюбным...
Гарри прошиб холодный пот, ибо  выяснилось, что он,  возможно, накаркал, размышляя о нашествии «оголодавших акромантулов»...
 
 Но ничего выдающегося в выходные так и не произошло, вечером все вернулись обратно в школу. Воскресенье прошло по принципу: «вчера хорошо отдохнули, только устали очень», ну а с понедельника учеба вновь вернулась в обычное русло.
Но несколько дней спустя, в четверг вечером, Гарри с Чоу решили лично забрать Флер из Больничного Крыла после рабочего дня. Чтобы немного срезать, они спустились на этаж ниже и уже собирались нырнуть в тайный ход из числа тех, что в свое время нашли Мародеры, как...
— КРУЦИО!! — донеслось до них. В этом крике сейчас звучала такая ненависть, что у Гарри на миг внутри все сжалось...

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава двадцать восьмая.
  В первый миг, услыхав проклятие, а следом характерные и очень неприятно знакомые ему вопли, Гарри просто окаменел. Нет, он перенервничал и ему мерещится. Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда! Это ведь Школа Чародейства и Волшебства Хогвартс! Самое безопасное место в Магической Англии, тут директор — сам Альбус Дамблдор! Не может быть, чтобы кто-то тут пускал в ход Непростительные заклятия!
  Секундой позже мысль заработала, прорвавшись через невесть откуда взявшиеся тенета... «Как я, оказывается, заучил слова, сказаные мне Хагридом!» — пронеслась в голове шальная мысль. Ведь он на собственном опыте знал, что в этой школе и не такое бывает. Тут тебе и монстры шастают, и убийцы попадаются. Да что далеко ходить: китайская красавица рядом с ним, что уже успела выхватить палочку и скользнула поближе к нему, готовая заслонить его своим телом, не так давно пускала в ход Смертельное проклятие — месяца не прошло. Да и он сам в этих стенах только чудом не испытал на себе все прелести Круциатуса... причем именно от будущей жертвы вышеупомянутого проклятия.
  Все произошло куда быстрее, чем это можно описать. Гарри потребовалось три секунды, чтобы побороть растерянность, выхватить палочку и вместе с Флер и Чоу броситься на крики. Секунд десять бега, и, свернув за угол, Гарри чуть не врезался в опередившую его Флер, что застыла на месте.
  Гарри потребовалась пара секунд, чтобы избежать столкновения, остановиться и понять, что так потрясло француженку. И увидел он действительно то, к чему не был готов. Гарри никак не смог бы объяснить, к чему, собственно говоря, он был готов. Наверное, что-нибудь вроде Пожирателей Смерти, проникших в замок и начавших свои знаменитые утехи.
  Вместо этого его глазам предстало двое школьников, его ровесников. Первым он признал бьющегося в корчах на полу Теодора Нотта, известного ему юного сторонника Волдеморта, который в этом году был, по сути, заводилой в Слизерине... правда, последнее время Малфой, похоже, пытался вернуть лидерство себе.
  Гарри совершенно инстинктивно навел палочку на вторую фигуру, также в школьной форме с цветами Слизерина. Невербальное Оглушающее заклятие сорвалось с палочки также инстинктивно, одновременно с двумя другими — от Флер и Чоу. За те мгновения, что красные лучи летели к ней, Гарри успел рассмотреть ее в деталях. Это была сокурсница его и Нотта. Насколько Гарри помнил, он с ней даже ни разу не разговаривал за все эти годы. Трейси Дэвис — так ее звали — была из той части Змеиного факультета, с которой у Гарри, в общем-то, не было никаких дел. То есть из той части, с которыми у него не было вражды, и кто не был членом сборной своего факультета по квиддичу. Еще он мог сказать, что в прошлом году она не входила в число Инквизиторов... Вот, собственно, и все, Гарри даже не знал, является ли Роджер Дэвис — бывший капитан сборной Когтервана и партнер Флер на Святочном Балу — ее родственником, или просто однофамильцем.
  Но это ему на ум пришло уже потом. А сейчас прежде всего ему в глаза бросилось выражение прямо-таки звериного бешенства, совершенно исказившее весьма привлекательное лицо девушки. Наверное, примерно так глядела Флер на виконта Де Вальпона. Гарри тогда этого выражения не видел и теперь был очень этому рад. Ибо он очень надеялся, что ему больше никогда не придется видеть что-то подобное, особенно на лицах кого-то из его девушек...
  Мгновением позже все три Оглушающих заклятия достигли цели — та и не пыталась защититься или увернуться, наверное, она их просто не заметила. Следом глаза ее закатились, палочка выпала из обессилевшей руки и с коротким стуком упала на пол, опередив свою владелицу. Несколько секунд спустя ее тело также упало на пол, и одновременно смолк и Нотт, чьи крики боли сопровождали происходящее. Теперь было лишь слышно, как он хватает воздух ртом.
  Флер первой пришла в движение, очевидно, в ней взыграли врачебные инстинкты. Круциатус — штука чертовски вредоносная, не считая прочих прелестей, он может принести еще и к спазму, а то и вовсе параличу дыхательных путей, не говоря уж о возможных травмах при конвульсиях...
  Гарри в свою очередь наклонился над Трейси, предварительно спрятав ее палочку в карман и наложив пару заклятий, чтобы извлечь ее оттуда было затруднительно. Девушка дышала ровно — значит, тройная порция Оглушающих заклятий не привела к серьезным осложнениям...
  — А ну не трогай меня, ты, полук... — раздался и смолк нетвердый голос Нотта. Обернувшись, Гарри увидел, как его рот продолжал открываться, но теперь оттуда не вылетало ни звука. Сам онемевший слизеринец пытался оттолкнуть водившую над ним палочкой Флер, но тело его слушалось плохо.
  Гарри вернулся к оглушенной и задрал ей левый рукав мантии, предплечье было чистым, но кожа была нездорового цвета... Взмахнув палочкой, он применил одно из заклятий, которые узнал от Беллы; на коже тут же проступила темно-коричневая Метка. Совсем свежая, обозначающая еще не проявивших себя новобранцев.
  То есть это она так себя проявляла? Сомнительно. Это было что-то личное, уж не говоря о том, кому именно досталось ее проклятие. Вон как, брыкается все сильнее и осмысленнее, вероятно, неприемлет того, что его — всего из себя чистокровного на протяжении Мерлин-ведает-скольки-поколений английского аристократа — трогает иностранка, да еще и вейла...
  Дальше продолжить размышления ему не удалось, ибо заявились ответственные взрослые...
  — Поттер?! Ты что творишь с моими учениками?!
  Просто поразительно, как часто Снейп оказывается первым на месте дистурбации. Даже не скажешь, выставляет ли это зельевара с хорошей стороны, или же наоборот. Ведь даже являясь раньше остальных, он все равно появлялся всегда слишком поздно... невольно задумаешься, а не прятался ли он все это время за углом, ожидая подходящего момента.
  — Я остановил вашу ученицу, сэр, — Гарри поднялся на ноги и кивнул в сторону недвижной девушки, — когда она пытала вашего ученика заклятием Круциатус, сэр, — ответил он без запинки, твердым голосом без следа сарказма или насмешки. Потому-то его слова и звучали столь оскорбительно.
  — Что за чушь ты несешь, Поттер?! — это был редчайший случай, когда на бледном лице Снейпа вдруг проступили какие-то краски. Палочка преподавателя уже была в руке, правда, пока глядела в пол.
  Вместо ответа Гарри вынул из кармана добытую палочку — пришлось снимать наложеные чары — и протянул декану зеленого факультета. Рот Снейпа скривился в какую-то особо презрительную гримасу, но палочку он таки проверил. Когда та произвела на свет черный дым, сложившийся во что-то похожее на молнию, губы его сжались столь плотно, что стали по сути и не видны. Он резко обернулся ко все еще безсловесному Нотту, который уже успел занять лежачее положение, и теперь отчаянно жестикулировал, привлекая внимание к себе.
  — Как он? — обратился он к ассистенту школьной медсестры.
  — Физических осложнений нет, к счастью, мы оказались рядом и вмешались очень быстро, — ответила Флер. —  Но вот психологически он, очевидно, испытал слишком сильный шок, — продолжила она совершенно серьезно, — вырывался, нес какую-то бессмыслицу. Пришлось лишить его голоса, я даже почти собралась оглушить его, чтобы перестал брыкаться, а то бы покалечиться мог...
  Все это было сказано таким спокойным и деловым тоном, что Гарри и сам чуть было не поверил. Сдержав усмешку, он мысленно пообещал себе сделать Флер что-нибудь приятное. В глазах Снейпа что-то мелькнуло, и Гарри даже показалось, что это «что-то» было похоже на зародыш усмешки. Нет, ему, несомненно, показалось.
  — Понимаю, — Снейп окинул внимательным взором зажестикулировавшего пуще прежнего Нотта, который, правда, не пытался пока встать. Потом последовательно обежал взглядом Флер, Чоу и на пару мгновений остановился на Гарри. Потом он смотрел уже куда-то сквозь него. — Нужно доставить моих учеников в Больничное Крыло...
  Тут на место происшествия наконец подоспел директор... как обычно, слишком поздно.
 
  Гарри с некоторым злорадством наблюдал, как кто-то другой, в особенности, кто-то ему неприятный, познавал, каково это: оказаться во власти разошедшейся мадам Помфри. С отчасти успокоившегося Нотта сняли «Силенцио», но тот и думать не смел о том, чтобы возразить медсестре — в других обстоятельствах Гарри бы восхищался и завидовал.
  На вопрос о том, что произошло, пострадавший мало что мог ответить. Мол, шел себе по коридору, никого не трогал, тут эта как выскочит, как выпрыгнет, и понеслось...
  Было совершенно очевидно: врет. Гарри особенно обратил внимание, что, отвечая на вопросы Тонкс — та, как единственный мракоборец до прибытия группы из Министерства, взяла дело в свои руки — Нотт пару раз провел пальцами по правой руке. Присмотревшись, там можно было различить след, очевидно, от заживающей царапины...
  Мракоборцы из министерства прибыли как раз когда собирались привести в чувство Трейси. Самодеятельности был немедленно положен конец, показания у них взяты, после чего все посторонние (даже мадам Помфри!) удалены. Единственное исключение составила Тонкс, которую кооптировали, как наиболее знакомую с местными реалиями.
  Дальнейшее Гарри узнал уже с ее слов вечером того же дня. Слизеринцев разделили. Приведенная в чувство Трейси сперва запиралась, потом впала в истерику. А успокоившись — не без помощи пары зелий — вновь начала было запираться. Ну а за этим в ход пошла стандартная форма «злой мракоборец и добрый мракоборец». И Тонкс со смехом описала, как быстро после этого разговорили Трейси... но потом сразу помрачнела, начав пересказ услышенного.
  Случилось это во время последнего похода в Хогсмид. У Трейси Дэвис не было никаких особых планов, она собиралась пробежаться по магазинам, посидеть со своей лучшей и, по сути, единственной подругой Дафной в пабе.
  И для нее было полным шоком, когда в переулке кто-то подошел к ней сзади и сунул прямо в руку Портал. Оказалась она в окружении множества мрачных личностей в черных плащах и масках, где ей предложили нехитрый выбор. Или же она незамедлительно вольется в их славные ряды, и примет Метку, или же ее не ждет ничего хорошего.
  Сперва она не осознала, насколько все серьезно. Ее семья не была уж столь почтенна и уважаема среди аристократии, тем более что ее отец взял в жены полукровку. Но они были весьма богаты и влиятельны, у ее отца и деда были многочисленные связи и знакомства по всему миру, необходимые в коммерции. Это делало их крайне ценными торговыми партнерами, именно этот факт позволил Дэвисам остаться нейтралами во время прошлой войны — через них вели торговлю обе стороны, но прежде всего, именно сторонники Темного Лорда. Дэвисы поставляли редчайшие, необходимые и зачастую нелегальные предметы и ингридиенты со всего света, а потому были слишком полезны и ценны, чтобы подвергаться нападкам или, тем более, уничтожению.
  Но что-то сильно изменилось в этом мире, и влияние ее семьи не защитило юную мисс Дэвис в этот раз. И осознала она это тогда, когда после ее первого отказа похитители выполнили свою угрозу в полной мере. И она на себе узнала все о том, что могут сделать несколько сильных мужчин с беззащитной девушкой... И малым утешением служила глубокая царапина, что она оставила на руке самого активного из насильников... за это ей потом также пришлось дорого заплатить.
  Ну и после пары таких сеансов она была куда сговорчивее, на левом предплечье у нее поселился знак Темного Лорда, ее саму привели в порядок и вернули в Хогсмид еще до окончания выходного дня... Ей было наказано вести себя тихо и ждать, пока ее не вызовут, чтобы она могла «продемонстрировать, чего стоит». После чего пять следующих дней она провела в полусне, стараясь не думать о том, что произошло, а особенно о том, что произойдет... Пока сегодня она совершенно случайно не столкнулась в коридоре с Теодором Ноттом, который по какой-то причине закатал рукава. И на глаза ей попалась заживающая, но еще вполне заметная царапина. Царапина, которую она немедленно узнала, ибо ее же и оставила на память тому ублюдку в маске, кто в тот момент лишал ее девственности...
  Ну а дальше она и сама не могла толком описать, что произошло. Ненависть, подобно которой она не то, что не испытывала, но и представить себе не могла, всколыхнулась в ней, слово само собой сорвалось с языка, и весь мир сузился до искаженного мукой лица, что в одночасье стало ей самым ненавистным. И она впитывала это зрелище и сопровождающие его звуки всеми порами до того самого момента, когда мир вдруг почернел...
  После этого следователи взялись и за Нотта. Тот также принялся запираться, но церемониться они не стали. Быстро запросив разрешение, которое было немедленно получено, они применили Сыворотку Правды. Не те были сейчас времена, чтобы сын известного Пожирателя Смерти, обвиняемый — для начала — в износиловании, мог рассчитывать на пиетет, связанный с его фамилией. Результат допроса не разочаровал: мистер Нотт принял Метку летом, тогда же обагрил руки кровью, заслужив положение полноценного Пожирателя Смерти. Да, именно он насиловал мисс Дэвис, он же, кстати, сунул ей Портал в Хогсмиде. Царапину он не стал убирать магией из тщеславия, считая ее почти что почетным боевым шрамом, полученым при успешной операции. Нет, он не знает, кто еще в школе, даже из его друзей, имеет Метки. Говорить об этом с кем-либо строжайще запрещено, оно и понятно, и как бы ни хотелось похвастаться, но нельзя... Приказы и распоряжения либо приходили в зашифрованом виде по почте, либо оставлялись в заранее оговоренных местах в школе и окресностях. Шифры такие и такие... места и захоронки расположены тут, здесь и там... Еще Драко Малфой рвет и мечет: он все ожидал, что его отец скоро вернет себе влияние, но подготавливаемая им операция сорвалась, не начавшись, из-за падения Роштара. Этот вопрос — спросив сперва разрешения — задала уже Тонкс.
  Гарри смог лишь тяжело вздохнуть, вот вам очередной пример, насколько безопасной является школа Хогвартс... хотя тут основные события прошли вне ее стен. Но это не отменяет того факта, что сторонники Темного Лорда чувствовали себя тут как у себя дома. Хотелось верить, что полученные данные помогут директору и министру что-то изменить, сам Гарри прикинул, что в этом деле может он, и решил, что его это мало касается. Нет у него возможности за захоронками следить, хоть он и наметил эти места на Карте Мародеров — на всякий случай. Но вообще, не его это дело, лучше не лезть.
  С этими мыслями Гарри решил закончить день в компании с Флер, которая недолго думала над тем, какую милость просить у своего Хозяина...
 
  Ну а на следующий день Гарри вызвали в кабинет директора, причем прямо с урока Снейпа, который был в особенно мрачном настроении. И в кои-то веки Гарри был даже готов признать, что у зельевара есть вполне достойная причина быть в отвратительном настроении. Но он-то тут причем? Он же наоборот, помог не довести происходящее до смертоубийства! Так нет же! Зельевар весь урок сверлил его взглядом и дышал в затылок. А когда Тонкс пришла и заявила, что Поттера желают видеть, даже вкатал отработку и ему, и Чоу. А такого не случалось с начала учебного года...
  Итак, Гарри в сопровождении Чоу и Тонкс прибыл в кабинет директора. Там обнаружился не только Дамблдор, но еще и министр магии. И они жарко о чем-то спорили...
  — ... Альбус, я честно не хотел, чтобы так оно все вышло, — продолжал Фадж. — События прошлого года не прошли для меня бесследно, и я бы предпочел поменьше вмешиваться в дела Хогвартса. Тем более что, несмотря на обилие ЧП, до сего момента ни одно из них не приводило к непоправимым последствиям... не считая юного Диггори... но это совсем другое, — Фадж неопределенно махнул рукой. — Теперь же у нас на руках похищение, изнасилование, применение Непростительного заклятия, не говоря уж о поддержке Темного Лорда. И все это касается двух ВАШИХ учеников, за которых ВЫ ответственны, кого ждет теперь Азкабан... в смысле, уже не Азкабан, но... — министр на мгновение запнулся, и директор поспешил вставить слово.
  — Корнелиус, позволю себе заметить, что Хогсмид  находится в юрисдикции министерства, и именно ваши люди отвечают за безопасность вне этих стен.
  — А я позволю себе заметить, что именно вы решили все-таки разрешить этот выход в Хогсмид! — огрызнулся Фадж. — В любом случае, я здесь не для того, чтобы обмениваться обвинениями и искать, на кого свалить вину! Я здесь, чтобы решить, как поступить теперь, чтобы ничего подобного не повторилось! Мы получили достаточно четкое представление о том, как действует противник в ВАШЕЙ школе, Альбус, — вновь упор на этом слове. — Мы обязаны этим воспользоваться! И коль скоро контршпионаж никак не входит в обязанности школьного персонала...
  — Вы, Корнелиус, собираетесь выслать в Хогвартс своих сотрудников, — закончил за него Дамблдор.
  — И советуюсь с вами, чтобы избежать недоразумений, и чтобы наши люди не вставляли друг другу палки в колеса! А то нам еще и последнюю историю с Долорес, — Фаджа передернуло, — припомнят...
  Гарри с интересом слушал этот спор, очевидно, ни министр, ни даже обычно всезнающий директор, в пылу обсуждения не заметили его появления. Да и вообще забыли, что приглашали его. Сперва он собрался и дальше слушать, но разговор быстро перешел на детали, которые его не интересовали и не касались его, потому он деликатно кашлянул.
  — О, Гарри! — Дамблдор заметно вздрогнул, обернувшись.
  — Мистер Поттер, — Фадж так же резко обернулся, — мы вас ждали...
  — Присаживайся, Гарри, — перехватил нить директор.
  — А вот вас, мисс Тонкс, я попрошу удалиться, — закончил уже Фадж.
  Будь Гарри на год моложе, он бы ущипнул себя и разинул рот от того факта, что директор и министр, похоже, взяли на вооружение тактику близницов Уизли. Но это было год назад, теперь времена разевания ртов прошли. Ныне он куда более важная фигура, герцог, человек, к которому министр обращается за поддержкой... Потому он просто сел в предложенное кресло, Чоу замерла у него за спиной. В этот раз ей сесть почему-то не предлагали.
  — Мистер Поттер, прежде всего, хочу поблагодарить  вас за ваши вчерашние действия, — начал Фадж. — Благодаря вам удалось избежать худшего, и были получены важные сведения, которые, я надеюсь, позволят избежать повтория чего-то подобного. 
  — Да, Гарри, я очень рад, что моя школа не стала местом убийства... — директор не добавил вслух «опять», но для всех присутствующих оно как бы прозвучало.
  — Я сделал то, что сделал  бы любой на моем месте, — скромно и как-то дежурно ответил Гарри. Интересно, может, это опять его пунктик, стремление «спасать людей»?
  Несколько секунд стояла тишина. Гарри прекрасно понимал, что его пригласили не просто так, но собеседники отчего-то не спешили заводить разговор. Потому он пошел им навстречу, и начал задавать вопросы о вчерашнем, ответы на которые он и так знал, хотя и не должен был — не принадлежи Тонкс ему, мало бы что он от нее добился...
  Отвечали ему охотно — что подтверждало его предположение, что эта встреча так или иначе связана со вчерашним — и правдиво, хотя и без особых подробностей.
  — И что теперь с ними будет? — задал Гарри вопрос, который логично вписывался в нить разговора.
  — Их будут судить, — подчеркнуто нейтрально ответил министр. — Мы не собираемся повторять фиаско, случившееся с мистером Блэком. Но мистер Нотт под Сывороткой Правды признал, в часности, применение Смертельного Проклятия, — в Волшебном мире это считалось хуже убийства. Убить человека чем-то кроме «Авада Кедавра» считалось менее тяжким. — А мисс Дэвис признала применение Пыточного заклятия. В прошлом это была прямая дорога в Азкабан, пожизненно. Сейчас это заменено либо заключением в Жерло, либо, в некоторых случаях, смертной казнью.
  — И Трейси тоже? — вскинулся  Гарри. Нет сомнений, это его «пунктик» заговорил. — Она же жертва!..
  — Гарри, мисс Дэвис применила заклятие Круциатус, успешно применила, — сделал директор упор на слове «успешно», вероятно, намекая на произошедшее в Атриуме министерства, — на человеке. Законы...
  — Я знаю о законах, — начал горячиться Гарри, — но ведь...
  — Что «но», мистер Поттер? — совершенно непривычным тоном заговорил Фадж. — «Но она же мстила»? «Но она же была в состоянии аффекта»? В прошлый раз все говорили «Я был под воздействием Империуса», и вот где мы сегодня!
  Гарри сжал кулаки... несомненно, его тяга всех спасать вновь говорила свое веское слово. Собственно говоря, министр был прав: состав преступления был на лицо, и по всем законам какие-либо смягчающие вину обстоятельства при добровольном и успешном применении Непростительного заклятия на человеке не признаются. И, очевидно, прецедент создавать никто не хотел... Но все равно... неправильно все это!
  — Мистер Поттер, — тем временем продолжал Фадж, — я полагаю, что вы смотрите на произошедшее... не то что бы неверно, но недостаточно широко... — министр на миг примолк и нахмурился, видимо, неудовлетворенный собственными словами, либо по содержанию, либо по форме.
  — Как именно?
  — Я считаю, что юная мисс Дэвис куда менее невиновна, чем вы думаете. Дослушайте меня, — вставил он, когда Гарри открыл уже было рот. — Да, все то, что произошло в Хогсмиде, это трагедия и страшная ошибка, как министерства, так и персонала школы, но после... Она не попыталась поговорить ни с директором, ни даже с собственным деканом. Я уж не говорю о том, что бы обратиться в министерство. А ведь помочь ей можно было. Но нет, вместо этого она предпочла... сунуть  голову в песок и надеяться, что пронесет. Полагаю, год назад вы, мистер Поттер, обвиняли меня в том же самом. И могу сказать с уверенностью, что не пронесло бы. И дождалась бы она этой «проверки в деле», и если сейчас, в порыве бешенства, она применила Круциатус, то тогда она бы точно так же пустила в ход и Смертельное проклятие!
  Да, такого министра Гарри еще не видел... Конечно же, не все здесь было полной правдой, и не во всем он был совершенно искренен. Ныне Гарри волей-неволей разбирался в политической расстановке в Магической Англии вообще и в Визенгамоте в особенности. И понимал, что нынче Фадж пользуется все большей и большей поддержкой крыла «ястребов»: тех, кто выступал за наиболее жесткое и бескомпромиссное противодействие Темному Лорду и его сторонникам. Во времена первой войны ставленником этой группировки был сам Барти Крауч, который всерьез намеревался отправить в Азкабан Людо Бэгмена, передававшего какую-то информацию Руквуду. Это при том, что последний был сотрудником Отдела Тайн. Гарри, кстати, было весьма любопытно, что за информацию мог в те времена предоставить туповатый спортсмен... явно ж ничего тайного?
  В общем, министр не мог себе позволить излишней гуманности и терпимости в нынешней ситуации... Тем более что, даже вступись он за Трейси, это мало бы что решило, ибо за признание вины проголосовали бы не только «ястребы», но и сторонники Волдеморта. В их полку там за последнее время убыло, но определеную силу они все еще представляли. Вот такой вот получается нездоровый альянс...
  — Корнелиус, — укоризненно заговорил Дамблдор, — никто и никогда еще не осуждал людей за то, что они МОГЛИ БЫ сделать...
  — Несомненно, — отмахнулся министр, — если судить за такое, виновны будут все! Я и не говорил об этом! Мисс Дэвис виновна в другом, и это никто не оспаривает! Я лишь хотел сказать, что невинной жертвой считать её также не стоит! Даже если мне и самому это кажется... неправильным.
  — И есть способ сделать все лучше! — с какой-то торжественностью провозгласил директор, глядя на Гарри, у которого было весьма нехорошее подозрение по поводу всего этого.
 
  Десять минут Гарри был почти уверен, что сходит с ума, или уже сошел, что более вероятно. Была другая возможность: что сошли с ума все вокруг, и он единственное исключение из этого славного правила. Была также и третья возможность: что сошли с ума решительно все, без малейших исключений. Те, кто похищает школьниц в выходной день, чтобы насилием и угрозами затянуть в свои ряды, — несомненно, душевнобольные. Но те, кто потом не придумывают ничего лучше, чем оставить эту девушку перед выбором: пожизненное заключение, причем, возможно, в Азкабане, или... «Сервус Секус», — тоже нездоровы. Ну а он, который всерьез об этом размышляет, несмотря ни на что... И это с учетом факта, что Трейси уже обрадовала кое-кого Круциатусом, и им это предлагают повторить... Какого, а?
 
  Флер Делякур со странной смесью жалости и неприязни глядела на Трейси Девис, которой около месяца назад в Больничном Крыле выдавала зелье от головной боли. Та сидела на диване, невидяще глядя перед собой и всем своим видом изображая самое несчастное создание на Земле со времен появления многоклеточных организмов.
  — Вот, противозачаточное, — поставила она перед той флакончик и отвернулась.
  Немедленной реакции не последовало. Флер вновь глянула на свою... собеседницу. Ничего, по сути, не изменилось, просто вместо того, чтобы бездумо глядеть куда-то в никуда, теперь недвижная Трэйси с ужасом и отвращением рассматривала склянку.
  — Слушай, может, хватит изображать из себя великомученицу?! — Флер прорвало. — Тебе дали выбор, ты его сделала!
  Трейси дернулась  как от удара, по крайней мере, это вывело ее из прострации.
  — Ты... — почти рыкнула она. — Что ты вообще понимаешь?! Я...
  — Что «ты»? — не дала ей продолжить Флер. — Ты ничего этого не хотела? И выбора как такового у тебя тоже не было? Бедняжка! Вот тебе новость, подруга, — чуть было не сплюнула она, — я тоже не хотела, чтобы моего отца кто-то отравил, отчего ему бы пришло в голову убить маму, а меня продать, как рогатый скот! Предварительно пометив!! — тут она почти кричала. — И выбора тогда у меня было поменьше, чем у некоторых! И что? Я сидела, глядя в никуда, мысленно жалуясь на несправедливость судьбы?! Черта с два! Я сама нашла выход, и пошла к нему! Было у меня лишь несколько часов, а все мое тело в тот момент было одним огромным синяком!! Тебе же этот выход преподносят на блюдечке, ты жива и здорова, так что извини, если я не стану причитать над твоей несчастной судьбой! — тут Флер таки сплюнула и, круто развернувшись, пошла к двери.
  — Прости, я не подумала... — голос Трейси остановил ее на пороге, было в нем что-то такое, что она обернулась. — А как... каково это?
  — Я все еще здесь, а паленая туша ублюдка, что сотворил все то со мной, догнивает в безымянной могиле, — в глазах Флер на миг полыхнул адский огонек, но потом ее лицо смягчилось. — А вообще... не таким я представляла свое будущее в прошлом году, но... мне хорошо. А так... жизнь становится проще, многие трудности просто исчезают, вопросы о смысле и сущности бытия отпадают, — лицо вейлы тронула мечтательная улыбка, но тут же увяла. — Но подчас все же становится слишком просто и хорошо, а когда спохватываешься... становится стыдно. Я пару дней назад с ужасом осознала, что с лета даже ни разу не написала сестренке. Раньше она была мне самым дорогим, а сейчас я о ней и не думала... — голос Флер упал до шепота. — Теперь вот жду ответа.
  Несколько секунд царило молчание. Потом Трейси медленно, словно через силу, откупорила пузырек и... проглотила одним махом. 
  — Знаешь, — чуть улыбнулась Флер, — тебе ведь тоже есть с кем посчитаться... Служи нашему Хозяину верно, и тебе представится возможность расплатиться... как представилась мне.
 
  Это был первый... нет, второй случай, когда Гарри не испытывал ни малейшего удовольствия от сексуального контакта. Первым случаем, несомненно, была встреча с Беллатрисой и Нарциссой летом, в каземате Темного Лорда, с которой, собственно говоря, и началась вся эта эпопея. Тогда насиловали его, теперь же он... ну, не то что бы уж насиловал, но легче от этого не становилось.
  Когда Трейси появилась в спальне, выглядела она несколько решительнее, да и вообще не производила впечатления уже приговоренной, как в момент подписания бумаги насчет «Передачи прав на владение собственностью — Персонал». Очевидно, с Флер они успели пообщаться и что-то решить...
  Но вот дальше все пошло кувырком. Едва они оба оказались в постели, как Трейси вся замерла, сжалась... он в тот момент внимания не обратил. И стоило ему ее коснуться... Физически он был намного сильнее, и потому смог остановить обезумевшую девушку, что попыталась выцырапать ему глаза... Но чтобы скрутить бешено вырывающуюся Трэйси, понадобилась помощь Беллы. Та брыкалась секунд двадцать, прежде чем успокоиться...
  Вторая попытка была не лучше... одно прикосновение — и Трейси вновь видела себя в окружении десятка Пожирателей Смерти.
  Решение предложила снова Белла. В других обстоятельствах оно бы  отправило Гарри туда же, куда чуть не отправилась Трейси. Но коль скоро она уже подписала бумагу и передала себя в его собственность, применение заклятие «Империус» на нее не считалось преступлением.
  И вот он сейчас двигался вперед-назад, а стоящая раком Трэйси точно так же, совершенно автоматически, двигалась ему навстречу. От подобного его мутило, но другого пути не было, если только не заковать девушку в кандалы и брать уж совсем силой... Ну, или еще Беллатриса могла приказать ей активнее ему отвечать, но это казалось еще более отвратным.
  Ну и как, спрашивается, получать удовольствие от подобного процесса?  Потому Гарри нисколько не сдерживался, и, чувствуя близость момента, схватился за палочку — так надежнее.
  Увидев это, Беллатриса немедля сняла свое заклятие, ибо неизвестно, что случится, столкнись эти два заклинания... Дальнейшее ей было прекрасно видно. Девчонка с безразличным лицом и пустым взглядом, типичными для жертвы Империуса, в очередной раз двинулась навстречу Хозяину, когда эффект заклятия прервался. Спокойствие и безразличие стекли с нее, как вода, лицо исказилось, глаза полезли из орбит... И в тот же миг раздался голос их Хозяина.
  — Сервус Секус! — все описанное заняло какую-то секунду.
  И опять удивительная метаморфоза: паника, ужас и какая-то... прямо-таки демоническая ярость исчезли с лица девушки быстре, чем успели зародиться...
  Гарри пару раз глубоко вздохнул, ожидая, пока пройдет мельтешение в глазах.
  — Как дела, дорогуша?
  Трейси обернулась к нему и засияла широкой улыбкой, в один миг став намного привлекательнее, чем была перед этим.
  — Чудесно, Хозяин, — промурлыкала она, — не желаете ли  повторить?

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава двадцать девятая.
  Трейси Дэвис критично оглядела свое отражение в зеркале. Всего два дня назад мысль увидеть на своей мантии герб и красные цвета Гриффиндора показалась бы абсурдной. Теперь это казалось само собой разумеющимся, хотя она бы предпочла вместо льва — зелено-красный щит с мечом и палочкой — герб ее Хозяина, подобно тому, что красовался на медальоне у нее на шее. Да и красное... ей определенно не шло, но что ж тут поделаешь. С волками... львами жить, по-львиному одеваться.
  Просто невероятно, какие выверты может проделывать дорога — жизнь, и сколько всего может произойти за какую-то неделю. Совсем недавно была она вполне довольна жизнью. Война, сотрясающая Англию, не то что бы совсем ее не беспокоила, но и не касалась ее напрямую. Никто из ее близких не был напрямую связан ни с той, ни с другой стороной, а потому, каким бы ни был исход, их он не затрагивал. И значит, все бы кончилось, как и в прошлый раз: их семья переживет эту заваруху, ничего не потеряв, но приобретя. «Пока дураки на войне сражаются, умные на ней зарабатывают» — скорее всего, эту фразу произнесли задолго до нее, но Трейси и не претендовала на авторство. А вот следовать этому завету она была более чем готова... Но тут вдруг оказалось, что части «дураков» такое положение дел не по вкусу. И вот она уже была отнюдь не довольна своей жизнью, и несколько дней прожила как во сне, пытаясь убедить саму себя, что все в порядке, и что ничего не было... Эти ее попытки привели ее в камеру предварительного заключения, откуда после случившегося дорога была лишь одна. Отец пытался что-то сделать, но она сама себя загнала в положение, где он и те, кто мог себе позволить поддержать ее, были бессильны. Потом оказалось, что дорога у нее была все-таки не одна. Ей даже предоставлялся выбор. Ей — жертве изнасилования — предоставлялся выбор: или пожизненное заключение, которое впоследствии грозило общением с дементорами в случае победы «света» и неизвестно чем, но столь же неприятным при победе «тьмы», или... Или она могла раздвинуть ноги для кого-то... против кого она, в общем-то, ничего не имела. Просто потому, что никогда с ним и дел-то не имела. Но суть не в этом, а в том, что после случившегося ее временами бросало в дрожь просто от чьей-либо близости. А при чем-то, хоть отдаленно напоминавшем о... «физической близости»... и говорить не стоит, а они: «ты должна ему отдаться». И вот таким образом Круциатус, что она пустила в ход, привел к тому, что на нее наложили Империус. Вот уж воистину... Непростительные заклятия порождают Непростительные заклятия.
  Трейси помотала головой, невероятно, она уже была способна шутить на эту тему! И потом, она испытала целую гамму чувств: Империусу противиться она не пыталась, да и не умела — как выяснилось два года назад, стараниями Аластора Грюма... Ходили слухи, что это был вовсе не он. Нужно будет уточнить. Хозяин всегда был в самом центре происходящего, он уже успел многое ей рассказаь, но далеко не все.
  Ну а Империус... да, ощущение, словно сознание заливает сладкий розовый сироп. Все просто чудесно, никаких тревог и горестей. И ясное понимание того, что надо делать. А надо было раздеться, опуститься на четвереньки на кровати и никому не мешать... Где-то в самой глубине ее сознания плескался ужас, но он вяз и топ в половодье затопившей ее благости... А потом... потом эта благость в один миг испарилась. И место ее тут же занял тот самый ужас, когда она как бы скачком осознала, что с ней происходит, что все повторяется... Но не успела она — движимая животным страхом, нет, ужасом — даже дернуться, как что-то теплое и вязкое пролилось внутрь ее тела, и все опять переменилось.
  Нет, она все так же была на кровати, и сзади в ее женственность было вставлено нечто большое и толстое. И это страшно напоминало то, что на корню изменило ее жизнь неделю назад. Но... больше это ее не ужасало, наоборот. Член, на который она в тот миг была насажена, был самым драгоценным и желанным, что отныне было в ее жизни... Из сходящей с ума жертвы, которую утихомирить могло только Непростительное заклятие, она в один миг обратилась в полную энтузиазма участницу.
  И теперь она здесь. Окончательно и бесповоротно выбрав сторону в войне, и оказавшись в самом ее центре. И ее новый Хозяин был чуть ли не самой центральной фигурой, личной целью самого Темного Лорда, и кроме того, мастером находить неприятности. А отныне и до своего последнего вздоха она будет с ним, куда бы он ни направился и что бы он ни предпринял... И самое главное... она об этом не жалела. Наверное, она уже не была способна жалеть об этом...
  И потому, поправив красно-желтый галстук в последний раз, она закинула за спину ранец и направилась в прихожую.
 
  Переселение бывшей ученицы Слизерина за стол Гриффиндора прошло... удивительно тихо. Гарри, хорошо зная, от кого стоит прежде всего ожидать гневной вспышки, нарушил уже вроде как установившуюся традицию и на завтрак устроился почти напротив Рона. Тот сосредоточенно поглощал свой завтрак. Надо заметить, что, хотя объемы потребляемой пищи с прошлых лет если и изменились, то только в сторону повышения, уровень беспорядка, что он вызывал за столом, существенно снизился. Он больше не наваливал в свою тарелку горы еды, предпочитая подкладывать добавку по мере убывания. Есть он также стал несколько медленнее, очевидно, с возрастом и опытом познав суть и важность жевания.
  Рон на мгновение поднял глаза, чтобы посмотреть, кто сел напротив. Охватив одним взглядом Гарри, а также Чоу, что устраивалась по правую руку от него, и Трейси, севшую слева, он вернулся обратно к еде. Отправил в рот очередную порцию и остановился... Поднял взгляд еще раз.
  Гарри, следивший за ним, мог ясно наблюдать смену эмоций и мыслей на лице своего бывшего друга, с которым у них сейчас было что-то вроде вооруженого нейтралитета. Вот он внимательно рассматривает Трейси, осознавая, что быть ее тут не должно. Он ее явно не узнал: уж если Гарри с ней до того момента не имел дел, то Рон с его непоколебимым убеждением, что ученики зеленого факультета — мерзавцы и подлецы, наверное, и вовсе не догадывался об ее существовании. Секунд через десять мелькнуло смутное узнавание, и Рон склонил голову, словно пытаясь разглядеть ее лицо под другим углом. Вот он отвернулся и начал рассматривать столы других факультетов, прежде всего, Слизерина... На лице мелькнуло радостное удивление — вероятно, заметил отсутствие Нотта. Ну, этому теперь не светит посидеть за столом факультета — сидеть ему теперь в тюрьме, и только там. Вот он прошелся взглядом дальше... и явно зацепился за еще одно пустующее место.
  Гарри с интересом следил за процессом, одновременно оглядывая и остальных учеников факультета Гриффиндор. Многие вообще пока ничего не заметили, погруженные в собственные мысли или занятые разговорами друг с другом. Но в общем было очевидно, что исчезновение двух слизеринцев, которое произошло вовсе не вчера, осталось незамеченным. О Гермионе он пока сказать ничего не мог, ибо та сидела сегодня почти на другом конце стола в компании семикурсников.
  — Гарри, — негромко, доверительным и мирным тоном обратился к нему Рон, снова разглядывая Трейси, а вернее, ее шею, словно пытаясь смотреть сквозь галстук. — Почему мне кажется, что ты знаешь, откуда за столом нашего факультета появилась слизеринская змея?..
 
  Это было куда вежливее и спокойнее, чем ожидалось от Рона, который был столь же порывист и вспыльчив, сколько он был огненно рыж. Но Гарри немедля сориентировался.
  — Что я могу сказать, это уже тенденция, — столь же спокойно ответил он не только Рону, но и всем окружающим, чье внимание сконцентрировалось на нем и на Трейси. — Что же до подробностей, скоро прибудет Пророк.
  И Гарри принялся сосредоточенно намазывать джемом свои тосты, всем видом давая понять, что большего говорить не собирается. Рон, да и не он один, еще несколько секунд сверлил его взглядом, но потом отступил, рассудив, что если в школе теперь преподают мать Малфоя и ее сестра-психопатка — и хорошо преподают, не отнимешь — то и со сменившей цвета змейкой можно будет жить.
  Как и было обещано, скоро прибыла газета. Гарри с интересом ее развернул, ибо сам не знал, под каким соусом будет подано последнее происшествие. А подано было блестяще. В статье умело обходили стороной нелицеприятные факты, вроде того, что до сих пор о сети сторонников Темного Лорда в школе не было известно ничего конкретного, или что само похищение все благополучно проморгали. И даже тот факт, что Трейси отдали ему, только что палочку не приставив к горлу. Вместо этого в статье это казалось настоящим Соломоновым решением. Но основной упор делался на вероломстве Темного Лорда и его сторонников, которые, очевидно, в отчаянии после побед Министерства, коли пошли на такое... Ну и далее в том же духе.
 
  Учебный день проходил относительно спокойно. Ученики на него опять косились. Кто-то вполголоса обсуждал со знакомыми возможность того, что «Поттер решил забрать себе всех девчонок, по одной за раз». Сами девчонки, похоже, прониклись до глубины души самой возможностью похищения, и Гарри сильно подозревал, что следующий выход в Хогсмид — если он вообще состоится — будет куда менее популярен. Гермиона опять сверлила его осуждающим взглядом, но молчала, как если бы уже начала привыкать к этому... Да и чего уж там говорить, сам Гарри начал привыкать к тому, чего не приснилось бы ему и в самом диком, бредовом сне каких-то четыре месяца назад.
  Ну а вот после уроков Гермиона вцепилась в него мертвой хваткой и куда-то поволокла. Гарри пару секунд колебался — то ли отослать Чоу и Трейси, то ли, наоборот, звать их на помощь, чтобы вырвали его из когтей подруги, у которой, возможно, опять начался тяжелый приступ борьбы с рабством. Выбрал он первое.
  В пустом классе обнаружился еще и Рон, что было немного неожиданно. С тех пор, как между ними случился разлад, дружба между Роном и Гермионой также переживала не лучшие времена. Именно Гарри был той прослойкой, что держала вместе знаменитое Золотое Трио. А не стало его — они и разошлись каждый в своем направлении.
  — Ну, привет опять... Гарри — похоже, Рон мгновение колебался, как его назвать.
  — Привет, что такое, — он перевел взгляд на Гермиону и обратно.
  — Гарри, вот скажи, как тебе это удается?! — с ходу пошла в наступление та. — Не знай я тебя так, как знаю, уже бы давно уверила себя, что ты все это как-то подстраиваешь! Да и сейчас, если честно, сомневаться начинаю! — она вдохнула поглубже и продолжила с новой силой. — Я давно привыкла, что ты, а с тобой и мы, постоянно оказываешься в гуще событий, которые так и липнут, если не прямо к тебе, то к школе точно! Но теперь-то иначе! Я до этого лета о твоем новом любимом заклятии и не слыхала! А теперь, что ни месяц, а случай представляется!
  — И как на это смотреть?! — вступил Рон, когда Гермиона растратила запас воздуха. — Ведь все один в один! Стоило тебе узнать заклятие, так и поперло! Кстати, откуда ты его взял, до сих пор не ясно! Не у твоих родственников-маглов ведь книжка под кроватью валялась! Потом тебя хватают... как им это удалось, опять же, непонятно! И все для тебя складывается до абсурда удачно, ты вырываешься, и не один! Потом кто-то до ужаса «вовремя» травит мистера Делякур, и ты получаешься рыцарем на белом коне! Признаю, я тогда вспылил, но все же!.. Дальше эта Чанг... с ней не знаю, она всегда казалась чрез мерно эмоциональной, потому... И вот теперь эта Дэвис, а ты опять вроде как герой-спаситель! — Рон говорил взахлеб, размахивая руками. — И теперь скажи, во что проще поверить: в серию совпадений, или в чей-то заговор?! Каждый случай по отдельности — совершенная дикость, но это еще можно как-то понять, но когда они выстраиваются в цепочку — это уже ни в какие ворота не лезет!
  Гарри открыл рот... закрыл. Снова открыл, и опять закрыл. Слов как-то не приходило. Да, он вполне осознавал, насколько абсурдно ему... «везет» последнее время, но вот мысль о заговоре в голову как-то не приходила. А вот теперь, как Рон выдал все... проклятье, трудно не признать, что... попахивает.
  Гарри вдруг четко представил себе, как, пока он «помогал» очередной девушке — впрочем, ему жаловаться и правда грех — некая темная личность довольно потирала руки, загнав к нему в постель очередную жертву...
  Но кто? Главное, зачем?!
  Обычным и привычным подозреваемым был лично Темный Лорд. Профессор Дамблдор что-то рассуждал по этому поводу в самом начале, мол, похищение и дальнейшее было организовано, дабы его совратить и растлить. Гарри попытался себе представить такое...
 
  *Темный Лорд Судеб Волдеморт восседал на своем троне, все шло по плану. Гарем Поттера неуклонно рос, скоро, уже очень скоро парень, распробовав, что это такое — настоящая власть, обратится к нему, ибо поймет, что только с ним он сможет ей в полной мере насладиться... Все последние неудачи — вызваные не в последную очередь тем, что Беллатриса с сестрой сменили сторону — все это ничто! Ибо стоит только Поттеру занять место рядом с ним — и исход этой войны будет решен. Да он и всегда был предрешен заранее...*
 
  Гарри помотал головой, ну и ерунда. Правильно директор еще тогда забраковал это предположение. Тогда, может быть...
 
  *Темный Лорд Судеб Волдеморт восседал на своем троне, все шло по плану. Гарем Поттера неуклонно рос, осталось лишь добавить еще пару-тройку — под невинными предлогами! — и дело будет сделано! Уж если никак не удается избавиться от этого несносного мальчишки — вероятно, было в ускользнувшем от него Пророчестве что-то очень важное — значит, надо его чем-нибудь занять. Вот пусть и развлекается со стаей красоток и не мешает ему — Наследнику Слизерина — добиваться власти, для которой он был рожден!*
 
  Гарри захотелось себя ущипнуть. Нет, эта идея уже манией величия попахивает.
  А кроме Темного Лодра? Есть еще сам профессор Дамблдор, у которого есть нехорошая привычка знать больше, чем кажется, и вынашивать разные замыслы...
 
  *Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор, Великий Волшебник, Директор Школы Хогвартс, Кавалер Ордена Мерлина Первой Степени, восседал в своем кресле, все шло по плану. Гарем Гарри неуклонно рос. Уже скоро мальчик в полной мере познает силу любви, и тогда его Сила пробудится. И тогда Том осознает, насколько не прав, раскается, и тогда все будут счастливы!*
 
  Гарри пару раз моргнул. Для тех, кто знал директора только по его вступительным речам первого сентября, подобное показалось бы почти логичным. «Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Все, всем спасибо!» — немедленно всплывало в памяти. Но Гарри знал Альбуса Дамблдора куда лучше. Тогда...
  И тут Гарри пришла в голову мысль, которая МОГЛА быть верной...
 
  *Эльф-домовик Добби — самый инициативный из своих сородичей — был очень доволен собой. Хозяин Гарри Поттер взял себе еще одну верную прислужницу! И он — Добби — поможет ему сделать это еще и еще!
  Все те, кто может пригодиться хозяину, должны принадлежать ему, как бывшая злая госпожа Нарцисса! Добби поможет ему сделать это и с остальными!
   Гарри Поттер — великий волшебник! У него должно быть много верных и полезных слуг! И у него не должно быть никаких проблем!*
 
  Гарри всего передернуло. Вот это было... до ужаса правдоподобно! Добби еще на втором курсе доказал, что упрямства, изобретательности и возможностей у него сколько угодно. И если ему что-то подобное взбрело в голову...
  Из размышлений его вырвала не сильная, но довольно чувствительная пощечина. Вынырнув из мыслей и фантазий, он обнаружил сверлящую его гневным взглядом Гермиону...
  — Гарри Джеймс Поттер! — от ее тона Гарри пробрала секундная дрожь. Все-таки, грозна Гермиона в гневе. — Ты что себе позволяешь?!
  Гарри сделал шаг назад. В общем-то, она права, они с ним вроде как разговаривают, а он в облаках витает, словно дела ему до них нет...
  — Извините, — потупился он, — просто как Рон упомянул про цепочку... накатило, — Гарри неловко очесал затылок.
  — Что накатило? Осознал, что плохо прятал концы в воду? — голос Рона был совершенно серьезен, но в глазах была ясно видна смешинка.
  — Угу, теперь придется обрубать хвосты! С вас и начнем! — столь же серьезно откликнулся Гарри.
  Рон несколько секунд держал его взгляд, потом неуважительно фыркнул и помотал головой. Гарри не сдержал улыбку... кое-что в этом мире не меняется...
  Это было почти как в старые добрые времена. Словно и не было между ними никакой размолвки, ни истории с Флер — почти похищеной невесты, ни прочего... Впрочем, как выяснилось, Рон уже давно остыл и признавал, что тогда вспылил и получил за это заслужено. Просто... в начале года, пока он еще дулся, ему пришлось искать себе новую компанию. И он ее нашел, и был ею вполне доволен, ибо неожиданно обнаружил себя не частью Золотого Трио и другом Гарри Поттера, а Роном Уизли. А этого ему не удавалось даже на четвертом курсе, когда он тоже вспылил... Кстати, он ведь, кажется, так и не извинился за ту историю. Ну, лучше поздно, чем никогда.
  Гарри, который извинений тогда действительно не получил, да и думать о них забыл, был удивлен. Приятно удивлен. Но была и горечь. Очевидно, именно так — тихо и мирно — их Золотое Трио и распалось. У каждого появилась своя компания, свои интересы. И эта их встреча — это почти что ностальгия по тем временам, когда они втроем собирались вместе в поисках ответа на очередную загадку, которые с такой щедростью подбрасывала им жизнь в Хогвартсе...
  Он рассказал все. И о том, как его похитили — кстати, знал он совсем немного, и как-то не сложилось спросить, хотя бы у Тонкс, как Орден Феникса все в очередной раз проморгал. И о том, что в камере к нему из ниоткуда заявился непонятный двойник, после чего ушел опять же в никуда, оставив после себя клочок бумаги с заклятием и Питера с перерезаной глоткой.... И о некоторых откровениях профессора Дамблдора, который признал, что понятия не имеет, как Темному Лорду удавались некоторые из его последних свершений. Вообще, директор опасался, что в борьбу вмешались какие-то неизвестные силы... Ну и уже на десерт Гарри вдруг вспомнил, что не поделился с друзьями открытием времен конца прошлого года. И только про Тонкс он не сказал ни слова, об этом знать не стоит никому...
  На фоне всего прочего известие о Пророчестве не произвело особого впечатления. Рон явственно хрюкнул, услышав о Любви — сверхсиле. Явно хотел прокомментировать, но сдержался.
  — Да, Гарри... завертелось же вокруг тебя, — заключила Гермиона, откинувшись на спинку стула.
  — Кстати, признайся, тебе ведь понравилось хранить это все в секрете, небось, это была «страшная месть» за наше молчание летом после четвертого курса? — ввернул шпильку Рон.
  — Да, делать мне нечего, только вам молчаливо мстить, — беззлобно огрызнулся Гарри. — А вообще, что скажете?
  — Ну... странно все это, — выдал посерьезневший Рон. Помолчал и продолжил. — Думаю, все согласятся, что история с Филосовским Камнем проходила совсем не так, как мы тогда себе представляли?
  — Это очевидно, — пожала плечами Гермиона, — Гарри еще тогда, в Больничном Крыле сказал что-то насчет того, что профессор Дамблдор хотел дать ему шанс.
  — И я подозреваю, что то зеркало было единственной настоящей защитой. А полоса препятствий... была испытанием для меня... нас.
  — Именно, — кивнул Рон. — У меня было время поразмыслить над этим на холодную голову. Директор наверняка подозревал Квирелла, но вряд ли ожидал, что под тюрбаном будет... — на лице его проступила внутренняя борьба, которую он проиграл, — Ты-Знаешь-Кто. И именно он каким-то образом заставил его так задержаться в ту ночь... Полагаю, комната с Зеркалом... Еиналеж, — выговорил он с трудом, — была создана как ловушка: войти можно, выйти нельзя...
  — Там он рассчитывал схватить Волдеморта. Рон, не дергайся! — добавила Гермиона.
  — Или же нас, пожелай мы во всем разобраться, — закончил Гарри. — Это был тест. И Дамблдор просто не предполагал, что нам придет в голову гнаться за похитителем... как он сам сказал — не понимает он молодежь. Чем все кончилось, мы помним. Но, Рон, к чему ты об этом заговорил?
  — Дамблдор принял это Пророчество всерьез, так? — повернулся к нему рыжый друг. — Напрашивается вывод, что он должен был тебя готовить. Не со школьной программой же тебе с Темным Лордом сражаться?
  — Наверное, он не думал, что Волдеморт вернется так скоро, — сразу вступилась за директора Гермиона. — Собирался готовить потом, после школы...
  — Даже если так, начинать стоило как можно раньше. И первый курс в это вписывается. Скорее всего, никто из учеников, кроме Гарри, попасть туда просто не мог, иначе Фред с Джорджем, несомненно, Пушка бы встретили. Те препятствия — это было испытание для Гарри. И хотя в конце все вышло наперекосяк, испытание он прошел. А вот дальше все остановилось.
  — Ты к чему-то ведешь речь, или просто пересказываешь?
  — Суть в том, что профессору Дамблдору просто помешали! Ведь с тех самых пор у нас и года спокойного не было! То василиски, то дементоры, то Турниры! А в прошлом году и вовсе Жаба, в присутствии которой ничего не сделаешь!
  — Но ведь на втором курсе проблемы начались не сразу, — указал Гарри на пробел. Рон отвернулся, но, как оказалось, вовсе не от того, что признал ошибку.
  — В начале второго курса мы с тобой совершили невероятную глупость, — он внимательно рассматривал самый темный угол классной комнаты. — Тот полет на Фордике, вспоминать стыдно! Вполне после такого директор мог... отложить...
  Гарри не нашелся, что ответить, ясно вспомнив глубокое разочарование в глазах старого волшебника в тот вечер. Неужели и правда? Неужели из-за этой глупости...
  Ведь это и впрямь была полная глупость с их стороны. Но, разорви всех стая горгулий, им было двенадцать лет! И не такое можно сотворить с перепугу!
  — Не знаю... — медленно проговорила Гермиона... — Местами кажется... притянутым за уши. Но многое объяснет. Ну и в этом году все с самого начала пошло наперекосяк, а кроме того, ты и без директора... наверстываешь...
  — Причем наверстываешь огромными темпами и по всем направлениям! — хохотнул Рон. Но тут же осекся, а глаза у него полезли на лоб. — Слушайте, ведь не Дамблдор же организовал это? — нетвердым голосом выговорил он, уставившись в никуда. — А то же... действительно, быстро наверстываешь упущеное, и *любовь* эта... которая сила.
  — Отчаяные времена требуют отчаяных мер? — приподнял бровь Гарри, про себя довольный, что мысль пришла в голову не только ему.
  — Да что вы такое говорите?! — возмутилась Гермиона. Ее вера во взрослых и в руководство понесла немалый ущерб за прошедшие годы, но подозревать самого ПРОФЕССОРА ДАМБЛДОРА в чем-то подобном оставалось для нее сущей ересью. — Вам что, больше не на кого подумать? — продолжила она куда спокойнее. — Гарри, ты сам только что рассказывал, что происходит что-то совершенно непонятное: кто-то или что-то дает новые силы Волдеморту... Рон, спокойнее! Дементоры ведут себя необъяснимо, и никто не понимает, откуда их столько... Ну и наконец, этот непойми-кто, который тебе помог... уж если кого, так его в первую очередь! Он все это начал!
  — Кстати, да, — поддержал ее Рон. — Если он сумел туда пробраться незамеченным, а потом и выбраться оттуда… то он бы мог легко вытащить тебя и без... всего этого! Кто знает, может, он же сначала помог тебя схватить, заранее зная, что будет дальше!
  — Прямо-таки заранее? — иронично приподнял бровь Гарри. В своих собственных фантазиях он не доходил до того, чтобы само летнее похищение и дальнейшее было заранее спланировано (если только за всем и вправду не стоял Волдеморт, во что не верилось). Уж скорее это была импровизация, дабы вырвать его из плена, а потом продолжили в том же духе, поскольку результат был отличным... — То есть, вы полагаете, что некие неизвестные силы, обладающие какими-то невероятными возможностями и информацией, начали и продолжают долгую, многоходовую комбинацию. И зачем? Чтобы у меня был богатый выбор, с кем переспать?
  И Рон, и Гермиона дружно покраснели, и отличница пронзила его гневным взглядом. Рон оставался задумчивым.
  — Не спеши с выводами, Гарри... — проговорил он. — Два года назад все думали, что в Турнир тебя засунули, чтобы ты там погиб, а вовсе не для того, чтобы похитить после победы... В прошлом году все думали, что дементоров послал... Ты-Знаешь-Кто, а оказалось, что это была Амбридж... Кстати, не знаешь, она это сделала по собственной инициативе, или ей кто-то подсказал? А то, если подумать, не владей ты Патронусом, всем все было бы ясно, и скандал был бы невероятный... А она вроде как министерство защищала...
  — Да, Фадж говорил то же самое, но подробности выяснить не удалось. А теперь, когда она мертва, скорее всего, и не удастся.
  — Кстати, — тихо проговорила Гермиона. — Что на самом деле случилось после того, как она похитила Чоу? Я не стала тогда спрашивать... но ведь ясно, что все было не так, как написано в Пророке... Это ты ее?.. — она не закончила.
  — Нет, — Гарри тяжело выдохнул. — Это была Чоу.
 
  Вскоре после этого они разошлись, и несколько дней прошли спокойно. Гарри не забыл все то, что пришло ему на ум во время обсуждения, и задал соответствующие вопросы. Даже если они казались абсурдными.
  Добби был крайне удивлен, когда Гарри открытым текстом поинтересовался, не является ли домовик злым гением, стоящим за несчастьями, обрушивающимися на представительниц прекрасного пола, что потом ведет к увеличению числа его рабынь. Смешно замахав ушами и заморгав огромными глазами, эльф заверил, что никак к этому не причастен, и вообще, он хороший эльф и ничего не делает втайне от Великого Гарри Поттера.
  Рассказ же Тонкс, у которой он поинтересовался — с огромным запозданием — какого черта его так легко похитили летом, и что в это время делал Орден, поверг Гарри в короткую депрессию. Очевидно, члены Ордена Феникса, или сам профессор Дамблдор — что, по сути, сводится к одному — были адептами секты наступания повторно на уже знакомые грабли. Ибо в тот памятный день за Гарри приглядывал опять Наземикус. И опять его на посту не оказалось. Причем в этот раз у него даже не было пусть слабого, но все-таки оправдания. Он просто в самом начале смены зашел «пропустить пару стаканчиков», благополучно напился и уснул. Таким образом, Орден вообще не знал, что Гарри пропал, а потому его появление в Штаб Квартире застало профессора Дамблдора совершенно врасплох.
  Примерно на этой части рассказа Тонкс нахмурилась и примолкла, очевидно, с запозданием осознав, что некая неблагонадежная личность подвергла ее Хозяина смертельной опасности. Гарри, уже знакомый с подобным, немедленно открытым текстом запретил ей идти сводить счеты с Наземикусом. Позднее он продублировал этот приказ и остальным.
  Впрочем, награда и без того нашла героя. Альбус Дамблдор был очень терпеливым человеком, свято верящим в искупление и в необходимость второго шанса, но даже у него был предел. Как только неразбериха, вызваная случившимся, немного улеглась, он вызвал пьянчужку «на ковер», и Флетчер с треском вылетел из Ордена. Последствия не заставили себя ждать. Жулик и ворюга давно привык к тому, что у него имеется могучий покровитель, и, лишившись этой поддержки, очень быстро попался силам правопорядка...
  От Тонкс же он узнал, что около одной из захоронок, используемых Пожирателями вокруг Хогвартса, поймали вражеского агента. Ученика Пуффендуя со второго курса, которого взяли на «слабо», причем он не мог сказать с уверенностью, кто именно. В общем, было очевидно, что его использовали в качестве жертвенного барашка с целью выяснить, установлено ли за точкой наблюдение... И им это прекрасно удалось.
  Кроме этого, ничего выдающегося не произошло, хотя в Визенгамоте, а главное, в кулуарах началось какое-то брожение. Это было, несомненно, связано с тем, что произошло с Трейси. Насколько мог судить Гарри, Волдеморт планировал использовать ее в какой-нибудь провокации с целью переманить так называемые «серые» семейства на свою сторону или поссорить их со своими противниками.
  «Серые» держались на своем демонстративном нейтралитете и на том, что при попытке применить против них силу, потерять можно много больше, чем приобрести. Но появление представительницы «серого» семейства в рядах Пожирателей на корню меняло расстановку фигур и правила игры. С Дэвис, повязаной кровью и носящей Метку, о нейтралитете можно было бы забыть, и министерство, а вернее, вся светлая сторона, не смогли бы не отреагировать. Тем самым толкая серых ближе к Волдеморту...
  Но все получилось с точностью до наоборот, Трейси не только оказалась в рядах противников Темного Лорда, но и он сам и его приспешники выставили себя в крайне неблагоприятном свете. И Фадж с Дамблдором не замедлили воспользоваться этой возможностью...
  Наступили очередные выходные, и Гарри оказался перед дверью, к которой он не думал, что когда-нибудь вновь приблизится, тем более по собственной инициативе.
  Но общение с Трейси, а также разговоры о былом, которым он предался с Роном и Гермионой, заставили его многое переосмыслить и задаться новыми вопросами. И ответы на них он мог получить только здесь. Белла и Цисси засели неподалеку на случай, если все пойдет в разнос.
  Гарри вздохнул поглубже и решительно постучал в дверь кабинета Северуса Снейпа.
 
 
  **Байка на прощание** OMAKE:
  Добби отчаянно бился головой об стену.
  — Плохой Добби! Плохой! — приговаривал он с каждым ударом.
  Для эльфа лгать своему хозяину — совершенно немыслимое дело, но на то Добби и был совершенно нетипичным представителем своей расы.
  Он пообещал себе сделать все, чтобы помочь Великому Гарри Поттеру одолеть Темного Лорда. Для этого у Гарри Поттера должно быть много верных слуг, но Добби знал, что сам Гарри Поттер не любит пускать в дело свое заклятие. И применяет его лишь в особых случаях, и потому домовик пускал в ход все свои немалые возможности, чтобы создать эти случаи! Ведь Гарри Поттер не запрещал этого делать, верно?!
  Но наверняка бы запретил, если бы знал! Потому Добби и пришлось солгать! Хорошо, что потом Гарри не подумал все-таки дать запрет! И значит, Добби может продолжать!
  О, он позаботится о том, чтобы у Гарри Поттера было много верных помощниц, чтобы у Гарри Поттера все было хорошо!
  Но сперва Добби должен назать себя за то, что солгал Гарри Поттеру!

Оффлайн naira

  • Пришел, увидел, окопал.
  • Лесник
  • *
  • Сообщений: 14655
  • Карма: +3029/-1
  • Пол: Женский
  • Вопросы? Пожелания? Предложения? Skype - Intalasa.
    • Товары для рукоделия, наборы для вышивания
Глава тридцатая.
  На его стук ответили далеко не сразу. Прождав с минуту, Гарри постучал опять, настойчивее. Он точно знал, что хозяин дома — всего пять минут назад он сверился с Картой Мародеров.
  В этот раз его не проигнорировали: за дверью послышались шаги, что-то щелкнуло, и в открывшемся проеме появилась ни с чем несравнимая бледная и на редкость — даже для него — кислая физиономия зельевара.
  Несколько секунд тянулось молчание, Гарри и Снейп рассматривали друг друга. Последний никак не отреагировал на личность посетителя, вероятно, он также имел возможность заранее узнать, кто за дверью.
  — Поттер, — наконец разорвал тишину Снейп, — я никогда не сомневался в ваших низких умственных способностях вообще, и ориентированию в пространстве в частности. Но даже я не предполагал, что вы способны перепутать мой кабинет со своими апартаментами.
  Гарри благополучно пропустил эту реплику мимо ушей, все-таки он уже был далеко не тем сопляком, которого можно было пронять подобным оскорблением. Попахивало это явным ребячеством, причем именно со стороны зельевара. В самом деле: взрослый мужчина, преподаватель, и как мальчишка задирает ученика, который ему в сыновья годится.
  — Добрый вечер, профессор, — сегодня уроков зелий не было, потому они по сути и не встречались. — Разрешите войти? Я бы хотел задать вам несколько вопросов. Кроме того, думаю, нам есть, что обсудить.
  На лице Снейпа что-то явственно мигнуло, и его и без того тяжелый взгляд уперся в Гарри с ясным намеренением протереть в нем дыру, а лучше, стереть его в порошок целиком. Гарри не собирался уступать и ответил профессору взглядом, ясно говорившим, что его попытка положить конец существованию собеседника и убрать все следы его пребывания в этом мире терпит крах.
  Столкновение неудержимой силы с недвижною стеною длилось секунд десять, после чего все-таки Снейп поразил Гарри, сделав еще более кислое выражение лица, хотя это казалось невозможным, и посторонился, не сказав ни слова.
  Гарри вошел в весьма неприятно ему знакомый кабинет. Тут ничего не изменилось: все такая же сумрачная комната, уставленная полками с сотнями стеклянных банок с чем-то крайне неаппетитным, все тот же шкаф в углу, в котором в разные годы копались и Гермиона, и Добби, и даже покойный Барти Крауч младший... Единственное, чего не хватало для картины «как в старые недобрые времена» — это Омута Памяти. Снейп тем временем запер дверь и выжидательно на него смотрел... Гарри не стал устраивать новый раунд игры в гляделки.
  — Профессор, — начал он, демонстративно отводя взор, — вам не кажется, что наши с вами отношения напоминают... детский сад? — Гарри резко обернулся и почти выстрелил своим взглядом в Снейпа. Зельевар и бровью не повел. Гарри, в общем, и не очень на что-то рассчитывал. — С самой первой нашей встречи, с первой минуты, вы делали все, чтобы стать в моих глазах врагом. И я, будучи одиннадцатилетним мальчишкой, вел себя соответственно, охотно попадаясь на все ваши провокации, — в памяти немедленно вставал первый курс, когда он всей душой считал Снейпа виновным во всех смертных грехах, старательно подгоняя все факты под эту теорию. В том числе и те, что в неё не особенно укладывались.
  — Но речь не только и не столько об этом, — продолжил Гарри, не давая собеседнику вставить слово. Снейп, впрочем, и не собирался. — Я уже давно смирился с тем, что, глядя на меня, вы упорно видите Джеймса Поттера, которого вы просто люто ненавидите... и вот этого я понять не могу! Нет, поглядев те воспоминания, я вполне готов признать, что у вас есть право крайне отрицательно относиться к Мародерам. Та сцена была отвратительна, да и название их, если подумать, не впечатляет. И, мне горько это признавать, да и нехорошо так говорить о погибших, но теперь я и вполне понимаю ваше отношение к Сириусу! Скормить однокурсника оборотню, это выходит далеко за границы любой школьной вражды! И получается, что именно у вас, в отличие от всех прочих, была весомая причина верить в его предательство и не сомневаться в вине... Ну... у вас и у Римуса, которого он тогда, вообще говоря, подставил не меньше. И если уж говорить совсем откровенно, то в ту памятную ночь вел он себя... Столько лет пришло, а он все так же полагал это шуткой... Но о мертвых либо хорошо, либо никак... — Гарри примолк, вдыхая поглубже. Снейп все еще не собирался вставлять ни слова, лишь сверлил его взглядом.
  — Я могу также понять отношение к Римусу... вы чуть ему ужином не стали, а это оставляет сильное впечатление на всю жизнь, хотя замечу, что он был не столько соучастником, сколько орудием... Кстати, ведь извиниться за тот случай никому из них в голову не пришло?.. Впрочем, неважно, — Гарри опять уставился в глаза преподавателю. — А вот чего я никак понять не могу, так это ваше отношение к моему отцу! Ведь очевидно же, что Джеймса Поттера вы ненавидели и ненавидите больше всех остальных Мародеров вместе взятых! И мне непонятно, в чем дело! Явно не из-за школьных стычек, не выделялся бы он так, даже будучи заводилой! Ну а если опять из-за истории с оборотнем... не сходится! — тут Гарри опять примолк, остановленый внезапной мыслью. — Кстати, а зачем вы вообще туда полезли, зачем прислушались к словам одного из своих врагов?
  На лице Снейпа впервые что-то дрогнуло. Более того, там проступил легкий намек на что-то, что при должном воображении можно было принять за стыд. И Гарри не смог сдержать желания немного добавить.
  — Ведь в самом деле! Так сразу лезть на рожон... Если бы Драко Малфой вдруг заявил, что для того чтобы разгадать все его секреты мне нужно среди ночи пойти... ну хотя бы в Хогсмид, я бы туда не полез... Ну, хорошо, на первом или втором курсе — возможно, но не позже, — лицо Снейпа заметно дернулось. Гарри сделал вид, что ничего не заметил, и вообще вернулся к основной теме. — Профессор Дамблдор сказал когда-то, что вы, мол, не можете простить, что Джеймс Поттер вас спас! Я тогда был мальчишкой и, конечно же, поверил, теперь уже нет... Да, нынче я понимаю вашу реакцию три года назад, мой отец, скорее всего и правда действовал не столько из человеколюбия, сколько из-за того, что осознал, чем все может кончиться! Не только для вас, но для Сириуса с Римусом... Моему крестному тогда явно не хватало ясности мышления... Так что, между прочим, спасал он отнюдь не себя... — припомнил он Снейпу сказаные тогда слова, — и не вас, а именно друзей. Тем не менее, это не может быть причиной вашего к нему отношения! — с определенной натяжкой это могло бы объяснить упорные, хотя и на редкость бестолковые попытки Снейпа защитить его, но об этом Гарри говорить не стал. — Потому, профессор, просто для того, чтобы наши отношения перестали напоминать грызню двух недругов в начальной школе, которые состязаются в том, кто кому больше нагадит, прошу вас ответить, в чем же все-таки дело.
  Снейп отлично владел лицом, все мелькавшие на нем тени эмоций уже были загнаны отбратно под типичную кисло-непроницаемую маску. Но тем не менее, Гарри ясно чувствовал, что таки задел «уважаемого профессора» за живое. Но вопрос, удастся ли добиться от него сколько-нибудь внятного ответа, оставался открытым.
  — Профессор, — начал было он, когда молчание затянулось...
  — Поттер, — прервал его Снейп нарочито спокойным голосом, — что же, пожалуй, впервые с того момента, как я вас встретил, вы начали пытаться работать головой иначе, кроме как вышибая ею двери. Но вы только начали, и я не желаю так сразу лишать вас стимула к повышению умственной деятельности, — добавил он. — Если решили, что такой умный, так давайте до конца, не прося подсказок! Не вечно вас будут заботливо направлять головой в сторону очередной двери на вышибание... ищите их сами. А они совсем недалеко, — добавил он теперь уже с неприкрытым ядом в голосе. — А теперь убирайтесь из моего кабинета!
  Задерживаться Гарри и впрямь не стал, и, покинув недружественную территорию, начал напряженно думать. Ничего путного от Снейпа он не добился, но уже просто высказать ему все это в лицо — это было очень приятно. Тем более что, высказывая все это вслух, раскладывая все по полочкам, Гарри осознал, что в чем-то действительно валяет дурака. Чего так сразу лезть с расспросами к Снейпу, когда и другие варианты есть?
  Прежде всего — Римус. Непосредственный участник событий, видевший все «изнутри»... Потом профессор Дамблдор — свидетель, личный знакомый как отца, так и Снейпа... Наконец, он — директор школы, который вроде как знает все о замке — хотя за последние годы примеры обратного шли один за другим, но ведь откуда-то эта репутация пришла? Ну а кроме этого, есть профессор Макгонагалл, профессор Флитвик, и даже Хагрид, хотя от него внятного рассказа ждать не стоит... да много кто. И прежде всего — Белла и Цисси, которые учились в Хогвартсе в те же годы! За такое упущение он определенно заслужил подзатыльник!
  Гарри с силой захлопнул дверь в свою спальню, после чего рухнул на кровать грудой, в которой словно в один миг пропали все кости. Нда... вот уж поразгадывал тайны минувших дней.
  Напрямую ни Беллатриса, ни Нарцисса не могли ответить на интересующие их Хозяина вопросы, что и не удивительно. Снейп отнюдь не производил впечатление человека, готового изливать кому-либо свою душу. Пусть даже он был кем-то вроде друга семьи у Малфоев. И в молодости он тоже не отличался открытостью и не делился личным, даже в кругу «своих». Но совсем уж сохранить в тайне свою личную жизнь в школе-интернате нереально, уж тем более от девушек. Тяга их к сплетням — это почти диагноз.
  А потому среди учеников Слизерина в те годы было этаким почти общеизвестным секретом, что Северус Снейп (среди друзей — Принц Полукровка) довольно много времени проводит в компании с некой Лили Эванс. Особенно в первые годы. Понятно, что их дружба, учитывая факультетскую принаждежность и наследственность последней, сильно не приветствовалась... Потому с годами они все отдалялись, пока в конце пятого курса, наконец, не наступил разрыв. Причем сцену этого разрыва Гарри имел возможность наблюдать...
  Потом юный Снейп был крайне мрачен, на шестом курсе, по слухам, пару раз пытался помириться с гриффиндоркой — но тщетно. А когда на седьмом курсе Лили Эванс начала встречаться с Джеймсом Поттером...
  А кроме того, Цисси знала еще одну деталь, которая позволяла склеить мозаику... Она знала, где Снейп живет, и когда Гарри по какому-то наитию глянул на карту, ему только и оставалось, что схватиться за голову... и побыть в одиночестве.
  Ибо, как выяснилось, они с профессором были почти соседи! Оставалось разве что заглянуть на Тисовую улицу и поинтересоваться у тети Петуньи, не знает ли она некоего Северуса Снейпа... И он почти не сомневался, что ответ выйдет положительный — может, это было наивно с его стороны, но Гарри не мог себе представить, чтобы его мать рассказывала своей сестре об Азкабане и дементорах...
  Итого: его мать и профессор Снейп были друзьями детства — скажи кто это ему вчера, он бы не поверил. Проклятье, скажи ему это сам Снейп чуть больше часа назад, он бы тоже не поверил! А вот теперь, когда сам пришел к таким выводам...
  В Хогвартс поехали вместе, но попали на разные, можно сказать, враждебные факультеты... Кстати, эта грызня Гриффиндора со Слизерином — сколько ей лет?.. Итак, даже разделенные факультетами, они продержались друзьями пять лет...
  Теперь, кстати, понятно, почему именно это воспоминание было столь важным. Гарри об этом не сильно задумывался, но понимал, что сцена у озера никак не могла быть единственной в своем роде. Главным там была не проигранная стычка, а ссора... окончательный разлад... два слова: «грязнокровка» и «Нюниус», сказанные бывшими друзьями.
  Что это было? Злость и досада на поражение? Смущение из-за того, что за него заступилась девчонка? Давление сверстников? Наверное, все вместе. Как говорят: «слово не воробей, вылетит — не поймаешь». Снейп ляпнул... и как ляпнул! То, что сам Гарри наворотил в прошлом году во время провального свидания с Чоу, и рядом не лежало.
  И была ли это просто дружба? Нет, скорее, куда большее... не то чтобы Гарри в этом много понимал. Его личный опыт лежал... в несколько иной плоскости. Но, тем не менее, он понимал, что тут дело куда серьезнее...
  Итак, Снейп потерял свою... ну, допустим, возлюбленую, не стоит углубляться в дебри, тем более что и сам виновник торжества, возможно, не понимал, что чувствует. А потом что? Ну а потом, что делают люди, когда все идет не так? Правильно, будут искать виновного, Гарри это испытал на себе, да и сам он грешил этим. И тут есть прекрасный кандидат: злейший враг — Джеймс Поттер. Ведь если бы он не повесил его вверх ногами в тот день, Снейп бы не сорвался и не ляпнул то, чего говорить не следовало...
  Гарри не сдержал усмешки, когда у него в воображении возникла картина: Снейп с желтой банданой на лбу и подозрительного вида клыками, орущий в небо. «Будь ты проклят, Джеймс ПОТТЕР, все это твоя вина!!! Из-за тебя я прошел через АД!! Готовься к смерти!!!» — видел он что-то подобное в каких-то мультиках Дадли, что ему порой удавалось посмотреть.
  Ну а потом Лили начала встречаться с ненавистным Джеймсом Поттером, и стало очевидным, что все случившееся было провокацией. Гнусный гриффиндорец все заранее спланировал, чтобы похитить его подругу!
  Ладно, последнее — это все-таки перебор, но в остальном сходится... Черт, ну совсем как в том фильме, где раскаявшийся предатель рассказывает, почему он на все это пошел, что всегда завидовал отцу главного героя, который такой раздолбай, но все у него всегда получалось... И в самом конце выдает главную тайну: «Я... я любил твою мать...»
  Гарри помотал головой, отгоняя наваждение. Да... это объясняет ненависть Снейпа к отцу... да и к самому Гарри, который для него, вероятно, живое воплощение его поражения. «Вылитый отец, а вот глаза мамины...» — как все ему говорили.
  Вот так, Снейп ненавидел сына Джеймса Поттера, но пытался защитить сына Лили Эванс... Возможно, что именно где-то здесь кроется причина доверия Дамблдора.
  Гарри сел на постели. Нельзя сказать, чтобы это открытие его сильно обрадовало. Но с другой стороны, какого черта? Веру в ангельскую сущность своего отца он потерял еще год назад, потом научился видеть серьезные недостатки у Сириуса...
  На этом моменте его размышления были решительно прерваны жадным поцелуем. Гарри на мгновение совершенно растерялся, ибо случившееся было совершенно неожиданным, хоть и далеко не неприятным... И, воспользовавшись его замешательством, чей-то язык дерзко проскользнул между губ и ворвался в рот, немедленно занявшись там подрывной и приятной деятельностью.
  Гарри наконец смог сфокусировать взгляд и без труда опознал в нападавшей Беллатрису, но первая же попытка ответных действий с целью вытеснить интервента изо рта была пресечена ударами во фланг и в тыл. Ибо одна пара рук начала рассегивать пуговицы его мантии, а еще одна пара взялась за штаны. Всего парой умелых движений, что говорило о большом опыте их обладательницы, они растегнули ширинку, ослабили ремень и спустили их заодно с трусами. Поглощеный дуэлью с Беллой, Гарри не без труда скосил взгляд вниз и удостоверился, что сестры Блэк решили брать его парой: Нарциса как раз обхватила губами его мужественность.
  Ее умелый рот произвел свой обычный эффект, и Гарри не сумел сдержать стон блаженства, который был, впрочем, заглушен губами Беллатрисы. Та, начавшая было уступать в сражении языков, воспользовалась заминкой, чтобы снова перехватить инициативу. Между тем она успела полностью расстегнуть его мантию, и в обнаженный торс Гарри уперлись ее твердые и столь же голые груди. Набравшаяся за месяцы опыта Нарцисса заглотила его член на всю длину, очерчивая контуры языком и массируя горлом...
  А еще через мгновение ни ее, ни Беллатрисы рядом с ним уже не было, Гарри издал возмущенно-протестующий звук, но осекся, подняв взгляд. Обе сестры-рабыни стояли в шаге от него, слившись в поцелуе, а их руки проникли друг другу между ног и что-то там усиленно делали. Гарри только начал приподнимать брови, как Беллатриса вздоргнула и, прервав поцелуй, запрокинула голову со сладостным стоном...
  — Я выиграла... — раздался довольный голос Цисси, а Белла очень мило надула губки.
  Обе дамы повернулись обратно к кровати, а Гарри, уже понимая, что будет дальше, забрался немного глубже в кровать и приглашающе откинулся на спину. Дамы не замедлили к нему присоединиться. Нарцисса, наглядно демонстрируя, что же она выиграла, опустилась ему на бедра, пропуская его эригированый член внутрь себя. Оседлав его, она опустилась как можно ниже, вгноняя его плоть насколько возможно глубже в свою женственность. Тем временем проигравшая Белла скромно довольствовалась тем, что ласкала его руками.
  Но Гарри, у которого от воспоминаний о прошедшем и разгадывания тайн былых времен, разыгралась ностальгия, имел другие планы. Схватив ее за шаловливые ручки, он потянул вперед, покуда она не оказалась прямо у него над головой. После чего его язык взялся за нетипичное, но более чем приятное дело...
  Это спонтанное повторение их первой встречи, с которой все и началось, закончилось вполне ожидаемо: общим массивным оргазмом, после которого вся троица прилегла отдохнуть. Развалившись на кровати с красавицей с каждого боку, Гарри мог себе прямо сказать, что жизнь не так уж и плоха...
  — Не скажу, чтобы я был не рад, но чего это вы так сразу и не спросясь? — с некоторой строгостью в голосе спросил он.
  — Хозяин, — подала голос уютно устроившаяся справа Беллатриса, — мы почувствовали, что вам необходимо отвлечься, ваши размышления заводили куда-то во мрак.
  — Да, — поддержала ее сестра, — настроение ваше стремительно падало, и Мерлин ведает, до чего бы вы так додумались...
  — Да? — Гарри, вообще говоря, был сейчас не вполне уверен, докуда дошли его рассуждения о родителях, но был согласен, что настроение у него было так себе. — Да, — повторил он теперь уже утвердительно. — Поздравляю, повысить мне настроение у вас получилось.
  — Рады служить вам, Хозяин.
  Гарри откинулся на подушку и решил больше об этом не думать. Но где-то на краю сознания билась какая-то мысль...
  И только уже засыпая, уютно устроившись между Трейси и Флер, Гарри понял, что именно скреблось в памяти...
  «Уйди с дороги, глупая девчонка!..» «А твоей матери вовсе необязательно было умирать, но она пыталась защитить тебя...»
  Ведь действительно, Волдеморт, которому человека убить — вообще ничто, не хотел убивать магглорожденую Лили Поттер! Это... это могло означать разное.
  А время летело! И пару недель спустя Гарри с немалым удивлением обнаружил, что Рождественские каникулы и праздники уже на носу.
  За это время ничего особо значимого не произошло. На Зельях никаких изменений не было, Снейп пару раз пытался просверлить в нем дыру, но не более. После исчезновения Нотта гадости со стороны слизеринцев прекратились, очевидно, без вожака никто не хотел устраивать провокации. Оставшиеся враги — а они, несомненно, были — залегли на дно или занимались чем-то более серьезным.
  Кроме того, в зеленом факультете начал намечаться раскол. Вообще-то, по словам Трейси, Слизерин был менее сплочен, чем могло показаться со стороны. Просто, учитывая общую враждебность по отношению к ним, ученики змеиного факультета демонстрировали внешнему миру единый фронт. Теперь же, после истории с Ноттом, и из-за все более разгорающегося конфликта между «Серыми» и Темным Лордом, даже это показное единство дало ясно видимую трещину. И выразилось это в том, что Дафна Гринграсс — давняя подруга Трейси — выразила желание и дальше с ней общаться, словно ничего особо не изменилось. Трейси, конечно же, сперва испросила разрешения и, немедля его получив, теперь проводила немало времени со своей старой компанией. Гарри усмотрел в этом наведение мостов...
  Волдеморт же притих. Очевидно, провал последней провокации и внезапный конфликт вместо ожидаемого союза с достаточно влиятельной группировкой в очередной раз перемешал тому все карты и разрушил планы. Только дементоры продолжали устраивать нападения, причем весьма крупные, но безо всякого видимого плана. Скорее всего, они выходили на «охоту» по собственной инициативе.
  После первого случая, когда небольшое поселение в Лостерше полностью лишилось душ, министерство приняло меры. Сеть новых следящих заклятий — Отдел Тайн на месте не стоял! — окутала все Британские острова...
  В Пророке начали появляться победные статьи и заметки об отбитых нападениях и уничтоженых дементорах, но даже так Гарри было понятно, что загадка, связаная с необъяснимой численностью этих тварей, так и осталась нерешенной. А Тонкс принесла и еще более неприятные подробности. Численность дементоров и скорость, с которой они восполняли свои потери, были не единственной странностью. Дементоры не только непонятно откуда брались, они еще и... появлялись непонятно откуда. В смысле, что ко всему прочему у жадных до людских душ монстров появилась совершенно непонятная способность перемещаться в пространстве, чтобы совершить очередное нападение. Понятное дело, невозможно было уследить за каждым квадратным километром территории, у новой системы были мертвые зоны, хотя населенные пункты старались учесть все. Однако дементоры никак не могли добираться до поселков и деревь в глубине территории, ни разу не попав в поле зрения. И тем не менее, именно так и случалось: дементоры каким-то образом добирались до своей цели незамечеными. И вместо перехвата подразделениям минситерства приходилось вести бой прямо в населенном пункте... При этом они не могли аппарировать — ни сами, ни вместе с кем либо, хотя трудно представить, чтобы кто-то попытался... Порталы для них точно не работали — все это было давно исследовано. Дементоры никак не могли мгновенно перемещаться в пространстве, и тем не менее, похоже, именно это они теперь делали...
  Впрочем, все это происходило вдали от Хогвартса, а у Гарри в связи с приближающимися каникулами возникла внезапная проблема: а где, собственно, он собирается их проводить?
  Оставаться в школе у него не было никакого желания, тем более что у него с новой силой прорезалось желание мир посмотреть.
  Возвращаться на Тисовую улицу на праздники в голову могло прийти лишь в качестве шутки, хотя у Гарри и мелькала мысль «забежать на огонек». Поговорить за чашкой чая, оставить подарки, а главное, все-таки уточнить, известен ли тут некий Северус Снейп.
  С Норой было примерно то же самое. Отношения с семейством Уизли у него сейчас были... да он, по сути, и не знал, какими они были, эти отношения. С Роном они вновь нашли общий язык, а вот Джинни его избегала, временами странно поглядывая. А с остальными и вовсе ничего неизвестно. Явно не та обстановка, чтобы напрашиваться в гости — приглашения он не получал. Тем более, что... после того, как лето он доживал в замке, предоставленом в его личное пользование, его мнение о Норе немало изменилось.
  Дом на площади Гриммо был Штаб Квартирой Ордена, и жить там... не хотелось.
  Таким образом, Гарри неожиданно осознал, что у него по-прежнему нет собственного места жительства. Вернее, это он уже знал. Он столкнулся с чем-то похожим еще летом, после появления Флер... Но с началом учебного года это как-то... забылось. А забывать об этом никак не следовало.
  В принципе, летом он проглядел различные земельные владения, что достались ему. И жилье в этом списке, понятное дело, имелось. Но везде были те же самые проблемы, с которыми он уже столкнулся ранее: отсутствие должной защиты и элементарная необжитость. Если бы он вспомнил об этом пораньше, многое можно было бы сделать. Но, как говориться, задним умом мы все крепки. Теперь же было поздно...
  Впрочем, наведя кое-какие справки, он обнаружил, что решение прошлого лета так и осталось в силе... Видимо, правильно говорят, что нет ничего более постоянного, чем временное. Ибо замок Делякуров эти полгода так и простоял незанятым. Сам граф все еще пребывал в больнице, не в своем уме, хотя и были замечены заметные улучшения. Потому значительная часть его собственности осталась в полуподвешеном состоянии, часть многочисленные родственники по-хозяйски, но и вполне цивилизовано прибрали к рукам — тетушка Эманюэль, взявшая к себе Габриэль, в первую очередь. Но на замок никто и не думал претендовать... и пара аккуратных уточнений дала понять, что никто там не будет против, если Гарри Поттер, по сути, посторонний, снова устроится в замке.
  Гарри только и осталось, что почесать в затылке... и решить не рассматривать под микроскопом зубы дареному коню. 
  Каникулы проходили прекрасно.
  Гарри таки выполнил угрозу самому себе, и все-таки появился на Тисовой улице за пару дней до Рождества. С собой он взял только Тонкс, дабы излишний раз не травмировать родственников. Сказать, что ему были не рады, будет... не до конца верно. Дядя Вернон зыркал на него, но тетя Петунья шикнула на мужа, и тот предпочел отправиться на прогулку. Выпили чаю, и Гарри таки задал свой вопрос и получил утвердительный ответ. Да, был в округе некий Северус Снейп, более того, уже тогда он, похоже, не знал, что такое «шампунь». И да, с сестрой он много общался... здесь тетушка заметно помрачнела, и Гарри поспешил закруглиться. В подарок он оставил большой атлас Парижа и много сладкого для Дадли — предупреждения насчет Шоколадных лягушек и драже-ловушек прилагалось.
  Рождество прошло весело, с девушками, нарядившимися французскими горничными. Подарки были обычными, хотя уже привычного свитера Уизли не было. Зато от Рона прибыла книга... нет в этом, особой странности не было. Но книга эта была не о Пушках Педдл, и даже не о Квиддиче! Она была... о шахматах! Гарри только и оставалось, что пожать плечами и почесать затылок.
  Это случилось двадцать седьмого декабря, вечером. Гарри лежал на диване в одной из гостиных, наслаждаясь почти профессиональным массажем Беллатрисы, когда... внезапно погас свет.
  В один миг погасла и люстра, и светильники на стенах, и даже камин, где горело колдовское пламя... Все погрузилось во мрак.
  — Что произошло? — Беллатриса оторвалась от своего занятия, одним движением выхватив палочку. — Люмос.
  Секундой позже то же самое проделал Гарри и встал на ноги.
  — Нужно посмотреть... что произошло, и везде ли так... — неуверенно проговорил он.
  В свете двух палочек они вышли в коридор, где царила такая же темнота, спустились по затемненной лестнице вниз, где пересеклись со столь же встревоженными и ничего не понимающими Чоу. Трейси и Тонкс...
  В холле Гарри пришла в голову мысль, которая должна была прийти пораньше, и он позвал одного из местных эльфов... и никто не появился.
  Гарри еще только начал думать над тем, что это могло бы означать, когда с другой лестницы с топотом показалась Флер, и на лице вейлы ясно читался страх.
  — Х-хозяин! — паника была и в ее голосе. — Защита... все защитные чары... они пропали! Все пропало!!

 


SMF 2.0 | SMF © 2011, Simple Machines
Manuscript © Blocweb .